Заточение

Анжел стал отмечать для себя, что за год он досконально выучил привычки Майкла. В обеих его ипостасях. Как тот заводился с пол оборота, за любую оплошность срываясь на нём. Как тяжело вздыхал, потирая нос под очками, когда нужная мысль не приходила за долгие полчаса размышлений. Как жестко мужчина хватал его за волосы, когда ему было особенно приятно. И как он глубоко смотрел в окно, словно отдаляясь от этого мира, а глаза его темнели, дыхание замедлялось, а выражение лица становилось умиротворённым, спокойным, что хотелось отправиться в этот мир размышлений вместе с ним. Анжел заметил, что несмотря на разнообразные задания каждый день, всё же тематика проглядывалась. Осенью мужчина чаще писал тексты, читал книги и размышлял. Весной он решал физические и математические задачи, по большей части беря задания на логику и вычисления. Зимой Майкл больше времени уделял медитативным техникам и работе с телом. Летом он часто занимался творчеством, пытаясь творить из различных материалов и, надо сказать, это единственное, что выходило у него хуже всего. Анжел же узнавал каждый день что-то новое, ощущая, что знания порой даже излишне переполняют его, отчего усталость ощущалась даже сильнее. И он познавал своё тело. Без извращений, к коим его приучил Майкл, ему было сложно даже кончить. И проработав у него год, юноша не сомневался, что человеческому уму нет предела, как и человеческому пороку. Он подписал контракт ещё на год, ведь отказать своему хозяину он не мог. Это казалось теперь даже немыслимым. В последние месяцы он даже не выходил из дома на выходные, проводя их в сети. Майкл заменил ему всех. Семью, друзей, даже соц. сети. Сложно было представить свою жизнь иной. И напоминанием о чём-то своём служил лишь счёт в банке, куда шла зарплата. Удивительно, что мужчина действительно платил ему. Возможно, он просто продался таким образом? Лишился своего достоинства? Ответа не было, но сердцу было удивительно спокойно рядом с мужчиной. И мучительно хотелось быть рядом и помогать ему. Даже через год расписание не поменялось. Подъём в восемь, всё в комнате необходимо было подготовить к десяти, в одиннадцать нужно было успокаивать мужчину и сподвигать его к тому или иному занятию. За год было разное. Ему пришлось и вкалывать успокоительное, борясь с мужчиной на полу. И наблюдать за тем, как тот выигрывает в какую-то мудрёную игру у робота. Читать и смотреть передачи с его участием. И почти каждый вечер был полон секса и разврата, а если мужчина не желал, то даже тогда находил Анжелу занятие для развлечения. И постепенно, шаг за шагом, юноша перестал даже думать о сопротивлении. Дом в дали от всех стал его убежищем от реальности. Люди в нём — таинственными друзьями. Он любил болтать с поваром Лукой во время отдыха днём и по утрам, а охранники всегда менялись, но были похожими один на другого. Никогда не влезали не в своё дело, выполняли работу и старались делать вид, что не замечают странных перемен. Хотя Анжел знал, что многие видели его унижения и не раз. Но никто даже словом не обмолвился. Сегодня был очередной осенний день. Холод уже забирал права у летней жары, желая поскорее обкорнать деревья и впустить правление мороза, но солнце светило ярко, давая понаслаждаться теплом ещё немного. Анжел уже подготовил ноутбук и книги, проветрил и обговорил с Лукой, чего ждать на обед. Невольно он думал о вчерашнем обещании Делвора вечером отправиться из дома, не зная, чего ожидать. Раньше мужчина если и покидал дом, то только с охраной, не включая Анжела в планы. Прозвенели часы. Судорожно хватаясь за голову, Майкл жмурился, пытаясь преодолеть боль. Было так страшно каждый раз оказываться в этой пустой и безликой комнате. Каждый раз? Да, он тут определённо был. И слышал искусственную кукушку ровно четыре раза. Взяв очки у помощника, он ещё с полминуты приходил в себя, медленно моргая и осматриваясь. Юноша был тоже знаком. Он даже каждый раз думал о нём, как о помощнике. Костюмный жилет элегантно подчёркивал тонкую талию, возможно, под ним скрывался корсет. Выглаженный воротник идеально белой рубашки скрывал шею. Острые скулы, ровный нос и зелёные пронзительные глаза. Юноша привык, что его рассматривают так пристально, ведь практически не реагировал на пристальный взгляд Майкла. Мужчина выдыхает, не зная, как начать разговор. — Здравствуйте. Если Вы уже пришли в себя, скажите. — Да, я. Здравствуйте. — Сегодня Вам предстоит размышлять на тему семьи в рамках китайской литературы 19 века. — Какая странная тема. А нет чего