Если звёзды зажигают...

Возвращаться в Хогвартс, после последней битвы, было крайне странно. Гарри стоял на пороге замка и не решался сделать шаг вперед. Он все еще помнил вырванные с мясом стены, медный запах крови и бесцветные, мертвые глаза погибших. Герои, которые сражались не на своей войне, у которых не было будущего, которые навсегда застыли во времени. В ушах Гарри до сих пор звучали звуки войны; ему мерещились призраки прошлого, они тянули к нему склизкие щупальца и казалось, что в такие моменты весь воздух из его лёгких кто-то выбивал метким ударом в солнечное сплетение. Сердце разрывало грудную клетку, пытаясь вырваться наружу, а пальцы судорожно сжимали пижаму на груди. Серость замка поплыла перед глазами, и Гарри, чтобы прийти в себя прислонился спиной к прохладному камню. Наверное, вернуться в Хогвартс было не лучшей идеей… - Гарри! - раскатистый бас вывел Гарри из оцепенения. Со стороны озера, в окружении взволнованных первокурсников ковылял Хагрид. Он преодолел расстояние, разделяющее их, в пару огромных шагов и заключил Гарри в стальные объятия. Парень мог поклясться, что слышал, как хрустнули его многострадальные рёбра. - Как же я рад тебя видеть! - его маленькие черные глаза-жучки светились такой любовью и теплом, что тоска стала понемногу отпускать Гарри. Вот он - большой, горячий и живой друг-полувеликан, который стал проводником Гарри в волшебный мир. Он всегда был рядом в сложные минуты, не давая опустить руки и сбиться с пути. Вот как сейчас. И если Хагрид смог жить дальше, то и Гарри сможет. Во всяком случае попытается. - Вот, малышню с поезда забрал. В этом году только двое вывалились из лодок, на радость русалкам. Ни единого года не помню, чтобы кто-то не попытался поближе познакомиться с кальмаром, - Хагрид спрятал улыбку в бороде и кивнул в сторону двух абсолютно мокрых мальчишек, у которых зуб на зуб не попадал, но они были в полном восторге. В памяти Гарри кровоточащей раной всплыли братья Криви. - Ну ничего-ничего, ещё привыкнут, - Хагрид похлопал себя по необъятной жилетке и заговорщицки подмигнув, наклонился к Гарри так, чтобы только он смог его слышать. - Мадам Максим прислала мне вкуснейший огневиски, который выстаивался в бочках более 100 лет! Ты обязан его попробовать! Приходи ко мне в пятницу после пар – расскажешь, чем занимался этот год, и как дела у неугомонной тройки. Ах, да, совсем забыл, - Хагрид похлопал Гарри по спине и тот чуть не клюнул носом землю. - Поздравляю, профессор! - последнее слово он подчеркнул и его лицо приобрело вдохновлённое выражение. - Ты будешь отличным учителем, я знаю! Гарри поблагодарил Хагрида и наложил обсушивающие чары на двух малышей. Те возбуждённо пискнули, когда у них из ушей повалил пар, и посеменили за Хагридом, что-то оживлённо обсуждая. На сердце Гарри стало так тепло, что все сомнения отошли на второй план, уступая место щемящей ностальгии по детству и чувству, что он вернулся домой после долгого путешествия.

