Сказки на Хэллоуин

Чимин сам не знал зачем остался в клубе после своей смены. Хотя знал. Чтобы пойти домой нужно было прикладывать дополнительные усилия, а чтобы снять фартук, закинуться отвёрткой за счёт заведения и смешаться с танцующей толпой — нет. Он лениво покачивался в такт музыке, скользя по танцполу, иногда ощущая на себе чьи-то руки, которые хватали за задницу, сжимали талию, притягивая ближе, а иногда горячее дыхание опаляло нежную кожу на шее и чьи-то губы терзали его. Все это уже давно не трогало Чимина, жалкие люди, со  своими скучными желаниями, утомляли настолько, что лень было даже их отталкивать. Пока очередной парень зажимал его возле бара, Чимин лениво оглядывал зал и столкнулся с холодным взглядом бледно голубых глаз. Незнакомец сидел за стойкой со стаканом виски в руках и неотрывно смотрел прямо на Чимина. От этого взгляда вдруг по спине пробежали мурашки — давно забытое, но такое приятное ощущение опасности, что парень неожиданно шумно вздохнул, и его партнёр ошибочно принял это за реакцию на его неловкие ласки и придвинулся поближе, закрывая обзор. Впервые за последние месяцы Чимин почувствовал отвращение, к подобному времяпрепровождению, что очень удивило, он не задумываясь, оттолкнул назойливого парня и выскользнул из объятий. Но голубоглазый незнакомец уже пропал из вида. Чимин бродил по клубу, шарахаясь от людей, и трезвым взглядом смотрел по сторонам и на свою жизнь. Он такой же бесполезный как и эти бумажные гирлянды с пауками и тыквами развешанные по углам, в попытке придать этой вакханалии какую-то тему. Вчера вечером, в канун Хэллоуина, они нравились гостям и все старались сделать фото с ними, трогали руками и смеялись, но придёт завтрашний день и все их безжалостно сорвут и отправят в мусорку. Время пять утра, скоро рассвет, посетители клуба пьяны настолько, что кажется не понимают что происходит, и скоро все они отправятся домой. И он тоже. Придёт в пустую обшарпанную комнатку. Примет душ. Выпьет пару таблеток снотворного и завалится спать. А вечером снова придёт сюда. И так день за днём, без цели и смысла, просто потому, что так и не смог решиться, ни жить, ни умереть, а смалодушничал и теперь влачит это жалкое существование. Он пошёл в туалет, чтобы смыть остатки алкогольного дурмана и вкус чужих губ. Бесшумно проскользнув в тёмную комнату, пропахшую сигаретным дымом, и уже подойдя к раковине, он услышал разговор на повышенных тонах в самой крайней кабинке. — Юнги! Ты совсем охуел?! Даже и думать об этом не смей! — Хо, отодвинься подальше, от тебя псиной воняет! Ты же знаешь, я этого не переношу, — прервал собеседника ледяной голос. — Ой, не пизди мне! Аааапчихи! — чихнул некто Хо. — Ты про это вспоминаешь, только когда хочешь отмазаться от разговора. Но сейчас не выйдет! Не смей трогать этого парня! — Ты же знаешь, моя последняя лицензия ещё не использована. Так почему нет! Он такой аппетитный… — Но не в людном же месте! Где полно свидетелей и камер! А он ещё и работает здесь. — Может никто и не заметит. — Ты даже не голоден! Зачем тебе проблемы из-за какого-то мальчишки на один раз? — Тебе не понять. Он так пахнет! У меня клыки чешутся и все нутро горит, как представлю его кровь на вкус. Кровь? Глаза Чимина расширились от удивления. Он то думал, что пара друзей просто обсуждают, что хотят кого-то завалить. А тут похоже хотят кого-то реально завалить, в прямом смысле слова… — Ну выпьешь ты его, и что дальше? Где ты тут будешь тело прятать?  С дырками от клыков в шее? Чтобы опять поползли городские легенды про вампиров? Просто помни, если что, будешь сам разбираться с господином Кимом! — владелец раздраженного голоса ещё раз смачно чихнул, и из кабинки выскочил худой рыжий парень, рысью промчавшись к выходу из туалета, подальше от противного дымного запаха. Чимин, который на протяжении всего разговора боялся вздохнуть или пошевелиться, вздрогнул, услышав властный и глубокий, очень красивый голос, обращавшийся явно к нему: — Иди сюда. На ватных ногах, он развернулся и медленно прошаркал в кабинку. Там на закрытом унитазе сидел тот самый голубоглазый незнакомец. Чимин даже не удивился, ну конечно это он, красивый невозмутимый мужчина с необычными бледно-голубыми глазами и белоснежными волосами. — И как много ты слышал? — Достаточно, чтобы понять, что вы хотите… — тут Чимин замялся, вспоминая какое слово упоминалось в разговоре. — Ммм. Выпить какого-то очень аппетитного парня. — «Какого-то»… Да. Ладно, не важно. Давай просто сделаем вид, что все это розыгрыш. Я уйду, и ты больше никогда меня не увидишь. Он уже собирался встать, но Чимин наконец-то решился. — А вы и правда вампир?! Юнги посмотрел на него исподлобья и презрительно усмехнулся, показывая ряд ровных мелких зубов и длинные клычки. Он видимо надеялся испугать этим парня, но добился противоположной реакции — Чимин расплылся в улыбке: — Ты на котика похож. — Чего? — не понял злой и страшный вампир. — На ангорского, белый с голубыми глазами. Я всегда хотел кота, но у мамы была аллергия, а парень с которым я жил, после того, как родители меня выгнали, мне не разрешил. Сказал, что я слишком глупый и безответственный. Наверное он был прав, а то я сейчас бы не решился… — парень как будто говорил сам с собой, больше чем со своим опешившим собеседником, а потом закрыл за собой дверь на защелку. — Выпей меня. — Чего?! — вампир явно не ожидал такого поворота разговора, чтобы жертва сама зажимала его в углу, предлагая себя на обед (ну ладно, на ранний завтрак), такого раньше с ним не бывало. — Ну ты же пьёшь кровь, и хотел кого-то