Брак по расчёту

      Солнечный свет заливал кабинет Казекаге, проникая сквозь единственное окно, находившееся слева от его рабочего стола. Расстояние от стола до окна было около двух метров, так что Гаара был лишён возможности наблюдать за происходившим на улице. Его кабинет на взгляд большинства людей выглядел довольно скучно: стол, стул, несколько шкафов с документацией, низкий кофейный столик и пара диванов с двух сторон от него, вот и всё, что было внутри. Ни картин, ни цветов, ни ещё каких-либо украшений в помещении не прижилось.       С момента свадьбы Темари и Шикамару уже прошло несколько месяцев, и его сестра решила, что, в общем-то, неплохо будет посетить своих любимых братьев и поделиться впечатлениями, а заодно и привезти с собой кое-какие рабочие документы.       Все рабочие вопросы уже были решены, Темари стояла, опираясь на край его стола, и беззаботно болтала.       Гаара с тяжёлым сердцем слушал рассказы своей сестры о жизни в Конохе в целом и о Шикамару в частности. Большая часть её слов словно ускользала, он никак не мог сосредоточиться на диалоге. Как только разговор от важных дел перешёл на личное, его внимание стало… рассеиваться. Он ничего не мог с этим поделать. Слова старейшин, услышанные накануне, впивались в его мозг раскалённой проволокой.       «Тебе всё-таки надо жениться», — снова сказали они. Будто бы прошлого провала с устройством его свадьбы им было мало. Будто нельзя было обойтись усыновлением ребёнка. Гаара никак не мог понять, почему они не желают сдаться. Он спорил с ними насчёт бессмысленности этой затеи несколько часов к ряду, и всё равно… Спустя эти несколько часов фото вновь подобранной девушки легло перед ним на стол — и теперь покоилось в нагрудном кармане. И будто жгло его.       —…Гаара? Гаара? — обеспокоенный голос Темари всё-таки вернул его в реальность. Гаара несколько раз моргнул, чувствуя стыд. Ему было совестно, что он прослушал большую часть слов своей сестры и теперь не знал, что стоит сказать. В итоге он выбрал правду, пусть и неприятную. Как и всегда, когда не знал, что говорить.       — Прости, Темари, я отвлёкся, — склонив голову, повинился он.       — Ты будто не здесь. Тебя что-то беспокоит? В Суне какие-то проблемы?       — Нет… Ничего нового, — поколебавшись пару секунд, отозвался Гаара. В общем, он даже не врал — в Суне действительно не было никаких новых проблем, только старые. Всё та же острая нехватка денежных средств для обеспечения приемлемого уровня жизни, а также существенно понизившееся количество заказов от феодалов их страны, которые никак не могли осознать, что намеренное урезание мощи деревни ниндзя своей страны ни к чему хорошему в дальнейшей перспективе не приведёт. И это же дало старейшинам повод вновь настоять на его браке. Теперь они упирали уже не на его личное счастье, но на благо Суны. В итоге Гааре пришлось сдаться и согласиться на встречу. Пока только встречу. Подобранная старейшинами невеста имела внушительное приданое: племянница одного из феодалов, которая была весьма симпатичной и, если верить словам старейшин, также имела прекрасный покладистый характер.       Такое описание уже настораживало и заставляло искать подвох. Если девушка так хороша, то зачем её семье избавляться от неё, выдавая замуж за ниндзя? Ради мнимой власти над Казекаге скрытой деревни? Они должны были понимать, что не получат и капли влияния на его решения. К тому же, остальные феодалы попытаются повлиять на это значимое событие и в итоге семья невесты не получит совершенно никакой политической выгоды, потому что их затопчут числом — никто никогда не отдаст другому и крохи власти. И даже понимая всё это, они продолжают настаивать на браке. Ради того чтобы никогда её больше не увидеть? Тогда почему её приданое столь велико? В чём был смысл? Или, может, они надеются на дальнейшие перспективы, которые могут возникнуть исключительно благодаря его личному отношению? Делают ставки на кровное родство? Он думал об этом уже неделю и никак не мог понять, в чём именно заключался подвох. Данных было недостаточно.       