Успокой мою душу

Лея не упустила из внимания то, что ее новая подруга весь день таскает за собой куртку, которая явно не принадлежит ей. Направляясь к следующему кабинету почти по пустому коридору, она решила напрямую спросить ее об этой вещи, но ответ ее больше чем удивил. — Виктора куртка? Что? Как она у тебя оказалась? Ли рассказала второпях как все было, но Лея хотела подробностей то и дело задавая наводящие вопросы, ответ которых еще больше ставил девушку в недоумение. — Единственное, что я знаю, Витя кроме Димы и может быть меня больше ни с кем не общается, а тут ты… и эта куртка, — Лея пыталась найти этому логическое объяснение, не воспринимая данность какой она есть. — Я думаю, что он просто милый парень, вот и все. — Наверно… Словив Виктора в коридоре, Ли, не обращая внимание на Лену с Андреем и других его одноклассников, которые с интересом наблюдали за последующей сценой, протянула ему куртку со словами благодарности и извинениями, что раньше не могла отдать ее. — Все хорошо, не переживай, — сказал парень, беря аккуратно сложенную куртку. Он же сразу почувствовал на себе пристальные взгляды одноклассников и от этого ему было не по себе. Продолжить беседу с Ли он не решился, хотя ему хотелось с ней не заканчивать на этом диалог. Он просто ушел, оставив девушку, которая только сейчас заметила, что от нее не отрывают взгляд старшие.

***

— Я помню твои слова, что у Виктора сложные отношения с одноклассниками, — говорила Ли своей новой подруге, когда они остались наедине в их комнате, — но… это так странно, что он как объект для наблюдения. — Все сложнее намного. Виктор как… козел отпущения, изгой просто потому что он — Виктор. — И как он… Но почему? — Не знаю и Дима не знает, да он никогда и не спрашивал, ему все равно как и мне какие у него отношения с другими. Просто одноклассники Виктора — ублюдки, я не могу по другому их назвать. Как он с этим справляется? Я не знаю, но возможно благодаря знакомству с Димой он держится. — Ты ведь тоже ему не враг. — Ну, я не могу относится к нормальному человеку плохо, пусть у него свои тараканы имеются. Так, а что ты делала ночью? Ты мне так все не рассказала. — Я часто ухожу гулять, чтобы нагнать сон. — А я даже не замечаю, — сказала Лея, то ли расстроенно, то ли удивленно, что она не просыпается от ночных вылазок своей соседки. — Остальное я тебе уже рассказала, и тут добавить нечего. — У меня появилось дикое желание узнать все от Димы, я уверена, что Виктор ему что-то да рассказал. Это не могло случится просто так. Он, ты, и он дал тебе куртку. — Тебя так не дает покоя его куртка? — Шутя сказала девушка. — Ты ведь сама сказала, что он хороший человек, это может ничего не значить, хотя хотелось бы, — Ли смущено улыбнулась.