***

Большой зал был как всегда величественным и прекрасным. Заколдованный потолок блистал россыпью звёзд с единичными ватками-облаками, а под самым сводом зависли в воздухе тысячи магических свечей. Все четыре факультетских стола были забиты учениками, которые внимательно следили за процессом распределения, а после - за директором. Сконцентрироваться на вдохновлённых вещаниях Макгонагалл у Гарри не получалось, потому что его мысли то и дело соскальзывали на человека, который сидел в паре метров от него, отделенный профессором Трелони. Холодное и отстраненное лицо Снейпа не выражало абсолютно никаких эмоций. Его тонкие длинные пальцы с острыми бугорками-суставами рвали булку, превращая ее в горку крошек. Он блуждал взглядом по залу, не задерживаясь на ком-то конкретном. Наверняка этот колючий взгляд холодил кровь любого из учеников. Гарри прекрасно помнил, как сам застывал под этим взглядом, боясь шевельнуться и накликать на себя гнев профессора. Мысли Снейпа были далеко за пределами праздничного банкета. Гарри поковырялся вилкой в мясном пироге, безуспешно пытаясь разобраться в своих мыслях. Он чувствовал себя полным идиотом после того, как сбежал от Снейпа, и уже трижды пожалел о своей несдержанности и грубости. Профессор был прав, когда говорил, что Гарри руководствуется только эмоциями, отдавая разуму второстепенную роль. Он осознавал, что наговорил лишнего, что может и было отчасти правдой, но все же не давало ему права так высказываться. Со Снейпом было сложно. Чертовски сложно. Его эмоции всегда находились под семью замками и понять его истинное отношение, да даже сиюминутные эмоции не представлялось возможным. В ту встречу Гарри просто хотел пробить плотину его ледяного спокойствия, растормошить и достать наружу его настоящие эмоции. Но вместо того, чтобы использовать скальпель, Гарри работал монтировкой. - Мистер Поттер, - спокойный голос вывел его из размышлений, и он понял, что, уйдя в свои мысли, продолжил пялиться на Снейпа, за чем и был застигнут последним. - Вы на мне дыру просверлите. Уши Гарри стали пунцовыми, и он поспешил отвести взгляд, пробормотав что-то похожее на извинения. Аппетит окончательно и бесповоротно пропал, собственно, как и желание находиться на празднике. Хагрид, сидевший по левую руку от Гарри, что-то оживлённо рассказывал, пару раз переворачивал кубок с тыквенным соком и, когда думал, что никто не видит, подливал себе что-то пряное из фляги. Последние полчаса пира дались Гарри тяжело - он провел их в мечтаниях о своей комнате, которую ему предоставили в замке, мягких теплых простынях и целительном сне. Совесть, (а она таки у Поттера была) требовала получить прощение у Снейпа, но Гарри понимал, что сейчас неподходящий момент. Всё же все серьезные вопросы лучше решать на чистую голову. А когда дело касалось Снейпа, то ещё и под защитой Феликс Фелицис.

***

Утро первого сентября разбудило Гарри солнечными лучами, которые пробивались в витражное окно и наглым образом бросали на лицо цветные пятна. Перед глазами еще стоял образ Снейпа, облаченного в свою обычную черную мантию. Он низко наклонялся над котлом, в котором бурлила фиолетовая субстанция, высоко пуская клубы дыма. Судя по ощущениям, что-то шло не так в процессе варения зелья, потому что Гарри проснулся с чувством глобального неудовлетворения. Вылезать из мягкой кровати ему катастрофически не хотелось, да еще и в таком мрачном настроении, но позволить себе опоздать в первый рабочий день Гарри не мог. Спустившись к завтраку в Большой зал, Гарри обнаружил весь профессорский состав, за исключением Хагрида и Снейпа. Отсутствие Хагрида можно было легко объяснить вчерашними успехами в выпивке, а вот отсутствие Снейпа неприятно волновало. - Гарри! - профессор Стебль широко улыбнулась и пригласила присесть рядом с ней. - Как ты? Волнуешься? Первый день всегда самый сложный, поверь мне, но дальше будет проще. - Спасибо, профессор, - Гарри ещё понадобится время, чтобы привыкнуть, что он уже не ученик. Он благодарно улыбнулся ей. - Надеюсь, что Вы правы. Мне бы не хотелось в первый же день отправлять кого-то к мадам Помфри. - Ох, милый, - женщина хихикнула, совсем, как молоденькая девчонка и ее щеки залил нежный румянец. - Когда я вела свой первый урок по травологии, в больничном крыле оказалась добрая половина класса и я вместе с ними, - она сделала неопределенный жест рукой. - Гной бубонтюбера тогда был везде, и мадам Помфри пришлось основательно постараться, чтобы вылечить ожоги. Ох, Гарри, я так тогда переживала, даже думала покинуть должность! Но меня остановил Дамблдор, святой человек! - ее глаза влажно заблестели. - Он тогда ещё не был директором, а преподавал трансфигурацию. Так что не огорчайся, если что-то пойдет не так, ты всегда можешь поговорить с нами, - она ободряюще похлопала Гарри по руке, и переключилась на разговор с Флитвиком. По правде говоря, Гарри был рад, что не пришлось продолжать этот разговор, ведь внутреннее волнение, которое казалось немного поутихло за ночь, сейчас вскарабкалось наружу и стало противненько подтачивать изнутри. Поддерживать образ невозмутимости и непринужденности было сложно. Впереди его ждал первый урок защиты от темных искусств с третьим курсом, и Гарри пообещал себе, что если все пройдет без происшествий, то он наберётся смелости, и вечером зайдет к Снейпу с извинениями. В тот момент он не мог сказать, какая перспектива - толпа учеников или кислое лицо Снейпа - пугала его больше.

