Маленькое недоразумение

      Чонгук пару раз шлепнул себя по щекам мокрыми ладонями, тем самым надеясь избавиться от опухлости. Парень так и не смог заснуть, мучаясь мыслями от абсурдности ситуации. Естественно, он не собирался идти на поводу Минджи. Чонгук даже пытался вспомнить почерк бывшей девушки, думая, что возможно это все выдумал Тэхён в надежде получить звание лучшего «шутника». Поэтому, Чонгук не намеревался поддаваться глупостям друга, искренне веря, что к утру девочку забрали родители. Однако чувство тревоги острыми когтями скребло сердце, не мог он успокоиться до конца, от того и провел бессонную ночь.       Парень еще несколько раз взглянул на себя в зеркало и, не вытерев лицо, вышел из ванной.       Оглядев пустую кухню, он направился к столу и, взяв яблоко, откусил его. Чонгук оперся туловищем о стол и не отводил внимательного взгляда от дивана, где вчера сидела девочка. Парень замер, держа яблоко на уровне лица, но вдруг услышал испуганный вздох со стороны спальни друга. Чонгук посмотрел туда и увидел ту самую «проблему», о которой думал всю ночь.       Девочка была в огромной футболке, которая доходила ей почти до пяток, а широкие рукава — до середины рук. Судя по всему, Тэхён нашел пижаму для гостьи.       Чонгук мгновенно выпрямился и, нахмурившись, посмотрел на ребенка. Он с громким стуком положил яблоко на поверхность стола. А девочка, испугавшись, забежала обратно в комнату, откуда вышла минутой ранее.       Гук остался стоять, глядя в то место, где только что стояла Сонми. Злость с новой силой закипала в парне, он набычился и уже хотел было направиться к другу, чтобы навалять ему, донести до его мозга, что Чонгуку не нравятся такие игры! Но сонный Тэхён сам вышел из комнаты, проводя рукой по заспанному лицу. Видя, что Ким, в отличии от него, выспался, Чонгук злобно ухмыльнулся. Парень успокоил себя тем, что не будь это шуткой друга, Ким бы точно не смог заснуть, а мучился бы так же, как и он сам.       — Ты напугал девчонку. — Тэхён зевнул, наливая себе в стакан воду из крана.       — Я ничего не сделал. — Чонгук принялся доедать надкушенное яблоко, стараясь принять невозмутимое выражение лица. Парню казалось, что чем дальше он отталкивал мысль о возможной правдивости ситуации, тем меньше шансов накликать на себя беду. — Когда придут ее родители?       — Именно этим мы с тобой и будем сегодня заниматься. — Тэхён с серьезным видом сел на стул и начал стучать пальцами по столу. — Не смотри на меня так, Гук! Я вообще тут не причем, но готов помочь тебе разобраться с этим.       У парня уже были мысли на сей счет, логично было начать с поиска номера или адреса Пак Минджи. В принципе, с этим особых проблем не должно возникнуть, учитывая, что они учились на одном курсе. Общие знакомые найдутся. Тэхён скривился от мысли, что придется брать отгулы на работе, надеясь, что их редакция журнала не пропадет в отсутствии рядового работника.       — С чем мы будем разбираться?! Отведи ее туда, где подобрал! — Чонгук махнул рукой, будто пытался убедить друга выгнать ребенка. — Нахуй ты привел ее сюда?!       — Я подобрал ее с площадки перед нашей квартирой! Куда мне ее выгнать по-твоему?! — Тэхёна уже выводило из себя отношение друга к сложившейся ситуации. Он вскочил и направился в свою комнату.       — В полицию отведи! В приют! Или куда сдают беспризорников!       — Она не вещь, идиот! В письме четко написано твое имя! — Голос Тэхёна доносился из комнаты, откуда он вышел, аккуратно подталкивая Сонми вперед. Девочка крепко держала медвежонка одной рукой, а большой палец другой засунула в рот, боязно перебирая босыми ногами. — Вот девочка! Имя в записке твое! И трахался с ее матерью ты! Разбирайся как хочешь! — Ким зашел обратно, громко хлопнув дверью, от чего Сонми заметно вздрогнула.       Девочка осталась стоять на месте, боясь поднять взгляд с пола. Чонгук, до этого ходивший по кухне, остановился и посмотрел на ребенка.       Парень уже окончательно убедился в реальности нынешней ситуации и в том, что девчонка сама по себе не исчезнет. Он стоял как вкопанный и глядел в одну точку.       — Как зовут твою маму? — грубо рявкнул Чонгук, нахмурившись.       — М-мама… — Сонми начала хныкать. — Мама-а. — Лицо исказилось в горестных рыданиях.       Чонгук начал шикать, не зная, что должен предпринять. Он подошел к ребенку и хлопнул ее по плечу, в целях успокоить.       — Ну же, хватит плакать. — Более мягким, как казалось Гуку, голосом попытался «успокоить» уже изрядно покрасневшую от плача Сонми.       Видя, что она и не собиралась прекращать реветь, Чонгук начал раздражаться. Зачесав ладонью челку назад, он выкрикнул:       — Блять!       Дверь позади девочки отворилась, на пороге появился Тэхён с сжатыми в недовольстве губами.       — Ищи номер Пак Минджи, придурок! — сквозь стиснутые зубы проговорил Тэхён.       Чонгук глубоко вздохнул, смирившись с дерьмом, в котором оказался.

