Что теперь?

Тобио был полностью истощен к тому моменту, как он наконец вернулся в свою комнату. Прошлой ночью ему не потребовалось много времени, чтобы понять, для чего нужны наушники — и он никогда, никогда не хотел бы пережить это заново. Он с ужасом смотрел на Ойкаву, когда послышались звуки, и тот лишь послал ему робкую улыбку, прежде чем взять наушники из руки Тобио и надевать их ему на голову. Пользы от них было мало. Итак, он действительно не выспался. К тому времени, когда эти двое наконец… закончили, Кагеяма был полностью подавлен. Ну, и еще он задавался вопросом, нужно ли ему начать читать что-либо из того, о чем Хината рассказывал ему, в интернете, потому что раньше брюнет действительно не думал, что люди могут делать это настолько громко. Хината раньше дразнил его, говоря, что Тобио — невиннейший из третьегодок Карасуно, но он действительно не думал, что тот был серьезен. В конце концов, уснул он лишь под утро, и только для того, чтобы Ойкава через час разбудил его, чтобы успеть на самый ранний поезд до Токио. Объяснил, что его отец, вероятно, придет искать его, и он хотел бы уйти задолго до того, как это произойдет. Тобио зевнул, проскользнув в ванную, которую показал ему Иваизуми, и приготовился к новому дню. Когда он вышел, обитатели квартиры сидели в главной комнате с Ойкавой вместе. Он мгновенно почувствовал, как его лицо покраснело, когда Ханамаки и Мацукава пошло усмехнулись в его сторону. Иваизуми ударил их обоих по затылку, и Ойкава заскулил, мол «Вы развращаете моего бедного Тобио-чана!». То, что Мацукава пробормотал в ответ, было достаточно пошлым, чтобы Хаджиме запретил им двоим заходить в комнату, пока он и Тоору не уйдут. Им удалось захлопнуть дверь в свою комнату за секунду до того, как Ойкава запустил в них волейбольный мяч, и тот с громким хлопком ударил в нее. Уже через двадцать минут они втроём ехали на вокзал. Тобио бездумно пялится в окно, силясь не заснуть, когда Ойкава жаловался на двух индивидов и упрекал сидящего за рулем Иваизуми за то, что он «не научил их хорошим манерам, Ива-чан!». Брюнет тут же напомнил ему, что он им как бы сосед по квартире, а не мать. Этот факт, похоже, не сильно беспокоил Ойкаву. Он продолжал жаловаться всю оставшуюся дорогу, пока они, наконец, не доехали до станции. Тобио первым вылез из машины и увидел, как беззаботное выражение лица Ойкавы превратилось в нечто более серьезное, как только он это сделал. Шатен что-то сказал Иваидзуми, и тот отзеркалил его пристальный и серьёзный взгляд, пробормотав что-то в ответ. Тоору нахмурился, но кивнул, и затем они оба вылезали из машины. Ни один из них не сообщил ему, о чем они говорили, а Кагеяма и не спрашивал. Подумал, что если они захотят, то сами все расскажут. Хаджиме попрощался с ними и сказал Тобио, что надеется на скорую встречу. Ойкава посмеялся над этими словами. А потом они поспешили на следующий поезд, что вот-вот должен был прибыть. Тоору рухнул на сиденье, когда они оказались на борту, и Тобио нерешительно сел рядом с ним. Тот закатил глаза, но ничего не сказал. Следующие два часа они с Кагеямой сидели молча, что было противоположно поездке несколькими днями ранее. Брюнет оставался неуравновешенным и немного неловким даже спустя несколько часов, но Ойкава, похоже, этого не заметил. Ну или просто проигнорировал. Второе звучит правдоподобней. Только когда они двое уже вышли из поезда и шли к общежитию Тобио (почему он провожал его? Разве не должен был он просто пойти домой?), шатен, наконец, заговорил: — Спасибо, что поехал со мной, Тобио-чан. Я знаю, что это были не... Не самые веселые выходные. — Все хорошо. — Конечно, — закатил глаза Ойкава, — Только если тебе нравятся силовые игры, драки и неправильное воспитание. — Это же не твоя вина. Мне понравилось знакомство с твоей сестрой. И игра с Такеру. Мне понравилось снова увидеть Иваизуми-сана. И… эти двое не так уж и плохи, — пробормотал он; его щеки слегка покраснели, когда он подумал о событиях прошлой ночи. Ойкава недоверчиво взглянул на него. — Правильно. Я приму все, кроме последнего. Эти двое действительно представляют опасность для общества. Тобио пришлось быстро поднять руку, чтобы скрыть