съесть сегодня, друг тебя отговаривал. Съешь меня. Меня никто не хватится, потому что на меня всем наплевать. Родители от меня отказались, когда узнали, что я гей. Парень бросил. Не учусь, друзей у меня нет. Даже на этой работе я работаю неофициально, и если не приду, никто не обратит внимания, просто возьмут другого официанта… Юнги смерил странно возбужденного парня оценивающим взглядом: — Ты же понимаешь, что если я выпью твою кровь, ты умрёшь. Насовсем. Ты не станешь таким как я. Ничего не будет. — Да. Я этого и хочу. Чтобы все закончилось. У меня просто иначе не хватит духу. Юнги устало прикрыл глаза и втянул носом воздух, от этого парня исходил такой одуряюще приятный запах, что сдерживаться становилось все сложнее. Жилка на его шее еле заметно пульсировала, но в голове вампира отдавалась набатом, призывая: «Сделай это! Не думай, просто сделай это!» — Ладно. Раз уж ты так просишь. Но предупреждаю, это будет пиздецки больно. — Какая разница, столько лет терпел, и ещё несколько минут потерплю, — Чимин грустно улыбаясь, присел вампиру на колени подставляя свою шею под укус. — Ты красивый. Я рад, что последнее, что я увижу, это такое красивое лицо. Юнги уже особо не вслушивался в то, что там говорил этот мальчишка, он вовсю облизывался и уткнулся носом в нежную тонкую кожу, отделяющую его от такой желанной свежей крови. Он провел языком вдоль артерии, чтобы приметить место для укуса, и почувствовал как тело в руках обмякает. — Эй! Пацан! Ты чего? Тебе плохо?! — он тряс его за плечи и шлепал по щекам, пока тот не пришел в себя, и в его карих глазах не появилась хоть какая-то осознанность. — Я уже умер? — Да мы даже не начали! Ты в обморок хлопнулся. С тобой все в порядке? Чимин смотрел на вампира с явным недоумением. — Ты остановился и привёл меня в чувство, потому что беспокоился все ли со мной в порядке, с учётом того, что мне осталось жить несколько минут? Юнги почувствовал себя полным идиотом. И правда? Чего это с ним? — Ну мало ли, вдруг ты передумаешь, — зло пробурчал он. — Нет, не передумал. Я хочу, — Чимин сел прямо, прикрыв глаза в ожидании смертельного укуса. Юнги решил теперь обойтись без прелюдий, желанная шея была всего в нескольких сантиметрах, поэтому он тоже закрыл глаза и коснулся ее губами, сразу легонько прихватывая зубами, и тут же услышал судорожный вздох. «Да он блядь издевается?! Ему что уже больно?» Юнги конечно было плевать на парня, но не хотелось бы, чтобы страх испортил сладкий вкус крови, ему нужно хоть немного успокоить жертву, поэтому он снова отрывается от него, опять даже не попробовав. — В таком положении не очень удобно, сядь лицом ко мне, — хрипло приказал он. И парень тут же послушно подчинился, все ещё держа глаза закрытыми. Вот, теперь можно попробовать с другой стороны, а то слева он уже всю шею измусолил даже не надкусив. Решительно наклонившись, Юнги не раздумывая приложился к шее парня, тут же прикусывая и наконец-то вонзая клыки в податливую плоть. Он успел почувствовать только ещё более сильный дурманящий запах крови, но не вкус, когда его снова отвлек, но теперь судорожный стон. Он снова отстранился, уже не на шутку разозлившись, и заглянул в лицо парню, но к своему удивлению увидел на нем не гримасу боли, а совсем наоборот. — Ты что возбудился? Чимин ничего не ответил, не открывая глаз, он только закусил нижнюю губу, а его грудь часто вздымалась. Не в силах поверить в свою догадку, Юнги бесцеремонно запустил руку в чужие штаны. — Серьёзно? У тёбя встал от одного укуса? Чимин смущённо отвернулся, прикрывая глаза рукой, вместо этого открывая вид на шею, сияющую парой бусинок крови. — Может быть немного… — Да тут не немного. Тебе что, нравится когда тебя кусают? — Может быть… Тебе что, жалко если я напоследок получу немного удовольствия? — Да нет мне не жалко, просто… — Просто продолжай. Сказано сделано. Раз этот парень такой любитель острых ощущений, можно с ним не церемониться, решил Юнги и наконец-то присосался. После трех или четырёх глотков, он уже почти улетел, но тут почувствовал то, чего он вообще не ожидал. А именно, как чужие руки по хозяйски расстегивают его ширинку. — Ты че вообще творишь?! — шокированно проорал Юнги, отталкивая мальца. Чимин, который уже не стесняясь вовсю стонал в голос, обиженно разлепил веки. Запрокинув голову назад, он томно смотрел из-под полуопущенных ресниц: — Прости. Я не знал, что тебе будет неприятно. Неприятно Юнги не было, но вот неожиданно это точно. — Я просто не могу себя контролировать. И наверное не смогу, — он облизал пересохшие губы. — Поэтому возможно тебе лучше связать меня. Хотя-бы руки. Юнги ещё раз, более внимательно оглядел парня: тяжёлое дыхание, подернутый поволокой возбуждения взгляд тёмных как ночь глаза, приоткрытые пухлые губы. И главное тоненькая струйка красной крови стекающая за ворот светлой майки. Он уже собирался прогнать этого мелкого фетишиста-извращенца, но вместо этого почему-то сказал: — И как тебя такого бросил парень? Чимин грустно улыбнулся, дернув плечом: — Он предпочитал традиционный секс. — Он идиот, — и секунду подумав продолжил. — У меня дома есть кандалы, наручники, веревка, скотч, галстук и даже шелковые чулки. Что ты хочешь? В скучающем и давно мёртвом взгляде Чимина промелькнул огонёк: — Если это будет единственный раз в конце жизни, то пожалуйста, пусть это будут кандалы! Юнги поставил парня на ноги, встал сам и сжал его маленькую тёплую ладошку, своей большой бледной рукой, выводя из этого прокуренного туалета: — Тогда начнём с галстука. Потому что одним разом я явно не обойдусь.

