Что теперь?

— Просто поговори с ним. — Нет. Этот разговор повторялся между Тобио и Куними уже несколько раз за последние три дня. Акира только вздохнул и вернулся к работе над своим эссе, но его глаза не отвлекались от сеттера. Тот поджал губы и посмотрел на свою тетрадь, зная, что Куними будет повторять это в течение следующего часа. Казалось, он думал, что Тобио сдастся, если рассердит его достаточно. Он сдаваться не собирался. — Он все равно собирается прийти сюда. В конце концов, тебе придется с этим разобраться, — вздохнул доигровщик. Тобио проигнорировал его. Это был еще один знакомый разговор, о котором постоянно упоминает мальчик. Кагеяма искренне в этом сомневался. Несмотря на сообщение, которое Ойкава отправил ему несколько дней назад, он действительно не думал, что старший сеттер собирается приехать к нему в общежитие. Из того, что Тобио узнал от Цукишимы, Куроо и Ойкава в то утро вступили в громкий спор, который состоял из проклятий и разбрасывания вещей. Блондин заявил, что Тетсуро ходил в «досадно плохом настроении» до конца дня, Тоору они не видели до следующего утра, когда он ушел на учебу. Тобио был уверен, что это сообщение было для Ойкавы просто способом сообщить, что он пытался связаться с ним. Больше ничего. — Я не буду помогать тебе прятаться, — пробормотал Куними. — Я и не буду, — закатил глаза Кагеяма. Куними оторвал взгляд от экрана компьютера и многозначительно оглядел комнату. Сеттер избегал его взгляда. Вероятно, он провел слишком времени в комнате того на прошлой неделе. Но они ведь живут соседству! А у Акиры вообще не было соседа по комнате, так что он никого не беспокоил. Ну, кроме самого Куними. — Если он спросит меня, я скажу ему, что ты здесь. — Он не спросит. Доигровщик снова вздохнул, и Тобио был уверен, что сегодня он вздыхал раз двести, и снова посмотрел на экран. — Так раздражает, — пробормотал он, щелкая пальцами по клавишам. Губы Тобио слегка изогнулись, ему, наконец, было достаточно комфортно с старым товарищем, чтобы понять, что он не совсем серьезен, и вернулся к своей книге по истории. Он вздохнул. Эпоха Эдо была такой скучной. Он предпочел бы изучить… что-нибудь еще, правда. Но вскоре у него был экзамен, и ему нужно было хотя бы просмотреть эти главы. Он не мог позволить себе проиграть. — Поговори с ним. — Нет! ***** — Это просто смешно, король, — раздался по телефону голос Цукишимы. Тобио нахмурился, глядя в потолок своей комнаты в общежитии, — Почему ты всегда косячишь, а я потом все исправляю? — Ты никогда этого не делал, — возразил ему по ту сторону, — И ты начал вот это всё. — Что? — Цукишима усмехнулся, — Это была идея Великого Короля. Никто не говорил тебе влюбляться в этого идиота. Тобио стиснул зубы и он не стал отвечать. Единственная причина, по которой он ответил на звонок заключалась в том, что Цукишима угрожал появиться в его общежитии с Хинатой на буксире, а Кагеяма действительно не хотел иметь дело с рыжиком. Тем более, что его постоянные сообщения достаточно раздражали. Он постоянно спрашивал Тобио, все ли с ним в порядке и что случилось в предыдущие выходные. Сеттер чувствовал себя виноватым каждый раз, когда видел всплывающее сообщение в своем телефоне. Ему действительно следовало рассказать своим друзьям, что Цукишима дразнил его, и они с Ойкавой на самом деле не встречались. Но теперь, после того, как все это зашло слишком далеко, Тобио не знал, как это сделать. Он чувствовал, что уже упустил свой шанс. — Куроо все еще зол. Он и Ойкава все время смотрят друг на друга злым взглядом. Бокуто ходит