Король Теней - который выжил

      

СЕНСАЦИЯ! ГАРРИ ПОТТЕР ВОЗРОЖДАЕТ ЛЕГЕНДАРНЫЙ РОД И ТЕРЯЕТ СВОИХ БЛИЗКИХ!

      

Всего полгода назад Гарри Поттер поступил на 1 курс в школе «Хогвартс» на факультет Салазара Слизерина! Что у многих вызвало разные реакции. Мальчик не перестает нас удивлять. По достоверной информации, из банка «Гринготтс» стало известно, что Мальчик-Который-Выжил принял статус Наследника рода, вы не поверите, дорогие читатели, какого? Это легендарный род ПЕВЕРЕЛЛ! Руководство банка это подтвердило. А также это подтвердила леди Малфой — в этот же день ставшая крестной матерью Наследника Гарри Поттера — Певерелла. Возможно вы, дорогие читатели, возмутитесь. Как же супруга Лорда Малфоя стала крестной матерью Гарри Поттера, родители которого были с ним по другую сторону баррикад в прошлой войне? Ответ очень прост. Гарри Поттер, поступив на факультет Слизерин очень близко сдружился с сыном Лорда Малфоя, став для юного Драко словно братом. Казалось бы, юный волшебник счастлив! Начал возрождать легендарный род и обрел крестную мать в лице Леди Малфой. Но какая трагедия произошла всего пару часов спустя столь счастливых событий! Маглорожденная семья, которая на протяжении 10 лет скрывала от всех волшебников и опекала Героя прошлой войны, была жестоко убита неизвестными. Аврорат в ходе расследования уже на первом этапе пришел к заключению, что это дело рук волшебников. Кто за этим стоит пока неизвестно. Кто же это мог быть? Мог ли их убить супруг крестной матери Гарри Поттера, подписавшим опеку над мальчиком, как конкурентов - официальных его опекунов? Или уже объявились враги возрождающегося рода Певерелл? Будем следить за ходом событий.

      

      

Ваша неподражаемая, Рита Скитер.

             — Вот же, сука! — разнеслось в гостиной Малфой-менора.       — Дорогой! — возмутилась поведению супруга Нарцисса, в душе же была солидарна с мужем. — Типичная Скитер, чего ты ожидал?       Люциус бросил газету на столик. Кто, Мордред их задери, были нападавшие? Кому понадобилось убивать родственников Гарри, пусть и магглов? У аристократа не было ответов на эти вопросы. Дамблдор? Абсурд. Точно не он. У того, и в мыслях не возникло бы подобное. Люциус, вертя бокал с виски, обдумывал произошедшее.       — Как Гарри? — поинтересовался он.       — Держится, удивительно он спокойно отреагировал на эту новость, — ответил Северус Снегг, прибывший в менор, как только узнал о смерти сестры Лили.        — Жжения в метке давно не было, никаких намеков на Темного Лорда, если бы это кто-то был из нашей гвардии, мы были бы проинформированы об этой акции, активности от боевых наших старых групп и в помине нет, — проинформировал присутствовавших Эйвери.       — А оборотни? От Фенрира никаких новостей нет? — спросил Люциус. — Вампиры? Кто еще мог быть? Наемники из Лютного?       — В Лютном переулке сейчас шарятся мракоборцы, все сейчас там сидят тише воды ниже травы, как и раньше, — ответил Крэбб — старший, Гойл закивал в подтверждение. — Убийцы если не тупые, то свалили из Англии.       — На счет оборотней… — кашлянул Эйвери, — Фенриру сейчас не выгодно устраивать нападения. Он занят обучением стаи, по всей стране сейчас ведутся поиски новых рекрутов.       «Мне сейчас до лампочки, что творится в волшебной Англии, Министерство ваше дало нам ясно понять, что им на нас наплевать, мы сами по себе» — спародировал оборотня хриплым голосом Эйвери.       — Я побывал на месте преступления, — проговорил Селвин, — подчерк не оборотней и не вампиров. Как будто я побывал на месте падения метеорита. Дом уничтожен до основания, прибывшие первые на место катастрофы авроры утверждают, что были остатки Адского огня. Тела маглов изувечены были огнем.       — Дамблдор как прокомментировал это? — поинтересовался Гойл.       — В банке он все гремел, что я во всем виноват, — с улыбкой пустился в подробности Люциус, — что я якобы под Империусом привел мальчика в банк и оформил опеку над ним и сделал Нарциссу его крестной матерью. Хотя сделать ее крестной была его инициатива. Далее Альбус прошелся по моему темному прошлому. Типа я взялся за старое. Сообщил мальчику, что его родственники мертвы и взял его за руку, чтоб увести его из банка. Все были удивлены, как рука Дамблдора была ошпарена от его прикосновения к Гарри. Я отправил мальчика с Нарциссой домой, а сам с трудом уладил конфликт. Показал Дамблдору подписанные бумаги, тот вероятно желал видеть юного Гарри у Уизли, которых он привел с собой. Артур Уизли с сынком был уже на взводе и орал, что я опоил Гарри. Альбус видно тоже был такого же мнения. Мне пришлось принести Магическую клятву, что никакого давления не было и все было с согласия Гарри и его поверенного. Надо было видеть лица Уизли и Дамблдора, когда они еще узнали, что Гарри Поттер принял перстень Наследника Певереллов. Жалко, что колдокамеры у меня не было с собой.       — Да, такой лакомый кусочек упустил старина Альбус, — с улыбкой протянул Эйвери.       — У нас теперь есть огромный шанс переиграть Дамблдора на политической арене и его Орден Феникса, — заявил Люциус, — Гарри Поттер на нашей стороне. Он ясно нам дал понять еще в рождественскую ночь, пальнув в Подмора «Круциатус». Дамблдор же его не привлекает ни в какой степени.       Все присутствующие с улыбками потерли руки. Еще бы, Мальчик-Который-Выжил не на стороне их заклятого противника — директора Хогвартса. Это сыграет им на руку.       — Однако, не стоит забывать, что Поттер — слизеринец, — подметил Снегг, — вам не удастся его использовать. Он очень умен для своих одиннадцати лет. Уверен, со временем он будет умнее всех присутствующих.       — Его никто не собирается использовать, Северус, — примирительно проговорил Люциус, — мы Малфои — теперь его семья. Я как глава семейства буду заботиться о нем как о втором сыне. Мы с Нарциссой воспитаем его в лучших традициях, как и Драко. Можешь так и передать Дамблдору. Я сделаю то, что следовало сделать ему еще тогда, когда погиб Темный Лорд с Поттерами — не брошу мальчика кому попало, а воспитаю его и сделаю сильным магом. Мы с мальчиками провели тренировочную дуэль, и я впечатлен магическими навыками Гарри. С такими боевыми навыками и наклонностями к темной магии он больше Блэк, чем Поттер.       — Будем наблюдать за ним, возможно, он наш будущий новый лидер, — подытожил Эйвери.       — На моем факультете он уже лидер, — проворчал Снегг, — первый курс уже ходит за ним по пятам. Сыновья Флинта и Мальсибера его обучают боевым чарам и неплохо сдружились с ним. Преподаватели в нем души не чают. Я единственный, кто не поддался столь теплым чувствам к нему.       Люциус недоверчиво покосился на друга.       «Врешь и не краснеешь, Северус. Даже ты проникся к мальчику».              

