My own personal tragedy

Эта грёбаная дорога не закончится никогда. Она тянется насколько хватает взгляда. Без единого поворота или изгиба, без знаков и придорожных забегаловок, вообще без единого признака жизни. Начинается где-то в жёлто-красно-голубой (и все равно серой) пустоте и уходит в неё же, растворяясь. Энди здесь не в первый раз (и не в последний), а может, он вообще никогда и не уходил, и все, что он помнит, было лишь сном. Но, тогда, где реальность? Так вот же она, прямо перед носом: в костре, горящем на обочине вечной дороги, в двух фигурах, греющихся у него, и в сломанном желтом мотоцикле. Оливер не сводит глаз с пламени, пока Энди смотрит на него. Смотрит и сам не до конца понимает, кого видит. Они, вроде как, похожи. Вроде как. Курят и пьют одно и тоже, обдалбываются одним и тем же (читай: чем найдут), зарабатывают одним и тем же образом и, как следствие, спят с одними и теми же людьми - проёбывают жизнь, сказал бы Бирсак, если бы ему было что проёбывать. Потому что Сайксу, в отличие от него, есть куда возвращаться. Вечная мантра - «в один момент я изменюсь». Изменится... Изменится и примет наследие родителей, станет главой компании отца, женится, заведёт детей и будет смотреть свысока на таких, как он сейчас. У Энди такого не будет, потому что грабежи, бродяжничество, проституция и вся грязь, что его окружает - это не протест и не захватывающая история о молодости, которую он будет рассказывать стариком людям, слушающим его в пол уха для приличия, это его путь к выживанию. Так что, наверное, они не так уж и похожи. Две полных противоположности, притворяющихся одинаковыми. Голос Энди чуть хриплый, когда он прерывает молчание: - Кто я для тебя? Оливер чуть вздрогнул от неожиданности, но ответил: - Почему ты спрашиваешь? Ты мой лучший друг. - Да, да, - устало отмахивается. - Но, серьёзно, кто я тебе? В глазах напротив что-то меняется. Сайкс впервые за вечер смотрит на Бирсака. У него всегда все так сложно? - Энди, ты же знаешь, что два мужчины не могут любить друг друга? - Ага. - это не все, точно не все, но Оливер не торопит. - Но, мне кажется, я мог бы полюбить кого-то не за деньги. Они молчат долго. А может и нет, время давно перестало существовать. - Я люблю тебя. - Эн... - Я знаю, что ты скажешь, - грубо, резко. - но все равно люблю. Спокойной ночи. Сайкс не даёт ему ложных надежд, они появляются сами. Все точки над и давно расставлены, Оливеру присуща честность, и Энди благодарен ему уже за это.