Очаровательный шедевр

Мои руки, крепкие, как сталь, которыми я швыряю врагов направо и налево. Мой острый клинок, которым я рублю головы незадачливых противников... Все это помогает мне быстро сокращать популяцию недоброжелателей. Они вскоре разбегаются, оставляя меня наедине с девушкой, которую я защищала. Принцесса испугано глядела по сторонам, не понимая, что опасность миновала. Я стою так близко к ней, что она может видеть мою растерянность. Их больше нет? — Спасибо тебе большое, ты меня только что спасла. Думаю, мне стоит наградить тебя чем-нибудь... — она мечтательно подняла взгляд в небо. Я лишь улыбнулась. Без лишних слов она приблизила свое лицо к моему, обещая лучшую награду, которую только можно было получить... Я закрываю глаза и... — Оля, просыпайся давай, тебе еще позавтракать надо успеть! — Ма-а-ам! Ты помешала мне переспать с принцессой! — недовольно пробурчала я, закрыв руками лицо. Ох уж эта реальность, чтоб ее. Иногда мне кажется, что на самом деле я существую в собственном мире с принцессами, драконами, кентаврами, магией и прочей прелестью, но иногда проваливаюсь в кошмар, который зовется жизнью. Не-на-ви-жу. Кое-как поднявшись на ноги, я побрела на кухню. Мама — очень красивая, умная и добрая женщина — уже заварила чай и сидела за ноутбуком. — Вот тебе в радость с утра пораньше в интернет залезть. — Ешь давай и собирайся, принцесса подождет, если любит. — Да, да, конечно... Ненавижу школу, — я принялась за еду, разглядывая надпись "Toshiba" на ноутбуке. — Да осталось-то всего-ничего, чего ты, в самом деле. — Тебе легко говорить. Все взрослые так говорят. А чего толку? Мне от этого не легче, еще целый год с небольшим! — Какой сегодня снег красивый за окном... — пропела мама, тем самым вызвав у меня желание выпрыгнуть в это окно. Хоть я и люблю снег, но он не спасает мое настроение. — В задницу этот снег, он бесполезен. — Олька, не с той ноги встала, что ли? Прекрати! — Ладно, ладно, я пошла собираться... — поднявшись из-за стола, я лениво побрела совершать последние приготовления. Умываясь, я глянула в зеркало. Ничего необычного. Светло-русые волосы, серо-голубые глаза, аккуратный нос и немного пухлые губы. Усталый взгляд. Больше всего меня пугал именно он. Потому что мне всегда казалось, что взгляд передавал усталость не от будней, а от жизни. Я отпрянула. Мне же даже восемнадцати нет...       Выбравшись из дома, я поняла, что снег не так плох. Мне стало немного легче от того, что я путешествую в школу, объятая крупными хлопьями, которым, казалось, нет конца. По дороге встретила одноклассников — Дениса и Ярика, которые тоже не торопились на занятия. — Привет, Олька, знаешь новость? — спросил Ярослав, видимо, очень радостный как раз из-за этой самой новости. — Не-а, думаешь, мне интересно, что происходит в школе? Дурак. — Тебе даже не интересно, что у нас новая, молодая, сексуальная (сделал акцент именно на этих двух словах) училка по английскому? — Новая, молодая, сексуальная... Пожалуй, ты прав, мне интересно. Когда у нас с ней урок, м? — Оль, ну ты даешь, — улыбнулся Денис, — сегодня! — Ой, да? А я учебники забыла... — Ну, скажешь что-нибудь вроде "Ой, простите пожалуйста, у меня тут небольшая проблема, можно это как-нибудь исправить после уроков?" — Потрясающе, ага. Буду придерживаться этого плана. Кретины...