***

      Я был растерян. По-другому не скажешь. Получив весть о смерти Дурслей, я до последнего не верил в это. Последние часы я не помнил. Не запомнил, как покинул Гринготтс, как появился в Малфой-меноре перед возмущенным и злым Драко. Как тот растерялся, увидев мое траурное лицо и сочувствующее лицо матери. Как в второпях написал письмо тете Петуньи и отправил сову.       Очнулся я в своей комнате. В голове было только одно: «Пусть Дамблдор мне наврал». Юнру влетела в открытое окно. Письмо было все тоже — мое. Сердце улетело куда-то вниз.       — Нет! — я переборол чувство разрыдаться. Забрав у совы письмо, я заметил, что даже сова смерила меня сочувствующим взглядом.       Как же это так? Дурсли были те еще люди, но смерти они не заслуживали. С ними я немного поладил в надежде на нормальные отношения. Хоть они мне были чужие люди — но все-таки… Они были людьми.       Петунья Дурсль — женщина, потерявшая сестру, могла и отдать своего племянника в приют еще десять лет назад. Значит у нее была душа, которой все-таки любила свою сестру Лили. Теперь сестры вместе, надеюсь там — на том свете они встретятся и простят друг друга. Бог рассудит их. Мои глаза сверкнули красной вспышкой.       Вернон Дурсль — мужчина, у которого была семья — жена и сын. И он любил их. Следовательно, и у него была душа. Как бы он не относился к племяннику, но он дал ему жизнь в своем доме. Бояться магию и пытаться заглушить ее, не давая поблажки и любви ее носителю — была большая ошибка его жизни. За что и поплатился. Но смерть — это жестоко по отношению к Вернону. Он раскаялся, как и его жена. Но поздно и не перед настоящим племянником. Глаза вновь сверкнули огнем.       Дадли Дурсль — уж кто, а он точно не заслужил подобного. Его жалко больше всего. Разбалованный бугай с чувством превосходства издевался над слабым кузеном — результат отвратительного воспитания родителей. Родители с малых лет должны своим детям вбивать в головы мораль. Если она, конечно, есть у самих родителей. Контроль, сила справедливости, любви, порядочности, знание морали и развитие мозгов — залог успеха достойного воспитания порядочных детей. Дадли же получил только чрезмерную любовь родителей и получал от них все, что мог попросить. Увидев, что кузен дал отпор взбесившемуся отцу, Дадли понял, что сам теперь может получить и со мной лучше быть в хороших отношениях.       Наладившиеся отношения недолго продлились. Глаза опять вспыхнули. Метка вторила. Внутри появилась ярость.       — Они все получили по заслугам. Не зацикливайся и не убивайся по ним. Виновники будут уничтожены! — прозвучал мой друг.       Я быстро успокоился. Да, верно, я найду убийц. Кто это мог быть? Кому была выгодна их смерть? На ум приходит только Дамблдор. Но если это так, то он поздновато убил их. Если бы это было до оформления опекунства Малфоями, то да. Было бы хреново. Дамблдор бы этим воспользовался и засунул бы меня под крышу тем же Уизли. Какого Мордреда, он так настаивает на дружбе с этими Предателями крови?       Или же это просто совпадение с опекунством? Кто-то другой мог быть? Малфой-старший точно не мог это сделать. Или мог? Мне нужно посетить место гибели Дурслей. Или отправить туда клан Теней? В меноре полно домовиков, которые могут заметить моих бойцов и доложить о неизвестных своему хозяину.       После метаний по комнате, я пришел к решению отправиться на Тисовую улицу самому ночью, когда все будут спать. Хоть это очень рисково. Создание двойника сейчас было бы сейчас полезно. Но это высший уровень трансфигурации — выше ЖАБА. Такому учатся в аврорате. Мой «друг» заверил меня, что это очень энергозатратная магия. И учиться этому сейчас — верх безумия.       