Король Теней - который выжил

      Последний день экзаменов наводил тоску на учеников — унылый, пасмурный день давил на мозги с удвоенной силой. Не говоря уже об экзамене по истории магии, который был в виде огромного теста. У меня не было сомнений в правильности своих ответов. Всегда знал, что история — это моя стезя. Еще бы вел этот предмет хороший преподаватель, то было бы куда интереснее изучать его. И уж тем более сдавать.       Люциус Малфой уже не один год ведет войну с директором Дамблдором за качественный состав преподавателей. Особенно это касалось профессора Бинса, которого директор не заменял уже какой год по непонятной причине. Ученикам было ну очень скучно на его уроках. Зато на итоговых экзаменах было не до скуки. Попробуй запомнить всех предводителей гоблинских восстаний, чьи имена с трудом выговоришь.       Мне безумно повезло с моим «другом», который приходил на выручку, когда я не мог вспомнить имя очередного гоблина. Я под завистливые взгляды однокурсников один из первых закончил свою работу и гордо удалился из кабинета.       «Все теперь!» — с экзаменами покончено.       Это означало, что близится еще один экзамен — лично от директора Дамблдора. Экзамен жизни и смерти. Поэтому я отправился в ближайший двор. Проветриться и морально готовиться.       Метка временами покалывала. Сейчас же, когда в конце коридора замаячил профессор Квиррелл, метка вспыхнула с особой силой. Тот нервно поглядывал в разные стороны и заметив меня, напрягся вытянувшись во весь рост.       «Волан-де-Морт возможно его контролирует, спокойно, он не нападет на меня сейчас» — мысленно проговорил я.       Квиррелл многозначительно улыбнулся мне, я же коротко кивнул ему.       — Похоже сегодня ночью все и решится, — прозвучала моя догадка.       — В таком случае я готов, — твердо сказал я.       — МЫ готовы, — поправил меня «друг».       Мой план был прост — пройти полосу препятствий учителей, в конце встретиться с Темным Лордом и выяснить у него, зачем надо было нападать в ту ночь. Сомневаюсь я, что Поттеры-старшие ему как-то насолили, так чтоб убить их, включая годовалого ребенка. В том, что они наследники Гриффиндора? Салазар говорил мне, что Годрик не допустил бы такого, даже при своем живом портрете.       Вряд ли, конечно, Темный Лорд захочет мне отвечать, но хотя бы поинтересоваться у него, зачем надо было терроризировать всю страну. Чем ему не угодил род Поттер? В том, что поддерживал сторону Дамблдора и магглорожденных?       Будет ли он считать меня теперь своим врагом, когда я стал не таким, какими были Джеймс и Лили Поттер?       Философский камень у меня — это мое преимущество перед обоими — перед Дамблдором и Темным Лордом. Сообщать о нем я им не собираюсь, пока не выясню, что да как.       Я подождал своих друзей. Решил им сказать, что иду один. Драко и Теодор могут заупрямиться и настоять на своем присутствии со мной. Пока же они засиживаются на экзамене до последнего. Уже и гриффиндорцы вышли из кабинета. Даже наши знакомые Уизли, Грейнджер и Долгопупс вышли.       Те подозрительно шептались друг с другом. Никак опять куда-то влезли. Они уже были в моем радиусе слышимости, и я услышал их голоса.       — Да говорю же, камень вот-вот украдут, уверен на все сто, что это будет Снегг, — услышал я Долгопупса, — он принесет камень Тому-Кого-Нельзя-Называть и тогда мы все будем в опасности.       Что? Они-то откуда узнали о камне? И что за бред он несет о нашем декане?       — Только не это! Не хватало еще того, что гриффиндорцы там будут! Они будут лишними! Послушаем, какую ахинею они еще будут говорить! — раздался голос в голове.       Согласен с «другом» на все сто. Драко и Теодор еще ладно, но эти?       — Боюсь представить, что будет, когда он вернется, — дрогнул голос у Уизли, — то-то слизеринцы обрадуются. Особенно Малфой с Поттером.       — Подождите, мальчики, Сами-Знаете-Кто напал на Поттеров десять лет назад, вряд ли Гарри обрадуется узнав, что он вернулся, — послышалась Грейнджер.       «Она стала умнее и адекватнее» — заметил я.       — Вот еще, Поттер — предатель, слизеринец во всех смыслах, насквозь пропитан идеалами чистой крови, хоть у самого мать магглорожденная, — фыркнул Уизли, — уверен, он только обрадуется возрождению Сами-Знаете-Кого.       — Я так не думаю, Гарри вроде адекватный волшебник. Если приглядеться к нему, то можно сказать, что он трезво смотрит на окружающий мир, в отличии от того же Малфоя, — слова Грейнджер меня удивили.       — Слушайте, давайте Поттеру расскажем все, что знаем, — неуверенно проговорил Долгопупс, — он может не догадываться, что убийца его родителей может на днях возродиться. За одно и посмотрим на его реакцию на наши слова, а?       — Сомневаюсь я, что Поттер нас вообще слушать станет, он скорее нас проклянет, — засомневался Уизли. — Мне вообще кажется, что он только поможет Сами-Знаете-Кому, а нас убьет или постоит в сторонке, пока нас съедает трехголовая скотина.       Я не выдержал и рассмеялся. Судя по всему, меня услышали. Ну и ладно. Слушать этот бред уже невыносимо. Хотя, на счет возрождения Темного Лорда… Посмотрим на его поведение.       — Знаешь, Уизли, твой тупизм порой поражает, — вышел я на встречу гриффиндорцам. Те застыли в шоке.       — Давайте по порядку, — начал я, — я в курсе последних новостей о Темном Лорде, это раз. И помогать ему возвращаться в мир живых я не планирую. По крайней мере пока что. Это два. На счет нашего декана вы глубоко заблуждаетесь — это три.       — То есть ты в курсе, что Сам-Знаешь-Кто может вернуться и ничего не делаешь, чтоб его остановить? — яростно спросил меня Уизли.       — А что, я по-твоему могу ему сделать? Я такой же как ты — первокурсник, — слукавил я.       — Да уж, первокурсник, — усмехнулся Уизли, — первокурсник, который сначала убил тролля, а потом и вовсе, вылез из ловушки моих братьев. Не скромничай, Поттер. Ты сильнее многих пятикурсников и вполне можешь противостоять ЕМУ!       — Допустим, — протянул я, — а не знай я о возможном возрождении Темного Лорда, что бы ты сделал? Поразил бы его своими умениями в Чарах? Темный Лорд, действительно, бы умер. От смеха.       Уизли покраснел от ярости, сжав кулаки.       — Хватит! — отрезала Грейнджер. — Значит ты знаешь, что Сам-Знаешь-Кто может возродиться с помощью философского камня и никому из преподавателей не сказал?       Я кивнул в подтверждение.       — Почему ты так уверен, что профессор Снегг не работает на него?       — Потому что Темному Лорду он не нужен, он сам в замке, — гадко я улыбнулся гриффиндорцам. Они пришли в ужас от моих слов. Знатно испугались, побледнев.       — Ты шутишь, надеюсь? — заикаясь, спросил Долгопупс.       — Видели бы вы свои лица, — фальшиво заулыбался я, но быстро посерьезнел, — не надо вам лезть в интриги Темного Лорда. Его неизвестный сообщник попытается выкрасть камень сегодня ночью.       — Так, Поттер, откуда ты это знаешь? — взяла себя в руки Грейнджер.       — Я сам встретился с Темным Лордом на отработке в лесу, — рассказал я им часть правды, — он очень слаб, поэтому не напал на меня. Он не может больше ждать, сегодня ночью его сообщник попытается выкрасть камень.       — Так, надо сообщить обо всем Дамблдору! — выпалил Уизли.       — Да, точно, надо сообщить, — подыграл я гриффиндорцам.       Те умчались искать директора. Я покачал головой.       — Наивные глупцы!       — И не говори, Гарри, — подошли ко мне Драко с Теодором. — Мы слышали твой разговор с этими.       — Зная гриффиндорскую тупость, будь уверен, они пойдут защищать камень, которого нет, — заявил Нотт.       — Знаю и я специально сказал им часть правды, — сказал я и заметив растерянный взгляд друзей, добавил, — это часть плана. Они удачно оказались в курсе этой темы. Они увяжутся со мной этой ночью и это сыграет мне на руку, чтоб усыпить бдительность Дамблдора. Защищаю камень как настоящий герой, спевшись с этими личностями, каких мне впаривал директор — чем не идеальный спектакль для него?       — Это, конечно, хороший план, — проговорил Драко, — но мы с Тео идем с тобой. Мы тебя одного с гриффиндорцами не оставим.       — Хорошо, тогда будем действовать аккуратно и исподтишка будем выводить из строя гриффиндорцев, — сказал я. — Они нам будут только мешаться в конце. А проход в конечный зал охраняется Дымовой завесой авторства Снегга. Там снадобья на донышке. Один глоток рассчитан на одного. Я пойду на встречу с Темным Лордом один.       — Но ты же можешь спокойно переместиться туда с нами, как в прошлый раз, — возразил Теодор.       — Тео, не тупи, — прикрикнул я на него, — я иду туда лишь с целью подыграть Дамблдору в его идиотском плане столкнуть нас с Темным Лордом лбами. Камень у нас — ни директор, ни Лорд в итоге его не получат. Дамблдор должен видеть, что я все эти испытания прошел. Вы идете со мной до конечной — до испытания Снегга. Долгопупса можно убрать на испытании с его любимыми растениями. Уизли уберем на шахматах. Грейнджер для алиби нужна до последнего живой, не обязательно невредимой.       — Хорошо звучит, так и сделаем, — согласились со мной друзья.              