***

      Двое друзей держали путь к дому родителей бывшей сокурсницы. Достать какие-либо данные Минджи не составило труда.       По дороге в машине велся громкий спор, где Чонгук с упорством осла пытался доказать Киму, что ребенка нужно было сдать в полицию. Тэхён же, будучи мягкосердечным, считал такой поступок бесчеловечным, тем более, зная об оставленном матерью ребенка письме. Они оба прекрасно понимали, что не стоило полностью отсеивать вероятность беременности Минджи от Чонгука, хоть и не произносили это вслух. А учитывая, как бывшая парочка после каждой лекции лобзалась по коридорам университета, то сомнения Тэхёна по поводу слов девушки приравнивались к пятидесяти процентам, хотя Чонгук и заявлял, что без резинки ни разу ничего не было. Но знание таких интимных подробностей о Чоне, как его нелюбовь кончать в презерватив, заставляли Тэхёна лишь недоверчиво хмуриться.       Чонгук изредка бросал косые взгляды через водительское зеркало на заднее сиденье, где, поджав колени к груди, сидела Сонми. Девочка была напугана и в силу своего возраста не понимала, что происходило, имея лишь одно желание — оказаться рядом с матерью. Тэхён время от времени поворачивался к ней, ободряюще улыбаясь и хлопая по ноге.       Добравшись с помощью навигатора до нужного адреса в Пусане, где, как предполагалось, жили родители Минджи, а возможно и сама девушка, Чонгук остановил машину у забора соседнего дома. Парень начал заметно потеть. Держа одной рукой руль, он чуть оттянул ворот рубашки: боялся, что их там не окажется и им придется уйти ни с чем. Чону не терпелось побыстрее сбагрить ребенка матери и вздохнуть полной грудью. Не будь Тэхёна, Гук бы даже церемониться не стал, отдал бы девочку в полицию и пускай они разбираются с потеряшкой.       — Момент истины. — Тэхён нервно улыбнулся, хлопнув друга по плечу. Он открыл дверь и вышел, но заглянул внутрь машины и произнес, смотря на Сонми:       — Малышка, подожди пока в машине.       — Зачем ей тут ждать? Мы ее сразу вернем матери, пускай выходит! — Взбеленился Чон, но, увидев недовольное выражение лица друга, тихо ворча себе под нос, вышел и хлопнул дверью.       Район был почти на окраине Пусана, с ветхими маленькими домиками кругом. Казалось, они совсем не были пригодны для нормального проживания.       Парни уже подошли к старому дому Паков, когда их догнала Сонми.       — Почему ты вышла из машины? — мягко спросил Тэхён, но девочка направилась прямиком к дому. — Подожди, малышка.       — Это мой дом, мама тут. — Сонми ускорила шаг, боясь, что ее отправят обратно.       Чонгук заметно расслабился после ее слов, уже уверенный, что проблема решена. Парень довольно улыбался, смотря на маленькие кулачки девочки, колотящие дверь. Однако счастье длилось недолго. Никто не открывал. Тревога новой волной накрыла Чона. Он начал пинать ногой дверь, готовый выбить ее. Его пыл остановил Тэхён, попросив успокоиться. Друг с трудом уговорил сопротивляющуюся девочку подождать в машине, пока мама не выйдет встретить ее. Взяв заметно опечалившуюся Сонми за руку, он усадил малышку в автомобиль. У Тэхёна сердце сжалось от грустного вида оглядывающейся девочки в джинсовом сарафанчике и фиолетовом кардигане, на котором она в неправильном порядке застегнула пуговицы. Ему стало жаль, что ни в чем не повинный ребенок, по воле случая или глупости двух непутевых родителей, вынужден переживать такое.       На шум, созданный Чонгуком, вышла старая сгорбленная женщина, крича, чтобы тот перестал беспредельничать.       Чонгук послушался старушку и, поклонившись, вежливо поздоровался.       — Скажите, пожалуйста, здесь ли живет семья Пак? — нетерпеливо задал вопрос он.       — Жили, — недовольно буркнула старуха. — Уехали они, совсем недавно. Хорошо, что так. — Махнула она рукой.       — Куда… куда они уехали?! — У Чона заплетался язык. Он начал вытирать вспотевшие ладони о джинсы.       — Я почем знаю? Девка их загуляла несколько лет назад, принесла в дом ублюдка. Опозорила семью. Вот что бывает, когда отправляют детей учиться в город без надлежащего присмотра. — Женщина неодобрительно мотала головой, скрестив руки за спиной. — Видать, не выдержали и уехали.       