***

      Английский в расписании красовался шестым уроком, у меня было много времени, чтобы попросить учебник у кого-нибудь еще. Изящно решив проблему уже после первого звонка, я принялась жадно обдумывать происходящее. Как правило, сексуальная — это какая-нибудь блондинка на каблуках, которая не может нормально прочитать со своей тетради название темы урока, ну, или что-нибудь подобное. Вскоре я пришла к выводу, что нифига меня эта новость не радует, потому как английский — единственный предмет, который я любила, пускай и знала его на четыре. Никогда не учила. Игры, игры, пиратские игры с субтитрами, я люблю вас. Как бы то ни было, мое душевное спокойствие было нарушено восторженными монологами Ярослава, который влетел в кабинет и чуть не опрокинул коробку с катушками, проводами и прочим оборудованием для опытов по физике. — Она... Такая... Такая... — Какая? — лениво поинтересовалась я. — Нерусская! Гениально. Просто гениально. Браво, Ярослав, тебе прямая дорога в писатели. — Она загорелая, в общем, у нее глаза такие... — парень не мог совладать с собой и сбивчиво рассказывал про то, как заметил новую англичанку в коридоре. — Увидим, насколько сильно ты приукрасил ее "очаровательные черты лица", — с долей иронии заметила я. Нет, не то, что бы я не верила в слова одноклассника, просто уж слишком сомнителен был тот факт, что мне так повезет. Но мне повезло.       Мы всем классом стояли перед закрытым кабинетом и ждали ее. Я была удивлена тому, что ученики словно замерли в ожидании чуда. Неужели Ярик настолько сильно повлиял на разум моих отупевших братьев и сестер по несчастью? Мне вдруг страшно захотелось пить. До урока было еще около пяти минут, поэтому я схватила сумку и пошагала вниз по лестнице. Заметив незнакомую девушку в темно-зеленом пиджаке, такого же цвета юбке чуть выше колен и расстегнутой на одну пуговицу черной рубашке, я не стала уделять ей должного внимания и просто прошла мимо, даже не обратив внимания на цвет волос, уж очень аппетитная у нее была грудь. Я ужасна, правда. Кое-как добравшись до столовой, я выпила только что купленный стакан сока и почувствовала, как невидимая кровь течет ручьями из ушей. Черт, это, что, звонок на урок? Ненавижу тебя, очередь!       И вот я уже несусь по коридорам, обещая себе установить бомбу в столовой и взорвать ее к чертовой бабушке. А если я произведу плохое впечатление на учительницу, а если она не любит, когда опаздывают, а если... — Мало того, что ты не поздоровалась со мной в коридоре, так еще и опоздала, — приятный, но строгий голос неожиданно привел меня в чувство. — А теперь ты даже не извиняешься за опоздание и не спрашиваешь разрешения войти? — Простите, пожалуйста, я просто ходила пить, а там очередь, и я... — Если человек за пять минут до начала урока идет в столовую, то у меня есть ряд вопросов относительно его ориентации во времени. Ладно, садись, но если ты опоздаешь на мой урок еще раз, то говорить будешь уже не со мной. — Простите, пожалуйста, за неподобающее поведение, я больше не допущу подобного! — отчеканила я и наконец оторвала взгляд от собственных ног. То, что я увидела в следующую секунду, вряд ли поддается описанию. Длинные, иссиня-черные волосы были красиво уложены, зеленые глаза смотрели на меня с укором и холодным презрением. Несмотря на довольно грубые, словно высеченные черты лица, девушка выглядела невероятно женственно, и хотелось просто рассматривать ее при тусклом светильнике, который освещал бы лишь часть ее лица. — Надеюсь, — безразлично бросила учительница. Я заняла свое место, молча признав поражение. — Итак, полагаю, теперь все здесь. Меня зовут Виктория Эдуардовна, я буду преподавать английский язык и... Убери ноги с парты, пожалуйста. Все взгляды сконцентрировались на последней парте, где сидел Саша — самый настоящий отморозок, если честно. Видимо, Виктория Эдуардовна это поняла быстрее, чем половина моих одноклассников в свое время. — А чего это я с парты ноги должен убирать? — Это элементарные правила поведения, которые должны соблюдать все мы. Общество же держится на чем-то, верно? — Так не вымрет ваше общество, я ж один ноги на парту складываю! — Мне очень жаль, что твое мышление застряло в детском саду, но я не намерена мириться с тем, что ты делаешь. Поболтаешь с завучем по воспитательной работе после этого урока. — Э, у меня качалка, вообще-то! — Поздравляю, у тебя выходной от качалки. — Да пошла ты, эй! — парень демонстративно поднялся из-за парты и покинул кабинет. — Ладно, три выходных от качалки. Итак, давайте начнем... Сказать, что я злорадствовала — ничего не сказать. Весь урок я думала о том, какая же Виктория на самом деле. Такая же черствая и безразличная? Может быть. А может быть и нет. Вдруг она — душа компании, вечно улыбающаяся авантюристка? А вдруг нет? Но, может, все-таки, да? А может... — Ты на всех уроках смотришь сквозь стены и думаешь о чем угодно, но только не о предмете? — Да, — глупо ответила я, тут же поняв, насколько сильно отдалила себя от нее. — Тоже есть желание поболтать с завучем по душам? — Нет, прошу меня простить... — Я уже, кажется, прощала тебя сегодня. — Ну можно хотя бы с завучем не беседовать? — Ладно, остаешься после уроков и беседуешь со мной. Пойдет? — Вполне, — я немного обрадовалась, как-никак, только что спаслась от лютой бабы, которую все называют завучем по воспитательной работе! Однако несмотря на всю отстраненность Виктории Эдуардовны, мне она была интересна. Как человек, не подумайте. Да, как человек... С большой грудью и.. Сердцем.