***

Чимин открыл глаза и не увидел ничего. Только кромешную тьму. — Ты как? Живой? — раздался приятный бархатистый голос откуда-то сбоку. — Не знаю… — прохрипел кое-как Чимин. Горло пересохло и язык ворочался с трудом. — Это ад? — Нет, — тихий смешок. — Это моя квартира. Щелчок выключателя, и Чимина ослепил тусклый свет ночника. Он видел только высокий белый потолок, потому что лежал на спине и был не в силах вертеть головой. А комната была просторная, отделанная в бежевых тонах и очень мило обставленная: большая кровать с кованной спинкой, одна стена полностью занавешанна коричневыми льняными шторами, за которыми скрывается балкон, противоположная стена почти целиком занята шкафом напополам заполненным одеждой и книгами, а напротив кровати стоит одинокое мягкое кожаное кресло, низенький столик и торшер. В общем выглядит как комната скучного одинокого мужчины средних лет, а никак не гнездо разврата жуткого вампирюги. — Как ты себя чувствуешь? — снова спросил Юнги, сидящий на краешке кровати. Чимин попытался повернуть голову, чтобы посмотреть на этого гостеприимного хозяина, но тело его не слушалось. — Как будто меня пережевали и выплюнули, — честно ответил он. — Вот черт! Я все-таки вчера перестарался! Пожалуйста как можно меньше шевелись, я тебя перевязал, но болеть все равно будет. Чимин осторожно покрутил запястья и снова почувствовал обжигающую боль, суставы еле поворачивались из-за бинтов или из-за отёков? — Это кандалы? — Нет. Это от верёвки, до кандалов мы вчера не дошли… Ты не помнишь? Вроде ты тогда ещё был в сознании. — Смутно. Твоё «вроде» тоже звучит не очень-то уверенно. Юнги виновато потупил взор. — Прости. Я вчера совсем слетел с катушек и тоже помню все как-то смутно. Просто… У меня очень давно никого не было, а ты так стонал. И отдавался так самозабвенно. Чимин прикрыл глаза и сглотнул вязкую слюну, от этого движения тут же снова почувствовав резкую боль в шее. В его голове всплывали некоторые обрывочные воспоминания.

***

Они вышли из клуба, держась за руки и направились на парковку. — Ты далеко живёшь? — Нет, доедем минут за десять, — Юнги открыл дверь машины, собираясь запихнуть туда Пака. — Это хорошо, а то мне уже сидеть больно в этих штанах, — с этими словами Чимин расстегнул свои узкие джинсы, чтобы поправить их в паху, и нырнул на пассажирское сидение, под опешившим взглядом вампира. Ехали они и вправду совсем недолго, и всю дорогу рука Юнги поглаживала его колени и топорщащийся член, иногда до боли стискивая аппетитное бедро. От этой ласки Чимин совсем растекся по сиденью, только тихонько постанывал и шире раздвигал ноги. Припарковавшись возле новенькой высотки, Юнги вышел из машины и выволок своего пассажира, при свете фонаря выглядел он не лучшим образом: весь в крови, штаны приспущены, на ногах толком не держится, взгляд безумный… Юнги без труда, как будто парень ничего не весит, закинул его на плечо и потащил к себе на 19 этаж, периодически шлепая по заднице в такт шагам. * В квартире он, не включая свет, прошёл прямо в спальню и скинул свою ношу на широкую кровать. Предрассветное зарево слабо освещало комнату, через открытую дверь балкона. — Зачем вампиру кровать? Я думал вы никогда не спите? — насмешливо спросил Чимин, раскинувшись на покрывале в позе звезды. — Раздевайся, — получил он властный приказ в ответ. — Может быть ты сам сорвешь с меня оде… — игриво начал он. — Быстро! — грубо оборвал его вампир, который уже нашёл в шкафу галстук и теперь нависал над ним пугающей тенью. — Ладно, — дерзко хмыкнул Чимин. Он, продолжая лежать, стянул с себя футболку, скинул кеды и принялся снимать узкие неудобные джинсы. — Доволен? — освободившись от одежды Чимин бесстыдно выгнулся на постели, соблазнительным жестом проводя рукой по торсу. Юнги конечно был доволен, парень так красив, что хотелось просто облизать его всего с ног до головы. Но вместо этого он приказал перевернуться на живот и принялся аккуратно и крепко связывать его запястья за спиной красным галстуком. * У Юнги большие руки. Длинные холодные пальцы правой руки растягивали его быстро и умело, пока левая жёстко держала за запястья скованные шелковой тканью. Чимин не выдержал на третьем пальце, бурно кончил с протяжным криком, его ноги задрожали и колени разъехались в разные стороны, а сам он окончательно завалился вперёд, вызывая разочарованный стон Юнги. Он убрал руки, не желая дальше терзать бедного парня. — Не останавливайся! — прохрипел Чимин, сквозь рваные выдохи. — Продолжай. — Но ты уже все… — неуверенно протянул вампир. Чимин собрался с силами, напряг мускулы и вскинул задницу повыше: — Вставляй уже! От такого приглашения Юнги не смог отказаться. * Чимин задыхался. Солнце давно стояло в зените, и ярко освещало комнату, даже сквозь плотно задернутые тёмные шторы, а эта безумная ночь все не заканчивалась. Юнги напал на него как оголодавший во всех смыслах этого слова, а Чимин наслаждался так, как никогда прежде за всю свою недолгую жизнь. Это был уже третий заход и в этот раз его руки были привязаны грубой верёвкой к изголовью кровати за головой, а вампир закинул его ноги к себе на плечи и согнул пополам, чтобы иметь возможность не только как можно глубже трахать, но и одновременно слизывать капельки крови с его шеи. А он обессиленный, тихо всхлипывал и содрогался в очередном, уже сухом оргазме, прежде чем окончательно провалился в небытие.

