Глава III. Известие. I
10 октября 2020 г., 20:42
ЭВАЛЛЁ
Эваллё взял просигналивший смартфон. Сообщение от Маю. — Кажется, тебе пора, — перевел он взгляд на Ионэ, цедящего через трубочку какао с пышной сливочной шапкой. — Маю скоро вернется из школы, не хочу, чтобы ты его испугал. — Эваллё опустил телефон на свободную поверхность и отвернулся к кофемашине. Сегодня было всего два сотрудника, и он взял на себя обязанности бариста. — Это чем же, интересно, я его испугаю? — услышал он веселый голос Ионэ. Парень сидел на высоком барном стуле, навалившись на стол локтями, и всячески отвлекал его от работы. — Не хочешь знакомить меня с мелким? Вау!.. — Маю уже совсем не мелкий, если ты забыл. — Пока готовился капучино, Эваллё вернулся к кассе. — Ты ему так и не рассказал о себе? Я не понял… даже твои предки в курсе! Так в чем проблема? Эваллё наклонился вперед и приблизил свое лицо к лицу Ионэ, чтобы их не слышали посетители в зале: — Маю это не касается. Да и ты не умеешь вести себя прилично в присутствии моей семьи. Тут входная дверь с легким звоном открылась, и в кафе зашла Аулис. Заметив их с Ионэ, девушка направилась прямиком к барной стойке. Ионэ спрыгнул с табурета на пол и пошел навстречу. Ускорив шаг, девушка радостно взвизгнула и бросилась в объятия Ионэ. Ее ярко-голубой плащ колыхнулся от резкого движения. — Привет, крошка! Ты готова? — парень обхватил Аулис и легко оторвал от земли. За этой сценой наблюдали все гости, сидящие за столиками в зале. Ионэ и Аулис собрались на стрит-заезд на скейтах. Эваллё был бы рад пойти с ними, но днем было слишком много дел. — Вечером у меня тренировка, встретимся после твоей репетиции, — обратился он к Аулис. Девушка широко улыбнулась, демонстрируя новую фиолетовую помаду. Сегодня на ней были очки-«панто», в которых Аулис была особенно похожа на школьницу. Эваллё перехватил взгляд ее голубых глаз; судя по выражению лица, Аулис все же надеялась, что он пойдет с ними. Из подсобного помещения появилась Рабия и обвела взглядом их сборище: — Как вас много! Ребенок, как дела? — Рабия вскользь коснулась шлейфа белоснежных волос девушки и поцеловала ее в макушку. За свою комплекцию Аулис получила прозвище «ребенок» от матери Маю; это было забавно, если учесть, что девушка была старше их с Ионэ на несколько лет. — Госпожа Холовора, — с почтением обратился к Рабии блондин. — Вы как всегда прекрасны! Может, я могу чем-то помочь Эваллё, чтобы вы его сегодня отпустили пораньше? Рабия оценивающе окинула Ионэ. — Да-а? И с кассой, значит, умеем работать? — подколола она. С деланным безразличием Эваллё склонился к уху Ионэ, пялящемуся на короткую юбку и длинные ноги Рабии: — Взгляд чуть выше, будь любезен. — Задумался… — отозвался парень. Эваллё бросил на Ионэ выразительный взгляд: что-то рядом с Рабией люди подозрительно много «думают». В этот момент в доме зазвонил телефон, отняв у Ионэ великолепную возможность отмазать его от работы. — Я отвечу на кухне, занимайся делами, — бросила Рабия и вышла в коридор через неприметную дверь позади барной стойки. Глядя с улыбкой, как Ионэ обнимает Аулис со спины, слегка укачивая, Эваллё вдруг вспомнил про закипающий кофе. — Передавай привет мелкому, — протянул Ионэ, — ты не сможешь прятать его вечно. Я хочу как-нибудь позвать его с нами покататься. Аулис заинтересованно запрокинула голову, и парень игриво чмокнул ее в нос. — Маю и скейт — вещи несовместимые, — усмехнулся Эваллё. Перед его мысленным взором пронеслась, будто кинолента, череда