Кто она?

Мы с Полом после кафе, отправились на пляж, где провели большую часть времени, обсуждая что угодно, лишь бы не случившееся мной и отцом вчера. Наши телефоны остались в машине, поэтому, когда мы вернулись в салон, то совсем не удивились десяткам пропущенных. — Пора домой? — кидая на меня обеспокоенные взгляды, он заводит мотор и сразу же включает печку, так как к вечеру сильно похолодало. — Угу, быстро день пролетел, — грустно улыбаюсь ему, возвращая свое внимание к экраны телефона, где заметила несколько довольно враждебный сообщений от Ньютона. «Лило…» Дальше даже читать не стала. Точно не с Полом в одной машине. С ним о другом даже думать не хочется, не то, что переписываться. — Может завтра вечером ты оставишь окно открытым? — он ухмыляется, но замечая, как мои брови ползут вверх, а глаза становятся по пять центов от его наглости, быстро добавляет, пытаясь спасти ситуацию, — я просто хотел встретиться! Не более, не то, чтобы ты меня не возбуждаешь, совсем наоборот! Но не завтрашней ночью, хотя… Нет, я не… — Лейхот, ты любишь портить приятные моменты, — чувствую, как к лицу приливает краска, и щеки предательски краснеют. — Лило, я не хочу, чтобы ты подумала, что мне от тебя нужно лишь твоё горячее тело. — Да? Пока что ты только это и показываешь. Но не волнуйся, я знаю, как распоряжаться своим горячим телом, — обиженно отворачиваюсь к лобовому стеклу, внимательно разглядывая океан впереди. Но его искренность, сочащаяся из сказанных им слов, уже через пару секунд, заставила меня смягчиться и отпустить его неумение выражать свои мысли. — Всё в порядке, я понимаю то, что ты хотел сказать. — Черт, просто хотел сделать тебе комплимент. Обычно проблем у меня с этим нет, — вижу его ладонь, которую он положил на подлокотник, предлагая мне вложить в его руку свою. — Что-то я в этом сомневаюсь, — улыбаюсь, скользя ногтями по его кисти, мягко касаясь его тёплой бронзовой кожи, переплетая наши пальцы. — Тебе смешно? — слышу его облегчённый вздох, — странная ты, Рыжик. В хорошем плане. Мне даже нравится. — А если бы не понравилось? Моя странность. — Как же? — он кидает на меня несколько взглядов, не решаясь отвлекаться от грунтовой дороги, — не даёшь мне расслабиться, это… — договорить он не успел, потому что на весь салон заиграл рингтон моего телефона. — Прости, — взглянув на экран телефона, где увидела имя Ньютона, — Нужно ответить. Парень лишь кивает, продолжая сжимать мою ладонь так, словно я в любую секунду выпрыгну из машины. — Да? — Лило! Почему не отвечаешь на мои сообщения и звонки?! Я приехал к тебе, а твоя мама сказала, что ты ушла с Лейхотом! Ты до сих пор с ним? Какого вообще чёрта?! — кричал в трубку парень, отчего я рефлекторно одернула руку от своего уха. — Эй, — пытаюсь мягко его остановить, чтобы сидящий рядом индеец ничего не услышал, — перестань. — Ты что? У него в машине?! Я… Лейхот резко отпускает мою руку, вырывая у меня телефон, и по его лицу замечаю злость, которая через секунду преобразуется в слова. — Тебя волновать это уже не должно, Ньютон, а ещё раз повысишь на… — Пол, прекрати! — пытаюсь вернуть свой телефон, но он лишь отмахивается. — …неё голос с причиной и без неё, следующие несколько недель говорить вообще не сможешь. Я ясно выражаюсь? Ответа я не услышала, но уже буквально через несколько секунд индеец передаёт мне телефон со словами: — Сбросил. — Какого.? — Не позволяй никому так с собой разговаривать, — фыркает парень, — Забудем об этом? — Нет, об этом не забудем, поэтому что так нельзя. Я сама с ним разобралась бы. Без угроз, — на его вновь протянутую ладонь не обращают внимания, — не переходи, пожалуйста, границы. — С его стороны это было некрасиво. — Как и с твоей. Тебе не показалось, что ты… — Хочешь извинений? — как-то грубо и резко прервал меня индеец, — Извини. — Ха, — складывают руки на груди, — Ты так искренен. — Мне нечего стыдиться, Рыжик, я заступился за девушку, которая мне не безразлична, — он даже не взглянул а мою сторону, продолжая внимательно разглядывать дорогу. — Действительно. — Его было слышно на весь салон, что я должен был ещё сделать? Терпеть? Пока какой-то.