Закройте глаза

       Утро понедельника встретило Винчестера не самыми дружелюбными объятиями. Он вновь мучился бессонницей в ночь воскресенья, поэтому утром чувствовал себя убитым. Дин сильно волновался по поводу Кастиэля, ведь теперь это имя означало много перемен в обычной жизни омеги. Теперь их связывают отношения. Не стандартные, но все же. Винчестер всегда знал, что он излишне много параноит, но сейчас это выявлялось особенно. «Да, мы знакомы с ним уже около двух месяцев. Не плохой срок для того, чтобы уже хорошо знать человека, но это же Новак. Да и, к тому же, они виделись только два раза в неделю в стенах кабинета. Очень глупо предполагать, что за этими стенами Кастиэль придерживается своего образа. К тому же, в субботу я получил яркое подтверждение этому доводу», — Дин плутал в своих мыслях, не желая из них выбираться. Он раз за разом повторял одни и те же фразы, пока собирался утром на работу. — «Вдруг Новак на самом деле какой-нибудь извращенец? А я сам подписался, буквально, под всем этим. Чарли, если меня найдут где-нибудь в лесу мертвым, то я тебя на тот свет сам затащу за твои гениальные идеи!». И именно сегодня Дин узнает, так ли стоит опасаться Кастиэля, как подсказывает ему сознание.        При их последней встрече альфа попросил омегу максимально освободить время после завершения сеанса, если будет такая возможность. Он даже согласился на то, чтобы перенести их встречу с двенадцати часов на более позднее. Дину оставалось лишь поговорить об этом с Бобби, который в свою очередь легко вошел в положение своего «балбеса». Сейчас Винчестеру требовалось приходить на работу к девяти утра и уходить в три дня, но при этом полноценного обеда у него не будет. Он может отлучиться на время между клиентами перекусить, этого никто не запрещает, но потратить обед на передышку он теперь не может. И так сократил рабочий день, поэтому это вполне честно.        Сейчас главную роль играло то, что в три часа омега будет свободен. Дин некоторое время сомневался, стоит ли оповещать об этом Каса, но в конечном итоге смирился с этим и отправил сообщение. Ответ пришел практически сразу, где было написано, что Дин может появиться в кабинете психотерапевта как раз после трех. Винчестер не обязан спешить, если вдруг у него появятся срочные дела, важна сама явка в этот день. Новак же перенесет всех своих клиентов на первую часть дня. Дин чувствовал себя неловко поначалу из-за этого, ведь сам обременяет Кастиэля, но с другой стороны… Каса никто за язык не тянул, значит, все в порядке.        Когда Винчестер уже собирался поехать в мастерскую, Дин решил, что его может подбодрить звонок его личному ангелу-хранителю. Вредному, рыжеволосому, но все же ангелу. Надо же сообщить о такой радостной, для Чарли, новости, да и получить отличный пинок для дальнейших действий. — Винчестер… У меня же сегодня выходной… — послышался жалобный скулеж из трубки. — Я собиралась отсыпаться до обеда… — Ой, прости. Тогда я просто скажу одну фразу, и не буду мешать твоему сну, — омега хитро улыбнулся, усаживаясь в импалу. — Нас с Касом теперь связывают те самые отношения, о которых ты мне говорила.        Только в трубке послышался удивленный вздох, Дин тут же сбросил вызов. Винчестер не спешил заводить мотор, ведь знал свою подругу и ее любопытство. Вот и в этот раз его догадки оправдались, когда спустя несколько секунд на его мобильном всплыл входящий вызов. — Ты же собиралась с… — В смысле, «те самые отношения»?! — судя по тону, Чарли точно перехотела спать. Ее голос весьма красноречиво повествовал о бодрости его хозяйки. — То и значит. Так получилось, что в субботу мы опять почти переспали, после чего я и предложил начать подобные отношения, — Винчестер расслабленно уселся в сидении. — Я был очень удивлен, когда тот