***

— Мне понравилось, — тихо прошептал парень, а вампир недоуменно посмотрел на него, не ожидая подобного заявления. — Мне все очень понравилось. Но почему я до сих пор жив? — Нууу… — в замешательстве протянул Юнги, но быстро нашелся. — Вчера мы так и не дошли до кандалов… Чимин секунду смотрел в его лицо, а потом прикрыл глаза, слабо кивнув: — Хорошо. Выглядело это так, как будто он согласился, чтобы его приковали к батарее прямо сейчас. — Ты сумасшедший? Я тебя полуживого трахать не буду! Я же не садист! — возмутился Юнги, и взял что-то с прикроватной тумбочки. — Я тебе таблеток принёс, обезболивающих. И попить, наверняка ведь хочешь. Он осторожно приподнял Чимину голову и сунул в его рот несколько таблеток, потом поднес к губам стакан с водой и дождался, пока он сделает несколько глотков, успокаивающе приговаривая: — Это парочка капсул обезбола, я подумал, что одной мало будет. Противовоспалительное, на всякий случай, и снотворное. Ты был в отключке двенадцать часов, но лучше еще поспать, чтобы быстрее восстановиться. Он замолчал, а Чимин послушно выпив все, что ему предложили откинул голову назад. Юнги завороженно уставился на тонкую шею всю покрытую синяками и кое-где заклеенную пластырями. — У тебя такие холодные руки. Вампир спохватился, и начал было отодвигаться, но парень слабо задержал его за запястье. — Не уходи. Так приятно. У меня все болит, а ты как холодный компресс. Обними меня… — совсем тихо прошептал Чимин. Юнги пролежал почти всю ночь, глядя в белый потолок и укачивая в своих объятиях хрупкое тело.

***

— Ешь, — в очередной раз строго проговорил Юнги. Они вдвоём сидели на кухне и завтракали. Солнце клонилось к закату освещая комнату золотистыми лучами, которые красиво отражались в хромированных поверхностях. Чимин только недавно проснулся и сонно тёр глаза, он сидел на табурете как на жердочке, поджав ноги и натянув свитер на колени. Свитер кстати был бледно жёлтый и пушистый, а светлые волосы парня растрепанные торчали во все стороны, ещё больше добавляя ему сходства с цыпленком. — Не хочу! — Чимин, — снова попытался приказать Юнги. — Ты должен нормально есть. — Но я не хочу есть суп на завтрак! — Чимин капризно дул губы и упорно отодвигал от себя тарелку с мясом и водорослями. Этот парень, выглядящий как нежный птенчик, был послушным только в постели. Там да, он беспрекословно подчинялся и делал все что ему скажут. Особенно Юнги любил дразнить младшего, входя в него максимально медленно и запрещая двигаться навстречу. Чимин в такие моменты хныкал от нетерпения, но старательно сдерживался, а Юнги, прежде чем перейти на быстрый темп, дожидался, когда его начнёт трясти от напряжения… Но в обычной жизни от этой покорности не оставалось и следа. Чимин становился все более капризным, требовал к себе все больше внимания, и вообще, вил из вампира верёвки. — Миеккук на завтрак это традиционная еда! Это полезно, — пытался воззвать к здравому смыслу Юнги. — Для беременных и только что родивших! Я не отношусь ни к тем, ни к другим. — Зато ты теряешь много крови и вообще переносишь тяжёлые физические нагрузки. Чимин вспомнил, как в последний раз Юнги возжелал его в такой хитрой позе, что для того чтобы принять такую ему пришлось вспомнить все свои восемь лет в танцевальной студии, и спина кстати до сих пор болела. Но оно того стоило. — Хочу булочку, — сладко протянул Чимин. Юнги уткнулся в телефон, делая вид что не слышит. — Булочку и капучино, — гнул свое младший. Юнги уже понимал, что проиграл этот раунд. — Юнгия! Ну я хочу булочку! — повысил голос Чимин, и грустно надул губки. — Сначала съешь суп, — предпринял он последнюю попытку накормить паршивца. — Тогда ты дашь мне булочку? Значит ты купил булочки? — весь капризно-гнусавый тон мигом слетел с Чимина. Он почувствовал, что уже победил и дальше строить из себя милашку нет смысла. — Нет! Если съешь суп, я схожу и куплю тебе булочку. — Нееет! Тебе было бы лень идти. Значит где-то у нас дома есть булочки? «У нас дома» Юнги расплылся в улыбке, потому что Чимин впервые сказал не «у тебя дома», не «в этой квартире». Он сказал «у нас» — Эй! Юнгия! Ты чего так смотришь на меня и скалишься?