падений и ушибов Маю. — Так мы его подстрахуем, — не унимался Ионэ. — Он — пацан способный, быстро войдет во вкус. Отнеся заказ за столик, Эваллё вернул поднос на место и отправился на кухню: нужно было достать пирожные из холодильника и заполнить опустевшую витрину. Обогнув помещение, где орудовал повар, Эваллё направился в просторную кухню, расположенную в задней части дома, где обычно обедала вся семья. Зайдя за пирожными, он увидел, как Рабия застыла напротив стола, прижимая радиотрубку щекой к плечу, при этом она перебирала ворох документов и распечаток и не обратила на него внимания. Рядом на краю стола лежал ее рабочий ноутбук; от чашки с кофе поднимался пар. — Господин Стенвалль, простите, я вас не узнала, — сказала Рабия, озираясь вокруг и явно что-то ища в ворохе бумаг. В процессе она махнула рукой и едва не опрокинула кофе. Эваллё быстро переставил чашку на свободную поверхность. — Я чем-то могу вам помочь? — рассеянно произнесла Рабия, подняв взгляд на Эваллё. По растерянному лицу Рабии он понял, что что-то не так. Для удобства она включила громкую связь, и Эваллё мог отлично слышать голос на другом конце линии. — Полагаю, мы с вами давно не общались, — произнес тот со странной, непонятной Эваллё интонацией. — Вы подписали договор на обучение Майре в Театральной академии. У собеседника — им был мужчина, вполне возможно, ровесник Сатина или старше — оказался необычный тембр и приятная спокойная речь. Довольно знакомый голос. Возможно, они сталкивались в академии, но Эваллё бывал там настолько редко, что мог ошибаться. Прислушиваясь, он подхватил чистый поднос, открыл двойные двери холодильника и принялся аккуратно выставлять на поднос контейнеры с пирожными. — Мне жаль, но, учитывая ситуацию, Майре не сможет получить аттестат. Дело в том, что Майре не предупредил никого из преподавателей о своем отъезде. — Рабия бросила на Эваллё напряженный взгляд, в ответ он пожал плечами. — Узнав, что ваш сын покинул академию, я был вынужден связаться с вами. Вы понимаете, с тех пор как юноша перевелся в академию, на директора школы, в том числе на меня, как на его куратора, легла ответственность за успеваемость Майре. Госпожа Холовора, я полагаю, мы с вами сможем разрешить это недоразумение. Несмотря на тепло в кухне, от его слов Эваллё пробрал холодок. — Я могу узнать, в чем дело? — осведомилась Рабия. — Ваш сын не окончил обучение. Кроме того, наша школа не предоставляет возможность досрочного выпуска, — раздался убийственно спокойный голос профессора. — Мне сложно судить о поступке вашего сына по тексту в письме, которое нам поступило от Майре. Я бы хотел услышать лично от Майре, что побудило его прервать обучение. Однако с тех пор, как ваш сын покинул стены академии, он не выходит на связь. Я хотел, чтобы вы знали: Майре — один из наших самых сильных студентов. Возможно, что-то повлияло на его решение обучаться у нас. Потребовалось несколько секунд, чтобы осмыслить услышанное. Маю не оканчивал школу экстерном, об этом вообще речи не было. Неужели Маю выдумал все? Должно быть какое-то логическое объяснение. Рабия перестала листать документы и потянулась за пачкой сигарет, лежащей рядом с ноутбуком. — Боюсь, я ничего не знала об этом, — наконец произнесла она. — Приношу извинения, если Маю доставил вам проблемы. — Не беспокойтесь, мой долг — известить вас. Позвольте узнать, как Майре себя чувствует? — Маю в порядке, — ответила Рабия после короткого колебания, — не беспокойтесь, он благополучно