Имоджин: Сказка о Гарри Поттере

Пивз был неотъемлемой частью Хогвартса, и никто не мог вспомнить время, когда он не бродил по коридорам школы, вызывая хаос. Поскольку он не принимал официального участия ни в каких мероприятиях или мероприятиях школы, его присутствие не было отмечено ни в одной из записей, и поэтому никто не мог точно сказать, когда полтергейст впервые появился. Странно, что его терпели все это время, ведь он не сделал ничего ценного для школы. По крайней мере, так все думали. Но время от времени Пивз делал что-нибудь полезное - случайно, конечно. Именно Пивз заметил Мауд, потому что Астурийское зелье ничего не могло скрыть от него, и Мауд была хорошо видна Пивзу, когда она вышла из туалета на втором этаже. В то время Пивз возился с собранными им доспехами, устанавливая их в дурацких позах для совокупления, что было самым неподходящим зрелищем в любом месте, посещаемом детьми. Увидев, что дверь туалета открыта, Пивз подскочил к ней, подумав, что было бы забавно заставить Плаксу Миртл плакать в третий раз за эту неделю. Вместо этого он увидел Мауд, которую сразу же узнал, несмотря на то, что прошло много времени с тех пор, как он видел ее в последний раз. - Безумная Мауд, совсем взрослая и все еще сумасшедшая! - взвизгнул Пивз. Когда Мауд училась в школе, одна и без друзей, Пивз решил подбодрить ее, следуя за ней по коридорам с криками "безумная Мауд", когда ему вздумается. Увидев ее снова, он мгновенно вернулся к своему прежнему образу жизни. Он выкрикнул свою кричалку всего несколько раз, когда Мауд подняла свою эбонитовую палочку. - Лэнглок! Умолкнув с приклеенным языком к небу, Пивз в отчаянии яростно мотал головой взад и вперед, как будто одним лишь физическим усилием мог разрушить работу ведьмы. Мауд неслась по коридорам вместе с Пивзом в немом и бессмысленном преследовании, сбивая с пути нескольких студентов и не обращая внимания на то, что ее поспешный уход вызвал переполох. Она должна была немедленно покинуть территорию, пока ее присутствие не стало известно Дамблдору. Она влетела в парадную дверь и побежала по дорожке к Хогсмиду. Школьные ограждения содержали магические барьеры против людей, пытающихся войти, но не пытающихся выйти, и когда она достигла главных ворот, она без труда прошла мимо. Выйдя из школы, она остановилась, вытащила палочку и исчезла. Находясь в безопасности, по крайней мере, в своей комнате в "Свиной Голове", Мауд изо всех сил старалась успокоиться. Ее сердце бешено колотилось от напряжения бега, от воздействия Астурийской порции, но в основном от чистого ужаса. Конечно, она боялась плена, потому что, если ее схватят, она может оказаться только в Азкабане. Но не мысль о тюрьме Министерства и даже не дементоры, охранявшие ее, наполнили душу Мауд паникой. Мысли ее были рассеяны и разрозненны, и она вспомнила свое детство. Ей было лет десять, когда в лесу за домом она наткнулась на капкан, незаконно поставленный охотником. Ловушка захлопнулась и была надежно закрыта. Но в его пасти не было никакого животного. Вместо этого там была только одинокая лапа. То, что было захвачено, отгрызло себе конечность, чтобы спастись. Тогда Мауд было тошно, но теперь ей пришла в голову другая мысль. Животному повезло. По крайней мере, у него был выбор. Мауд посмотрела на свою искалеченную правую руку, понимая, что если бы ей удалось спастись от Волан-де-Морта с помощью ампутации, она бы отрубила ее в мгновение ока. Она подавила безумный приступ смеха при мысли о таком легком уходе из рядов Пожирателей Смерти. Но сейчас она могла позволить себе думать только о побеге из Хогсмида, так как знала, что скоро рот Пивза будет открыт, и Дамблдор придет за ней. Она села на кровать, заставляя себя глубоко дышать, пока страх не уменьшился до такой степени, что больше не парализовал ее. Постепенно ее лицо утратило искаженное ужасом выражение, и вскоре ее разум снова начал функционировать. Она встала и в несколько коротких шагов пересекла комнату, откинув крышку сундука. В нее она бросила свой экземпляр "Хогвартс: история". Затем она бросила туда все предметы одежды, которые принесла с собой, проверив каждый уголок комнаты