поинтереснее, помощник? Анжел хотел было аргументировать, но замер, ощущая, как сердце стучит в висках. Что-то было не так. Что-то изменилось. — Чего замер? У тебя, я же могу на ты? Книги в руках. — А? Да. Сейчас. Анжел подошёл и поставил пару тяжёлых томов на стол, немного испуганно осматривая Делвора. — Чего? Призрака увидел? — Я. Нет, просто. Вы помните меня? — Да. Голова болит, если пытаюсь вспомнить что-то конкретное, но ты мой помощник и обычно заставляешь творить какую-то нелогичную ересь. — Это я делаю под Вашим руководством, так что не стоит беспокоиться, — завёл привычную песнь Анжел, но ощущал, что в горле собирается ком. Впервые за всё время ему не надо час или больше уговаривать мужчину приниматься за работу, объясняя, кто он и что тут делает. — Хм. Ладно. Тема семьи, говоришь?.. А ты сам откуда? — Я местный. Не стоит задаваться вопросом обо мне, сэр. Прошу Вас приступить к работе, не отвлекаясь на меня. Майкл покачал головой и перевёл взгляд на зарешёченное окно. В голове пока не было идей, но почему-то хотелось выполнять задачки помощника. Словно в них был смысл. Какая-то подсказка. — А как я тебе давал это задание? — Сэр, это не то, о чём Вы должны беспокоиться. Прошу Вас, приступайте к работе. — Ну, я пытаюсь. Помоги мне. — Как я могу Вам помочь, сэр? — Расскажи про свою семью. Своих родителей. Анжел потупил взгляд, обнимая планшет и прижимая к груди. Вспоминать о родителях в этом доме казалось ему преступлением. Но Майкл всё равно всё забудет. А камеру Делвор давно не проверял, больше оставляя её как подушку безопасности. — Они были обычными, сэр. — Обычными? — Да. Они не зарабатывали много, были обычными клерками. — Были? — М. Может и есть. Я давно с ними не общался. — Почему? — Они не разделяют моих взглядов на жизнь. А я не понимаю их. Так что… Уже пару дет с ними не веду никаких дел, узнавая новости только через родню. — А кто у тебя есть из родни? — Тётушка, сэр. — Вот как. Тётушка ближе матери. Интересно. Слушай, помощник, садись, нечего на ногах стоять. Мне тебя жалко даже. Вот там кресло. Ага. Спасибо. — За что? — Ну, было неуютно, что ты стоишь. Анжел фыркнул, улыбнувшись и отведя взгляд. Майкл сегодня был странным. — Значит, они работали в одной компании? — Да, там и познакомились. Но потом так вдвоём работу и меняли, толком не поднимаясь по карьерной лестнице. На жизнь хватало. — А ты? — Что? — Куда пошёл учиться? — Сэр… — Не начинай, просто отвечай на вопросы. Обещаю, что как только ты ответишь на них, я приступлю к работе. Мягкий тон, но от этого кажущийся опасным. Анжелу было сложно говорить мужчине нет. Особенно, когда каждый вечер он обязан его называть хозяином. И он просто подчинился в очередной раз. — На медика. — Как так вышло? — Мне всегда было интересно, что внутри человека. И как всё работает. Ну и помогать другим, конечно. Я хотел быть полезным, нужным и спасать чужие жизни. — Полезным и нужным, — медленно повторяет Майкл, — а родители не давали тебе такого ощущения? — Нет, — немного нервно коротко отвечает юноша, задетый за больное. — Нет? Почему? — Не знаю. — Ты обиделся? — Нет, сэр. Просто не хочу больше говорить на эту тему. Повисло долгое неловкое молчание. Анжел думал о своих родителях, невольно повторяя выделенные Майклом слова. Они даже не платили за его учёбу и не поздравили с выпуском. Он точно не был их любимым сыном и не похоже, чтобы им гордились. — Мне кажется, ты похож на моих родителей. — Я? Это отвлекает от мыслей. Анжел с любопытством уставился на мужчину, который крутил в руках ручку и сидел на твёрдом стуле, сложив ногу на ногу. — Мне кажется, да. Не знаю почему, я не помню. Но задачки, которые ты мне даёшь, похожи на их. Анжел был заинтригован. Впервые он услышал что-то о семье мужчины. Ведь была же причина, по которой он стал таким. Была же причина, почему он позволял себе такую жестокость. — А Вы правда больше ничего не помните? Про свою семью? — Я даже не помню, как меня зовут, — мужчина тихо смеётся, убирая волосы назад ладонью. — Майкл. Вас зовут Майкл Делвор. — Ну, на один вопрос меньше. А тебя? Как тебя зовут, помощник? Анжел тяжело вздохнул. Это уже было похоже на рутину его жизни. — Анжел Милджой. — Анжел. Почти Ангел, а? Ну не грусти. И так синяки под глазами будь здоров. Тебе бы высыпаться. — Хорошо, сэр. Я постараюсь. Мужчина принялся за работу, изредка прося кофе и поменять температуру в комнате. Анжел же не мог оставить мысли о семье. А ведь правда, он не звонил Тётушке и не выезжал в город. Надо было себя пересилить и выбраться из этого дома.