добрался. Стараясь не шуметь, Эваллё перенес из холодильника остальные контейнеры с десертами, после чего достал бесподобный двухкилограммовый торт. Рабия достала из пачки сигарету и придвинула пепельницу. Эваллё перехватил ее взгляд. — Выложи торт на блюдо и оставь тут: я перед уходом проведу съемку для блога. — И обратилась уже к профессору: — Простите, я сожалею, что так вышло, я поговорю с Маю… — Я не хотел поставить вас в неловкое положение, но я беспокоюсь за одного из своих лучших учеников. Я знаю Майре как ответственного и старательного юношу, уверен, всему есть простое объяснение, но по каким-то личным причинам он не поставил вас в известность. Он несколько впечатлителен, возможно, имело место недопонимание. По лицу Рабии было заметно, что она готова закурить прямо на кухне. — Маю сейчас на занятиях. Передать ему что-то? — Нет, благодарю… Повторюсь: я удивлен, что Майре ничего не сказал вам. В школе осталось кое-что из его вещей. Будьте добры, укажите ваш адрес, чтобы я смог вернуть их. — У меня нет вашего номера, — спохватилась Рабия, и профессор Стенвалль сообщил ей свои контакты. Эваллё был удивлен, что она вообще запомнила имя преподавателя Маю, обычно ни у кого из предков Маю не находилось времени даже на родительское собрание, не говоря уже о таких мелочах. — Я отправлю через ватсап. — Я рад, что мы поняли друг друга. Всего доброго. В трубке последовали частые гудки. В ту же секунду Рабия шумно выдохнула и нажала отбой. Эваллё пребывал в ступоре. Так выходит, Маю сбежал? Пока Рабия собиралась с мыслями, Эваллё молча печатал беглецу сообщение. Профессор прав: должна быть причина, по которой Маю скрыл от них правду, — Эваллё был в этом уверен, он слишком хорошо знал Маю. В последний момент передумал и стер сообщение, состоящее из одних вопросов. По словам профессора Стенвалль, Маю забил на учебу и уехал домой, никого не предупредив. Четыре года, потраченные впустую, — Маю не мог не понимать, насколько это безрассудно. Они все были уверены, что Маю окончил четвертый курс экстерном и получил аттестат. Огромные деньги просто выброшены на ветер. В академии как раз закончились весенние каникулы, и все ученики должны были вернуться в школу. Все, за исключением Маю. Рабия пошире распахнула окно, чтобы запустить в кухню свежий воздух. Эваллё было неловко оттого, что он оказался на кухне в неподходящий момент. Чувствуя, как гулко стучит сердце, Эваллё надел одноразовые перчатки и взялся за нож для десертов, после чего принялся нарезать торт на идеально ровные куски. Услышанный разговор не давал ему покоя. Меньше всего он ожидал, что Маю выкинет подобный фокус. Бывало, тот врал или хитрил, чтобы получить желаемое, но никогда не относился столь наплевательски к собственным успехам. Рабия перехватила взгляд Эваллё, словно только сейчас вспомнила о нем. — Ты поговоришь с Маю или, хочешь, я сам? — услышал он собственный голос. Опустив пепельницу на подоконник, Рабия быстро отправила сообщение и поднесла сигарету ко рту. — Я удивлена не меньше тебя. — Рабия рассеянно затянулась и стряхнула пепел. — Ладно, разберусь с этим позже. Мне нужно съездить по делам в банк, потом еще заскочить в пару мест. Справишься? — Без проблем. Рабия отошла от окна и помахала рукой, прогоняя дым. — Спасибо. Хоть на кого-то здесь можно положиться. — Рабия подалась к нему и с чувством чмокнула в щеку, обдав запахом табака. — Звони, если будешь зашиваться. Закроешь кафе перед тренировкой, и сразу напиши мне. Я буду поздно, пускай Маю