***

Прошёл уже год, как Юнги привёз Чимина из клуба к себе домой, и с тех пор они так и жили вместе. Парень сказал, что ему не нужно ничего из прошлой жизни и даже ни разу не наведался на свою старую квартиру, как будто пропал без вести. Тем более почти так оно и есть. Как только клыкастый его сожрёт, Пак Чимин перестанет существовать и канет в лету. Но вампир почему то не торопился приводить свое обещание в действие, и каждый раз, когда Чимин думал, что это вот вот случится Юнги вовремя останавливался, чтобы не причинить ему серьёзных повреждений. Поначалу он каждый раз после пробуждения уточнял жив ли он ещё, и получив положительный ответ разочарованно спрашивал «почему?» Они уже давно опробовали все кандалы, плетки, цепи и наручники какие были в запасе, и у Мина не осталось больше отговорок, поэтому он стал просто игнорировать этот вопрос, и со временем парень перестал спрашивать, смирившись со своим странным статусом «недожертвы» вампира. Первые пару недель Чимин валялся в постели абсолютно без дела, спал и ловил приходы закидываясь обезболивающими. Когда раны зажили, Юнги разок надкусил его немножко, на пробу, и сам немного кайфанул от концентрации опиатов в крови. Когда он отошёл от дозы, то спрятал нахрен все таблетки в свой кабинет под замок, а вместо наркоты подсунул Чимину новенький айфончик в подарок, чтобы развлекался. Парень, у которого никогда не было денег, чтобы даже мечтать о такой дорогой игрушке был в шоке. Но быстро освоился и начал проводить свои дни веселее, залипая в дорамки и тикток. * Юнги исправно ходил на работу, каждое утро каждого буднего дня он уходил, и возвращался после пяти часов. Чимин как раз к этому времени просыпался, чтобы провести время вместе. Они заказывали на дом еду и смотрели фильмы, или ходили гулять и кормили Чимина в кафе. Есть вне дома иногда было проблематично, один из кавалеров не притрагивающийся к пище, это выглядит очень подозрительно. Но Юнги все равно исправно таскал его по ресторанам, пытаясь вызвать интерес хоть к чему то. Но Чимин по большей части был рассеянный, грустный и скучающий. Пока же он немного оживал только на время их постельных утех. Ну как постельных, за пару месяцев они успели помимо кровати опробовать еще: диван в гостиной, тумбу в прихожей, стол на кухне. Чимин все пытался затащить Юнги в душ, но тот, в очередной раз оправдывая звание котика, фырчал на воду и отказывался. Зато неожиданно легко согласился заняться сексом на балконе, и поимел парня, лихо перегнув через перила, так что у Пака от страха высоты душа в пятки ушла. Такого фееричного оргазма он даже с вампиром еще не испытывал. Но Юнги всегда соблюдал осторожность, и чтобы не заиграть парня раньше времени, соблазнялся не чаще раза в неделю, хотя Чимин изо всех сил старался его завести каждый день.Он встречал его голышом, валяясь разнеженным в постеле, или мокрым выходящим из душа, в ошейнике, или уже связанным (это кстати вызывало уважение, ведь чтобы найти способ самому крепко связать себя, ему пришлось целую неделю учиться вязать узлы по видео с ютуба), еще негодник любил одеться в одну рубашку, да еще и постоянно позволять ей сползать с плечика. Он присаживался к Юнги на колени, крутился рядом, терся, пару раз даже специально резался, когда брился, но старался не злоупотреблять этим средством, потому что уж от этого Юнги не мог сдержаться (и после всегда чувствовал себя виноватым). Как то раз, Юнги придя домой, обнаружил Чимина голым, пристегнутым наручниками к изголовью кровати и с вибратором в заднице, видимо эта инсталляция была приурочена ко Дню Всех Влюблённых. — Очень симпатично, но ты же знаешь, только на выходных. — Но я уже готов, неужели ты мне откажешь? — томно выдохнул парень, еще немного шире разводя ноги. — Чиминни, хотя бы кто-то один из нас должен вести себя по-взрослому, надеюсь сегодня у тебя достаточно сил. Пак с удивлением проследил за Юнги, который не снимая пальто прошествовал к прикроватной тумбочке и достал маленький пульт. — Нет! — Да. Ты просто не оставил мне выбора, — Юнги щелкнул кнопочкой, и в комнате раздалось тихое жужжание. — Аааах! Нет! Ты не сможешь просто смотреть! Вампир молча уселся в кресло напротив кровати, и взял книгу со столика. — Юнгия! — жалобно позвал Чимин, он уже елозил по покрывалу задницей, сам не понимая чего хочет, чтобы он выключил игрушку, или чтобы сделал вибрации помощнее. Мин с сожалением отложил книгу, он хоть и не живой, но все-таки не мертвый, и спокойно читать под подобный аккомпанемент явно не сможет. Он включил музыку на телефоне, и из небольшой колонки на столике раздалась приятная инструментальная мелодия. — Мне кажется, эта композиция отлично подойдет для твоего голоса. Чимин стонал и извивался как змея: — Пожалуйста! Пожалуйста перестань! Юнги медленно встал и подошел к кровати, примостившись на краешек: — Разве тебе не приятно? Я думал ты этого и хотел. — Нет! Я хотел. — хрипло выдыхал парень, еле сдерживая стоны. — Чтобы это был ты! Юнги удивленно щелкнул пультом, и Чимин наконец-то выдохнул, но глаза так и не раскрыл, как будто стесняясь. — Чиминни, я же не железный, и не могу спокойно смотреть на тебя такого, ты же понимаешь. Но и заниматься все время сексом невозможно. Даже я этого не выдержу, а ты тем более. — Я больше не буду, — тихо прошептал Чимин. — Ну я не против, если ты будешь делать это не очень часто. Хорошо? — Угу, — обиженно кивнул Чимин и отвернулся. — Что не так? — тут же спросил Юнги, который предпочитал прямо говорить о проблемах. — Ничего. — Ну не дуйся, Чиминни. Что не так? Чего ты хочешь? Я все сделаю, если смогу. — Я просто хотел, чтобы ты меня потрогал. — Мы же вроде договорились, — раздраженно перебил его вампир. — Секс не чаще раза в неделю! — Вот именно! — зло выкрикнул Чимин, развернувшись лицом к лицу. — Ты трогаешь меня только во время секса! А ты не думал, что мне этого не достаточно? Я хочу обниматься! Засыпать рядом с тобой, а не в одиночестве каждый день, гулять держась за руки? Я в конце концов хочу получать свой законный поцелуй, когда ты возвращаешься домой с работы. Юнги сидел ошеломленный этой вспышкой гнева. Он было протянул руку, чтобы успокаивающе погладить по плечу, но тут же отдернул ее. Чимин увидев этот жест, поджал губы и сжался в комок. — Все понятно. Размечтался, да. Ты даже после секса не хочешь меня обнять, а сразу сбегаешь, не то что просто так. — Нет, Чиминни… Я просто… Я же холодный, — и Юнги все-таки сжал его пальцы своими. — Это ведь неприятно, обниматься с таким как я. — А мне может нравится, — пробурчал Чимин, но слышно было, что он только изображает обиду. — Правда? — с робкой надеждой в голосе спросил вампир. — Ну что за дурацкий вопрос! Я тут из кожи вон лезу, чтобы только ты ко мне прикоснулся, а ты ещё спрашиваешь! — Ну, я думал это все ради секса, мало ли, может просто ты страдаешь нимфоманией… — Я страдаю только от того, что мой парень идиот, — закатил глаза Чимин. Глаза Юнги полыхнули холодным голубым пламенем: — А вот за идиота, тебе придётся поплатиться! Он снова щёлкнул пультом, и принялся спешно раздеваться.