***

— Что ты обо мне знаешь? Мужчина сидел на диване, лениво осматривая голого раба на ковре. Анжел был в своём ошейнике, сидя ровно на пятках и опустив взгляд. Он вздрогнул от вопроса после длительной тишины, пока мужчина читал написанный им же самим текст. — В-вас зовут Майкл Форгард Делвор, вам 36 лет, день рождение 15 мая. Вы известный учёный и меценат, хозяин. — Верно. Это всё? — К сожалению, кроме ваших предпочтений в кровати, мне больше нечего Вам сказать. — Ха. Ну и бесполезная же ты псина. Майкл несильно пнул юношу по рёбрам, но тот от испугу всё же повалился, с удивлением садясь обратно на пятки и оглаживая бока вспотевшими ладонями. — Знаешь, почему я прячусь от всего этого грёбаного мира в этом захудалом местечке? Анжел не назвал бы этот роскошный дом захудалым, но спорить не стал, качая головой. — Ёбаные ожидания. Общественное мнение и хуже всего — родители. Да, ты не ослышался. Мои стариканы всё ещё живы здоровы. И им кажется, что только благодаря их жесткой дисциплине и высоким требованиям я стал знаменит. Но это так, блять, не работает. Эта тема явно расстраивала и самого Майкла, поэтому Анжел боялся что-то спрашивать, притихнув и стараясь не вызвать больше гнева. — Сегодня я явно перестарался. Поэтому поедем, как и планировалось. Хочу расслабиться, как следует, Анжи. Ты будешь послушным мальчиком? — Да, хозяин. Мужчина потрепал его по волосам, что случалось крайне редко. — Если у тебя будут дети. Люби их просто за то, что они у тебя есть. А теперь. Закрой глаза. Через час после странного разговора Анжел с Майклом уже были в новеньком просторном автомобиле. Их вёз кто-то из охранников, как всегда не задавая лишних вопросов. Юноша нервничал, сидя в ногах хозяина. И пусть лицо его скрывала маска, оставляя на виду лишь нос и рот, было не по себе сидеть в латексе, зная, что ты вне дома. Ошейник был с недлинным поводком, который держал Майкл, член был закрыт в клетку, а в заднице была широкая пробка. Сомневаться в том, куда они едут, не приходилось. Но от мысли об общественности становилось трудно дышать. Мужчину же это вовсе не заботило. Он не обращал внимание на Анжела, сидя в телефоне и периодически что-то печатая. И через полчаса, когда паника уже достигала своего пика, Делвор опускает на юношу взгляд. — Правила слушай внимательно. Ты — моя собственность. И я могу творить с тобой, что захочу. Но без моего приказа ты и пальцем не шевельнёшь, понял? — Да, хозяин, — странно. Это что, нотки ревности? — Смотришь в пол, не отсвечиваешь. Когда кто-то от тебя что потребует, смотришь на меня. Если кивну — выполняешь и слушаешься, пока не скажу прекратить. Анжел нервно сглотнул. Он на такое не подписывался. Да и в целом подобные развлечения его не привлекали. Но сказать что-то Майклу сейчас — означало ползти домой в одиночку прямо в таком виде. — Больных там не будет, так что за шкурку не переживай. А теперь вылезай из машины и будь, блять, идеальным. Или тебя ждёт грёбаное наказание, Анжи. — Да, хозяин.