ухмылку. Брови Ойкавы нахмурились, но он продолжал говорить. — В любом случае, спасибо. Пусть вышло не совсем так, как планировалось, но я рад, что ты поехал со мной. Тобио не мог удержаться от остановки, когда подумал о прошлой ночи. — Ойкава-сан… С тобой все будет в порядке? Я имею в виду, твой отец сказал… — Мой отец, — выплюнул Тоору, — Может говорить все, что хочет. Если он не хочет платить за квартиру или спонсировать меня – пускай. Спортивная стипендия покрывает большую часть моего обучения. Я могу устроиться на работу с неполным рабочим днём, чтобы покрыть остальное. И я не лгал о том, что мне негде остановиться. Куроо и Бокуто весь прошлый год просили меня отказаться от квартиры и переехать к ним. Тобио склонил голову. — Разве Цукишима… — Да, — нахмурившись, ответил Ойкава, — С этого года с ними живет еще и Очкарик-кун. Кагеяма кивнул. Цукишима упомянул, что Куроо предложил ему пожить у них, когда он узнал, что Цукишима поступает в их университ. Они с Бокуто снимали двухкомнатную квартиру, одну она двоих, не имея возможности оплачивать отдельное жилье. Цукишима оправдывался тем, что это лучше, чем застрять в общежитии с кем-то, кого он не знает, но Тобио подумал, что другой мальчик просто хотел остаться с Куроо. — Будешь жить в одной комнате с Бокуто-саном? Ойкава нахмурился, но кивнул. Брюнет сморщил нос, ему в самом деле стало жаль сеттера. — Теперь все будет по-другому... Я перееду из своей квартиры в тесную двушку с тремя соседями, которым и без меня тесно. И делить комнату с кем-то… Но это ведь нормально. Это лучше, чем играть блудного сына, — Тоору быстро покачал головой, словно стряхивая мысленный образ, прежде чем повернуть яркую улыбку, — В любом случае, мы уже пришли, Тобио-чан! Ты ведь сможешь найти комнату самостоятельно? — едва Тобио кивнул, когда Ойкава начал пятиться, — Я свяжусь с тобой! Дай мне знать, если что-нибудь случится! И даже если ты промолчишь, Слипи-чан сделает это за тебя! — Кагеяма открыл было рот, чтобы возразить, но Ойкава повернулся и побежал обратно тем же путем, которым они пришли. Он действительно не понимал. Разве не должны были они расстаться еще на платформе? И не то, чтобы Тобио это не нравилось... Он подошёл к нужной комнате и отпер дверь. Даже не удивился, не найдя в ней соседа — похоже, его здесь не было с тех пор, как брюнет уехал накануне. Сейчас ведь все еще выходные. Вероятно, он был на вечеринке или что-то в этом роде. Кагеяма глубоко вздохнул и швырнул сумку на кровать, прежде чем резко повернуть голову, когда дверь открылась. Куними вошел в комнату так, будто имел на это полное право. Тобио просто смотрел на него, пока он пробрался к кровати парня и ерзал на ней, занимая большую часть места. — Что- — Как все прошло? — спросил Куними, его голос был приглушен подушкой Тобио, — Разве ты не должен был приехать вечером? Тобио продолжал смотреть на него, смущенно моргая. Его рот открывался и закрывался в немом звуке. Наконец, ему удалось заговорить, но с большим удивлением. — Как…ты просто…почему ты здесь? — Видел, как ты вернулся, — зевнул Куними, повернулся на бок и уставшими глазами посмотрел на Тобио, — Так что? — Ты только что вошёл! — Потому что знал, что ты здесь. — Да, но ты не должен просто входить! — Почему? Рот Тобио приоткрылся на мгновение, прежде чем он застонал и опустился на кровать рядом с Куними. Тот выжидающе посмотрел на него, но не изменил своего положения. Кагеяма закатил глаза. — Проехали. Все прошло нормально. — Тогда почему ты вернулся так рано? — Тобио стиснул челюсти, избегая взгляда Акиры. — Ойкава решил, что мы должны вернуться утром. — Хм, — пробормотал флегматик, перекатываясь на спину, — Понятно. Больше ничего не расскажешь? — Нет. Губы парня скривились, и у сеттера возникло ощущение, что сокомандник зацепился за что-то, о чем Тобио предпочел бы не знать. Конечно, он понятия не имел, что это было. Но это ведь Куними. Он слишком сильно напоминал ему Цукишиму. — Хорошо, — пробормотал Куними, прежде чем закрыть глаза, — Держи это в секрете и дальше. Но около часа назад я получил интересное сообщение от Киндаичи... Что насчет того, что вы ночевали у Иваизуми-сана? Глаза Тобио на мгновение расширились