***

- Далеко не все волшебники добрые. Далеко не все заклинания защитные и безобидные. Враг не будет спрашивать, что вы учили в школе, и как хорошо знаете заклинание, не будет медлить или щадить. Болотник или лесная ведьма не будут ждать, когда вы достанете палочку и вспомните, что нужно делать. Вы должны быть готовы к тому, что враг может появиться в пустой комнате, а любая схватка может стать последней, - Гарри окинул взглядом затихший класс, - если Вы не сможете себя защитить. Я здесь именно для того, чтобы вы в любой ситуации могли достойно встретить врага, защитить себя и свою семью. Я не буду проверять ваши домашние задания, не буду заставлять писать метровые эссе. Я уверен, что вам этого хватит и на других предметах. Теорию ЗОТи вы будете изучать самостоятельно, по учебнику, а здесь, - он обвел рукой класс, - мы уже будем отрабатывать то, что вы подготовите к уроку. Есть вопросы? Курносая девушка с огненно-красными волосами, сидевшая за первой партой, робко подняла руку. - Слушаю, мисс…? - Мисс Грин. Мистер Поттер, но нам ведь уже нечего бояться, не так ли? После последней войны не осталось злых волшебников. Вы ведь победили того-кого-нельзя-называть. - Волан-де-Морта, - поправил ее Гарри, и ученики поежились. - Называйте вещи своими именами. Страх перед именем увеличивает страх перед его обладателем. Да, Вы правы, год назад, мы общими усилиями победили Волан-де-Морта и его приспешников. И эта победа стоила очень дорого мировому магическому сообществу. Погибло большое количество людей. Многие из них даже не были совершеннолетними и никогда бы не могли вообразить, что им придется сражаться на войне. Именно поэтому я здесь – подготовить вас ко всему. Я очень надеюсь, что эти знания никогда не понадобятся вам в жизни. Но то, что Волан-де-Морт пал, еще не значит, что в мире не осталось Пожирателей смерти, или что ещё не родился такой ребенок, который захочет превзойти Волан-де-Морта. Война между добром и злом не заканчивается никогда, - Гарри успокаивающе погладил волшебную палочку кончиками пальцев. Он всегда чувствовал себя в большей безопасности, если она была рядом. Этот жест не укрылся от глаз учеников. - Ещё вопросы? Нет? Тогда приступим! Сегодняшнее заклинание поможет вам обезоружить врага. Оно хоть и простое, но не единожды спасало мою жизнь. Итак, тема занятия – обезоруживающее заклинание "Экспеллиармус". Доставайте волшебные палочки.