Чонгук уже ничего не слышал. Он глубоко дышал, приложив правую руку к двери дома для опоры. Перед его взором будто прошлись все ночи, проведенные с Пак Минджи и те, при которых они, в порыве страсти, могли не предохраняться. Гук словно увидел ошибки тех времен, подчеркнутые красной ручкой. Он не мог поверить, что вляпался в подобное, парень был совершенно не готов к такому повороту.       Тэхён хотел еще что-то спросить, но смех друга его остановил. С каждой секундой смех Чонгука приобретал все более явные истеричные нотки, тот начал хлопать в ладони словно смеялся над очень удачной шуткой какого-то комика из ток-шоу.       Старушка, решив, что в их район забрели сумасшедшие, поспешила уйти подальше от незнакомцев, недоверчиво косясь в их сторону.       Тэхён подошел к другу, дергающемуся в истеричных «конвульсиях» и схватил его за локоть.       — Пожалуйста, ответьте на еще один вопрос, — Ким громко крикнул в след спешно удаляющейся женщине, боясь, что она может не расслышать вопрос из-за Гука. — Их дочь… Минджи, она тоже уехала?       — Уехала. Может вернется еще с одним ребенком неизвестно от кого! — Старушка скрылась в своем доме.       Тэхён повел ничего невидящего Чонгука к машине. Он отлично понимал масштаб пиздеца, в котором оказался друг и был благодарен судьбе, что не на его месте. Парень начал перебирать в голове все свои похождения, с некоторой радостью отмечая свою ответственность в плане защиты.       Посадив Чона в автомобиль, сам сел за руль и завел машину. Поняв, что мать дожидаться они не собирались, Сонми принялась плакать, прося пустить ее к маме. Она схватилась за ручку двери, в надежде выйти, только Тэхён успел заблокировать ее.       — Пустите меня к маме… — Сонми начала колотить окно. Накопившиеся из-за плача сопли стекали на кардиган девочки. — Мама… хочу к маме…       Тэхён готов был зарыдать вместе с ней, он нервничал, не зная, как ее успокоить. Парень часто проводил рукой по волосам, устало выдыхая через нос. Ким внимательно следил за дорогой, стараясь не отвлекаться на рыдания Сонми. Он глянул на друга. Кажется, состояние Чонгука перетекало из крайности в крайность. Истерика прекратилась, парень теперь сидел, отрешенно уставившись в окно, не двигаясь. Ким заволновался. Спустя десять минут убийственного спокойствия, Гук перешел к другой стадии. Он развернулся к девочке и, злобно брызгая слюной, закричал:       — Да заткнись ты, черт возьми! Заткнись! — Его взгляд был диким. Девочка, сильно испугавшись, отодвинулась подальше от Чонгука, уперевшись боком в дверцу машины . — Дай, мать твою, подумать!       Тэхён, опешив, уставился на друга с раскрытым ртом, стараясь одной рукой повернуть его обратно.       — Ты что, придурок, творишь?! — Ким переводил взгляд с дороги на Гука и обратно. — Сука, ты думаешь ребенок виноват, что ты безответственная свинья, которая свой чертов член не смог проконтролировать?! — Тэхён от злости не подбирал слова в присутствии девочки, что в спокойном состоянии ни за что себе не позволил бы.       — Завали свой рот! Эта дрянь Минджи… я разорву ее! — Не успокаивался Чонгук.       — Не скидывай все на нее! Вы оба хороши!       — Что она за мать такая?! Оставить ребенка и свалить! — Разум Чона был затуманен. Парень предпочитал винить Минджи, тем самым игнорируя свои косяки.       Тэхён усмехнулся на такое заявление друга. Он всегда знал, что у Гука однобокое мышление, но каждый раз поражался его наглости все больше и больше.       — Я сделаю тест ДНК. А после… отдам ее в приют! — Удары один за другим сыпались на бардачок. — Я не собираюсь воспитывать чужих ублюдков! — Гук все еще старался не думать о возможном положительном результате теста, тем самым питая последнюю надежду на то, что мысль материализуется.       — Чонгук! Лишь бы ты потом не жалел о своих словах! — Тэхён предостерегающе выгнул бровь. Ему было противно от грубых высказываний друга о происхождении ребенка. Но употребленные Чонгуком в одном предложении слова «сделаю тест» и «приют» немного успокаивало Кима. Значит у горе-отца какая-никакая совесть имелась, раз уж он решил проверить отцовство, а не бежать избавляться от девочки.       Дальнейшую дорогу они ехали молча, лишь тихие всхлипы Сонми нарушали тишину.