***

— Как Виктор? — Повторил вопрос Дима своей подруге. — Нормально, а что-то случилось? Почему спрашиваешь? — Да так, просто. А он тебе ничего не рассказывал? — Да все как обычно. Странные ты вопросы задаешь, — Дима отложил учебник по истории в сторону и откинулся на спинку стула. Они были в библиотеки, и на удивление Леи, именно там она и нашла Диму. Он сказал, что ему надо подготовить доклад, к которому даже девушка еще не преступала. — У меня тут проблема одна возникла, — сказал Дима, понимая, что странный опрос окончен. — Я не знаю, как правильно оформить содержание. Анатольевна что-то говорила про какие-то пункты, которые нужно добавить, но не как всегда мы их добавляли, в общем я ничего не понял. Покажешь мне как ты все оформила? — Как только сделаю, конечно покажу. Парень неподдельно удивился. — Странные вопросы задаешь, потом не делаешь домашние задания, Лея, ты ли это? — С улыбкой сказал парень. Он шутя дотронулся ладонью до ее щеки, чтобы проверить действительно это та девушка, которую он знает, но смущенно убрал руку, не меньше этим жестом смущая девушку. Сколько раз они могли так просто дотронуться друг к другу? Им обоим было бы сложно это припомнить. — Кстати, было кое-что странное, — парень решил поднять тему, которую он не хотел ни с кем обсуждать, но ничего лучше он не придумал, чтобы отвлечься от неловкого момента. — Слышал краем уха как одноклассники Виктора, Леа и Андрей, кажется, обсуждали его и Ли, будто она навязывается к нему, — парень с трудом подбирал слова, не желая пересказывать дословно всю грязь, которой обозначали его друзей в разговоре. — Суть такова, что Виктору повезло принимать ухаживания от такой красивой девушки как Ли. Я старался не вникать в эти разговоры, потому что это очень было мерзко, и надеюсь Виктор не слышал этого. — Вот же… — девушка еле сдержалась, чтобы из нее не полезли ругательства, которые она использовала наедине с собой и в очень редких моментах. Ей брань несвойственна и мало кому доводилось что-то подобное слышать от нее. Дима бы и не предал значению ее словам какими они ни были бы, если бы она не замолчала. Он был не меньше зол, чем одноклассница. — Я стараюсь не придавать все же этому значения. И хотелось бы чтобы Виктор так думал. — А ты сам бы как на его месте поступил? Никто из них и близко не были жертвами или теми, над кем просто смеются ради веселья. Никто из них не знал, как бы поступил на месте Виктора. Дима иногда, всего лишь пару раз, представлял такую картину «а что. если бы со мной такое случилось», и всегда ответом было дать отпор, не поддаваться на провокации, быть сильнее. Но это только на словах, на деле все было сложнее, и он и она это понимали. — Я не знаю, что я бы сделал на его месте, но я хочу верить, что мое общение, моя дружба не дает ему чувствовать себя плохо. Как его друг я буду делать все, что от меня зависит.