***

      Ко всему прочему, ближе к вечеру по школе распространился слух о том, что директор отбыл в Министерство Магии по срочному делу.       — Отлично, первый шаг всегда делают белые, — иронично прокомментировал мой «друг».       — А второй за темными, — ответил я, глядя на пустое место Квиррелла в Большом зале.       Видимо, готовится к решающей ночи. Я нервно глядел на пустую тарелку. У Драко и Теодора тоже не было аппетита.       — Ладно, надо наесться, — взялся за еду Нотт, — возможно, этот ужин для нас последний. — Оптимизм покинул чат.       — Ну, уж нет, — выпалил Драко, — едим как обычно. Не важно какой этот ужин — последний или предпоследний. У нас впереди каникулы. И в моих планах есть намерение вернуться домой с моим Гарри. С моим братом!       Я усмехнулся.       — Так выпьем же за то, чтоб вернуться домой, — поднял я бокал с тыквенным соком.       — Поттер, тост надо говорить с кое-чем покрепче, чем тыквенный сок, — сказал кто-то из старшекурсников. За столом раздался смех.       С трудом покончив с ужином я направился в гостиную.       — Мы с Гермионой и Невиллом идем с тобой сегодня, — прошипел над моим ухом Уизли, сдавив мне плечо у выхода из Большого зала, — проконтролируем тебя.       — Смотри, конечности своей не лишись, контролер, твою мать! — сквозь зубы проговорил я, опалив немного руку Уизли. Тот дернулся и умчался наверх.              

***

             К полуночи мы с парнями направились к Запретному коридору. Гриффиндорцы нас ждали у входа.       — Так, а что здесь делают Малфой и Нотт? –недовольно проворчал Уизли.       — Такой же вопрос к тебе, Уизли, — отозвался Драко.       — Да, мы-то друзья Гарри, а ты с Долгопупсом и Грейнджер ему и нам и в пометки не годишься, — отчеканил Нотт.       Уизли уже хотел что-то выкрикнуть в ответ, но Грейнджер его утихомирила.       — Так, давайте, соберемся и хоть раз в жизни будем работать сообща, — взяла она инициативу в свои руки.       — Не командуй тут, Грейнджер, а то под Империусом пойдешь в свою спальню, — вмешался я.       За дверью слышался храп трехголового монстра.       — Все, тихо заходим, раз увязались за мной, — скомандовал я.       Дверь открылась простой «Алохоморой». В небольшом помещении спал цербер. Рядом играла арфа.       «Ну, конечно, цербер засыпает от музыки» — догадался я.       Гриффиндорцы застыли от ужаса, разглядывая монстра.       — Да, только Хагрид мог назвать такое чудовище Пушком, — прошептал Долгопупс.       Я отлеветировал лапу пса от люка. Люк тихо открылся от моего взмаха палочки.       — Прыгайте туда, — тихо проговорил я.       Драко и Теодор первые прыгнули туда по очереди. Уизли с вызовом на лице улетел следом. Долгопупс споткнулся об подол своей мантии и с криком улетел вниз.       Я охнул. Трехголовый пес проснулся от крика гриффиндорца и недовольно зарычал. Он угрожающе оскалился. Я ударил его Огненной плетью.       — Назад! — прикрикнул я на него. — Грейнджер, не стой столбом, прыгай!       Та прижалась к стене и с выпученными глазами, со страхом смотрела на пса. Тот поджал уши, сделав шаг назад.       — Грейнджер, либо убирайся назад в свою гостиную, либо прыгай сейчас же! — рявкнул я на девчонку.       Та, пришла в себя и неуверенно медленно стала приближаться к люку. Пес дернулся в ее сторону. Я мгновенно среагировал.       — Миннинг Экстерминатор! – голубая волна отбросила пса к стене и тот заскулил от бессилия. — Сомно Инферни!       Пес затих, провалившись в глубокий сон. Мощное усыпляющее заклинание из арсенала моего «друга» дал отличный эффект.       — Готова теперь прыгать? — спросил я у девушки.       — Что с ним? — обеспокоенно спросила она.       — Уснул под действием мощных чар, — раздраженно ответил я, обхватывая Грейнджер за талию, и прыгнул в открытый люк.       — Ну, привет, — улыбнулся я друзьям.       — Что, так долго? — проворчал Драко, опутанный Дьявольскими силками.       — Пса дрессировал, — объяснил я, — благодаря Долгопупсу.       Тот уже преодолел силки, судя по пустой дыре среди рассадника необычного растения. За ним последовал я с друзьями. Грейнджер шлепнулась на голый пол возле меня. Я подал ей руку. О приличиях я не забывал даже в таких моментах. Рональд застрял в растении истошно вопя.       «Минус Уизли, похоже», — со злорадством подумал я.       Но Грейнджер вытащила своего друга, выпустив из палочки в растения яркий луч.       Переведя дух, мы направились дальше. Перед нами показался убитый тролль. Темный Лорд с ним не стал церемониться.       Следующее помещение уже предстало перед нами с летающими ключами. Метла «Комета 260» валялась у нас под ногами.       — Похоже надо поймать большой ключ, — расплылся в улыбки от своей догадки Уизли, — я поймаю его.       — Нашел время красоваться на этом помеле, — проворчал я, — времени нет на полеты. Бомбарда Максима! — взмахнул я палочкой, взорвав небольшую часть двери.       — Драко, Тео… — обернулся я к друзьям.       Те кивнули, поняв намек.       Тройное взрывное заклинание разорвало дверь в щепки, я отбросил Долгопупса в стену незаметным взмахом руки. Получилось так будто его отбросила волна нашего заклинания.       Его друзья склонились над ним.       — Потерял сознание, всего лишь, — издал нервный смешок Драко.       Мы с Тео удовлетворительно хмыкнули. Минус один!       Оставив Долгопупса без сознания лежачим, мы отправились с гриффиндорцами дальше.       Сделав первые шаги в следующей комнате, Драко быстро догадался, что это.       — Гарри, переноси нас троих на сторону черных фигур, сыграем с гриффиндорцами в эти шахматы, как раз выведем из строя здесь Уизли, — предложил он мне шепотом.       Я не стал возражать. Идея была хорошая. Я переместился с друзьями на противоположную сторону от гриффиндорцев. Те осматривали помещение.       — Ну что, вам нравятся такие шахматы? — с издевкой спросил Драко. — Хороший способ, чтоб избавиться от вас.       Грейнджер ахнула.       — Вы, вы… Просто… Вы предатели! — закричали на нас гриффиндорцы.       — Да нет же, — возразил я, — дальше пройдет сильнейший. С Темным Лордом тем более вы не справитесь. Ради вашего же блага — уходите лучше отсюда!       — Или сразитесь с нами на шахматах! — добавил Драко.       По Грейнджер видно было, что та задумалась.       — Рон, Гарри прав, мы дальше все равно уже ничем не сможем помочь, — обратилась она к разъяренному Уизли, — пойдем назад.       — НЕТ! — заорал тот. — Я сотру с вашего лица ваши ухмылки. Сначала я обыграю вас в шахматах, а потом надаю вам по рожам!       — Ух ты! Похоже рыжий бабуин рассердился не на шутку! — весело прокомментировал Теодор.       — Ненавижу вас! Поганые слизеринцы! — орал Уизли, усаживаясь на белого коня. — Гермиона, ты со мной? Давай обыграем их и устроим им расплату!       Та нерешительно помялась, посматривая на меня. Я же видел, что ей стыдно за его поведение. Я отвел от нее взгляд.       — Часики тикают, а Темный Лорд уже достает камень потихоньку!       — Парни, задержите Уизли! — теперь уже я занервничал. — Грейнджер, ты вменяемый и умный человек. Мы с парнями будем не против если ты уйдешь и окажешь помощь Долгопупсу. А ты, Уизли, ты каким был диким неандертальцем, таким и остался. Сам провоцируешь, потом орешь, что тебя обижают нехорошие слизеринцы. Драко, Тео, удачи!       — Увидимся позже, — улыбнулись они мне.       Я очутился в последней преграде — испытание от нашего декана. Я стал рассматривать флаконы зелий.       — Ну и какое надо выпить? Есть идеи?       — Рассмотри все, что есть.       Логично было взять то, что меньше всего.       — Естественно, это задание на логику. Пей уже зелье и вперед! — поторопил меня «друг».       Глоток холодной жидкости и я прохожу сквозь Дымовую завесу.              

