Предназначенная Михаилу

      Гавриил долго пытался уговорить Михаила всё-таки не назначать его командиром гарнизона. Он аргументировал это тем, что сейчас уже всё хорошо: Люцифер в клетке, а у старшего брата наконец-то появилась возлюбленная, которой, кстати, и не было бы, если бы он, Гавриил, не подсуетился.       — Сделка есть сделка, Гавриил, — отвечал ему Михаил.       — Тогда я всё расскажу Анжелике, — парировал младший архангел.       — Если ты об этом хотя бы подумаешь, — в голосе архистратига отчётливо слышались нотки угрозы, — станешь начальником не ангельского гарнизона, а отряда заключённых. Через решётку. Понятно?       Шантаж не удался, и Гавриил это очень быстро осознал, — Михаил никогда не шутил. Поэтому и принял свою участь с гордо поднятой головой и имеющимся у него архангельским достоинством. Вдобавок и Бальтазара забрал к себе. Тот хотел было воспротивиться подобному решению, потому что в подразделении у простого ангела было намного проще, чем у архангела: Бальтазар не попадался на глаза Михаилу, и Кастиил на его оплошности иногда рукой махал. Но Гавриил напомнил другу, что у него должок. Неразлучная парочка стала ещё неразлучнее.       Гавриил солгал, когда говорил брату, что навыки командования у него имелись. Это было в корне неверно. В первый день он пропустил утреннее построение, потому что не знал, во сколько точно оно начиналось, — Бальтазару пришлось его искать. На вечернем же построении архангел стоял перед ангелами вразвалочку, пока те вытягивались по струнке, и размышлял, что же, собственно, ему с ними делать. Бальтазар помогать другу не имел никакого желания. Ему и самому было интересно, до чего доведёт командование Гавриила.       Через несколько дней Самандриил, которого также архистратиг перевёл к младшему архангелу, пожаловался Бальтазару на дёргающийся глазик. От стыда и неловкости. Дело в том, что во время его доклада их новоиспечённому командиру тот наслаждался ласками и поцелуями троих очаровательных ангелесс, параллельно кормя их сладостями. Бальтазар лишь усмехался: он помнил танец живота юной и прекрасной, как роза в саду, Армаэль перед Гавриилом. Обязательное задание в тот день ангелесса так и не выполнила. Зато вместо должного наказания получила комплименты и янтарное колье…       Спустя ещё две недели Бальтазар с Гавриилом улетели на Гавайи отдыхать, — архангел переутомился.       В конечном итоге Михаилу подобные вопиющая безответственность и взбалмошное поведение младшего братца осточертели. Надо было того приструнить да крылышки подрезать.       Заявившись к Гавриилу в гарнизон, в один из вечеров, архистратиг хорошенько отчитал брата и предупредил, что в следующий раз наложит на него отслеживающее заклинание и будет следить. Угроза подействовала: Гавриил подуспокоился и принял наконец судьбу, смирившись с предназначением. Дисциплина в его подразделении всё же воцарилась.       Жизнь в Раю постепенно улучшалась. Михаил сдержал слово и теперь контролировал каждый шаг и братьев, и всех командиров, чтобы не позволить больше случиться ангельскому рабству. И самоуправству. Архистратиг, возможно, был даже счастлив. Он ещё не понимал, что чувствовал и как ему дальше предстояло жить. Великое Сражение не состоялось, больше никаких конкретных указаний от Отца не поступало, — смысл жизни словно исчез. Но… появилась одна ангелесса под боком, которая смотрела на него с неподдельным обожанием.       Конечно, Анжелика оставалась для него всё той же инфантой. Но Михаил не хотел в возлюбленной ничего менять.