согласился. Хотя мне это только на руку. Теперь у меня есть постоянный партнер… — последние слова прозвучали не так уверенно, как должны были. — Ты чего-то недоговариваешь… — А если он извращенец? — напрямую спросил Дин. — Опять старая шарманка, — измученно произнесла Чарли. Винчестер чувствовал, что она закатила глаза. — Он не сделает тебе плохо. — Ты не знаешь его лично, поэтому не можешь утверждать наверняка. — Я делаю вывод по тебе, Дин, — серьезно сказала Брэдбери. — Несмотря на слова, которые ты говоришь сейчас мне: оставаясь наедине с Кастиэлем, ты доверяешь ему. Я знаю тебя не первый год и могу с уверенностью сказать, что подобного от тебя может добиться лишь по-настоящему хороший человек. — Он может использовать гипноз, — попытался защитить свои интересы Винчестер. — Ты сам-то в это веришь? — совсем тихо произнесла Чарли, но для Дина эти слова были практически оглушающими. Ведь она права. Винчестер привык так реагировать на окружающих людей, это буквально напечатано на корке его мозга. От этого очень сложно избавиться, имея столько проблем за плечами. — Давай так. Когда вы в следующий раз встречаетесь? — Сегодня после трех часов, — неуверенно ответил Дин. Что она задумала? — Так вот, если в шесть часов я не дожидаюсь от тебя звонка, то буду вызывать полицию под предлогом… ДТП. Якобы в меня врезался один придурок и нам срочно нужно с этим разобраться, но не в этом дело, — девушка говорила довольно серьезно, или же просто хорошо играла. — Я не уверена, сколько вы там будете играться, — на последнем слове послышалась усмешка. — Поэтому в шесть часов я все же сделаю три звонка. Запомни. Если ты в состоянии будешь ответить, то ты мне ответишь. Если тебя заставят ответить, что вряд ли, то используй «покипси», — Дин улыбнулся последнему слову. Это их секретное слово, которое они использовали еще в далеком детстве, когда вместе играли во дворе. — Если же ты проигнорируешь три звонка, я сообщу в нужные органы. Учти это и не выставляй меня идиоткой, Дин. — Вот это у тебя подготовка, — Винчестер откровенно рассмеялся. Его веселил этот разговор. — Давай просто договоримся, что вечером я тебе позвоню, чтобы рассказать о том, как все прошло и что было еще в субботу, но, если что, ты проследишь за моим телефоном, окей? — Окей, — расслабленно произнесла Чарли. Видимо, она этого и ждала. — Когда вы вообще успели спеться так? Куда делись твои претензии к нему? Когда ты вообще меня познакомишь с ним? — Хэй, Чарли, помедленнее, — Дин все же решил, что ему стоит двинуться в путь, если тот не желает опоздать на работу. — На первый вопрос я тебе отвечу вечером, на второй могу уже сейчас, ведь претензий к нему все также много, а вот на третий… Ты не думаешь, что обычно не знакомят любовников со своими друзьями? Ну… не те это отношения. — Мне же надо знать, за кого я тебя потом замуж буду отдавать.        От возмущения Винчестер чуть не подавился воздухом, но вовремя успел взять себя в руки. Сначала Чарли подбивала его на свободные отношения, а теперь говорит о замужестве. С этой коварной женщиной вообще лучше не иметь общих дел. — Чарли, чтоб тебя, — прошипел Дин. — Предупреждать надо перед такими шутками! — А кто сказал, что я шучу? — Брэдбери засмеялась. — В любом случае… Сейчас я планирую пообщаться с Морфеем. Крутой мужик, жаль, что редко видимся, поэтому, прости, но я с тобой прощаюсь. До вечера. — До вечера, — проворчал Винчестер, откладывая телефон в сторону.        За разговором незаметно пролетело большее время в дороге. Через несколько минут омега припарковал свою детку на стоянке, а сам направился непосредственно в саму мастерскую. Сейчас он должен забыть обо всех своих страхах, отвлечься на работу. Это действительно важно. Дин не может жить в вечных сомнениях. О всех последствиях он подумает уже позже.