и особенно тщательно убедившись, что ничего не осталось. Ее перо и пергамент пошли следом, Мауд не делает никаких попыток, чтобы упаковать вещи в определенном порядке. Она взяла свой дорожный саквояж с бутылочками с зельями и защелкнула замки. Она замолчала, погрузившись в свои мысли. Несмотря на отчаянную потребность в скорости, она оставалась неподвижной в течение нескольких минут, обдумывая свои варианты. Просто сбежать было бы недостаточно, чтобы угодить Темному Лорду, и наверняка Тот-Кого-Нельзя-Называть придет в ярость, когда узнает, что присутствие Мауд в школе было обнаружено. Он будет считать ее побег всего лишь позорным бегством, а не чем-то, что можно отпраздновать. Рука Мауд дрожала, когда она расстегнула свой дорожный чемодан, вытащила несколько бутылок, котел и учебник по зельям и принялась за работу. Возможно, у нее будет достаточно времени. Время близилось к обеду, и Дамблдор с нетерпением ждал возможности присоединиться ко всем за преподавательским столом в Большом зале, и не только потому, что был голоден. Он с нетерпением ждал обеда, потому что на нем не будет этой мерзкой твари Долорес Амбридж, покинувшей школу всего несколько минут назад по срочному вызову из Министерства. К тому времени, как Генеральный Инспектор узнает, что вызов был обманом, обед уже закончится. У Дамблдора заурчало в животе, и он встал из-за стола. Но тут раздался стук в дверь. - Водите. Вошла Минерва Макгонагалл и сразу перешла к делу. - Мауд Боудикка была замечена в школе не более часа назад. - Вы уверены в своей информации? - спросил Дамблдор, его лицо побелело, как будто он пытался соответствовать цвету его бороды. - Пивз - источник, и поэтому он ненадежен, - ответила Макгонагалл. - Но в сложившихся обстоятельствах я решила, что лучше ему поверить. - Макгонагалл рассказала директору школы, как она столкнулась с немым и расстроенным Пивзом. Она сняла с него проклятие Лэнглок, опасаясь, что если его оставить злым и несчастным, он причинит больше вреда, чем обычно. В знак благодарности Пивз поведал ей свою печальную историю. - Пивз уже не в первый раз рассказывает нам что-то интересное, - заметил Дамблдор. - Но нам лучше попросить его рассказать свою историю еще раз, просто чтобы убедиться. - Дамблдор взмахнул палочкой, и из нее вылетела серебристая фигура, исчезнув за дверью кабинета. Пивз возился на кухне, смешивая дневной суп с канализационной водой, когда Патронус Дамблдора внезапно оказался рядом с ним и заговорил голосом директора. - Ты сейчас же явишься ко мне в кабинет, где будешь отвечать на мои вопросы правдиво и односложно. Через несколько секунд Пивз уже был в кабинете Дамблдора. По прибытии он был так же молчалив, как и в то утро, когда его проклинала Мауд, только на этот раз молчание было вызвано его страхом перед директором, единственным волшебником на земле, который имел власть изгнать его из Хогвартса. - Ты видел сегодня утром Мауд Боудикку? - Да, - мгновенно ответил полтергейст, умудрившись украсить свой односложный ответ маслянистым подобострастием. - У тебя есть хоть малейшее сомнение, что это была она? - Нет. - У тебя есть хоть малейшее представление о том, почему она была сегодня в школе? - Нет. - Где она была, когда ты ее видел? Впервые Пивз сделал паузу, а затем ответил, - В коридоре. - Я полагаю, ты не можешь сказать мне то, что мне нужно знать, просто и односложно, - сказал Дамблдор. - Дай мне еще немного информации, но не говори сразу, потому что это меня раздражает. - Я видел ее, когда она выходила из туалетной комнаты Плаксы Миртл. После нескольких минут расспросов Дамблдор выслушал остальную часть истории от Пивза с минимумом суеты, а затем отпустил полтергейста презрительным взмахом руки. Пивз сбежал, скрывшись в неиспользуемом чулане для метел в самом глубоком подземелье замка. - Я должен идти, - сказал Дамблдор Макгонагалл. - Я сожалею, что должен пропустить обед. Но, пожалуйста, сделайте мне одолжение: не позволяйте никому есть суп. Я бы предпочел, чтобы его сохранили для профессора Амбридж. Она наверняка проголодается, когда вернется из Министерства. Снейп и Дамблдор свернули за угол возле "Свиной Головы", не