***

Гарри был окрылён первым успешным занятием. Третьекурсники оправдали его ожидания, и к концу урока у всех получалось мало-мальски обезоруживать оппонента. На урок со слизеринцами, после обеда, Гарри отправился в приподнятом настроении и с лёгкой душой. После наспех съеденного ужина, за которым опять не было Снейпа, ноги Гарри автоматически несли его в сторону подземелий. Неприятное чувство сжималось в районе солнечного сплетения, когда он думал о профессоре зельеварения. Нет, он вовсе не волновался, наверняка это чувство вывернутых наизнанку внутренностей вызывал несвежий мясной рулет. По привычке перепрыгивая через исчезающие ступеньки, Гарри оказался перед дубовой дверью кабинета. Смутно представляя, что он будет делать дальше и что будет говорить, Гарри быстро постучал, пока не успел растерять остатки храбрости и позорно сбежать. Долго ждать не пришлось - дверь широко распахнулась и на пороге возник высокий силуэт Снейпа. - Мистер Поттер? - его невозмутимое лицо окрасилось намеком на удивление. - Чем обязан? Гарри отметил, что вид у него был больной. Более больной чем обычно. Глубокая борозда пролегла между черными бровями, а лицо стало уставшим и болезненно-бледным. - Можно войти? Снейп хмыкнул, но отступил, пропуская незваного гостя в комнату. С последнего раза, когда Гарри изучал в этом кабинете окклюменцию, мало что изменилось. В помещении царил полумрак, а зеленоватое свечение от магического камина пускало причудливые тени на стены. В воздухе витал слегка осязаемый запах лимона и корицы. - Что случилось, Поттер? Вы видели время? Я конечно понимаю, что школьная привычка бродить после отбоя по замку теперь неотъемлемая часть Вашего характера, но… - Я – кретин. Гарри все это время, стоявший к Снейпу спиной, повернулся и успел уловить его озадаченное выражение лица. - Браво, Поттер! Если бы я мог, то с удовольствием начислил бы Гриффиндору 10 очков за эту тонкую проницательность Вашего разума! – и хоть голос Снейпа был крайне серьезен, Гарри чувствовал, что он забавляется. - Да, я кретин, и признаю это. Я хотел сказать спасибо, во время нашей прошлой встречи, но вышло все крайне плохо. Спасибо, что спасли мою тощую задницу. Опять. - Да, ораторское мастерство – явно не Ваш конек, – уголки губ Снейпа слегка приподнялись, в подобии улыбки. Он взмахнул волшебной палочкой и материализовал два деревянных стульчика. – Чаю? - Только если с чабрецом, – улыбнулся Гарри. Следующий час пролетел незаметно, в атмосфере дружеской беседы. Если бы кто-то сказал Гарри во времена обучения в Хогвартсе, что он найдет приятного собеседника в лице Снейпа – он бы рассмеялся в лицо этому безумцу. Но сейчас, казалось, что не было ничего более естественного и правильного, чем сидеть вот так, в полумраке подвала, попивать пряный чай, и обсуждать первый рабочий день на должности преподавателя с человеком, которого ненавидел всей душой более 6 лет. - Можно задать вопрос, профессор? – Гарри нервно заерзал на месте. - Вас никогда не останавливали запреты, – поза Снейпа была расслабленной, но глаза оставались настороженно-сосредоточенными. - Сочту это за разрешение, - почему-то резкие слова Снейпа перестали цеплять за живое, ведь Гарри научился улавливать скрытый смысл каждой такой фразы. – То зелье, что Вы сварили для меня в Святом Мунго, это Ваш авторский рецепт? Мадам Розетта говорила, что они никогда ни с чем подобным не сталкивались. - Вам действительно интересно? Раньше Вы не проявляли особого рвения к познанию тонкого искусства зельеварения. - Многое изменилось с тех пор. Мои интересы в том числе. - Ну что ж, – Снейп окинул его оценивающим взглядом, будто что-то взвешивая у себя в голове. – Если Вас это действительно интересует, – он резко встал и направился к неприметной двери в углу комнаты. – Следуйте за мной, Поттер. Они зашли в небольшое помещение, которое было уставлено котлами разной величины, и запах корицы с лимоном заполнил нос Гарри. Со стен свисали пучки разнообразных трав, сушеные головы и лапки, а в боковых стеллажах стояли банки с плавающими глазами тритонов и прочими органами, название которых Гарри не знал. Да и из каких монстров или животных они были извлечены оставалось загадкой. Над одним из котлов поднималась полупрозрачная фиолетовая дымка, и именно к нему подошел Снейп. - Reditus spiritus. Точнее – попытка его воссоздать. Гарри