отдыхает, поговорим утром, на свежую голову. Она протянула раскрытую ладонь, и Эваллё дал пять. — Я скоро вернусь, прибери пока. — Затушив сигарету, Рабия быстро собрала бумаги со стола, опустила крышку ноутбука и, подхватив вещи, исчезла в дверном проеме. Отложив нож, Эваллё опустил голову, уставившись на труды рук своих. Постоял так с полминуты, обдумывая слова профессора. Он всего лишь хотел понять, что происходит в голове Маю, и не собирался лезть не в свое дело. Возможно, у парня проблемы. Следует поговорить с ним и попробовать разобраться во всем. Что бы там ни было — Эваллё не собирался оставлять его наедине с неприятностями. Эваллё убрал пепельницу и еще раз протер все кухонные поверхности. Вдруг до него донеслись голоса друзей. Аулис прижалась к нему со спины мягкой грудью, выглянула у него из-за плеча и коснулась щекой татуировки на трицепсе. Ионэ зашел спереди и, сократив между ними расстояние, опустил прохладную, совсем как у Маю, ладонь ему на крепкий пресс. Поднырнул рукой под футболку и погладил его живот. — Мы уже уходим. Зашли тебя проверить, малыш, — проворковал Ионэ. Мысли о прохладных ладонях Маю вызвали целую гамму эмоций. Перед мысленным взором возникло обнаженное тело в душе: ничего не подозревающий Маю, беззаботно ловящий ртом струи воды. Эваллё ощутил смятение. Маю ведь даже не подозревает о его фантазиях. Почему-то эта мысль ужасно заводила. Эваллё вскинул руки и обхватил лицо Ионэ, после чего припал к его губам. Упоенно лаская их языком и вжимаясь в парня, Эваллё почувствовал руки Аулис на своих бедрах и ее настойчивые прикосновения. Все мысли о Маю тут же выветрились из головы.* * *
ЭВАЛЛЁ
Эваллё вытащил наушники из ушей и поднялся на третий этаж. Похоже, в академии Маю не привык к уединению: дверь мансарды была приоткрыта, в коридор падал тусклый свет и доносился негромкий голос Маю. Скорей всего, тот общался по телефону. Эваллё удалось выхватить только обрывки фраз и имя одноклассника Маю — Эрика. Парень забился в кресло у дальней стены, переложив с него все книги на кровать. Маю курил айкос и залипал в свой айфон. Он сидел в полумраке, оставив включенным только ночник на прикроватной тумбочке. Заметив Эваллё, Маю тут же смолк. На Маю была плотная толстовка с капюшоном, который он натянул на голову, пижамные штаны и шерстяные носки — тот явно мерз, в отличие от Эваллё, которому нечем было дышать. — Привет, — бросил Эваллё и закинул спортивную сумку в гардероб. После тренировки он принял душ и успел перекусить, а сейчас желал одного — броситься в постель. Но поскольку Маю еще не спал, планы пришлось поменять. — Что делаешь? — Отправлял голосовое сообщение, — отозвался Маю, сверля его взглядом. Впрочем, Эваллё было все равно — пускай смотрит, сколько хочет. — И давно ты куришь? — не удержался от вопроса. — Нет, — донеслось из кресла. Эваллё рассчитывал на более информативный ответ. Он быстро стянул с себя одежду и переоделся в домашние штаны; по привычке не стал надевать майку. Все шмотки с тренировки он отправил в корзину с грязным бельем. Маю опустил глаза и снова уставился в свой телефон. Родители переводили Маю деньги, а тот тратил их на всевозможные гаджеты, заказывал одежду, а теперь еще начал курить. — Как друзья из академии? Ты общаешься с ними? — спросил Эваллё: интуиция подсказывала, что лучше начать издалека. Эваллё несколько раз видел, как Маю переписывается с кем-то, но с каждым днем тот все больше мрачнел. — Только через интернет. Мы не созваниваемся. — Маю