***

      Помещение с зеркалом казалось светлее обычного. У самого зеркала стоял Квиррелл.       — Я уж думал, что вы не придете сюда, мистер Поттер, — необычно без запинки проговорил он.       — Я не мог не прийти на встречу с Темным Лордом, — отозвался я.       Мой собеседник вздрогнул и обернулся ко мне с мрачным взглядом.       — Вы не перестаете меня удивлять, Поттер. С вашими мозгами вам самое место на Когтевране. Ваше поступление на Слизерин стало шоком для всех, включая Темного Лорда. Он был приятно удивлен вашими действиями.       — Собственно, о Лорде… Как вы смогли прятать его в себе? — поинтересовался я.       — Не я его спрятал в себе, а наоборот, ОН смог необычной магией вселиться в меня, — объяснил Квиррелл.       — Темный Лорд всегда со мной, где бы я не находился, — продолжил Квиррелл, — философский камень может все исправить.       — Отлично, где он сейчас? — в лоб задал я вопрос. — Где Темный Лорд?       Квиррелл похоже не ожидал такого вопроса. Рука его коснулась затылка. Я тут же все понял.       «Темный Лорд в его голове, как и его частица во мне».       — Я же слился в тебе, мы с тобой одно целое, забыл? — отозвался «друг». — А он лишь засел в Квиррелле так, что питается его жизненными силами, убивая его. Он как паразит. У нас же с тобой типа симбиоза — взаимополезное сосуществование в одном теле.       А ведь действительно, профессору скоро придет конец.       — Вы хоть в курсе, что умираете, держа в себе Темного Лорда? — выпалил я.       Квиррелл вздрогнул.       — А ОН ОЧЕНЬ ДОГАДЛИВЫЙ! — раздался громкий голос по всему помещению. — Квиринус, друг мой, ты хорошо мне послужил. Если не достанем камень, то мы оба с тобой долго не протянем. Поспеши! Используй мальчишку!       — Поттер, подойди сюда! Живо! — закричал Квиррелл.       Я стал лихорадочно придумывать свои действия. Камня нет, как бы им обоим не хотелось этого. Стоит заставить Лорда появиться. Но как?       — Лорд Волан-де-Морт, если вам нужна моя помощь, то может сами появитесь и скажите мне лично, что вам нужно?       — НАГЛЕЦ! Однако, почему бы и нет? — голос Темного Лорда будто бы шипел мне в лицо. — Квиринус, раскрой меня!       — Мой Лорд, вы же слабы, — возразил тот.       — Для простого разговора мне достаточно сил!       Квиррелл попятился к зеркалу, разматывая свой идиотский тюрбан. Тюрбан слетел с его головы и из голого затылка стало проявляться лицо. Оно оказалось мертвенно-белым, вместо ноздрей — узкие щели, как у змеи. Но страшнее всего были глаза — ярко-красные и свирепые.       — Проклятье! Он изуродовал себе еще больше!       — Гарри Поттер, — прошептало лицо.       Я отступил немного назад.       — Видишь, чем я стал? — спросило лицо. — Всего лишь тенью, химерой… Я обретаю форму, только вселяясь в чужое тело… Всегда находятся те, кто готов впустить меня в свой мозг и свое сердце… Кровь единорога сделала меня сильнее… Ты видел, как мой верный Квиррелл пил ее в лесу… И как только я завладею эликсиром жизни, я смогу создать себе свое собственное тело… Я не вижу в тебе врага. Ты меня очень впечатлил, Гарри Поттер. Ты напомнил меня в твоем возрасте. Ты поступил правильно, поступив на Слизерин. Завел дружбу с правильными людьми. Талантливый начинающий волшебник, ты станешь могущественным. А со мной и победителем обоим нам ненавистного Дамблдора. Скажи мне, Гарри, что тебе по душе — жить в мире, где процветает магия, в которой нет предела и ограничений, или в мире, где все больше власть и роль отдается грязнокровкам, Предателям Крови и волшебникам, которые предали все магические устои, подарив грязнокровкам тайные знания своих Родов? Твой отец был таким.       — Поэтому вы убили его? — спросил я. — Вы развязали войну в Англии, устроив погром в магической ее части. Неужели нельзя было обойтись без столь радикальных методов? Многие до вас пытались сделать тоже самое, но потерпели неудачи. Неужели история вас ничему не научила?       — Мальчишка, я на первых этапах пытался чему-то добиться методом убеждения, но политика этого маглолюбца Дамблдора оказалась сильнее. Разумеется, кто будет слушать в Министерстве полукровку с магловской фамилией, а кто послушает победителя Грин-де-Вальда. Пришлось устранять особо ярых противников. Орден Феникса Дамблдора достаточно неплохо выступали против меня и моих Пожирателей Смерти.       — Вальпургиевы Рыцари, а не Пожиратели! — поправили Лорда.       — Времени мало, Поттер, сюда спешит Дамблдор, ты можешь помочь мне вытащить камень из зеркала? — поторопил меня Лорд.       — Попробую, — старался я не выдать ложь, подойдя к зеркалу, — я не понимаю. Извините, но похоже никакого камня тут нет.       Темный Лорд издал яростный рев.       — Дамблдор! — прошипел он. — Подстроил все, он думал, что мы с тобой будем сражаться. Камня нет, получается у меня опять пропал шанс на возрождение. Мне надо уходить, парень. Больше мне нечего тут делать. Уходим, Квиррелл!       — Постойте! — остановил я Лорда.       — Что еще? — обернулся ко мне Квиррелл.       — Дамблдор должен думать, что мы с вами сражались, хоть немного надо пальнуть друг в друга что-нибудь, — по-моему план надо довести до конца.       — Действительно, покажи мне, чему научился, — улыбнулся Волан-де-Морт, — Начинайте!       Бой начался с атаки Квиррелла. Я отскакивал от проклятий на первых порах. Защиту ставил время от времени. Атаковал я всему, что всплывало из памяти. В меня уже попало как минимум пять заклинаний от Квиррелла.       — Авада Кедавра! — неожиданно прокричал я, после очередного от противника ожога, задействовав целой левой рукой «Афину».       Зеленый луч угодил в Квиррелла. Тот замертво упал с удивленным и испуганным взглядом. Из его тела стал подниматься сгусток дыма с красными глазами.       — Очень неплохо, Гарри Поттер! Мы еще встретимся! — напоследок прокричал мне Волан-де-Морт и пролетев меня насквозь, исчез.       Этот пролет сквозь меня сказался на моем здоровье — кашлянув, я упал животом на пол. Изо рта и носа потекла кровь. Я чувствовал, что вот-вот потеряю сознание. Я посмотрел на зеркало Еиналеж. Это вещь больше не будет никого с ума сводить! Так я решил.       — Бомбарда Максима! Редукто! Вспыхни! Экспульсо! — послал я цепочку Взрывающих чар из последних сил. «Афина» залетела обратно в крепление.       Последнее, что я услышал — это были чьи-то крики и мое сознание отключилось.              

***

      Я очнулся, сначала не поняв где нахожусь. Меня ослеплял солнечный луч, что исходил из окна. Голова была тяжелая. Внутри тела словно горел огонь.       Над моей кроватью возвышался с улыбкой Альбус Дамблдор.       — Доброе утро, Гарри, — произнес Дамблдор.       — Профессор, там это… — запнулся я. — Квиррелл пытался украсть камень, но его там не было.       — Да, меня это тоже обеспокоило, — печально вздохнул Дамблдор, — зеркало Еиналеж уничтожено, а камень нигде не нашёлся. Тело нашего профессора я нашел мертвым, а тебя без сознания. Ты нас всех здорово напугал своим состоянием — твой декан, Малфои и Сириус мне три дня покоя не давали.       — Три дня? — переспросил я.       — Да, три дня ты был без сознания — результат сильного магического истощения, не говоря уже о проклятиях, которые тебе нанес обезумевший профессор, подчиненный Волан-де-Мортом.       — Сэр, но где тогда камень? — изобразил я недоумение. — Раз его там не оказалось, то Волан-де-Морт не сможет больше вернуться, так ведь? И тогда Николас Фламель со своей женой умрет?       — О, так ты знаешь о Николасе? — судя по голосу Дамблдор был очень доволен этим обстоятельством. — У них имеются достаточные запасы эликсира для того, чтобы привести свои дела в порядок, а затем — да, затем они умрут. А камень похоже кто-то третий украл прям у меня под носом.        Дамблдор улыбнулся, видя мое недоумение на лице.        — Такому молодому человеку как ты, это кажется невероятным. Но для Николаса и Пернеллы умереть значит лечь в постель и заснуть после очень долгого дня. Для высокоорганизованного разума смерть — это очередное приключение. К тому же камень — не такая уж прекрасная вещь. Представь себе — он может дать столько денег и столько лет жизни, сколько ты захочешь! То есть две вещи, которые в первую очередь выберет любой человек. Но беда в том, что люди, как правило, выбирают то, что для них является наихудшим. А что, насчет Волан-де-Морта… Он все еще где-то здесь, возможно, ищет новое тело, в которое мог бы вселиться… Так как он не является живым существом в полном смысле этого слова, его нельзя убить. У меня к тебе вопрос, Гарри. Квиринус погиб от твоего заклинания?       — Нет, он пустил в меня «Аваду», я отлетел с ее траектории, она угодила в зеркало и бумерангом попало в Квиррелла, — старательно соврал я.       