Семеро в доме, два кота и собака

...

– А ну подвинься, подвинься, говорю! – пыхтит Кун, стараясь отодвинуть Тэна от плиты, возле которой тот колдует над глинтвейном, чтобы посмотреть на очередную партию имбирного печенья в духовке. – Я занят, Кун, не мешайся под ногами! – капризно возникает Тэн, покачивая бокалом вина, и Кун, склонившись, задевает бокал плечом. Вино выплескивается на пол, к красной луже моментально подлетает Белла, за Беллой бросается Сяоджун: – Ну вот еще не хватало напоить собаку! – он оттаскивает Беллу за ошейник. – Да как ты вообще умудрился его разлить, если у тебя там треть бокала?! – возмущается Кун. – Кун, аккуратнее! – в один голос с ним орет Тэн. – Да не топчитесь хоть по разлитому! – трагически перекрикивает их Сяоджун, все так же удерживая собаку за ошейник. – Чего вы кричите? – на шум заглядывает Янян с дождиком, обмотанным вокруг шеи, и елочками, дрыгающимися на обруче в волосах. – Просто Куну вот срочно понадобилось заглянуть в духовку, когда там выставлен таймер – и печеньки точно не сгорят! – рассерженно поясняет Тэн и уворачивается от шлепка кухонным полотенцем. – Эй! – Зельевар хренов, что же ты свое драгоценное зелье расплескиваешь по всему полу! – шипит Кун и все-таки отпихивает Тэна от плиты. Сяоджун, выхватив из рук Куна полотенце, начинает вытирать им пол. Кун в ужасе распахивает глаза и набирает воздуха в грудь: – Сяоджун, ну есть же бумажные салфетки, красное вино не отстирывается! – Я куплю тебе новое полотенце, – сквозь зубы цедит Сяоджун, одной рукой размазывая винную лужу, а второй – не давая Белле подобраться ближе. – Так а вот не надо было меня толкать, у меня там сейчас, между прочим, вино закипит, а этого допускать категорически нельзя! – взвизгивает Тэн и с победным видом снова устраивается около плиты. Глинтвейн кипеть не собирается. Янян смотрит на всех поочередно и тяжело вздыхает. – Кто бы мог подумать, что приготовления к чистому светлому празднику все равно превратятся в бедлам, – скептически цокает языком он, за что получает прилетевшим следом скрученным полотенцем. – Да вы совсем охренели?! – Янян резко оборачивается. – Если на моих любимых джинсах останется хоть малейший след от вина… – Не останется, – снисходительно успокаивает его Тэн. – Не останется, – в один голос с ним заявляет Кун. – Ой, да иди уже! – стонет Сяоджун, обращаясь к Яняну, и подпихивет Беллу к выходу из кухни. В проходе одновременно возникают Лукас, Хендери и Винвин. – А что здесь происходит? – заинтересованно спрашивает Лукас. – Кстати, мы разобрали елку, – гордо возвещает Хендери и указывает на ящик с игрушками в руках Винвина. Кун на секунду замирает, а затем, глубоко вдохнув и выдохнув, подчеркнуто спокойно уточняет: – Вы что? – он шарит рукой позади себя – и Тэн любезно вкладывает ему в ладонь собственный бокал с вином. – Разобрали елку, – с готовностью отвечает Хендери. – Мы оставили там только те игрушки, которые точно не заинтересуют котов, а нам всем – точно принесут радость. Тэн со звоном откладывает длинную ложку, которой он помешивал глинтвейн, и, проскользнув мимо Куна, но попутно забрав у него свой бокал, оказывается на пороге гостиной. Кун и Сяоджун, синхронно вздыхая, следуют за ним. Винвин, Хендери и Лукас выстраиваются сзади. Сбоку впихивается Янян. В углу гостиной маячит пустая зеленая елка с единственным украшением – повешенными рядом двумя белыми шариками с черными зрачками на них. – Это глаза, – торжественно декламирует Хендери. – Они создают эффект присутствия! Кун медленно поворачивает голову к нему: – Эффект присутствия чего? – Елки, – уверенно кивает Хендери. – Глинтвейн! – внезапно взвизгивает Тэн и уносится на кухню. – Я вот даже не