поднес к губам стик и сделал затяжку, после чего выпустил ароматный дым в сторону Эваллё. — Что-то случилось? Ты обычно со мной не разговариваешь. — Вот черт! А он ведь даже не замечал этого. — Извини, я, наверное, замотался. — Эваллё искренне надеялся, что его занятость — единственная причина, почему он избегал Маю. — Ладно, проехали. Я все понимаю. Мне вот интересно, а почему тебя хотели выгнать из школы? Ты мне никогда не рассказывал об этом, — произнес Маю с недовольством и уставился на него. Эваллё как раз снимал цветные линзы и укладывал их в контейнер с раствором. Контейнер едва не выскочил у него из рук. — Я много раз нарушал дисциплину, — уклончиво ответил Эваллё. — Мне сделали последнее предупреждение, и оно как бы не сработало. — И что же ты такого отмочил? — Маю перешел на наглый тон, позабавивший Эваллё. — Ты отучился в гимназии всего несколько месяцев, и тебя уже хотели отчислить! Он собирался расспросить Маю о произошедшем в академии, а получилось, что ему самому учинили допрос. Ловко же пацан умел переводить стрелки! Маю откинулся на спинку кресла. — Значит, не хочешь палиться. Эваллё и бровью не повел. — Я целовался. Можно сказать, и не только. — Что?! — Маю разом ожил и впился в него взглядом. — В смысле — не только?! А с кем? У тебя была девушка в выпускном классе? Эваллё не удержался и фыркнул. Маю нисколько не удивляло его поведение в стенах школы, гораздо интереснее было то, с кем он целовался на перемене. — А без этого ты не уснешь? — парировал Эваллё. — Я в любом случае не усну, — зачем-то сказал Маю и без перехода произнес: — Ты, наверное, популярен у девушек. — Маю затянулся и выдохнул ароматизированный дым. Эваллё покосился на парня. Ему становилось все веселее и веселее слушать Маю. — Ну, ты занимаешься футболом, рукопашкой, умеешь готовить, любишь читать, хорошо одеваешься, у тебя красивое тело и лицо, — пояснил тот, густо багровея: даже полумрак не смог скрыть этих красных щек. Вот так характеристика! — Давно вы встречаетесь с Аулис? — С ней года полтора. Мы переехали сюда зимой, только начался новый семестр, я сразу перевелся в гимназию, а после выпуска познакомился с Аулис. У нас есть общие знакомые, она тоже катается, мы как-то пару раз пересекались с ней в скейт-парке, а потом все завертелось, в общем, все как у других людей. — Эваллё прихватил свой телефон со стола и перебрался на кровать, после чего расчистил место для Маю, вернув книги на полку в нише. — Я же постил с ней фотки и сторис, ты же сам лайкал. — Я ничего не понял. Ты всегда выкладываешь кучу народа. Они сидели с Маю рядом, соприкасаясь плечами. Эваллё крутил ленту в инстаграм, останавливая в нужных местах и указывая на Аулис. — Ей же лет пятнадцать! Тебя посадят в тюрьму! — Она старше меня на пять лет, — возразил Эваллё. — Аулис учится на музфаке: эстрадно-джазовый вокал. Маю присвистнул: — С ума сойти! Я думал, у тебя аллергия на певцов. — С чего ты взял? Маю пожал плечами: — Моего отца ты терпеть не можешь. Вы с ним постоянно орете друг на друга. Настроение тут же испортилось. Эваллё меньше всего хотел говорить сейчас о Сатине. Тот еще успеет всем вынести мозг, когда узнает про академию. — Ты сказал, что в любом случае не уснешь — почему? — сменил тему Эваллё. — У меня хроническая бессонница, — пояснил Маю, перебираясь к стене. Маю наугад взял книгу с полки в изголовье кровати и принялся разглядывать обложку. — Я даже наблюдался у врачей. — И давно? — Эваллё сразу стал серьезным. Довольно странно для