Дамблдор похоже в это поверил. Он облегченно вздохнул.       — Ты очень удачлив, мальчик мой, — погладил мою ногу он, — ты поступил очень храбро, Гарри, твои родители гордились бы тобой. И Годрик тоже, — слукавил директор.       — Я учусь на Слизерине, сэр, — возразил я.       — О, я уверен, что в каждом человеке есть храбрость, присуща каждому человеку, вне зависимости от принадлежности какому-либо факультету, только проявляется она по-разному.       — Сэр, а где мои друзья… — посмотрел я на изучающее лицо Дамблдора и добавил, — и гриффиндорцы, они в порядки? Они целы?       Дамблдор похоже был доволен, что поинтересовался состоянием гриффиндорцев.       — Да, они все в полном порядке, — успокоил он меня, — знаешь, и гриффиндорцы бывают неплохие. И мисс Грейнджер мне рассказала, что ты с ней обошелся вполне хорошо в отличии от Рона Уизли и Невилла Долгопупса. Я прошу тебя обратить на них внимание, они могли бы стать тебе неплохими друзьями.       — Я сомневаюсь в этом, профессор, — проговорил я, — слизеринец никогда не сдружится с гриффиндорцами. Разве что в другой жизни.       Дамблдор усмехнулся, но продолжать эту тему не стал и оглянулся на заваленный сладостями стол рядом с моей кроватью.       — Вижу, друзья и поклонники дают о себе знать, — прокомментировал увиденное он, — то, что произошло в подземелье между тобой и Квирреллом — это строжайший секрет, и потому нет ничего удивительного в том, что его знает вся школа. Не во всех деталях, разумеется. Но думаю, что твои друзья имеют право знать, что случилось с тобой при встрече с Квирреллом. Да и Люциус с Нарциссой, думаю, тоже заслуживают право знать, что случилось с тобой. Хоть у нас с Люциусом довольно натянутые отношения, но он убедил меня, что к тебе стал относится с женой как ко второму сыну, которого завести биологически к сожалению, Проклятье рода Малфой не позволил. Я рад, что у тебя появилась волшебная семья. Надеюсь, в ней найдется место и для Сириуса — твоего крестного. Он хочет, чтоб ты провел у него лето. Если ты, конечно, согласен на это?       — Хорошо, все-таки хочется познакомиться с ним поближе, — согласился я.       — Ну, тогда, хорошо, отдыхай, Гарри, — с этими словами Дамблдор покинул меня.       Полдня я проводил анализ всего произошедшего. Все хорошо получилось. Темный Лорд вполне адекватным оказался. Но всех ответов я не получил. Разговор был короткий — Лорд был слабым. Воскрешать его сейчас — нет никого смысла. Хоть и философский камень теперь у меня, но использовать его сейчас я не знаю, как. Для всех я Гарри Поттер, пусть так и остается до тех пор, пока я не закончу уроки с Салазаром Слизерином и не получу титул лорда Певерелл.       Драко и Теодор навестили меня ближе к вечеру.       — Не смей меня так больше пугать, понял? — прорычал Драко, крепко обняв меня. — Я думал, что ты не очнешься больше. Отец рвал и метал тут. Мама не отходила от тебя два дня, пока ты не пошел на выздоровление. Декан вливал в тебя кучу зелий под строгим наблюдением Сириуса Блэка. Пока ты лежал без сознания мы с Тео познакомились с ним. У меня крутой дядя оказался. Он заколдовал чем-то развеселившегося Пивза, когда тот увидел тебя в Больничном крыле.       — Знаешь, Гарри, я думал, как и Люциус Малфой, что логично было бы, тебя перевести в «Мунго», но Дамблдор заупрямился, да и Снегг сказал, что лично тебя поднимет, — рассказал Теодор.       Я, накрыв нас троих Противоподслушивающими чарами, рассказал все, что произошло при встрече с Темным Лордом. Друзья все поняли. Я с ними пришел к выводу, что когда-нибудь он вернется. И вполне вероятно, что он не будет зверствовать. Но это не точно. Одно нам было известно точно — его никто не ждет. Разве что, его самые преданные слуги. Но те сидят в Азкабане.       После друзей ко мне заявилась Грейнджер с коробкой конфет. Уж кого-кого, а ее не ожидал увидеть. Переминаясь с ноги на ногу и не глядя мне в глаза, она еле решилась начать говорить.       — Ты не такой, каким тебя описывает Рон, — начала она, — ты не дал Сам-Знаешь-Кому вернуться, спасибо тебе за это. Если бы не ты то, мы все бы там погибли. Ты настоящий гриффиндорец! Не все еще потеряно.       — Не обзывай меня гриффиндорцем, Грейнджер, — весело проговорил я.       — Эм, Поттер, ты меня обнял тогда перед люком, — промямлила Грейнджер.       — Что, понравилось? — съязвил я. — Учти, я сделал это потому, что ты бы не решилась прыгнуть. И тебя бы съел очнувшийся песик.       — Спасибо, — прошептала девчонка, — ты вполне нормальный парень, когда не обзываешься и не разбрасываешься проклятиями. Не такой как Малфой и Нотт. Мы с тобой можем общаться хотя бы временами нормально?       Вот это поворот! Ишь чего захотела!       — Я подумаю, — уклончиво ответил я.       Грейнджер кивнула и с приподнятым настроением удалилась. Я ухмыльнулся ей вслед.       «Не была бы ты зазнайкой и грязнокровкой, может быть ты могла бы стать моей подругой, Грейнджер!»       — Не приведи Мерлин, связаться тебе с ней! С ума сведет! Присмотрись лучше к Гринграсс, — отозвался мой «друг».                     На следующий день меня выписали из Больничного крыла. И очень вовремя — перед пиром в честь окончания учебного года. Заняв свое место за столом факультета между другими змейками, которые радушно меня приветствовали, я стал вслушиваться в речь директора.        — Очередной учебный год подошел к концу. Для некоторых он только начало пути, а других ждет впереди взрослая жизнь. Но знайте, что двери Хогвартса всегда открыты для вас, — театральная пауза. — И конечно же пришла пора вручить Кубок Хогвартса. Но перед этим, я хочу отметить заслуги некоторых учеников, которые не могут быть оставлены без внимания. Я присуждаю Драко Малфою и Теодору Нотту за лучшую игру в шахматы в истории Хогвартса по пятьдесят очков.       После этих слов зал раздался сокрушительными аплодисментами. Уизли сверлил нас ненавидящим взглядом. Драко с Тео победили его в тех волшебных шахматах.       — Мистеру Рональду Уизли и Невиллу Долгопупсу присуждаю по пятьдесят очков за храбрость, благородство и за то, что, не смотря на межфакультетскую вражду, они объединились со слизеринцами перед опасным врагом.       Зал зааплодировал снова. Уизли и Долгопупс заалели от гордости.       — Мисс Гермионе Грейнджер за ту же храбрость и за сохранение логики в чрезвычайной ситуации присуждается пятьдесят очков.       Та закрыла лицо руками. Аплодисменты быстро привели ее в чувство.       — И конечно же, мистер Гарри Поттер, — объявил Дамблдор, в зале воцарилась тишина, — за железную выдержку, фантастическую храбрость, благородство и за истинное слизеринское умение хитрости в чрезвычайной ситуации присуждаю Слизерину сто очков.       Зал в очередной раз взорвался аплодисментами. Хлопали все включая учителей, включая гордого и необычно светящегося улыбкой Северуса Снегга.       Слизерин в очередной раз получил Кубок Школы, так же, как и Кубок Квиддича. В финальном матче, который я пропустил, Слизерин разгромил Гриффиндор счетом 290-70.              

***

      На следующий день Хорватский-экспресс отбывал от станции Хогсмид к Лондону. Многие радовались каникулам и возможности отдохнуть от кропотливых уроков, а другие же не хотели покидать Хогвартс даже на три месяца. К числу последних относились семикурсники, которые в последний раз сегодня прошлись по коридорам величественного замка. Дальше их ждет взрослая жизнь, полная достижений и разочарований.       Я с друзьями радовался началу каникул. Драко заметно приуныл от новости, что я проведу лето не у него.       — Я думаю, что Сириус будет не против, если ты прибудешь в Блэк-холл, — утешал я его.       — Ты его еще обними и поцелуй, чтоб утешить, — вставила свое Пэнси Паркинсон.       Я сердито посмотрел на нее. Та весело улыбалась, переговариваясь с Дафной и Трейси. Теодор привлек всех игрой в карты.       Прибыли в солнечный Лондон, с хорошим настроением. Нарцисса, Люциус и Сириус встретили нас с Драко на перроне.       — Будем, надеяться, что увидимся летом, — пожал мне руку Драко, — если что будем переписываться.       — Конечно, брат, — сказал я ему.       — Люциус, Нарцисса, еще увидимся, — кивнул им Сириус, получив ответный кивок.       — До встречи, Сириус, — ответила ему Нарцисса.       — Увидимся, Сириус, — вторил ей Люциус, — надеюсь, что наши семьи вновь обретут дружественные отношения.       — Посмотрим, Люциус, но надеюсь, что так и будет, — отозвался Сириус, — готов, Гарри, оказаться в поместье Блэков?       Я кивнул ему.       Первый курс окончился на хорошей ноте. Будем продолжать жизнь дальше.