К тому же слухи о том, что ему вновь ищут невесту просочились (Гаара подозревал, что с попустительства старейшин), и остальные феодалы ожидаемо насторожились и стали осторожно прощупывать почву. Вдруг у него эта помолвка сорвётся также, как и прошлая, и у них будет шанс подослать к нему своего человека. Он слабо понимал, какой в этом смысл, но Канкуро объяснил, что в общем, жёны обычно имеют некоторое влияние на решение своих мужей. И даже привёл в пример Темари. Гаара тогда разве что рассмеялся — он был не из тех, кто позволит вмешиваться в свою работу. Тем более после того как выяснил, что предложение о свадьбе исходило от феодала, а старейшины просто сочли его достойным.       Семья Сэки, с какой стороны не посмотри, запустила жуткую в своём размере цепную реакцию. Если один феодал решил попытаться породниться с Казекаге, то почему бы не попробовать и остальным? Если с этой девушкой не состоится помолвка, происходящее грозило перерасти в самое настоящее соревнование невест, где дочерей, сестёр и племянниц пытаются протолкнуть к нему в кровать. Сейчас вся страна Ветра затаила дыхание в ожидании событий. Его пока ещё не невеста ехала в Суну с лучшей охраной, какую он смог ей выдать, опасаясь, что несчастную девушку просто убьют где-нибудь по дороге, так что за ней отправился лично Канкуро со своим отрядом.       — Гаара, — нахмурилась Темари, хлопая по столу. Гаара перевёл на неё взгляд, недоумевая, что, собственно, не так в его ответе. — Я тебе не верю. Ты пять минут смотрел в одну точку, после того, как сказал, что никаких новых проблем нет. Я делаю вывод, что проблема есть. Ну?       —…Меня снова собираются женить, — вздохнув, признался он и попытался оправдаться. — Я думал, что раз вся страна Ветра знает об этом, то и до Конохи вести докатились.       — Им не хватило прошлого раза? — поджала губы Темари и тут же деловито уточнила. — Кто на этот раз?       — Племянница одного из феодалов, не шиноби.       — И в чём смысл?       — Не знаю, не могу понять, — покачал головой Гаара. — Я пытался отказаться, но старейшины напирают на благополучие Суны, размер её приданого и, в общем, расписывают её достоинства так, будто лично с ней встречались, обещая мне бонусом отличную семейную жизнь и очень много счастья.       — И правда не понятно, — задумчиво протянула Темари.       Гаара прикусил себе язык, чтобы не начать жаловаться на кучу писем от всех остальных феодалов и то, что ситуация усугублялась с каждым днём. У него не было никакого желания всерьёз рассматривать ту кучу девушек, которую собирались ему предложить в случае, если первая кандидатка не подойдёт. Глупое предложение Канкуро объявить всем о том, что он, на самом деле, нетрадиционной сексуальной ориентации уже казалось Гааре не такой уж и плохой идеей в случае, если и эта помолвка сорвётся. Но раз уж по словам Канкуро это может его избавить от всего этого… Осталось только уточнить, что такое эта самая «нетрадиционная ориентация». И как такое заявление повлияет на престиж Суны.       — И когда? — уточнила Темари.       — Девушка прибудет завтра, так что наше свидание также будет завтра. Вечером.       — Ну что ж… Помогу тебе как в прошлый раз, — улыбнувшись, произнесла сестра бодрым голосом, обошла стол и хлопнула его по плечу. — Однако тебе повезло, что я приехала именно сейчас! Кто бы, кроме меня, завязал тебе галстук? — она шутливо ткнула его в бок.       Гаара вымученно улыбнулся. Действительно, он бы, наверное, без её наставлений так и пошёл в мантии Каге. Повторять опыт прошлого раза и надевать тот неудобный парадный костюм ему совсем не хотелось, а облачение Каге, в общем-то, считалось официальной одеждой.