вокруг всего этого на цыпочках и грустно смотрит на них. Это глупо. Останови их. — Я ничего не могу сделать, — раздраженно прорычал брюнет, — Разве мы не можем просто забыть об этом? Притвориться, что этого не произошло. — Это действительно случилось, — раздраженно огрызнулся Цукишима, — Что бы это ни было. Потому что ты мне не скажешь. А Куроо просто хмурится и начинает бормотать, что Ойкава — идиот, всякий раз, когда об этом вспоминает, поэтому он мне тоже не скажет. — Откуда Куроо знает?! — в ужасе спросил Кагеяма, садясь на кровать. Чертов кошак был последним, кто должен был знать о его… Промахе. — Очевидно, Ойкава сказал ему. Идиот, — последовал ожидаемый ответ. Тобио плотно закрыл глаза и попытался оттолкнуть образовавшуюся пустоту в груди, — Без разницы. Просто позвони Великому Королю и скажи ему забыть обо всем, чтобы мы могли вернуться к тому, что было раньше. — Я не позвоню ему. Раздраженный вздох и бормотание: — Глупые идиоты, — а затем телефонная линия оборвалась, когда Цукишима завершил звонок. ***** Был вечер четверга, и Тобио лежал на своей кровати, приподняв ногу и поставив на нее пакет со льдом. Его рука была переброшена через голову, а глаза закрыты, поскольку он игнорировал почти постоянные звонки телефона. Цукишима звонил снова, в четвертый раз за неделю, и Кагеяма не хотел с ним разговаривать. Он и Куними быстро истощили последние нервы Тобио. Он просто хотел, чтобы завтра закончилось, чтобы они оба поняли, что он был прав, и могли забыть об Ойкаве. Он действительно с нетерпением ждал возможности высказать: — Я же тебе сказал. Нечасто ему приходилось говорить это двум другим первокурсникам. Нет, если только темой не был волейбол. Стук в дверь заставил его нахмуриться. Он взглянул на часы. Куними все еще тренировался. Его сосед по комнате просто входил (не то чтобы Тобио видел другого мальчика со времени маленького «шоу» пару недель назад), и на самом деле не было никого, кто бы навещал его. Он вздохнул и снова посмотрел в потолок, решив не обращать на это внимания. Кто бы это ни был, уйдет. Но стук продолжался, становясь все громче и громче, пока Тобио не зарычал и не поднялся на ноги в раздражении. Он с проклятием схватился за костыли и направился к двери. Его лодыжка медленно заживала, и он все еще не мог полностью надавить на лодыжку, не морщась. Акира огрызался на него всякий раз, когда он пытался уйти без костылей, а Кагеяма не был в настроении слушать лекцию, если человек по ту сторону двери действительно учился на первом курсе. Он распахнул дверь и почти сразу закрыл ее, когда увидел, кто за ней стоит. Он действительно пытался, но, к его удивлению, тот успел протиснуться ногу в дверной проем и не дать двери закрыться. Тобио возмущенно хлопал ртом, и просто знал, что его глаза расширились, когда поймали взгляд пары светло-коричневых глаз. — Что, черт возьми, с тобой случилось? — Ойкава зарычал, когда он взглянул вниз и увидел обмотанную лодыжку Тобио и костыли. Рот Кагеямы, наконец, захлопнулся, и он прислонился к двери, решив заставить старшего сеттера отступить и исчезнуть. В голове все шло ходуном. Он действительно думал, что Ойкава будет игнорировать его в близжайшем будущем. Он думал, что тот будет в ужасе при виде Тобио, с отвращением глядя на него сверху вниз. Но вот он здесь. Стоял в дверях его комнаты и своим весом пытался в нее пробраться. — Тобио-чан! Пусти меня! — рявкнул Ойкава, сумев приоткрыть дверь и проскользнуть внутрь. Кагеяма, сбитый с толку из-за внезапного отсутствия сопротивления, накренился вперед, когда