***

      Спустя несколько недель, Чонгук получил положительный результат теста ДНК. Парень с новой силой бился в истерике, отказываясь принимать факт своего отцовства. Аргументировал Гук это тем, что молод, вся жизнь впереди и, вообще, почему именно он. Чонгук был уверен, что проживал свою жизнь достойно, никому не мешая и не делая ничего плохого. Он искренне недоумевал за какие грехи его судьба наказывала. А о том, что не следовало вести беспорядочную половую жизнь, парень попросту умалчивал.       Чонгук поехал сообщить новость родителям, при этом взяв саму «новость» собой, чтобы было наглядно видно. Но будучи довольно консервативными, супруги Чон долго ругали сына. Мать, схватившись за больное сердце, ударилась в слезы, а отец начал бросаться словами отказа от непутевого сына, который разочаровал их по жизни и теперь решил окончательно свести в могилу. В принципе, парень и не ожидал другой реакции, но в душе питал надежду на их поддержку, даже рассчитывал на возможность оставить ребенка с родителями. Иначе Чонгук просто не знал, что должен делать с ней. Он о себе-то еле мог позаботиться, не говоря уже об ответственности над пятилетней девчушкой.       Чон покинул родительский дом, не вслушиваясь в слова отца о том, что он может больше не появляться на их пороге, если хотя бы не женится в очень скором времени. Так, по их мнению, уровень позора мог уменьшится в разы. Хоть родители и не высказали вслух, но у обоих зародилась мысль, что возможно теперь-то их сын остепенится.       Чонгук несколько дней пребывал в неком смятении, не зная с чего теперь должен начать свою «новую» жизнь, за что должен взяться первее. Должен ли он подготовить официальные документы на усыновление или доказать факт отцовства в суде? Как все это происходит? Или… стоит ли с этим вовсе возиться? Живет себе девочка и живет, так зачем вляпываться в эту волокиту. Однако Тэхён вправил, как обычно, мозги, обрисовав ситуацию. Он очень доходчиво объяснил Чонгуку, что Сонми живой человек, которому нужен хотя бы отец, раз уж мать вне досягаемости.       Уставший после встречи с адвокатом по делу установления отцовства, Гук молча зашел в квартиру, откуда слышался веселый смех Сонми и Тэхёна. За это время девочка более-менее сдружилась с Кимом и ластилась к нему, тогда как от Чонгука старалась держаться подальше. Завидев своего потенциального отца, Сонми бежала к Тэ и пряталась за его спиной, крепко держась за футболку парня.       Тэхён готовил неумелые завтраки для нее, делал по утрам хвостики, укладывал спать рядом с собой. Он так же купил ей пару платьиц, которые оказались велики, но Сонми улыбалась яркой одежке. Она часто грустила по матери, порой плакала, но Тэхён научился успокаивать ее.       Девочка со звонким смехом игралась с отросшимися волосами Кима, дергая их. Парень терпеливо позволял ей хозяйничать на своей голове, сидя на полу, чтобы она могла достать до неё. Параллельно строя рожицы и смеша Сонми. Вот и сейчас, заметив Чонгука, девочка юркнула под бок Тэхёна, прижавшись к нему всем своим маленьким телом.       Лишь на мгновение Чонгук остановил свой взгляд на Сонми в новом красном платье, с которого свисала этикетка. Нахмурившись, он прошел в свою комнату, оставляя за собой запах алкоголя и грубо бросая напоследок:       — Скоро в садик пойдешь. Хватит тут играться. — Новоявленный отец все никак не мог привыкнуть к присутствию девочки в своей жизни, часто раздражаясь от одного только ее появления в комнате.       Чонгук прислушался к Киму, который прямо заявил, что не может больше прогуливать работу, а девочку пора зачислить в сад или в какое-нибудь дошкольное заведение. Чону должны были со дня на день позвонить из частного садика, расположенного недалеко от их квартиры.