от паники, подтверждая теорию парня. — Я… Как он- — Каждую неделю он ходит к Иваизуми-сану просить помочь с домашним заданием, — закатил глаза Куними, — Хотя я уверен, что он мог бы сделать все сам. Ему просто нужен повод поговорить с семпаем, поскольку его нет в команде. Тобио попытался усвоить только что полученную информацию, но было такое чувство, что он упускал какую-то важную деталь. — Он…он ходит в один техникум с Иваизуми-саном? — Ну а куда ещё он мог пойти? — горько пробормотал Акира. Кагеяма закусил губу. В течение многих лет он думал, что, возможно, Куними испытывал некоторую…привязанность к Киндаичи. Но на самом деле он не обратил на это особого внимания. Может ли быть, что... — Спрашивай уже, — видимо, у него и впрямь все на лице написано, — Все нормально. — Я…я всегда думал, что ты и Киндаичи… — Нет, — устало ответил тот. Его взгляд оторвался от потолка и остановился на Тобио, — Я был рядом с ним. Годами. Решил признаться ему на выпускном, но... Он не смог ответить на мои чувства взаимностью. Мы по-прежнему друзья, еще до того, как что-то сказать я знал, что он собирается последовать за Иваизуми-саном. Не знаю, насколько это хорошо. — О, — просто сказал Тобио, не зная, что еще сказать. Куними пожал плечами. — Как я уже сказал, это было ожидаемо. Мне просто нужно было признаться, прежде чем уехать. Сеттер медленно кивнул. Ему стало искренне жаль парня: так долго скрывать свои чувства, и просто ничего не делать с ними. Он не мог даже представить такое. — Почему ты... Рассказываешь об этом мне ? — Почему бы нет? Мы вроде как пытаемся подружиться, нет? — по лицу Акиры медленно расплылась улыбка. Что-то в груди Тобио сжалось, и несколько мгновений он смотрел на доигровщика, как на сумасшедшего. Друзья? Разве Куними всего пару дней назад не говорил, что они не друзья? Как это превратилось в… Во все это? — Я сбит с толку, — наконец пробормотал голубоглазый вслух. Акира засмеялся, и Тобио обнаружил, что снова смотрит на него. — Еще что нового? — Куними скатился с кровати и поднялся на ноги, протягивая руки над головой, — Я пойду пока. Думаю, тебе нужно время, чтобы осмыслить то, что произошло за эти выходные. И еще я хочу спать. — Сейчас два часа дня. — Я знаю. Тобио мог только смотреть на то, как тот сутулясь, вышел из комнаты. Что ж, ладно. Он упал на кровать и уткнулся головой в подушку. Куними прав, ему было о чем подумать. То, как вела себя сестра Ойкавы, когда встретила его. То, как Такеру, казалось, был взволнован его присутствием. Мать Тоору. Его отец. Как сам шатен вел себя все выходные. Все так запутано. И еще ему стыдно. Лицо мгновенно вспыхивало, стоило лишь подумать о событиях прошлой ночи. Сначала Ханамаки лежал у него на коленях. О реакции Ойкавы. О том, что он практически обнимается с ним на диване. Он не мог поверить, что сделал это! А потом слушая как двое в спальне делали… Это. С Тобио и Тоору в одной комнате. Хорошо еще, что было темно. Тем более, что это породило бы… проблему, с которой брюнет определенно не мог справиться. Только не с Ойкавой в одном помещении. Если бы это было так, он никогда бы не смог встретиться лицом к лицу со старшим. Кагеяма застонал в подушку. Это был один из самых унизительных моментов в его жизни. Если бы Ойкава только взглянул, если бы он увидел… Он не хотел об этом думать. Нет. Глаза Тобио скользнули в сторону, когда его телефон громко заворожил. Он вздохнул, поднял его и открыл сообщение. Цукишима: Получено: 15:24: Ну, похоже, у вас были интересные выходные. Получено 15:24: В следующий раз бери с собой свои наушники. Отправлено 15:28: Укуси меня Получено: 15:32: Думаю, это чужая работа. Получено 15:33: Как, черт возьми, у меня появился новый сосед по комнате? Отправлено: 15:35: все уже случилось Получено 15:36: Ну, эти «вещи» оставили меня с четвертым соседом по комнате, который раздражает больше, чем два других вместе взятых. Поступило 15:37: Твой парень полный зад. Отправлено 15:38: он не мой парень Получено 15:39: Правда? Тобио нахмурился, увидев новое сообщение, и бросил телефон на кровать. Он не хотел отвечать на него Он не собирался позволять себе думать о том факте, что действительно не знал, как поступить.