дверь захлопнулась. Он инстинктивно шагнул вперед, чтобы не встретиться с полом, и не смог удержаться от крика боли, поскольку резкая боль, казалось, поднималась по ноге. Не говоря ни слова, Тоору внезапно обнял брюнета за руку, и притянул, словно ребенка, к груди. Тобио покраснел и попытался вырваться, в горле пересохло, когда он почувствовал твердую грудь под руками. — Стой, — приказал Ойкава, его хватка усилилась, когда он продвигался дальше в комнату, Тобио ковылял рядом с ним. Отстранился, как только они подошли к кровати, его глаза метались с одной стороны комнаты на другую, пока он пытался не смотреть на шатена, — Что ты сделал с собой, Тобио-чан? — Тот нахмурился в ответ на странное обвинение. — Я не… — Растяжение? — спросил Ойкава, сидя на краю кровати, разглядывая его лодыжку, — Не будешь делать резких движений – вернешься на корт в течение недели. Тобио закусил губу. Почему он здесь? И почему он говорил о чем-то… Столь неважном? Если бы они действительно собирались поговорить об этом, Тобио пожалел, что тот просто сказажет ему забыть обо всем и уйти. Так будет проще. — Просто скажи уже это, — отрезал он. Глаза Ойкавы встречаются с его собственными, и Кагеяма изо всех сил старался не удержать взгляд. Он хотел отвести глаза в сторону, не смотреть не него, но понимал, что попросту не может этого сделать. Он хотел, чтобы Тоору знал, что он серьезен, и что не боится, — А потом уходи. — Это довольно грубо, Тобио-чан, — протянул Ойкава, приподняв брови, — И это после того, как я проделал весь путь сюда! — Сегодня только четверг! — внезапно сказал Кагеяма, и эта мысль была единственной, что пришла ему в голову, — Ты сказал- — Да, но я думал, ты свяжешься со мной, — отрезал Ойкава, его глаза яростно горели. Тобио вздрогнул. Он не видел этот взгляд со средней школы. Во всяком случае, не на него, — А потом я устал ждать. — Но ты сказал- — Хорошо-хорошо, давай попробуем просто обсудить эту ситуацию. Словами, — прорычал Ойкава, — Похоже, я тебе нравлюсь. Поэтому ты решился мне это сказать, но когда я "спал". Затем, поскольку я был слишком удивлен, чтобы ответить, ты решил убежать и игнорировать меня четыре дня. Я ничего не упустил? Тобио чувствовал, как его щеки горят. — Я не убегал- — Именно это ты и сделал, — Тоору закатил глаза, отрезая пути к оправданию, — А потом ты просто игнорировал меня. Как внимательно с твоей стороны, Тобио-чан. У того отвисла челюсть. — Но, ты ничего не сказал! — Я был удивлен! — Я не хотел этого говорить! — Но, ты сделал! — Разве мы не можем просто забыть об этом?! — Но я не хочу! Слова были встречены молчанием. Тобио не мог оторвать глаз от Ойкавы. Ойкавы, все еще стоящего перед ним, немного сгорбившись. Ойкавы, чьи щеки стремительно наливались алыми пятнами. Ойкавы, что боялся взглянуть ему в глаза. — Ч-что? Тоору вздохнул, выпрямился и поднял глаза к плечам Тобио. — Я… не справился с этим. Я знаю. Но я действительно не думал, что ты…Сможешь почувствуешь что-то подобное. Только не со мной. Я просто не хотел… — он замолчал, и Кагеяма увидел, как он с трудом сглотнул и закрыл глаза, — Ты помнишь, когда мы впервые встретились, Тобио-чан? Брюнет моргнул, удивившись внезапной смене темы. — Да?.. — Шла вторая неделя нового семестра. Мой последний год в средней школе, — продолжил Ойкава, как будто Тобио ничего не говорил, — Я тогда был так взволнован должностью капитана и знакомством с новыми игроками. Ива-чан тогда еще дразнил меня весь день. А потом в спортзал вошёл ты... — Кагеяма вздрогнул и собрался с силами, ожидая приближающихся