отвечая на приветствия прохожих и даже не замечая их. - Крайне нежеланная гостья, эта Мауд, - сказал Дамблдор. - Но мы должны постараться не убить ее, хотя бы для того, чтобы выяснить, как она прошла через ворота и попала в школу. - как только Дамблдор услышал от Пивза, что Мауд сбежала из школы в направлении Хогсмида, он позвал Снейпа присоединиться к нему в погоне. "Свиная голова" была очевидным местом для начала поисков. - Я не думаю, что это тайна, как Мауд вошла, - ответил Снейп. - Это Драко. Я уже давно говорю Вам, что он работает над тем, чтобы ввести Пожирателей Смерти в школу, и теперь ему это наконец удалось. - несмотря на огромную разницу в возрасте, Снейп изо всех сил старался не отставать от директора. Дамблдор был выше, а его походка длиннее, и мысль о поимке столь важного слуги Волан-де-Морта придавала ему сил. - Я думаю, Вы ошибаетесь, - сказал Дамблдор. - Но сейчас на это нет времени. Мы здесь. Дамблдор тихо открыл входную дверь паба и тихо вошел внутрь. Снейп осторожно закрыл дверь, чтобы не было слышно ни звука. Место было пустынным, если не считать бармена, который поднял голову. - Чем могу быть полезен, шеф? - сказал человек Дамблдору, не собираясь обижаться, не озадаченный (и не чуточку испуганный) сердитым взглядом Снейпа. - У Вас наверху есть гости? - спросил Дамблдор. - Только во второй комнате. Но Вы не можете подняться наверх... - голос мужчины затих, когда он понял, что Дамблдор не только может, но и на самом деле идет наверх со Снейпом на буксире. На верхней площадке лестницы директор остановился, но не потому, что почувствовал опасность, а скорее наоборот: он опоздал, потому что дверь в комнату номер два была открыта настежь. Он вошел, заметив безошибочные признаки поспешного ухода. Мауд не потрудилась сделать ничего, кроме как захватить свои самые важные вещи, а затем исчезла, оставив после себя опрокинутый стакан с водой и несколько тарелок с остатками вчерашней трапезы. Что мог Пожиратель Смерти делать в Хогсмиде? Или Хогвартсе, если уж на то пошло? Дамблдор надеялся, что сможет узнать что-то о целях Мауд из оставленных ею предметов. Если бы им со Снейпом повезло, Мауд, возможно, упустила бы какой-нибудь предмет одежды или, что еще лучше, украшение: любая личная вещь такого рода могла бы многое рассказать о ведьме, которая ее носила, если бы только кто-то знал, как заставить ее раскрыть секреты своей владелицы. - Проверьте шкаф, - сказал он Снейпу, осматривая спальню. Рядом с кроватью лежал небольшой дорожный чемоданчик, и Дамблдор поднял его и осмотрел содержимое: несколько бутылок, наполненных жидкостью, которые он открыл, а затем понюхал. Две бутылки оборотного зелья вместе с небольшим запасом Астурийского. Он поднял вверх бутылки из-под оборотного зелья, рассматривая их в слабом зимнем солнечном свете, падавшем из единственного окна комнаты. - В шкафу нет ничего интересного, - сказал Снейп, подходя к Дамблдору. Он посмотрел на бутылки, которые Дамблдор держал у окна. - Оборотное зелье, конечно, - сказал директор. - Интересно, какие формы эти бутылки позволили ей принять? Если бы мы это знали, то могли бы иметь хоть какой-то ключ к разгадке, как она попала сюда или куда ушла. - Возможно, - сказал Снейп. - Если Вы мне позволите... - он взял одну из бутылок и внимательно осмотрел ее, отметив тусклый серый цвет. - Мужское зелье, конечно, - заметил он. Он покрутил зелье в бутылке, а затем снова заговорил. - Судя по вязкости, я бы сказал, что любой, кто выпьет это, примет вид кого-то довольно пожилого, возможно, даже немощного. Но есть кое-что еще. Я не знаю, что это такое. - он вернул бутылку Дамблдору и взял взамен вторую, чтобы он мог осмотреть ее так же, как и первую. Он был так поглощен своим занятием, что не услышал слабого хлопка. - На самом деле есть только один способ точно узнать, какую форму это оборотное зелье заставит кого-то принять, - сказал Дамблдор. Снейп резко обернулся и увидел, что Дамблдор подносит бутылку к губам. Несколько капель упало ему в рот, прежде чем Снейп выбил бутылку из его рук. Дамблдор посмотрел на Снейпа со странным выражением лица. - О боже, - сказал он и рухнул на пол.