знаю, что сказать… – Кун устало трет лоб. – Включить рождественский плейлист? – радостно предлагает Лукас и широко улыбается. Кун, открыв и закрыв рот, молча кивает, Сяоджун возвращается на кухню, Винвин уносит ящик с не пригодившимися елочными игрушками следом за Хендери. Янян со смешком направляется за Сяоджуном. В гостиной играет праздничная музыка, за окном пролетают снежинки, приклеенная под потолком гирлянда переливается разными цветами, на экране телевизора фоном включен "Гарри Поттер и Тайная комната". В гостиной никого нет. – Так, а сейчас попрошу всех достать свои бокалы, – гордо расправляет плечи Тэн. – Хотя нет! – моментально спохватывается он. – А ну быстро нарядились в костюмы, а то никому ничего не достанется, – коварно ухмыляется он. – Тэн, ну почему ты такой? – вздыхает Сяоджун. – Потому что, – смиренно бубнит Кун. – А я уже в костюме! – на пороге кухни снова появляется Янян и изо всех сил трясет елочками на голове. – Я тоже! – резво вскидывается Лукас и крутится перед всеми, красуясь перламутровыми крыльями за спиной. – И побыстрее! – командует Тэн. – Глинтвейн уже готов, если он остынет и вам придется пить мое холодное зелье, вы превратитесь в соплохвостов! И вообще, – добавляет он, глядя на Сяоджуна, – ты первым радовался быть снежинкой. Сяоджун сужает глаза, но ничего не отвечает. Он уходит из кухни и, поймав в коридоре Хендери, уводит того за собой. Винвин, оценивающе озирнувшись, спешит за ними. Когда они возвращаются, Тэн методично мешает глинтвейн, Кун сидит за столом, одетый в красный бархатный халат с белой опушкой и такой же шапке, Леон, Луи и Леви расхаживают по пустому столу и обнюхиваются, Белла бьет хвостом по полу, в надежде глядя на Лукаса, который держит в руках стик с собачьим кормом и строит ей рожицы. – Какие же вы все красивые! – проникновенно восклицает Тэн, выпуская ложку, и прижимает ладони к груди. Сяоджун, одергивая блестящую майку, поправляет серебристые снежинки, которыми обклеены его плечи, и хлопает белыми накладными ресницами. Винвин горделиво встряхивает оленьими рогами на обруче, Хендери хмыкает и мотает головой, от чего пряничные человечки на его заколках начинают подрагивать. – Но мы с Лукасом все равно самые красивые, – вздернув нос, безапелляционно припечатывает Тэн и ведет плечами, затянутыми в черную атласную мантию. – Мы даже не пытались с вами соперничать, – поморщившись, отзывается Янян. – Так, – прерывает его Тэн. – Глинтвейн. Он сосредоточенно разливает по подставленным кружкам приготовленный напиток, а Лукас услужливо доливает в каждую из них коньяка. Перемешивая его чайной ложечкой, он радостно улыбается, на что в ответ получает разной степени недовольные взгляды. – У меня будет похмелье? – явно смирившись с неизбежным, уточняет Янян. – Да, – хором отвечают все. В гостиной на экране один фильм о Гарри Поттере сменяется следующим, коты расслабленно урчат, разлегшись на руках у Яняна, Тэна и Лукаса, от закусок на столе остаются только крошки, все едят сладкие пряники и потягивают уже третью или четвертую порцию глинтвейна, разогретую в микроволновке. Белла спит под елкой. Стрелки на часах приближаются к полуночи. – Знаете что, – дождавшись титров, со слегка пьяным смешком произносит Кун. Все обращают внимание на него. Тэн, положив голову на плечо Лукаса, слабо улыбается, Сяоджун и Хендери глядят с одинаково заинтригованным выражением лица, Винвин допивает остатки остывшего глинтвейна, Янян меланхолично жует имбирное печенье. – Мне кажется, я должен подарить вам свои подарки до того, как мы расчехлим тайного Санту, – улыбается Кун и, пошатнувшись, встает с дивана. – Кун, ты подозрительный, – смеется Тэн, прижимаясь к боку