слов, — Ты смотрел на меня своими голубыми глазами, и я напрочь забыл свою речь. Ива-чан должен был выйти вперед и попросить представиться, помнишь? А я думал лишь о том, каким ты был милым. … Он спал? Ойкава Тоору никак не мог подумать, что Тобио милый. — Мне нравилось, когда ты смотрел на меня, — признался Тоору. Его румянец усилился, и он скрестил руки на груди, — Я постоянно говорил о тебе. Вот почему Изуми дразнила меня, мол, что ты мне нравишься, — Брюнет бессознательно сжимал одеяло. Этого не могло быть. Не было никакого способа… — А потом я услышал, как тренер говорил о том, что ты гений и можешь играть на любой позицию, какой только захочешь. Я внушил себе, что ты собирался превзойти меня, — губы Ойкавы скривились, — Я страшно завидовал. И злился. Я так много работал, а ты мог просто делать это, даже не думая — влюбленность исчезла. Ну, я думаю, так оно и было, — пробормотал шатен, сжимая руки вокруг себя, — С того момента ты стал моим соперником. После выпуска я решил уехать подальше от тебя и Мияги, подальше от Ушиваки, — усмехнулся он, — И понял, что быть гением имеет свои минусы, а самой "гениальности" попросту не существует. Признаю, что чувствовал себя виноватым за то, как к тебе относился. Вот почему я придумал всю эту аферу, когда Слипи-чан рассказал мне о твоей проблеме. Я подумал, что это хороший способ наверстать упущенное, — признал он, закусив губу. Его глаза метнулись к Тобио, но он так же быстро отвернулся, — Я и думать не мог о том, что ты поедешь со мной в дом моих родителей, пока не увидел тебя на тренировочной игре. Я просто…Просто не хотел, чтобы это закончилось, — вздохнул он. Оба замолчали, и Тобио нахмурился, обдумывая слова сеттера. Ойкава… любил его? Эта мысль заставила его сердце колотиться, но в его разуме образовалась тьма, когда он вспомнил, как Ойкава сказал, что она исчезла, как только они стали соперниками. Но — почему он хотел, чтобы это продолжалось после тренировочного матча? В его словах не было никакого смысла. — Я был шокирован, когда ты сказал, что я тебе нравлюсь, — вздохнул Тоору, плотно закрыв глаза, прежде чем открыть их и снова встретиться с синими Тобио, — Я просто… Ты уверен, что это не из-за всей этой фальшивой истории отношений? — Кагеяма закатил глаза, и шатен кивнул, — Хорошо-хорошо. Но… — он, казалось, колебался мгновение, а затем глубоко вздохнул, — Серьёзно, если мы начнем что-то, а потом ты поймешь, что в конце концов эти чувства ошибочны, я буду очень несчастен. Поэтому хочу, чтобы ты убедился, что… Кагеяма перестал слушать. Если мы что-то начнем Значит ли это, что Ойкава хотел?.. Что-то вроде отношений?! — Тобио-чан? Брюнет снова обратил внимание и обнаружил, что сеттер с любопытством смотрит на него. В его глазах был намек на нервозность. — Так... Как ты думаешь? Тобио отчаянно пытался вспомнить вопрос, который ему задавал Ойкава, но его разум был пуст. Он просто думал об одном. Если мы что-то начнем… — Прости, что? Рот Ойкавы опустился, а затем его глаза сузились. Он сделал шаг вперед, и его руки упали с его груди, когда он обвиняюще указал на Тобио. — Ты меня даже не слушал! Я стою тут, изливаю душу, а он даже не обращает внимания! Мне не следовало прислушиваться к советам Куроо! Этот глупый котяра понятия не имеет, что он… — Ойкава-сан, что вы имели ввиду под "Если мы начнем что-то" ? Ойкава вздрогнул. — Да не ты называй меня так! — он глубоко вздохнул, — Хорошо. Попробуем еще раз. Кагеяма Тобио, ты мне нравишься. И я думаю, мы должны попробовать отношения. На этот раз настоящие. Что ты ответишь?