Ещё одна мечта

      К огромному облегчению Гермиона не стала использовать смс как основное средство общения. Она по-прежнему присылала свою сову и не писала смс в течение рабочего дня, кроме редких: «Хочешь пообедать вместе на этой неделе?». Один или два раза в месяц она спрашивала, не хочет ли он встретиться и выпить по пинте.       Он всегда отказывался. Не то, чтобы он не хотел видеть Гермиону – совсем не так, он просто не хотел поощрять свои глупые чувства.       Она заставила его сердце биться чаще каждый раз, когда пищал мобильный (он выключил этот адский писк, как только прочитал проклятое руководство), а однажды, направляясь к аппарационной площадке, он увидел её и нырнул в ближайшее пространство меж двух зданий, слишком узкое, чтобы быть переулком, и всё ради того чтобы избежать неизбежной реакции своего тела, когда она прошла бы рядом.       Это гиблое дело.       Так что они общались письмами. Он обнаружил, что она всё больше увлекает его, а ещё помогает узнать возможности телефона. Гермиона присылала заказ на зелья, он отправлял информацию о них, потом она звонила и говорила, что, сколько и когда ей нужно.       Она часто предлагала самой забрать их, если он не против. Он отказывался - не хотел, чтобы она была рядом с его домом.       Или, точнее, его кроватью.       А вот эти мысли совсем неуместны.

***

      Был май, когда она загнала его в угол. Он как раз собирался выйти из Святого Мунго. Какой-то засранец счел смешным разрисовать своего брата безумно сверкающими красками и сделать это рядом с кругом фей. Эти бешеные голубые пикси укусили ребенка не меньше семнадцати раз после попытки (причем, частичной успешной) съесть какие-то грибы на поляне.       Конечно, целители Смайт и Бёрден посчитали себя такими умными, не выслушали всю историю, сюсюкались с мальчиком и соглашались, что это, несомненно, просто случайность и в конце вылечили мальчика от укусов.       Вот только это вызвало довольно тревожную реакцию между лекарством от укусов и краской. Затем они дали ещё что-то, что среагировало с прежним лекарством и соком грибов, что попали в укусы от пикси, и всё стало совсем плачевно, пока, наконец, кто-то не предложил позвать «этого ублюдка» за помощью.       Не выслушав даже четверть рассказа, он использовал номера 14, 22, 37 и 68 из книги, которую дала ему Гермиона, сумел до чёртиков напугать старшего брата, родителей и обоих неадекватных целителей одними лишь стараниями пера и пергамента. Хотя ужас целителей был маленьким бонусом, признался он себе потом. Он считал, что они оба были слишком глупыми, чтобы понять значение этого устрашения… должно быть они были хаффлпаффцами.       Он был так зол из-за того, что на самом деле чуть не потерял мальчика, что решил пешком вернуться на работу, а не аппарировать.       И вот Гермиона стояла прямо через улицу и махала ему с радостной улыбкой. Северус нахмурился и поёжился под сюртуком, который всё ещё надевал поверх классических рубашек, когда появлялся в магическом мире, вместе с шарфом – само собой разумеется, шарф сейчас был скорее проявлением сентиментальности, чем необходимостью. Может, с ним должен случиться несчастный случай? Его сердце сжалось при мысли о том, что он уничтожит свой подарок, просто чтобы почувствовать себя лучше, от этого его губы скривились.       Она всё ещё переходила эту проклятую улицу.       И улыбалась.       Ему.       Хотя бы перестала махать.       - Северус! – Гермиона откинула прядь волос с лица, пристально глядя на него. – Всё в порядке? Серьезный случай в Мунго, да?       Он попытался зло взглянуть на неё, но это не подействовало.       - Пообедаешь со мной? У меня есть свободный час, даже чуть больше. Я всю неделю работала допоздна, и мне не помешал бы сейчас друг.       Теперь её улыбка стала немного озадаченной, помедлив, она взяла его под локоть. Он чувствовал как её тепло доходит сквозь шерсть, хлопок и плоть до самых костей.       - Заведение магическое или маггловское? – спросила она, ведя его по тротуару.       Он кисло взглянул на неё.       - Значит, маггловское. Не против чайной? Я пытаюсь найти место с приличными бутербродами и без пакетированного чая, и есть место, которое я хотела посетить примерно в квартале отсюда.       Он покачал головой, и она сжала его руку, прежде чем отпустить её, мельком бросая взгляды сквозь ресницы.       Красивые ресницы, идеальные для этих глаз – нет, остановись. Ты же усвоил урок. Ты не сделаешь этого снова. Но она так прекрасна, и, о, Мерлин, на ней была маггловская блузка. Почему раньше не заметил? Только не смотри вниз, иначе увидишь – вот их. Чертовски идеальные.       - Я рада, что могу пообедать с тобой, - говорила Гермиона, а он старался отвести от неё взгляд и просто смотреть на тротуар перед собой. – Гарри занят тренировками, я же тебе говорила?       Северус кивнул, беззвучно рыча на маггла, задевшего его руку.       - Видимо, у его команды дела идут неплохо, хотя признаюсь, я хожу только на первую игру сезона, потом киваю и улыбаюсь, когда он рассказывает об этом.       Она нервно закусила губу и извинилась перед пожилой женщиной, в которую чуть не врезалась, засмотревшись на его лицо.       - Это значит, что я плохой друг? Меня волнует, хорошо ли он себя чувствует и счастлив ли он, я просто не запоминаю деталей. Это здесь, как и говорила Марта, осталось повернуть направо. И Гарри делает тоже самое, когда я начинаю говорить о работе.