***

       И вот, оказавшись у входа в клинику, можно и задуматься о последствиях. Время в мастерской шло слишком быстро, придвигая все ближе час встречи. «Что именно собрался делать Новак? Сеанс и ласка… Сеанс ладно, привыкли уже, а вот второе… Не стоит скрывать хотя бы от самого себя, что те два контакта, которые были у меня с Кастиэлем, были весьма приятными. Но это не дает мне права со стопроцентной вероятностью утверждать, что альфа будет вести себя так всегда. Может, просто боялся спугнуть?», — размышлял Дин, наматывая круги. — «Дин, успокойся. Мы уже, вроде, прошли этот этап. Кастиэль психотерапевт и он нам поможет с нашими загонами. К тому же, теперь он наш любовник. Не понравится сегодня — не придешь в пятницу. Ну, не убьет же он тебя. Столько людей там по этажам бегают, явно что-то заподозрят, если дела пойдут не так». Глубоко вздохнув, Дин более уверенной походкой направился внутрь клиники. Он старался не обращать сильного внимания на то, что в голове его личность внезапно решила размножиться. — Мистер Винчестер, рада Вас видеть, — с улыбкой поприветствовала его Анна. — Я думала, Вы уже не придете к нам. — Были не отложенные дела, — Винчестер был в замешательстве от такого внезапного дружелюбия. Анна всегда к нему относилась с вежливостью, но чтобы так… Хотя, может у нее просто что-то хорошее произошло. — Мистер Новак уже ждет Вас, поэтому поторопитесь, — также весело сказала девушка, уходя от пациента.        Дин еще некоторое время смотрел бете вслед, будучи удивленным такому поведению, но все же фраза о Новаке заставила его ускориться. Стрелки уже стремительно приближались к четырем часам, что уже вызывает некоторые вопросы по поводу времяпровождения Дина. Но Кас же не будет его расспрашивать, верно? Винчестер не особо горит желанием придумывать отмазки, как в далеком детстве перед родителями.        Находясь под действием магического пинка, Дин не тормозил и перед дверью кабинета. Винчестер на автомате постучал в дверь и, услышав «заходи», вошел внутрь. Кастиэль прибирался на своем столе, не обращая внимания на вошедшего человека. Дин и не стал ждать момента, пока альфа поднимет на него свои голубые глаза, поэтому быстрым шагом прошел к своему излюбленному месту. Только Винчестер удобно уселся в кресле, как Кас подал свой голос: — Не туда, Дин, — омега удивленно взглянул на психотерапевта. — Я хочу видеть тебя напротив меня. Сядь сюда, — он взглядом указал на стул перед своим рабочим столом. Винчестер послушно поднялся со своего места и пошел на новое. В этот же момент Новак наконец оторвался от бумаг на своем столе, но усаживаться в свое кресло он не спешил. Скорее наоборот. Кастиэль обогнул свой стол и пошел в сторону двери, что вызвало у омеги легкое недоумение. Но в тот момент, когда Новак вставил в замочную скважину ключ и провернул его два раза, так и оставляя его там, Дину стало вполне ясна причина. Альфа не хотел отвлекаться на такие мелочи посреди процесса. Предусмотрительно, но и подозрительно. — Ты рассказывал мне, что признал свои проблемы. Я хочу услышать о них из твоих уст, — Дин заерзал, когда Кастиэль оказался перед ним на своем месте. Винчестер определенно чувствовал себя более уверенно, когда мог уставиться в потолок без особых на то причин. Просто не смотреть в его глаза. Сейчас же это будет подозрительно, если Винчестер внезапно заинтересуется чем-то другим. — Д-да… Я думаю, что у меня проблемы с эмоциями. Я не могу их контролировать, вот и случаются такие срывы, — Дин старался отвлечься от Новака этим диалогом. — У меня избыток неблагоприятных чувств, вот они и дают по нервам. Думаю, если научусь их в нужное русло направлять, то все нормально будет. — Ты так думаешь? — спросил Кастиэль, но по его лицу можно было понять, что он сомневается в словах своего пациента. Новак-то уже точно определился с диагнозом, и он никак не вяжется с тем, что предложил Дин. Но Кастиэль отличный психотерапевт, а Винчестер сложный пациент. Если Новак попытается оспорить его мнение, то получит лишь гневную тираду от Дина и хлопок двери. — В любом случае, я рад, что ты это понимаешь. Это уже огромный шаг к успеху, — ему придется пойти на обман для самого же пациента. — Мне придется немного скорректировать наше будущее лечение, но пока я хочу просто с тобой побеседовать. Обычный диалог, который ни к чему тебя не обязывает. Ты можешь отвечать на вопрос, а можешь воздержаться.        