***

Виктор был уверен, что тот короткий разговор, который произошел между ним и Ли, был поводом зарождения сплетен о нем. Лично он их не слышал, а потому даже думать об этом не хотелось. Ему сейчас было хорошо. Более чем он мог думать, что ему будет так хорошо находиться здесь на пыльном чердаке. Он, сидя на обычном деревянном табурете, разглядывал Ли, внимательно следя за ее движениями. Девушка предложила ему нарисовать его портрет, но это был только повод, чтобы еще раз остаться наедине и поговорить. Она не боялась, что не сможет хорошо нарисовать его, ранее она никогда никого не рисовала с натуры. Услышать отказ она тоже не боялась, но Виктор согласился сразу, только при условии, что это будет в месте, где им никто не помешает. Почему была такая просьба Ли не стала интересоваться и ничего в этом странного не увидела. Она больше разочаровалась от того, что парень почти не разговаривал. Обстановка совсем не располагала к написанию портрета начинающему портретисту. Тусклый свет, пробивающийся через маленькое окошко, неудобный табурет, на котором сидел Виктор и ему предстояло так сидеть еще долгое время. Конечно для Ли это не имело значение, а вот Виктору? Она не знала что и думать, и разговорить его девушке никак не удавалось. Парень односложно отвечал, как будто действительно желал поскорее увидеть себя на листе бумаги. — Скажи если ты устанешь, мы сделаем перерыв, — сказала Ли. Ей тяжело было находится в этом неловком молчании и продолжать это она уже не желала. Жаль будет ей, если он скажет — я устал, давай продолжим когда-нибудь, но и терпеть эту пытку тишиной она не хотела. Ей казалось теперь сама ее идея была глупой и ситуация, в которую они попали, была нелепа. — Все хорошо, я хочу, чтобы ты рисовала, — ответил он, не задумываясь. — Тогда продолжим. Только у меня есть просьба. Мне правда сейчас очень тяжело так что… Я не знаю, давай поговорим о чем-нибудь, хотя бы о какой-нибудь ерунде. — Ладно. Попытка была засчитана, только результата она никакого не дала. Парень, как думала Ли, ждал, когда она снова первой начнет что-то говорить, но девушка устала быть ведущей. Казалось, еще полчаса, и она молча развернется и уйдет, больше никогда не пытаясь как-то с ним сблизиться. — Хотя бы расскажи, какой сорт яблок тебе нравится, - это первое, что пришло ей в голову, и что она она посчитала нейтральным. Это не должно разозлить или обидеть, разве что недоумевать, почему она это спросила, но парень, не задумываясь об абсурдности вопроса, ответил: — Не разбираюсь в них. — Тогда расскажи про любимую игрушку, которая была в детстве. — Наверное… автобус, маленький синий железный автобус. — Почему? — Это был странным ответом и таким же коротким, как и предыдущие, но он был очень необычным. — У меня было мало игрушек. Насколько я помню, это были кубики, какие-то плюшевые игрушки, но у автобуса были колеса, так сказать что-то, что было подвижным. И мне нравилось катать его, представляя, что я еду внутри и вижу красивые пейзажи, которые видел только на картинке. — Виктор нежно улыбнулся, от чего Ли совсем застыла в изумлении. — Я знал, что разговоры будут тебя отвлекать, — продолжил парень. — И не потому что у меня интересная жизнь, совсем нет. Просто разговоры они имеют такое свойство. А мне хочется, чтобы ты рисовала. Ты очень… Не важно. Хотя скажу, ты очень красивая. А еще я боюсь, что могу сказать лишнего а ты уйдешь. Девушка не знала как реагировать на эти слова. Виктор сказал тоже самое, что думает она по отношению к нему. Ей хотелось это услышать, но Ли не думала, что его признание прозвучит в такой обстановке. Даже то, что ему приятно находится в ее обществе, девушке льстило. — Спасибо, — робко произнесла она. — Мне хорошо тут... с тобой, поэтому не стоит тебе думать, что меня что-то может вспугнуть из сказанного тобой. Дальше они молчали. И за этот момент Виктор начал думать, что из-за него. Он не хотел сказать то, что может ее поставить в неловкое положение. Раскрыть свои истинные мысли, что может быть хуже? — Я не знаю, — сказала Ли, глядя на законченный портрет. — Мне кажется это не мое. — Покажи, — парень встал, чувствуя как его ноги затекли от долгого пребывания в одной и той же позе. Он подошел и взял лист на котором был он. Получилось плохо, а кто-то бы сказал ужасно, но он только улыбнулся, не отдавая свой портрет обратно. — Я могу его себе забрать? — Конечно, если хочешь. Но я хочу извиниться за него. — Мне все нравится. Это для меня. Ты столько времени потратила, чтобы это сделать. Спасибо. — Если нравится, то пожалуйста. А то, что ты сказал… Это все... это правда? Парень внимательно посмотрел на нее, не понимая, о чем она. — Все, что я сказал, правда. Я не очень разговорчив, я это знаю и сказал почему. Я никогда не общался настолько близко с девушками. — От сказанного у него запершило горло. Это было неприятно осознавать, а за этой мыслью следовали куча других о том, что отнощения между кем-либо могут причинить неприятные последсвия. — Я опять говорю лишнее. Мне в следующий раз стоит прочитать о сортах яблок, чтобы не бросаться словами невпопад. Ли засмеялась, ничего плохо о вышесказанном не думая. Его признание только заставляло девушку краснеть и постоянно от него прятать глаза. — Тогда давай завтра встретимся еще раз, хоть здесь, но ты не будешь говорить о яблоках. — Ты согласна еще раз так вместе провести время? — Предложение, казалось, было очевидным, но парень немного растерялся. — Ты же сам сказал, что в следующий раз расскажешь про яблоки, давай это будет завтра, но без яблок. Что он пытается найти в ее лице, Ли было непонятно, видя как он серьезно смотрит на нее, а она как дура продолжает улыбаться. Только ему не нужно было ничего искать. Он просто любовался светлым лицом той, кто не боялась с ним остаться наедине, кто с ним заговорил и не причинил боль. Для него она была единственной в целом мире, с кем он не боялся быть собой, и он решил что так и должно оставаться. Резкое движение и губы юноши соприкоснулись с ее губами. Парень это сделал по наитию, ему хотелось это сделать и что-то подталкивало его. Анализируя эту ситуацию до или после поцелуя, он бы решил, что этот поступок намного хуже, чем неправильно сказанное слово. Но сейчас Виктор об этом не задумывался, потому что Ли отвечала на поцелуй, неловко прижимаясь губами. Ему с ней было легко как сидеть в тишине или поддерживать короткую беседу, так и целовать ее. Этот день он не хотел забывать и то счастье, которое он никогда раньше не испытывал. Быть не отвергнутым и любимым это все, что он желал всю свою жизнь.