Ко мне как к больному подходила Нарцисса с Снеггом. Тот настаивал на успокоительном зелье, но я его заверил, что не нуждаюсь в нем. Я был благодарен за такое внимание со стороны декана, но мысли все равно блуждали о Дурслях.       Я перебирал в памяти более-менее нормальные моменты с ними из жизни Гарри Поттера до моего появления. Общались они с ним отвратительно, но мальчик терпел это и тешил себя надеждами о будущем, где он был бы счастлив. Он мечтал о друзьях, о семье, где его любили бы.       Я перевернулся на спину и уставился в потолок.       Как же это так? Я вроде счастлив, что не умер — вселился лишь в чужое тело. Но правильно ли это? Благодаря стараниям старого учителя Шен Дю, я вселился в тело этого бедного ребенка, убив его.       Но тут меня посетила неожиданная мысль. Я поднялся с кровати с безумным предположением.       Что если Шен Дю пожалел душу Гарри Поттера, отправив в какой-нибудь параллельный мир? А меня оставил в этом, вселив в теле мальчика, наводить порядки в этом магическом мире?       Велика вероятность, что так и есть. Это в духе Шен Дю. Своего сына Драго он отправил в другой мир, после того как он попытался убить меня из-за ревности.       — Ох, уж этот Драго, — вспомнил я своего старого друга, который страдал из-за невнимания своего отца.       — Что, я? — спросил подошедший ко мне Драко.       Я вздрогнул от неожиданности.       — Ты как, Гарри? — с беспокойством спросил друг.       — Нормально.       Возникло неловкое молчание.       — Слушай, может желаешь развеяться? Полетаем на метлах? — предложил Драко.       Сидеть в четырех стенах не было никакого смысла, поэтому я согласился.       Малфой-менор находился в Уилтшире, в удаленном месте от маглов на 300 километров. У Малфоев была поистине огромная территория с квиддичным полем, а также имелась своя конюшня с полем, где паслись кони и гиппогрифы.       Правила квиддича уже были мной известны, поэтому объяснять в очередной раз Драко не стал. В Хогвартсе было кому рассказать мне — начиная от Драко и Флинта, заканчивая Кровавым бароном. Даже завхоз Филч был частным посетителем столь увлекательной игры.       Мы взлетели в воздух. Это было поразительно. Давно я не был в воздухе. Но на такой скорости впервые. Воздух бьет в лицо на скорости, адреналин бьет ключом внутри, сердце забилось чаще от восторга.       Я сделал кульбит в воздухе. В Хогвартсе я читал книгу про квиддич и запомнил кое-какие трюки. Решил сделать парочку. Драко справа меня летит, с восторгом наблюдая за моими действиями. Я ускорился, поднимаясь все выше и выше, начиная «бочку». Драко повторяя мои действия, не отставал.       «Бочка» нас обоих прошла на «ура».       — Гарри, ты обязан со мной идти на отборы в нашу команду в следующем году, — прокричал Драко.       — Заметано, — прокричал я в ответ.       Мы пролетали еще полчаса. На холодном воздухе зимой долго не полетаешь. Напоследок я нырнул резко вниз к ожидающему нас с Драко Люциусу и Снеггу. Я стал отсчитывать расстояние от земли, с угрожающей скоростью сокращавшееся. И тут стоило бы уже снизить скорость или вынырнуть из пике, но я упрямо летел на большой скорости к земле. Когда уже услышал вдалеке вопль Драко, я воспользовался реакцией Теней и все вокруг меня замерло. Этой способностью я очень редко пользовался раньше, но тут оно было очень к месту.       Метлу я потянул на себя, выравнивая ее параллельно земли, от которой расстояние была сравнима с моим предплечьем. Даже падающий мелкий снег замер вокруг. И уж после того, как опасность быть разбитым об землю миновала, я отменил действие замедления.       