Кастиэль открыл верхний ящик своего стола, где лежал его блокнот. Дин, конечно же, его увидел, а также и заметил, как психотерапевт внезапно остановил руку в воздухе, а после и вовсе закрыл ящик. Винчестера позабавила эта ситуация и даже заставила тихо посмеяться. Голубые глаза сощурились и уставились на собеседника. Видимо, Кас все же не хотел бесить Дина, поэтому решил пойти на некоторые уступки. — Расскажи мне некоторые моменты, когда ты не смог сдержать эмоции? — Винчестер расслабился, и хотел было уже начать разговор, но ему этого не дали. — Я выслушаю все, кроме тех моментов, которые мне уже известны.        Конечно же, Дин хотел вспомнить недалекое прошлое, но из-за последней фразы ему придется углубиться дальше в воспоминания. Не хотелось рыться в самых неприятных моментах, поэтому Винчестер рылся где-то на поверхности. Он рассказывал Кастиэлю ссоры с Бобби, Чарли, то, как он срывался на своих родителях, Сэмми. Мелкие проколы, свойственные каждому человеку, но и Кастиэль, и Дин знали, что именно скрывалось за этими ситуациями. Новак уже радовался тому, что Винчестер не закрылся от него в этот раз. Неважно, что эти воспоминания вряд ли помогут психотерапевту. Сейчас важен именно контакт. — Дин, я хочу попросить выделить тебя пять факторов, которые способствуют всплеску твоих эмоцией. Не обязательно отрицательных, — Кастиэль откинулся на спинку стула, не сводя взгляда с задумчивого Дина. Сейчас с омегой было намного приятнее работать, ведь не нужно было тратить время на споры. Хотя, прошло от силы минут двадцать, так что все еще впереди. — Ну, здесь надо подумать, — зеленые глаза шарили по всему кабинету, словно ответы могли быть написаны на стенах. Или, возможно, он рылся по воображаемым ящичкам в своей голове, пытаясь найти нужную секцию? — Ненавижу, когда кто-то говорит, что я не прав. Не умею признавать это, — Дин неосознанно закусил губу. Это задание оказалось сложным не в плане недостатка причин, а как раз-таки их изобилия. — Не люблю, когда кто-то говорит о моих родителях. Не имеет значения, хорошие слова это или нет. Вот эти все «я так соболезную» просто отвратительны, — зеленые глаза метнулись к Кастиэлю, как бы напоминая причину излишней вредности Дина на первых сеансах. — Ненавижу все шутки в сторону омег. Думаю, даже ты понимаешь, почему именно, — Кастиэль покорно кивнул. Ни для кого не секрет, что в современном мире омег сильно принижают и высказываются о них далеко не лестными словами. — Люблю, когда меня хвалят. Ты не подумай, что я какой-то ненормальный. Похвалу любят все. В такие моменты ради этого человека готов горы свернуть, чтобы ожидания оправдать, — омега наконец улыбнулся. — Я могу пятым пунктом поставить вкусную еду? — со смешком спросил Дин. — Еда всегда вызывает у меня обилие положительных эмоций.        Кастиэль поддержал его своим смехом. — Само собой, можно. Это причина заставляет тебя улыбаться, — улыбка так и не уходила с его губ. — Теперь выбери четыре причины, которые больше всех влияют на окружающих. Приносят больший вред или наоборот, восторг. — Омеги, правота, семья и… черт, а здесь уже сложно выбрать, — теперь очередь Дина опираться на спинку стула в раздумьях. — Скорее всего, похвала. Я перестараться могу. — Отлично. Среди этих причин выбери три, с которыми тебе больше всего приходится контролировать себя. Чаще всего сталкиваешься в буднях. — Омеги, правота, семья, — без колебаний ответил Дин, не совсем понимая, куда клонит Кас. Он уловил эту прогрессию, но зачем ему это? — Дальше два фактора, которые ты сам преодолеть не сможешь. Просто представь идеальные для тебя условия и выдели то, что все равно бы осталось для тебя проблемой.        