Лукаса. – Не-а, – отрицает Кун и хватается за дверной косяк в попытке восстановить равновесие. Хендери перегибается к Тэну через стол: – Хорошее было зелье, – шепчет он, намекающе указывая на Куна, который скрывается в коридоре. Тэн понимающе хихикает, но тут же тихонько пищит, оказавшись в объятиях Лукаса. Сяоджун вздыхает, Винвин задумчиво пялится на свою уже пустую кружку, Янян закатывает глаза. – В общем, – встряхнув головой, на которой до сих пор красуется шапка Санты, начинает Кун, вернувшись с охапкой маленьких подарочных пакетиков. – Мне хочется подарить это вам всем. Просто так, – смущенно смеется он. Тэн выбирается из-под руки Лукаса и сосредоточенно нахмуривает брови. Лукас гладит его по плечу, Янян перестает грызть печеньку и пытливо склоняет голову. Хендери, Винвин и Сяоджун смотрят с искренним интересом. – Вот, – Кун раздает каждому по пакету – и все сразу начинают копошиться. Луи и Леон скачут вокруг Тэна, Леви подпрыгивает рядом с ладонями Лукаса, Белла перебегает от одного к другому и все придирчиво нюхает. Коко, взмахнув хвостом, вьется вокруг ног Куна. – Ну… – со смешком произносит Кун и усаживается на подлокотник дивана. – Это мелочь, – отмахивается он. – Но мне хотелось бы, чтобы у вас всех эта мелочь была, – он неловко усмехается и замолкает. На экране идут титры фильма, гирлянда под потолком все так же красочно подмигивает. Тэн достает из своего пакета нежно-голубую коробочку с бантом и изумленно округляет глаза: – "Тиффани"? – Неважно, – хмыкает Кун. Тэн открывает упаковку и выуживает оттуда тонкий серебряный браслет с темно-синим камнем на подвеске. Такой же, но с фиолетовым, достает Лукас. Остальные тоже рассматривают свои подарки, и разные камни на подвесках их одинаковых браслетов переливаются всеми цветами радуги. – Я просто хотел сказать… – начинает Кун и тихо смеется, скользя глазами по Тэну и Лукасу, которые зачарованно разглядывают изящные украшения, по Сяоджуну и Винвину, что вертят цепочки в пальцах, по Хендери и Яняну, уже надевающих браслеты на запястья. – Я хотел сказать, что… – Кун вытягивает из кармана собственных джинсов еще один браслет с красным камнем и подносит его к глазам. – Что мы все – вместе, знаете? – он переводит взгляд на других и замолкает. – Мы радуга, семицветка, то, что невозможно разрушить, потому что это создано самой природой, то, что… – он не успевает договорить, потому как Тэн бросается ему на шею. – Кун… – дрожащим голосом шепчет он. – Кун… Все остальные поднимаются со своих мест. Лукас подходит и захватывает Тэна с Куном в объятия, Хендери навешивается сверху, Сяоджун приникает к спине Тэна, Янян утыкается носом в макушку Куну. Винвин обнимает их всех, насколько позволяют руки. – А радуга без одного цвета – уже не радуга, верно? – сдавленно усмехается Кун. – Это что-то сродни природной аномалии, предвестнику апокалипсиса. Но мы ведь не можем позволить миру разрушиться, правда? Сяоджун сильнее прижимается к Тэну: – Правда, – шепчет он. – Согласен, – выдыхает Винвин. – Разве что после нас случится конец света, – Янян фыркает и улыбается. – И мы стали этому причиной, – хмыкает Хендери и гладит Куна по плечу. – Но мы не станем, – твердо заявляет Тэн и, выпрямившись, берет Лукаса за руку. Тот сжимает его ладонь, крепко зажмуривается и, кусая губы, кивает. По его щекам скатываются две слезинки. – Мы не станем, – вторит Тэну Кун и прикрывает глаза. – Мы вернем радугу такой, какой она должна быть. Семицветной, – шепотом заканчивает он. За окном гостиной медленно кружится снег. Белла подходит к столу и аккуратно цапает зубами оставленный Яняном надкусанный имбирный пряник. На экране телевизора загорается название следующей части "Гарри Поттера".

...