выглянул из-за спины Снейпа и все у него внутри похолодело. В котле, на небольшом огне, варилось фиолетовое зелье. То самое зелье, что он видел сегодня ночью. - Ого, - выдохнул Гарри завороженно глядя на бурлящую поверхность жидкости. - Но зачем…? - Зачем я это делаю, если Вы уже живы и здоровы? – Снейп презрительно искривил губы. – Мистер Поттер, наверное, я сейчас Вас удивлю, но мир не крутится только вокруг Вашей персоны. Есть люди, которым тоже нужна помощь, но у них нет таких, - Снейп на секунду замешкался, – знакомых. Ну и финансовое поощрение от запатентованных новых медицинских средств лишним не будет. - Возможно, я чего-то не понимаю, но если Вы уже сварили зелье однажды, в чем проблемы его воссоздать? - Вы натурально, Поттер, этого не понимаете, – Снейп повернулся лицом к Гарри, и они оказались слишком близко друг к другу. Взгляд черных глаз обжигал, и у Гарри возникло чувство, что сердце решило сделать финт Вронского. – Зелье, которое я сварил, уникально в своем роде. Его нельзя повторить. И дело не только в исключительности ингредиентов и сложности приготовления, но и в том, что оно было создано именно для Вас, – его голос стал низким, и глубоким, отчего по спине Гарри побежали мурашки. Лимон и корица ушли на второй план, когда в нос Гарри ударил знакомый запах, который всегда сопровождал профессора: старые книги, влажная кожа и какие-то специи. Кардамон? Мускатный орех? Кориандр? Головокружительно. - Даже если бы я приготовил его в точности снова, оно бы не помогло никому, кроме Вас. Хотя, зная Вашу способность находить неприятности, я бы перестраховался и сварил еще один экземпляр. Так, на всякий случай. Гарри смотрел, как шевелятся губы Снейпа, как вдохновленно блестят его глаза, когда он рассказывает о своем детище, и ему на секунду захотелось, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Чтобы можно было вот так стоять в сантиметрах от профессора, вдыхая его дурманящий запах, и возможно однажды, узнать, какие они, губы Снейпа, на вкус. Кровь резко прилила к щекам Гарри, когда он осознал, что ему захотелось сделать, и в попытке отстраниться и спрятать лицо, он, споткнувшись о собственную мантию, навалился на Снейпа. Профессор подхватил его на лету, грязно при этом выругавшись, и схватив Поттера за запястье попытался поставить его на ноги. И в ту секунду, когда их руки соприкоснулись, все изменилось. Очертания комнаты исчезли, Снейп растворился, а Гарри утянуло в бесконечный водоворот образов и картинок. Все его мысли были вытеснены в сторону чужим сознанием; воспоминания переплетались с эмоциями, чувствами и мыслями. Одна картинка сменяла другую с колоссальной скоростью, так, что начинала кружиться голова. В Визжащей хижине тошнотворно пахнет кровью. Снейп в неестественной позе лежит в луже собственной крови, и хрипит, булькая сочащейся кровью. Гарри не успел его спасти от Нагайны, и сейчас пытается остановить кровотечение, прижимая руку к израненной шее, зажимая пальцами сонную артерию. Второй рукой он выколдовал патронус для Макгонагалл, прося помощи для Снейпа. «Смотри на меня» глухой шепот, одними губами. И Гарри подчинился. Он не смел двинуться и отвести взгляд от черных глаз, в которых медленно угасала жизнь. И только мысль, что помощь рядом не давала опустить руки и сдаться… Больничная палата, слишком яркая и белоснежная до рези в глазах. Гарри, бледный и худой теряется под больничным покрывалом. Рядом с ним не менее измученный Снейп. По сальным волосам, облепившим лицо профессора и мятой одежде понятно, что он провел тут далеко не одну ночь. Он склонил голову к руке Гарри, которую держал в своих и что-то тихо шептал. Гарри чувствовал, как его сознание затапливает отчаяние, вина и безграничная нежность. «Просто выживи. Живи. Пожалуйста» … - Хватит! – Снейп резко отдернул руку от Гарри и тот, не удержав равновесия, завалился на спину. Парня била мелкая дрожь, а ноги плохо слушались, когда он попытался встать. Снейп выглядел ошеломленным и напуганным. Он стоял, придерживаясь руками за край стола и тяжело дышал. Его колючие черные глаза быстро бегали из стороны в сторону, пытаясь осознать произошедшее. - Мне кажется, Вам уже пора, - его голос отрезвлял лучше любого ледяного душа. Гарри не стал спорить, и не оглядываясь покинул кабинет зельеварения. Ему нужно было время, чтобы во всем разобраться.