***

На следующее утро, Чимин не ложился спать, дожидаясь, чтобы проводить Юнги на работу, и получить свой долгожданный поцелуй на прощание. — Кем ты работаешь? — неожиданно полюбопытствовал он, сидя на кровати, и наблюдая как Мин завязывает галстук. — Психиатром, — Юнги надел очки, зрение у него конечно же идеальное, но стекла помогали слегка скрыть необычный цвет глаз. — В смысле? — Это врач такой… — Я знаю, что это врач, я просто не понимаю, как вампир может быть врачом? Как ты учился в меде? Тебе же от одной капельки крови крышу сносит напрочь? — пораженно спросил Чимин. — На меня только твоя кровь так действует, остальные люди пахнут далеко не так вкусно… — рассеяно ответил Юнги, надевая пальто, и только потом понял, что выдал свой секрет. — Только я так вкусно пахну? Погоди… — конечно Чимин все понял, он очень сообразительный парень. — Так тогда, в клубе, когда ты со своим чихающим другом обсуждал очень аппетитного парня, это был я??? Вампир только смущённо кивнул в ответ, а Чимин горделиво заулыбался. Юнги чмокнул его в подставленные губки и быстро сбежал на работу. Придя домой вечером, он обнаружил Пака непривычно одетым — в шорты и длинный свитер. Он лежал на кровати обложенный фолиантами и читал «Большой справочник по психопатологии». Юнги присел рядом, рассеянно целуя в макушку и нежно поглаживая по спине: — Ну как чтиво, интересное? — Ага! Мне всегда нравилась психология, — кивнул парень, не отрываясь от книги. * С тех пор так и повелось, по будням они проводили тихие вечера вместе, в основном посвящённые чтению и разговорам, а по выходным устраивали жаркие секс-марафоны, зачастую сопровождаемые распитием одним из них крови, а другим сильно алкогольных напитков. В один из будних вечеров, Юнги читал в своём кресле очередную книгу Фуллера Тори на английском, а Чимин уютно расположился на полу, пристроившись между его коленей спиной и читал исторический роман. Наверное это был четверг, судя по тому, что Чимин уже мог спокойно сидеть на заднице, не испытывая при этом дискомфорта. Он прикрыл глаза и запрокинул голову назад, Юнги заметив это тут же оторвался от чтения: — Ну как тебе история? — он погладил ледянными пальцами мягкую щечку. — Классно, но я теперь хочу козетку. — Козетку? — удивлённо переспросил Юнги. — Зачем? — Не знаю. То есть я буквально не знаю даже, что это такое, но тут, — он постучал по кожаной обложке, — папа подарил героине козетку, и она так счастлива… — Хочешь, чтобы тебе тоже папочка купил козетку? — он медленно провел пальцем по шее вниз. — Эй! Папик, смотри не возбудись! Нам ещё два дня нельзя! — Чимин шутливо стукнул его по руке. — Какой хороший послушный мальчик! Ты заслужил подарок… — Юнги наклонился и медленно и тягуче поцеловал своего малыша. А в субботу, придя после прогулки в квартиру, Чимин увидел свой презент: чудесная козетка, выполненная в лаконичных современных линиях и обитая шелком нежного пыльно розового цвета. Точно такого же оттенка, как его новомодный дырявый свитер. По указанию Мина её поставили в спальне, в пару к его любимому креслу. Юнги, в дорогом костюме (сегодня они ходили ужинать в приличный ресторан, поэтому приоделись) выглядел невероятно стильно развалившись на этом маленьком изящном диванчике. — Тебе нравится? — он провел рукой по спинке, Чимин в ответ восторженно кивнул. — Отлично. Тогда присаживайся. Вампир похлопал себя по ноге, намекая куда именно ему стоит присесть. Чимин легонько покраснел и понятливо принялся стягивать джинсы, вместе с бельём и оставшись только в длинном свитере робко подошёл и уселся к нему на колени. Юнги поцеловал его, поглаживая, кашемир приятно ласкал руки, но Мину хотелось ощутить более желанную мягкость человеческой кожи под своими пальцами. — Сними свитер, детка, — тихо приказал он. Чимин тут же подчинился, оставаясь совсем беззащитно голым. — Я хочу, чтобы сегодня ты все сделал сам, ты же справишься? — Чимин кивнул, якобы стыдливо отводя глаза, и Мин ухмыльнулся от этого притворства, он то прекрасно чувствовал, как нетерпеливо парень елозит задницей на его бедрах. — Хороший мальчик. «Хороший мальчик» быстро встал и направился к прикроватной тумбочке, взять лубрикант: — Ты будешь говорить, что мне делать? — Да, детка, — и вампир кивнул на вторую незанятую половинку диванчика. — Становись на четвереньки, я хочу посмотреть…