кхм.Майк будет кричать на мою девушку? Ну уж нет, Рыжик, только не в моём присутствии. — Вот именно девушка, а не дочь или ребёнок. В случае чего могу сама за себя постоять. — А я тогда для чего? — Охранником подрабатываешь? — Нет, но этот входит в мои обязанности перед тобой. — Ты ничем мне не обязан. -Ты моя. Пойми это уже, наконец. — Твоей я стану только после свадьбы и то, не факт. — Тем не менее, это ничего не меняет, я хочу и буду требовать уважения к тебе. — Так начни с себя, Лейхот. Мы уже подъезжали к моему дому, и, честно, утром я планировала пригласить его к себе в гости, но из-за того, что произошла несколькими минутами ранее, всё это желание испарилось. — Я уважаю тебя, поэтому хочу, чтобы и другие относились к тебе соответственно… — Да? Чтобы так же, как и ты, вырывали вещи из моих рук? — он останавливается у подъездной дорожке, и я краем глаза замечаю движение шторки в доме. — Рыжик, не нужно переворачивать мои слова. — Ты и сам с этим прекрасно справляешься, — откидываю его ладонь, которую он протягивает ко мне, намереваясь прикоснуться к моим волосам, — Лейхот, спасибо за вечер. Я уже приоткрывала дверь, когда он перегнулся через подлокотник и резким движением вновь захлопнул дверь, возвращаясь в своё кресло. — Почему тебе ничего не нравится? Я ведь пытаюсь сделать как лучше! А что получаю в замен? Твоё недовольство! Что такого в том, что мне не нравится, когда на тебя кто-то кричит? Неужели это так мерзко выглядит со стороны? Объясни мне, Лило! — требует он, закрывая все двери в автомобиле через кнопку. — Лейхот! Я не беспомощная! Могу и сама за себя ответить! Как мне может быть приятна гиперопека? Да, за заботу спасибо, но переходить черту не нужно, — теперь мы оба говорили громче обычного, и, думаю, нас можно было услышать даже с улицы. — Это не гиперопека! Я ведь не требую от тебя отчёта по любому твоему действию! Да о таком каждая мечтает! — Так иди к той, что за такое тебе отсосет прямо в машине! — вновь тяну ручку двери, но та не поддаётся, — открой дверь. — Блядь… — он проводит ладонью против росто волос, намекая на то, что эта тема ему надоела, — Нет, не открою, пока мы не определимся. — Определимся в чëм? Лейхот, ты хочешь себе девушку, которая будет нуждаться в твоей защите! Прости, но чего ты хочешь от меня? Чтобы после стольких лет твоих задираний я бросалась тебе на шею при первом удобном случае, прося о помощи, которую никогда от тебя не получала? — Ты даже не даёшь себе попробовать! — Потому что мне это не нужно! Я сама! Слышишь? Я могу сделать всё сама! Это твоя «забота» делает из меня какого-то беспомощного! — глубоко вздыхаю, чувствуя, что слишком резко отреагировала на его слова, не давая ему и возможности продолжить, — А теперь открой дверь, я хочу домой. — К отцу? — припоминая мне вчерашний вечер, словно случайно, спрашивает он. Его замечание, осталось без ответа. Но мне вдруг стало так неприятно от этого укора совести, что я позволила практически незнакомому человеку узнать об этом случайном происшествии. Плотно сжав челюсть, я опустила глаза к своим кроссовкам, борясь с желанием заплакать от стыда. Но беру себя в руки раньше, чем парень успел сообразить, что сказал несколько секунд назад. — Угу, именно к нему. Соскучилась. Слышу его вздох, а после чувствую лёгкое прикосновение к своему плечу. Горячие пальцы откидывают пряди волос, закрывавших кожу шеи. — Прости, черт, Рыжик, я…я не знаю как тебя любить. Как показать тебе, что твоя безопасность для меня на первом месте. — Нет, Лейхот, ты не не знаешь, ты просто хочешь, чтобы я вела себя, как одна из твоих пассий. Как Рейчел. — на глаза наворачивались предательские слезы, а в горле встал ком обиды. — Нет, — уже спокойно отвечает он, скользя пальцами по моему предплечью к