Вся реальность вернулась за каких-то несколько секунд, и я с счастливой улыбкой долетел до побледневших свидетелей сего дурного подвига.       — Северус, мои волосы… — дрожащим голосом проговорил Люциус, — они поседели, да?       — Что станется с твоими длинными патлами, Люциус? — проворчал Снегг, — я чуть инфаркт не получил от трюка твоего новоприобретенного члена семьи. Скажи ему, чтоб больше так не делал. Меня он слушается в редких случаях даже в Хогвартсе, а я между прочим его декан и преподаватель.       Я от этих слов рассмеялся, поправляя взъерошенные волосы.       — Кретин, ты же мог разбиться! — услышал я сзади.       Посиневший Драко угрожающе приблизился ко мне вплотную.       — Финт Вронского в твоем исполнении был просто кошмарным, — с этими словами друг обнял меня, — я испугался за тебя! В два метра от земли надо выравниваться, а ты даже в метр не вписывался.       — А ты как я вижу измерял расстояние, — съязвил я.       — Это было хорошо видно, особенно когда летишь следом, — ответил Драко, запуская в меня в ком снега.       — Ладно, — с наколдованным комом снега я огрызнулся.       За нашей баталией наблюдал Люциус с Снеггом.       — Полная противоположность Джеймсу Поттеру, — с гордостью проговорил Снегг, — этот поправляет взъерошенные волосы, а тот делал наоборот.       Люциус усмехнулся. Друг его все больше и больше привязывался к мальчику, хотя и под пытками не признается в этом.       — Будет усердно тренироваться попадет в сборную факультета, — продолжил Северус.       — Может лучше боевые навыки развивать, а не спортивные? — робко поинтересовался Люциус.       — Одно другому не мешает, — отозвался зельевар.       — Может быть, — уклончиво протянул Люциус, — но не тебе решать, друг. Зная капитана твоей сборной, могу с уверенностью сказать, что мальчик будет пропадать на тренировках по квиддичу, а не в дуэльных залах. Пусть Гарри сам решает, что ему лучше. А если выберет и, то и другое, я препятствовать не буду. Я лишь против всяческого давления.       — У меня ловец вот-вот выпустится, Поттер отличная кандидатура, — Снегг не отступал, — пусть начнет тайные тренировки с командой, а на каникулах у тебя с Драко. Ты его опекун с Нарциссой, дай согласие, ради Мерлина.       — Иначе что, Снегг? — весело поинтересовался Люциус, но веселье быстро кончилось, когда прилетел ком снега, пущенный меткой рукой зельевара.       — Ну, держись!       Теперь уже и эти двое стали кидаться снегом.       Драко заметив это, поспешил на помощь крестному. Я за ним. Теперь уже двое на двое — я с Люциусом против Драко и профессора. Закончили потасовку только тогда, когда снежный вихрь накрыл нас всех в исполнении появившейся улыбающейся Нарциссы.       — А теперь, дети, все в дом, — окинув всех взглядом скомандовала она.       

***

      Спустя некоторое время, я стоял на перроне«Кингс-Кросс». Игнорируя устремленные на меня взгляды учеников и их родителей, я с Драко прощался с четой Малфоев.       — Будьте осторожны и в обиду себя не давайте, — наставлял нас Люциус, — и не устраивайте дебоши, а если и устраивать… Так, чтоб быть незамеченными.       Нарцисса была согласна с ним.       — Сами не нарывайтесь, оставайтесь всегда слизеринцами, — по-другому и быть не может, — и чтоб были лучшими во всем — в учебе, в дуэлях, во внешнем виде, ну и в спорте, раз уж об этом уже зашло.       — Собственно, да, — отозвался Люциус, — я договорился с Северусом, чтоб вы начали усердно готовиться к осенним отборам в команду по квиддичу. Флинт уже в курсе, удачи вам.       — Спасибо, — хором проговорили мы с Драко.       