***

Лето давалось Юнги тяжело. На улице +35 и палящее солнце, поэтому он взял отпуск на весь июль, чтобы пересидеть самый кошмар дома. В каждой комнате работало по кондиционеру, поддерживая постоянную температуру в двадцать один градус, и счета за электричество наверняка опять придут космические. Чимин постоянно ходил по дому в толстовке и штанах, чтобы не простудиться, но все равно соглашался спать только в обьятиях вампира. Юнги снова начал сочинять стихи, как когда-то давным давно в юности. Раньше он проводил ночи за чтением, но теперь у него появилось другое занятие — обнимать своего глупого человека, который почему-то отказывался засыпать вне жестких и холодных рук вампира. Поэтому он лежал в тишине и темноте, разглядывая кусочек неба через неплотно задернутые шторы и думал. Много думал и постепенно его мысли сплетались в слова и фразы и оседали в голове паутиной романтичных, тягуче-ленивых, а иногда болезненно-нежных строчек. Иногда он записывал результаты своих размышлений по утрам в блокнот, не зная, что Чимин давно нашел эту тетрадочку и с замиранием сердца читает и перечитывает каждый день новые строчки, пока Юнги не видит. * — А вампиры испытывают боль? — спросил однажды Чимин прижимаясь щекой к холодной груди, когда они вдвоём лежали на кровати в один из летних вечеров. — Да. — Правда? — Почему ты так удивлен? — Я думал вы ничего не чувствуете. — Ты же прекрасно знаешь, что я чувствую голод, желание, возбуждение. Ощущаю твою ласку. Логично, что я и боль чувствую. Другое дело, что нужно несколько больше силы чем есть у среднестатического человека, чтобы сделать больно вампиру. Но вообще это возможно. — То есть один вампир может причинить другому боль? — Да, конечно. А почему ты спрашиваешь? — Просто… Хочу побольше узнать о твоем мире. — Ты мой мир, — тихо сказал Юнги с мечтательной улыбкой поглаживая пушистую макушку и вдруг замер, поняв что произнес это вслух. Чимин приподнялся на локте и внимательно посмотрел в голубые глаза напротив: — Поэтому ты так и не убил меня до сих пор? Юнги смотрел на него в ответ и понимал, что не хочет снова придумывать отговорки или игнорировать вопросы. — Да. Потому что без тебя мне не быть больше. Чимин кивнул совершенно спокойно: — Я тоже. Я тоже люблю тебя. И поцеловал мужчину. В эту ночь Юнги ни разу не укусил его. Как и во все последующие, до конца лета. * С приходом осени многое изменилось, дожди закончились, жара немного спала, Юнги снова начал работать каждый день, а Чимин перестал есть. Это случилось как-то совершенно незаметно, Юнги уже давно расслабился и не контролировал состояние младшего, доверив ему самому заботиться о себе. И видимо напрасно, потому что однажды он просто упал в обморок на прогулке. Сказать что Юнги испугался — это ничего не сказать. Он бегом потащил свое сокровище домой, привел его в чувства и устроил подробнейший медицинский осмотр, в ходе которого выяснилось, что парень похудел на шесть килограммов, давление у него 90/50, он не ел уже семь дней и только пил кофе, и кстати антидепресанты не принимал еще дольше, потому что от таблеток на голодный желудок его оказывается тошнило. Отпаивая его куриным бульоном, Юнги все пытался вызнать, что случилось, и почему Чимин так над собой издевается? Он ужасно боялся, что это рецидив депрессии, и как бы в этот раз его суицидальные мысли не стали еще более навязчивыми. После долгих расспросов, уговоров, объятий, поцелуев и даже угроз, парень наконец-то признался, в чем причина. — Ты перестал меня кусать. Юнги замер с полной ложкой в руке, пытаясь понять логику. — И?.. — Я не знаю… Я так понял, что больше не привлекаю тебя в этом плане. Раньше ты всегда говорил, что я очень вкусный и тебе так трудно оторваться… Я подумал, что может стал не очень аппетитно пахнуть? Может ел что-то не то… или это из-за лекарств. — Чимин устало откинул голову на подушку, его шея снова выглядела идеально гладкой и прекрасной, впервые за долгое время на ней не было ни единого укуса или синяка, только мелкие бледные шрамики. И похоже именно это его беспокоило так сильно, что он готов был голодать. — Может просто я тебе разонравился? Ты не обязан терпеть меня, если больше не хочешь. Не выгоняй меня, пожалуйста. Если не хочешь съедать, можешь просто убить и выкинуть, только не оставляй меня снова одного. Юнги молча отставил тарелку на пол и присел поближе: — Размечтался, — сказал он жестко, и от этих слов Чимин сжался как от удара, Юнги, заметив это, тут же прижал его к себе, обнимая и беспорядочно целуя лицо. — Размечтался! Никуда я тебя не отпущу, тем более на тот свет. Ну что ты за глупый дурачок! Придумал тоже «не привлекаешь»! Да я же оторваться от тебя не могу! Я целыми ночами только и делаю, что обнимаю тебя и дышу тобой… Я ведь люблю тебя, и не хочу причинять тебе боль, поэтому и не кусал больше. Не хочу, чтобы ты чувствовал себя закуской. Понимаешь? — Но мне это всегда нравилось. Это приятно, и мы были как будто ближе в такие моменты… Юнги подумал немного, и решил не сопротивляться, да это странно. Но их пара вообще странная, так какая разница? В конце концов они взрослые люди, кто-то в большей степени взрослый, кто-то в большей степени человек, и могут делать все что угодно, если это приносит им обоим удовольствие. — Хорошо, уговорил, я буду снова тебя кусать, мне самому этого безумно хочется, — он уткнулся холодным носом в шею, жадно вдыхая. — Но при одном условии. Только если ты будешь нормально питаться, принимать лекарства, и наберешь обратно все эти семь килограмм. — Но я похудел только на шесть! — А набрать должен семь. — Но, Юнгия! У меня только появился пресс! — попытался было возмутиться Чимин, безумно гордившийся своими кубиками. — Никакого пресса, я хочу мягонькие бочка, — требовательно заявил Юнги, и не слушая возражений, заставил Чимина доесть суп.