кисти, — нет, вторая Рейчел мне не нужна. Только ты. — обхватывает запястье и, аккуратно сжимая его в своих пальцах, тянет на себя. — Тогда перестань лепить из меня её. — Я никогда и не пытался, — нежное прикосновение его сухих, но таких чертовски мягких губ заставляет меня повернуть к нему голову, попадаю в плен карих глаз, — Давай не будем ссориться? Мне правда жаль, что я заставил тебя чувствовать себя беспомощной. И…мне нужна твоя помощь, чтобы понять, как тебя любить. Он наклонился, чтобы поцеловать меня в губы, пока я пребывала в оцепенении от его искренность, но громкий голос с улицы заставил замереть и его: — Лило! Быстро домой! Ты время видела! Сию же секунду выйди из машины! Отец стоял на крыльце, в дверном проёме, гневно смотря на нас, словно мы не пойми чем занимались. Я поворачиваюсь к нему буквально на несколько секунд, замечая на заднем плане нервную Сару. — Я им не нравлюсь. — Мне плевать, — назло родителям касаюсь его губ своими, — Вот теперь закрыли тему. Я пойду. — Люблю тебя, Рыжик, — шепчет он, открывая двери в машине через кнопку. — Рано для таких заявлений, Лейхот, — улыбаюсь ему и быстро выпрыгиваю из салон. Иду в дом под гневные взгляды отца, когда слышу шум гальки — парень уехал. Поднимаюсь по крыльцу и останавливаюсь прямо перед мужчиной. — Привет, пап, можно мне войти или из-за того, что я гуляла с парнем, вы не можете меня выгодно продать, и мне стоит уйти ночевать к нему, потому что я позор Семьи? — напоминаю ему о вчерашнем и улыбаюсь. — Не неси чепухи! — отступает в сторону пропуская меня внутрь, — Но чтобы с этим сектантом я тебя больше не видел! Ты никогда так поздно с гулянок не возвращалась. — Всё когда-то меняется, — снимаю кроссовки, отходя в сторону лестницы. — Мы едем к родственникам через несколько дней, к этому времени нужно прикупить тебе чего-нибудь более сносного. — Приданное мне собираешь? — поднимаюсь до середины лестницы, — впрочем, мне всё равно. На завтра у меня планы. — На первом месте у тебя должна быть семья, а не… — Я не отказалась, папа. — Ещё бы ты отказалась. Завтра едем в Сиэтл, отменяй все свои планы, и напиши Майку, что ты больше не сможешь выходить на работу, — он прошел к кухне, оставляя меня наедине с Сарой, — Ты под домашнем арестом. — Что? Нет! Папа, — вмиг оказываюсь около него, — что я такого сделала? Это из-за Пола? Он не так плох, как о нём говорят! Правда! — Я всё сказал, — он сделал ещё несколько шагов от меня, — Марш к себе в комнату и телефон оставь на кухне. — Какого.? — Милая, не спорь, — пытается остановить меня женщина. — Нет! Мама, ведь так нельзя! Я же ничего запретного не сделала! — Лило, иди в свою комнату, — повторяет отец и, устало вздыхая, словно заставляя самого себя, продолжает, — Иначе…иначе мы первым же рейсом едем в Данию. Дания.? Почему он угрожает мне именно ею?.. — Ты все-таки продал меня.? — догадка слетает с моих губ раньше, чем я сама смогла собрать все доказательства этого. Дания. «…я остановилась на лестнице прислушиваясь к разговору у спальни старшей сестры отца. — …традиции нужно чтить, Амалия. За три недели до свадьбы тебе нельзя общаться с мужчинами, — говорила бабушка, — Еду тебе… — Даже с Уильямом? А как же… — Нельзя… За протесты девушек в нашей семье сильно наказывали, и то, что моя тётя перебила собственную мать, а та не пресекла это хлестким ударом по лицу, было даже очень удивительным…» В доме воцарилась гробовая тишина, и тогда я поняла, что попала прямо в цель…» — Нет, — одернув руку от прикосновений матери, которые в один миг стали мне омерзительны, — Вы же обещали… — Лило… — родительницы вновь пытается прикоснуться ко мне, но я лишь отступаю на шаг. — Она заставила вас? Пожалуйста, скажи, что это не твоё решение, папа… — картинка перед глазами расплывается из-за накативших слез, — пожалуйста, не заставляй меня ненавидеть вас, как Амалия Жаклин и дедушку… — И вещи можешь начать собирать, — не поворачиваясь ко мне, холодно отвечает мужчина.