В поезде как и тогда была суматоха. На зимние каникулы уезжали почти все ученики. Я ловил на себе многозначительные взгляды учеников в коридорах. Естественно, «Ежедневный пророк» успели прочитать все.       «Да пофиг» — старательно игнорировал я всех. Драко завел меня в ближайшее купе, где уже сидели пуффендуйцы.       — Пошли вон отсюда, пока мой друг не показал себя в лучших традициях Певереллов, — угрожающе прорычал Драко.       Я оскалился, демонстративно помахал палочкой перед сидящими. Те в страхе вылетели из купе.       — Теперь еще один способ появился по устранению таких вот людей, — заметил Драко.       — Да уж, и заклинания тут не нужны, — мрачно проговорил я, — зато повод будет на чаепитие с Дамблдором.       — Повод — это по части Флинта с Мальсибером, а для директора — это будет причина, по которой будет чаепитие с допросом, — объяснил Драко.       Я впервые за пять дней рассмеялся.       — Наконец-то ты смеешься, — с облегчением проговорил Драко, — после похорон своих родственников ты был сам не свой. Несколько дней ты не выходил из дуэльного зала, а потом засел в библиотеке. Мама говорила, что тебе надо было отойти от похорон.       — И я отошел, — заверил я друга.       За время, проведенное в Малфой-меноре я, похоронив Дурслей, ушел от всех. Хоть и не должен был. Но все-таки я не без чувств. Мне надо было отвлечься, чтобы прийти в себя. Я действительно, два дня не выходил из дуэльного зала, разнося манекены всеми заклинаниями какие только знал. Вспоминая загадочные взгляды Дамблдора, который присутствовал на похоронах, я швырял «Авады» и «Круциатусы» в манекены, которыми щедро снабжал меня домовик Добби. Несчастный домовик сам случайно попал под мой очередной «Круциатус». После этого я долго слушал лекцию Люциуса о самоконтроле и Непростительных заклинаниях, отходя от магического истощения.       Мой внутренний голос заверил меня, что я сказочный… Персонаж. И что Люциус стопроцентно прав. Наслушавшись Люциуса, я захотел прочитать книги о магическом праве. Так как не хотел попасть в Азкабан, нарушив пару тройку законов, а на суде сказав: «А что это было запрещено? Так, я не знал, простите, бес попутал». Дементору будет безразлично — знал я или нет, просто нежно поцелует меня, высосав мне душу.       Из библиотеки меня вырвала обеспокоенная моим состоянием Нарцисса, утащив меня в ангар к гиппогрифам. Это был последний день каникул. И тогда я, поладив с одним из стада необычных зверей, облетел поместье несколько раз и приземлившись перед Нарциссой изобразил первые намеки на улыбку.       «Спасибо ей, крестной» — подумал я.       К нам в купе вошла Дафна с Пэнси.       — Привет, мальчики, — с улыбкой приветствовали они нас, поглядывая на меня как на больного.       — Гарри, как ты? Я соболезную тебе, — подсела ко мне Дафна.       — Все нормально, я пережил это, — не намереваясь возвращаться больше к теме погибших Дурслей проговорил я.       — Я поздравляю тебя, Гарри, — улыбнулась мне Пэнси, — Нарцисса стала твоей крестной. И ты теперь еще Наследник Певерелл. Девочки Хогвартса скоро начнут на тебя охоту.       Многозначительно посмотрела она на Дафну.       — Хотя, если не хочешь эту охоту, можешь объявить всем, что ты с Драко, — хихикнула Пэнси.       — Пэнси!!! — все трое крикнули на весь вагон.       — Что? — наиграно удивилась нахалка. — Надо рассматривать все варианты, это хотя бы запасной вариант на крайний случай.       — Я не хочу быть запасным вариантом, Малфои всегда первые после Певереллов, — ляпнул Драко ойкнув, когда понял, что сказал.       — Тогда ты будешь первым и единственным у Гарри, — ласково проговорила Пэнси, — не забудьте меня пригласить на свою свадьбу.       — Хватит! — откликнулся я. — Дафна, будешь моей первой и единственной?       — Да, — немножко робея, краснея проговорила та.       — Все решено, я с Дафной на веки, как Пэнси и Миллисента Булстроуд, — не остался я в долгу.       Двери в купе открылись и показался Блейз Забини.       — Привет, ребята, я подсяду? — поинтересовался он.       — Блейз, спасай меня от этих клоунов, заходи живее, — умоляюще протянул Драко, — тут о нетрадиционных ориентациях речь зашла, а я такое терпеть не могу.       — Сначала поцелуй меня, блондинистая принцесса, может тогда спасу, — подхватил Блейз.       В купе раздался смех. Драко обиженно надулся. Чтоб отыграться на всех, он предложил партию в шахматы, где ему не было равных кроме меня. Поезд наш ехал ночью. Традиция Хогвартса — с рождественских каникул учеников поезд везет в ночи.       Снежный Хогвартс нас приветствовал на новое полугодие. Стиснув зубы, я вошел в Большой зал. Уж теперь я не знал, чего еще ожидать от директора Дамблдора, когда я стал официально под опекой Малфоев. Стол слизеринцев весь светился от счастья — еще бы, за их столом сидит теперь Наследник самих Певереллов.       Утренняя почта прибыла в свое точное время. Пока я разглядывал посылку от Гримхкуха, Теодор рядом пролил державший бокал, косясь на заголовок «Ежедневного пророка».       — Гарри, ты только держись, — начал он.       — Что там опять? — без интереса спросил я.       В Большом зале поднялся гомон. Многие стали сверлить меня взглядом. Мне стало интересно, что в газете опять про меня написали. Я оторвался от письма гоблина и посмотрел на лежавшую на столе газету.       На главной странице был заголовок: «Визенгамот поднимает дело Сириуса Блэка! Суд через два дня!»       Внутри стала подниматься ярость. Этого человека теперь могут оправдать? Как бы я не относился к Темному Лорду и мертвым Поттерам, но предательство я терпеть не мог в первую очередь. Я глянул в портрет Блэка. Мог ли он быть Пожирателем Смерти и предать друзей? Кого он все-таки предал — Темного Лорда или своих друзей?       Поднять дело этого Пожирателя мог разве что глава Визенгамота по серьезному поводу. А глава Визенгамота у нас Альбус Дамблдор.       Я глянул на стол преподавателей. Директор отсутствовал. Северус Снегг с ненавистью прожигал взглядом газету. Заместитель директора Макгонагалл сердито поджала губы.       — Тишина! Советую всем поспешить с завтраком и разойтись по гостиным готовиться к завтрашним урокам! — громко прокомандовала она.       Я со всеми слизеринцами поспешил в подземелья. Вдруг я почувствовал зов Теней. Метка накалилась. Затерявшись в толпе, я юркнул в ближайший пустой коридор. Растворившись в воздухе, я переместился в ближайший пустой кабинет.       Передо мной появился неполный состав Клана Теней.       — Ваше величество, мы готовы Вас проводить к живому портрету Салазара Слизерина! — проговорил один из бойцов.       Я довольно оскалился.       — Показывайте дорогу! — приказал я.       Я поспешил за бойцами по Теням. Очутился в неизвестной части подземелий. Коридор светился светлым зеленым светом. На стене красовался Основатель моего факультета.       — Ну, здравствуй, Салазар Слизерин! — прошипел я на змеином языке.       Тот с любопытством разглядывал меня.       — Здравствуй, Король Теней! Я долго наблюдал за тобой и гадал, когда ты найдешь меня, — прошипел мне в ответ Слизерин, — горд твоими первыми шагами. Надеюсь, что ученик старины Шен Дю примет меня в Наставники.       — Да! — коротко ответил я.       — Чудесно, приходи ко мне ночью, у нас с тобой много дел, — оскалился Салазар, — ступай, тебя могут потерять.       Я счастливо переместился недалеко от гостиной. Наконец-то! Теперь я стану учеником Основателя.