***

      Чай был… терпим. Если бы это было их первым свиданием, было бы прекрасно, было бы нормально думать о её губах и поцелуях и желании, чтобы пуговица или две слетели бы с её блузки. Несмотря на то, что он почти всё время смотрел на неё, он не мог вспомнить, какого цвета была её проклятая блузка.       Сев за стол, она заказала чай и бутерброды, отметив его кивок, когда она выбрала то, что он предпочитает, а затем спросила, не окажет ли он честь разлить чай.       Спустя одно заклинание «Оглохни», он написал краткое резюме произошедшего в Святого Мунго (без точных данных пациента, только ужасные способности Смайта и Бёрдена), над которым она рассмеялась.       - О, Боже, бедный мальчик! – сказала она, размешивая сливки в своей чашке и передавая ему маленький кувшин. – Я рад, что ты смог помочь, хотя… Ммм, а чай неплох. Не так хорош, как тот, что ты мне дал. Было довольно грубо с твоей стороны, дать мне чай и не сказать, где его можно купить.       Уголки его рта дернулись в улыбке. Уже закончился?       - Я храню на последний раз, - сказала она непринужденно. – Никогда не знаешь, когда понадобится минутка, чтобы расслабиться и улыбнуться.       Она замолчала и ненадолго задумалась.       - Нам следует чаще обедать вместе. Мы можем встречаться, где хочешь, или можем выбирать по очереди. Меня не волнует, в каком мире мы будем обедать… - Предпочтительно маггловское. Слишком много взглядов, в нашем недостаточно уединения. – но я скучаю по общению с друзьями и особенно по тебе.       Друзья. Это слово болезненно ударило его под дых, прежде чем он понял, что ему уделили особое внимание. Его сердце пело от восторга, и он вопросительно поднял бровь.       - Рон занят работой – я же говорила тебе, что его перевели из младшего аврора в старшего? На прошлой недели он с Гарри ходил выпить пива, чтобы отпраздновать это, и в итоге мне пришлось вытаскивать эти две задницы из паба! Но ты… Я больше всего с тобой разговариваю и меньше всего вижу. Это несправедливо, что мои постоянные спутники – Живоглот, твои письма и мои родители.

***

      Вот поэтому в июле он угрожал палочкой своему пронырливому работодателю, чтобы тот вернул мобильный телефон. Это принадлежало ему. Его разговоры с Гермионой, какими бы обыденными они ни были, и их планы снова встретиться пообедать на этой неделе (на этот раз в китайском ресторане по его выбору) были его делом. Ничьим другим.       И, конечно же, не делом этого дерзкого маленького злодея, был ли он его работодателем или нет! Он мог уйти в любое время, они оба это знали, и бросить дело на самотёк. Он знал все рецепты, участвовал в разработке половины из них и владел почти третью бизнеса.

***

      Гермиона открыла свое печенье с предсказанием, когда зазвонил её телефон. Она с раздраженным вздохом открыла свою сумочку, странная вещица, заношенная до полусмерти, и она ему не нравилась, так почему он был так заинтригован сумкой, в которой были телефон, фунты, несколько галеонов, зеркало и какой-то блеск, от которого губы Гермионы сияли в свете электрических лампочек.       Ему хотелось слизывать этот блеск с её губ каждый раз, когда она его наносила. По его мнению, ей он не был нужен. Она и так была достаточно хороша. Возможно, немного простой, но для него она была ошеломляющей, и я не люблю её…       Она закатила глаза.       - Вот поэтому я рада, что у тебя есть мобильный, - она передала ему свое маленькое серое устройство. – У Гарри он тоже есть, но он перенял самые плохие привычки.       Что? Какой кошмар. И в одной из немногих вещей, которые являются самыми правильными в мире. Это дерьмо? Он был в ужасе. Он даже не мог прочесть это! Набор букв и символов. Поттер показал себя ещё большим болваном, чем он первоначально предполагал.       - Мне жаль, Северус, что так рано прерываю обед. Мне нужно идти.       Она протянула ему деньги за половину счета (она давно выиграла эту битву, теперь они либо оплачивали по очереди, либо платили каждый по половине).       Он с болью смотрел, как она уходит, направляясь к Поттеру.       И что, чёрт возьми, означает фраза «Д арест, мшь пмчь Лон СПО»?