***

      Чонгук сидел за барной стойкой и пил свое пиво, перебрасываясь редкими словами с Хисыном. Оба наблюдали как в толпе танцующих назревала драка, однако Гук решил пока не вмешиваться, надеясь, что все разрешится мирным путем. Но надежды менеджера не оправдались. Он пошел за охраной и, сделав пару недовольных замечаний по поводу их невнимательности, приказал разобраться с не поделившими одну девку мужиками.       По пути, доставая из кармана, зазвеневший телефон, Чонгук направился в свой кабинет. Не успел парень поздороваться, как в трубке послышалось недовольное ворчание Тэхёна:       — Ты совсем охуел не отвечать на звонки и сообщения?! Из-за звонкого голоса друга, Чонгук немного отодвинул телефон от уха.       — Был занят, — коротко ответил Гук, садясь на кресло за рабочим столом.       — Я тебе, блять, нянька, мать ребенка, твоя жена, кто?! — Тэхён злился из-за поведения друга, который принимал как должное помощь от него. — Мне срочно нужно выехать за город по работе!       — Кем бы ты не был, а истерики закатываешь как баба! — раздраженно произнес Чонгук. — Что от меня тебе нужно? Разрешение? — Кажется парень не понимал, что дело в ребенке, которого не на кого оставить.       — Твое присутствие в жизни собственной дочери нужно, придурок! Кто с Сонми будет сидеть?!       — Блять! — Чонгук пнул ногой стол, от чего тот чуть сдвинулся. — Я не могу приехать! Почему нельзя ее оставить дома? Глаза, руки, ноги есть у девчонки, я уверен, она справится! — сказал Гук, понимая абсурдность собственных слов.       — Ты это серьезно?! — непонимающе спросил друг.       Чонгук медленно провел рукой по лицу и вздохнул, обреченно произнеся:       — Привези ее в клуб. — Заранее предвидя реакцию друга, тут же добавил: — Не надо мне мораль читать! Я не могу сорваться с работы! Завези сюда, посидит у меня в кабинете.       — Надеюсь, ты осознаешь, что ребенку не место в подобном заведении, тем более вечером! — сказал Тэхён, но все же согласился заехать в клуб с Сонми. Чон листал журнал доходов, когда приглушенная музыка стала громче из-за открытой двери. Он лишь бросил короткий взгляд на вошедшего Тэхёна, который держал за руку Сонми.  — И тебе здрасти, — саркастически бросил Тэхён.  — Может тебя еще поцеловать? — Чонгук издевательски улыбнулся. — Посади девчонку и иди по своим делам. — Он старался избегать имени Сонми, намеренно называя «девчонкой». — Только скажи ей, чтобы тихо себя вела и не мешала мне. Недовольно цокнув и мотая головой, Ким подошел к стулу напротив стола друга, с целью посадить туда девочку. Однако Сонми, поняв, что ее собираются оставить с «отцом», крепко схватила обеими руками ладонь Тэ. На что Чонгук довольно хмыкнул.  — Да, цепляйся за него… может и удочерит тебя тоже он.  — Она тянется потому, что я хотя бы иногда улыбаюсь, недоносок ты, — проворчал Ким. Его взгляд стал более мягким, когда он взглянул на испуганную Сонми сверху вниз и, потрепав ее по щеке, нежно добавил, специально делая акцент на новом статусе друга: — Малышка, останься с папой ненадолго. Он обещает, что чуть позже освободится и угостит тебя пончиками. — Тэхён перевел вопросительный взгляд на Чонгука, намекая тому, чтобы подтвердил сказанное для успокоения девочки. Но Чон и бровью не повел, уткнувшись в бумаги.  — ТэТэ, обещай, что ты вернешься, — с некой детской мольбой произнесла Сонми, все еще не отпуская руку Кима. Девочка до дрожи боялась оставаться наедине с мужчиной, который кричал, ругал и, по ее детскому умозаключению, забрал у матери.  — Конечно, крольчонок. — Тэхён с жалостью взглянул на Сонми. У девочки выпирали передние зубки словно у зайчонка… как и у отца. — А ты обещай, что будешь вести себя тихо? — Боясь, что Чонгук в случае чего может выйти из себя, спросил он.       