***

Все эти, и многие другие счастливые воспоминания последнего года пронеслись у Юнги в голове, вызывая самую широкую его улыбку. — Да, Чиминни, У НАС дома есть булочки. На верхней полке лежат, возьми, — Чимин и не заметил, что Юнги намеренно выделил интонацией эти два слова, а обрадованный подскочил за вкусняшкой. Булочки были его любимые, в форме сердечка, с начинкой из клубничного желе и взбитых сливок, он схватил сразу две, по одной в каждую руку и счастливо откусил, тут же весь вымазавшись в сахарной пудре. Довольный собой он подошёл с сидящему у стола Юнги и ласково потёрся щекой о плечо. — Юнгия! Я хочу на ручки! — и звонко чмокнул его в ухо. Ну как ему отказать? Тем более Юнги и не хотелось отказываться. Он помог Чимину взобраться к нему на колени, и за это получил еще один сладкий поцелуй, только на этот раз в губы. — А ты будешь завтракать сегодня? — с надеждой спросил Чимин, подставляя свою относительно поджившую шею. Юнги с силой сжал его ягодицы, борясь с желанием присосаться прямо сейчас, вместо этого он только ответил: — Чиминни, этого нельзя делать часто. Ты и так слишком бледный в последнее время. Я волнуюсь. Парень откусил огромный кусок от булочки и задумчиво жевал, не обращая внимания на то, что у него на моське куски крема. — Это все из-за того что я потолстел, да? Конечно, я теперь и сам стал как булка, кому захочется такого кусать. Юнги застонал, привлекая его ближе, опять эта песня! Да, благодаря его стараниям по откармливанию, Чимин немного округлился и выглядел просто великолепно! Ещё лучше чем был, хотя казалось куда уж лучше?! Он теперь был такой аппетитный, что его хотелось не только выпить, а сожрать целиком, как булочку намазывая маслом… А кстати! Намазать Чимина маслом — это же отличная идея! — Я все чувствую, — хихикнул Чимин. — Я правда имел в виду другой завтрак, но похоже член у тебя голоднее чем зубы. — Раз ты все чувствуешь, так не говори больше глупостей, а то я разозлюсь и затрахаю тебя до полусмерти. И естественно закусаю. Как в первый раз. Ещё будешь просить пощады! — Мммм… Это обещание? Обязательно воспользуюсь им, но в следующий раз. На сегодня я приготовил для тебя сюрприз. — Какой ещё сюрприз? — подозрительно спросил Юнги. — Ночью узнаешь. Просто потерпи немного, — загадачно заулыбался Чимин. И Юнги жопой почувствовал неладное, но ничего не поделать, если Чимин что-то хочет, он это получит.