восемнадцатилетнего парня иметь проблемы со сном. Кроме того, ему не понравилось, что Маю скрыл, что уже проходил какое-то лечение. Маю нехотя кивнул. Эваллё чувствовал, что тот хочет выговориться, но из чувства упрямства молчит. — Улучшения хотя бы есть? — Ни фига. Эваллё велел идти за ним и слез с кровати. Спускаясь по лестнице, натянул прихваченную с собой майку-алкоголичку. В кафе он зажег свет над барной стойкой и, не тратя время попусту, занялся делом, пока Маю наблюдал за ним, сидя на высоком табурете. Парень стянул с головы капюшон, и теперь свет подвесных ламп над барной стойкой отражался в его осветленных волосах с черными корнями. Эваллё время от времени ловил его заинтересованный взгляд: без своих линз Эваллё видел уже не так хорошо, но это не мешало вдоволь налюбоваться салатово-зеленым цветом глаз Маю. Через несколько минут он поставил перед Маю обычный граненый стакан с коктейлем. — Бери и пей. — А что там? — с подозрением спросил Маю. — Почему он голубой? — Водка, сахарный сироп, лимонный сок, яичный белок, ликер и лед. Работает как лекарство от нервов. Тебе завтра в школу, поэтому я разбавил водку. — Я точно смогу заснуть от этого? — Маю недоверчиво понюхал содержимое стакана. — Пей. — Как будто споить меня хочешь, — проворчал Маю, нехотя делая глоток. Перед этим он и так и этак обсмотрел стакан и напиток, даже зачем-то сунул туда палец. Вроде палец оказался вкусным, поэтому Маю рискнул все же попробовать коктейль. — Я выпью это, если завтра приготовишь мне что-нибудь из того, что я люблю. Ты же у нас типа шеф-повар, — слова Маю вызвали у него усмешку. Себе Эваллё прихватил бутылку светлого; открыв крышку, перелил пиво в высокий бокал. Пожалуй, ему тоже не помешает немного расслабиться после долгого насыщенного дня. — Неплохо, — неразборчиво пробурчал Маю и принялся жадно поглощать напиток. Эваллё было приятно слышать похвалу: смешивать коктейли он научился еще в детстве и мог приготовить что угодно с закрытыми глазами. Они недолго посидели в пустом зале кофейни. Эваллё потихоньку потягивал пиво, устроившись на барном стуле рядом с Маю. Маю был немногословен, но с ним было удивительно комфортно, даже молчание не казалось чем-то неуместным. Щелкнул вскипевший чайник. — У вас уже все было? — спросил парень, глядя в опустевший стакан. — А мне казалось, водки маловато, — задумчиво пробормотал Эваллё. — Разве романтические отношения не подразумевают секс? По-моему, без секса в них явно будет не хватать чего-то важного. Ты же поэтому не ночуешь дома. Наверняка проводишь жаркие ночи со своей подружкой. — У тебя-то у самого был секс? — с улыбкой спросил Эваллё, позабавленный серьезностью Маю. Тот несколько секунд смотрел на него в упор. Потом ожидаемо набычился. — А тебе не пофигу? — Попробуй хоть раз, может, понравится, — засмеялся Эваллё. — Так, все, я спать, — буркнул Маю, сползая с табурета. — Жду тебя с моим чаем наверху, — на полпути Маю обернулся и окликнул его: — Эй! Можно мне курить в твоей комнате? — Только никакого пепла в моей постели. Кури свою дудку. Эваллё какое-то время смотрел на пустой стакан, потом быстро вымыл тот и заварил для Маю успокаивающий чай. Усмехнулся своим мыслям. Неужели Маю девственник? А вот это уже интересно. Страшно привлекательный парень, блондин с зелеными глазами, да еще с этими забавными веснушками, с прекрасным голосом, отличник, сам заместитель директора беспокоится о нем — и ни разу?.. Эваллё рассмеялся вслух. Определенно, он не зря затеял этот разговор.