Девочка кивнула, ободрившись обещанием парня не бросать ее.       — Меня сейчас стошнит от вас, — донесся голос Чонгука. Парня раздражала разыгравшаяся драма в его кабинете. Ему уже не терпелось, чтобы друг свалил по своим делам.       Тэхён решил проигнорировать слова Чона. Он склонился к Сонми, мягко дотронувшись пальцем по ее носу, улыбнулся и направился к выходу.       — Не забудь, она человек и ей нужно питаться. А также… она ребенок. — Напоследок добавил он, хлопнув дверью.       Сонми неуверенно мялась на месте, дергая края своего кардигана вниз.       — Садись и ничего не трогай тут! — рявкнул Чонгук.       Девочка, вздрогнув, медленно вытянула стул маленькими ручонками и вскарабкалась на него. Она сложила руки на коленях, не поднимая взгляда.       — Я выйду в зал. Никуда не выходи отсюда. — Он встал из-за стола, намереваясь выйти, но вдруг повернулся к Сонми и немного раздраженно бросил перед ней лист бумаги и карандаш. — Это… порисуй что-нибудь… там… дом, вазу, солнышко. — Сам себя ругая за лишние разговоры с ребенком, Чонгук направился в клуб. Он решил, что завтра точно с утра позвонит в детский сад и поторопит их.       Чон прошел сквозь танцующую толпу. В это время людей было не так много, но достаточно, чтобы клуб не казался пустым, а чуть позже яблоку будет негде упасть. По пути Чонгук бросил взгляд на рыжеволосую девушку, которая откровенно двигалась вместе со своей подругой. Она обеими руками приподняла копну своих волос, виляя бедрами из стороны в сторону. Платье задиралось, оголяя аппетитные ноги. Чонгук сглотнул, ощутив дикое желание уединиться с ней. У парня уже порядком давно не было секса. С тех пор как в его жизни произошли изменения, у него, кажется, и не стоял вовсе.       Рыжеволосая заметила томный взгляд парня на себе и призывно улыбнулась. Чонгук, приняв это за вызов, подошел к двум незнакомкам. Не обращая никакого внимания на вторую, он склонился к уху рыженькой и громко, дабы перекричать музыку, произнес:       — Мне кажется, тебе пора выпить чего-нибудь крепкого. — Гук провел кончиками пальцев от уха до шеи. Девушка слегка вспотела от резких движений в танце, но парня это совсем не оттолкнуло. Наоборот, ему захотелось, чтобы она вспотела еще больше.       Незнакомка прижалась всем своим телом к Чону, томно проговорив:  — Именно за этим я сюда и пришла. — Она улыбнулась, после чего оба отправились в свободную VIP комнату.       Чонгук не стал тратить время на ласки. С первой секунды, как он ее увидел, ему захотелось намотать огненные волосы девушки на кулак и трахнуть раком. Чем он, собственно, и занялся. Ему нравилось то, что он видел снизу. Девушка, сексуально подняв зад, упиралась локтями в диван. Она дергалась и громко стонала от каждого грубого толчка Чонгука. Парень не ожидал, что не продержится и пяти минут, он кончил в презерватив, не успев насладиться действом.  — Блять! — Чонгук резко вышел из девушки, злясь на самого себя.  — Это… всё? — Незнакомка удивленно посмотрела на парня, не меняя своей позы, тем самым надеясь на продолжение.  — Я тебе не секс-гигант! Проваливай отсюда! — Самолюбие Гука было сильно задето, от чего ему хотелось схватить девушку за волосы, но уже для того, чтобы грубо вышвырнуть. Окончательно самообладание парень потерял, когда рыжеволосая громко рассмеялась.  — Мог бы не отвлекать меня от танца ради этого, — произнесла она сквозь смех, надевая белье. — Пиздец, а член-то знатный… мог бы и лучше постараться. — Хмыкнула девушка, глядя на орган Чонгука, который тот старательно прятал в джинсы.  — Ради шлюх не стараюсь, — гневно бросил он.  — Ну, жди тогда принцессу Монако. — Улыбалась незнакомка, совершенно не обиженная оскорблениями. Идя в подобное место и соглашаясь на секс с малознакомым мужчиной, она понимала за кого ее будут принимать. — Ты это… особо не переживай. Хоть и мало, но качество было на высоте. — Девушка оттопырила большой палец, показывая жест «отлично». Хлопнув Чонгука по плечу, она покинула его компанию. Чон выдохнул и сел на диван, откинувшись на спинку. Он смотрел на валяющийся использованный презерватив возле столика, перебирая весь мат в голове. В последнее время Чонгук стал более раздражительным и злым. Он понимал, что надо что-то делать со своими эмоциями, но контролировать себя становилось все тяжелее.  — Черт! — Гук вскочил с места, вспомнив о Сонми. Переживая, что она могла выйти из его кабинета, он быстрым шагом направился к себе. Хоть и прошло немного времени, как он оставил ее одну, но Тэхён был прав, ночной клуб не место для детей. Услышав, как Чонгук зашел, девочка быстро отложила карандаш в сторону и села прямо, будто он мог забыть, что сам дал ей реквизиты для рисования. Чонгук прошел к своему месту, бросая недовольные взгляды на Сонми.  — Надеюсь, ты ничего тут не трогала. — Девочка отрицательно покачала головой. Гуку вдруг стало любопытно, что же все-таки нарисовала Сонми. Мать? Дом? Или стандартное «Мама-папа-я-наша-дружная-семья»? Но гордость не позволяла посмотреть на лист бумаги, лежащий перед девочкой. Он сморщился от собственных мыслей. Да и слово «гордость» по отношению к малявке казалось ему излишнем. Чонгук таки взял лист и внимательно посмотрел на корявый рисунок.  — Не говори мне, что Минджи настолько изменилась, — ухмыльнулся он и, поняв, что вряд ли это мать, спросил: — Кого ты нарисовала?       Девочка замялась, но все же ответила:       — Это ТэТэ.       Чон вновь перевел взгляд на бумагу. Ну, да. Судя по всему, Сонми пыталась передать индивидуальность Кима, пририсовав на нос родинку и завив чуть волосы. Волна раздражения прошлась по телу Чонгука, ему хотелось лишить девочку возможности видеться с Тэхёном, сделать каким-нибудь образом плохо ей, тем самым отомстив за испорченную жизнь. Гуку казалось, что именно Сонми виновата во всех его бедах.       Парень отбросил художество малышки в сторону и, наказав не двигаться, вышел, снова и снова повторяя «ТэТэ». С какого момента малявка так привязалась к Киму, что аж уменьшительно-ласкательно называет его и посвящает ему творчество?       — Ты кушать хочешь? — Чонгук смотрел на Сонми в зеркало заднего вида. Закончив с делами, он решил поехать домой с малявкой. Девочка несмело кивнула, заурчавший живот при упоминании еды, был красочным ответом на вопрос Чона. Чонгук завернул в кондитерскую рядом с их районом, надеясь, что она еще работает. Парню не приходило в голову, что выпечкой не накормишь ребенка. Заметив яркую вывеску огромного пончика на заведении, он припарковал машину на стоянке и, отстегнув ремень, произнес:  — Выходи. Папа ведь обещал тебе пончики, — съязвил Гук, вспомнив обещание Тэхёна, данное за него. Сонми неуверенно последовала за парнем. Дул легкий ветерок, от чего в одном кардигане становилось холодно. Девочка натянула рукава до пальчиков. Чонгук, заметив дрожь Сонми, выдохнул. Сам он был в теплой спортивной ветровке, делиться которой не собирался. Парень подумал, что как будет время надо бы прикупить девчонке одежду. Шум колокольчиков у двери оповестил о поздних посетителях. Тэра устало посмотрела в сторону входа, мысленно проклиная любителей поздних перекусов. Она положила на стол тряпку, которой протирала кофемашину и направилась к кассе, чтобы принять заказ. Тэра с радостью отметила привлекательный внешний вид мужчины в темных брюках, серой футболке и накинутой сверху куртке. Теперь ей казалось не таким сложным обслужить сладкоежек, но ее настроение заметно ухудшилось, когда она увидела ребенка рядом с парнем. Взгляд Тэры сразу метнулся на безымянный палец Чонгука, проверяя наличие обручального кольца. Но не заметив такового, девушка искристо улыбнулась. А малышка могла оказаться сестрой, племянницей, да кем угодно.  — Что желаете заказать? — Она широко улыбалась, поправляя складки на бордовом фартуке. Чонгук прошелся глазами по небрежному пучку на голове работницы и остановил свой взгляд на маленьком пятнышке от шоколада на бежевой рубашке. Посмотрев вниз на Сонми, он спросил:  — Что ты хочешь? Только после его вопроса Тэра узнала девочку.  — О-о, Сонми-я, как ты поживаешь? — Сострила милую рожицу работница. — А почему ты сегодня не с папой? — Тэра запомнила Тэхёна, как частого клиента их заведения, поэтому знала, что он любит заказывать. Тэхён совсем недавно начал приходить уже с ребенком и, когда она предположила, что Сонми его дочь, парень не стал отрицать.  — Она и пришла с папой! Или их у нее несколько?! — Раздраженно выпалил Чонгук, скрестив руки на груди. Сонми до этого улыбавшаяся знакомому лицу, помрачнела. — Если у вас есть какой-нибудь еще претендент на эту роль, говорите!  — Я… простите, пожалуйста. Просто думала, что Тэхён… простите. — Замялась Тэра, кланяясь в извинениях. Девушка не понимала чем вывела из себя мужчину. Невольно даже проскользнула мысль о том, что парень мог оказаться похитителем. Но мотнув головой, отбросила глупые мысли. — Я вас слушаю, господин?  — Дайте какие-нибудь пончики… шоколадные, клубничные, не знаю… и горячий чай. — Махнул он рукой. Гука уже раздражало, что везде свой след успел оставить Ким. Тэра быстро вбила заказ, выбрав несколько видов выпечки. Ей хотелось побыстрее рассчитать парня, который наблюдал своим острым взглядом за каждым ее действием.       Наконец, приняв деньги, она пожелала приятного аппетита и положила на поднос необходимое.       Чонгуку не лез и кусок в горло, несмотря на то, что целый день ничего не ел. Они сели за дальний столик у окна, и Чон принялся молча наблюдать за Сонми, которая мелко кусала шоколадный пончик, пачкая уголки губ и подбородок. Парень обратил внимание на маленькую родинку под нижней губой девочки… прям как у него. Врожденное упрямство не позволяло Гуку признать сходство между ними.       Чон только сейчас подумал, что стоило накормить Сонми плотным ужином, а не сладостями и хотел было сказать не продолжать есть выпечку, что они сейчас пойдут есть чачжанмён, однако передумал, вспомнив свое нежелание проводить время рядом с малявкой.       — Салфетку возьми, раз уж не умеешь аккуратно есть. — Взяв с подноса тряпичную салфетку, он протянул Сонми, у которой и руки были в шоколаде. Чонгук смотрел на маленькие ладошки девочки. Она тщательно протирала каждый палец, боясь разгневать мужчину еще больше. Ему захотелось помочь девочке, самому вытереть каждый ее мелкий пальчик, которые Сонми так неумело чистила.       Чонгук не долго думал, где стоит уложить Сонми спать. Один раз спросив не боится ли она засыпать одна, он повел ее в комнату Тэхёна, где дал ей первую попавшуюся футболку друга. Девочка, действительно, не боялась, но с недавних пор предпочитала не оставаться одна. Однако и присутствия Чонгука Сонми боялась, поэтому недолго думала, когда кивала на вопрос отца.       Парень лежал на своей постели, перебирая события прошедшего дня, которых было не так уж и много. Просто день был связан с чем-то непривычным. Парень понимал, что не так присматривают за детьми, но все никак не мог избавиться от мысли, что все это временно. Возможно, Минджи одумается и вернется за своей дочерью…       Он тяжело выдохнул, подложив руки под голову и моля, чтобы хотя бы Тэхён приехал скорее.