24 Days Of XXX-Mas

Магнус не спеша провел рукой поверх белой повязки на левом боку Алека, заставив парня чуть дернуться. Они раздевались медленно, осторожно, памятуя о все еще заживающей плоти. Всего два дня назад Алека ранили в патруле, когда демону инкарна удалось зацепить его когтями. Рана была не такой уж глубокой, но в нее попал демонический яд, существенно замедляя заживление. Даже магия Магнуса и постоянно обновляемые иратце не смогли вылечить его быстро. Именно поэтому у Алека был постельный режим. Во всяком случае, должен был быть. Единственное, что в этом «постельном режиме» соблюдалось, так это наличие постели, но находились они сейчас на ней вдвоем, сплетаясь губами посреди разбросанной по полу одежды. — В меня, — прошептал Алек, оторвавшись от поцелуя, не переставая блуждать ладонями по накачанной груди Магнуса. В словах слышалось нетерпение, пусть тело его и реагировало слишком медленно. Боль и лекарства затрудняли эрекцию, но это означало лишь, что Магнусу придется поработать усерднее, чтобы его возбудить. Несмотря на это, Магнус знал, Алек был настроен серьезно. Секс был их способом восстановить связь после пережитой опасности, убедиться, что они оба живы и — относительно — целы. Они искали в нем не удовлетворения и разрядки, а близости и чувства единения. То, что у них в сексе была любимая поза для тех случаев, когда один из них — обычно Алек — был ранен, многое говорило об их жизни. — Блядь, вот так, да, — выдохнул Алек, чуть наклоняя голову назад, не смея пошевелиться как-либо еще. Он лежал на здоровом боку, согнув одну ногу, Магнус крепко обнимал его со спины. У них не было особого простора для движений, что в такие моменты играло только на руку. Магнус взял на себя всю работу, вжимался бедрами в его задницу, проникая внутрь и выскальзывая обратно с той скоростью, что в любой другой раз вызывала бы лишь раздражение. Но не сейчас, не тогда, когда Магнус держал руку у Алека на груди, прижимая его к себе, и наслаждался устойчивым биением сердца под ладонью.