Дин понимал, что невозможно сделать так, чтобы о его семье забыли. Любые знакомые будут знать о его прошлом и разные фразы в любом случае будут проскальзывать. Это же и касается правоты. Винчестер знал, что порой бывает не прав, а если его еще и будут слушать, то это будет кавардак. Насчет омег еще можно было бы подумать, чтобы создать мир без этих гендеров… Где можно было бы выбирать свою историю. — Я думаю, это будет правота и семья.        Услышав ответ, Кастиэль принял менее расслабленную позу, опираясь на стол двумя руками. Он с особым вниманием рассматривал лицо Дина, заставляя последнего нахмуриться. — Выдели то, что является самым тяжелым грузом для тебя. Что тебя беспокоит из этих двух причин больше всего?        Вот это по-настоящему сложный вопрос. У него есть выбор между правотой и семьей. Без контекста звучит странно, но не будем на этом зацикливаться. Семья всегда была и будет самым дорогим для Дина, это не изменить. Его родители умерли, но его семья не только мать и отец. Сэмми, его брат, тоже дорог ему и это дает свой вес проблеме. Винчестер привык к тому, что он вынужден заботиться, а сейчас эту заботу ему девать некуда. Конечно же, никакой и речи не могло быть об отдаче. Нет, Сэм навещал брата, они все также проводили время вместе, но не постоянно… Дин не хотел казаться эгоистом, но приходится признавать, что иногда таким он и является. Вот, кстати, и правота дает слабину. Винчестер все же признает порой, что он не прав, но стоит ли это считать за меньший груз? Видимо, Дин настолько сильно начал мучиться с выбором, что даже Кастиэль это заметил. — Ты можешь не отвечать, Дин. Я говорил в начале, что ты можешь промолчать, — Кас говорил это ласково, словно пытался уберечь Дина от мучительных мыслительных процессов. Забавно. — Ты уже проделал огромную работу, которая определенно поможет нам. — Нет… Я скажу, — Винчестер понимал, что Новак все же хочет узнать финальный ответ. Кастиэль не давит на него и это вызывает умиротворение. — Я не уверен, но скажу. Я думаю, семья тяжелее. Я иногда могу спокойно признать очевидные факты, но с семьей исключений нет. Но мои сомнения в том, что на правоту я реагирую острее. Там могут и кулаки в ход пойти… — зеленые глаза неуверенно глянули в голубые, пытаясь понять, устраивает ли обладателя подобных глаз его ответ.        Кастиэль же коротко кивнул, поднимаясь со своего места, обходя свой рабочий стол. Он добился того, чего хотел. Возможно, если бы сейчас Новак предложил Дину пройти этот своеобразный тест еще раз, то финал был бы другой, но ведь и суть этого задания не в этом. Кастиэль заставил Винчестера посмотреть на свои проблемы с нескольких сторон, заставляя анализировать важность каждой. Но, несмотря на это, оставлять Дина в своих мыслях сейчас нельзя, ибо в его голове сейчас очень хрупкая грань. Если он ее разрушит, то там недалеко до самокопания, а это явно не нужно для психотерапевта. Ему бы разгрести прошлый завал. Кастиэль должен отвлечь Винчестера, показать более сильный эмоциональный всплеск и он, голубоглазый чертенок, знает, как это сделать. — Мне очень нравится, что ты идешь со мной на контакт. Сразу бы так, Дин… — То, что я ответил на вопросы, еще не значит, что я внезапно решил тебя слушать, — зеленые глаза пристально следили за альфой, который вдруг решил прогуляться по кабинету. — Я отвечаю, потому что ты задаешь правильные вопросы. Они меня пока устраивают. — То есть, если я начну запретную тему, то ты вновь устроишь скандал? — в голосе альфы звучали странные, незнакомые нотки. Кастиэль словно смеялся над Винчестером, но ведь это не так. — Само собой. Я могу показать тебе такую истеричку, какую ты еще не видел, — он усмехнулся. — Но ты учти, что зрелище это далеко не приятное. Ты захочешь это забыть, — шатен повернул голову к окну, ведь Кас стал бродить за его спиной. Не особо было интересно наблюдать за Новаком, который ходил кругами. — Ты меня заинтриговал. Я теперь, — внезапно на горле омеги оказалась чужая рука, вынуждающая поднять голову вверх. Кастиэль же опустился ниже и в самое ухо продолжил фразу. — Очень хочу… Увидеть эту истерику. Помнится, в нашу последнюю встречу ты даже пустил слезу, — Новак растягивал слова, а сам улыбался реакции Дина. Винчестер же густо покраснел, но вырваться не пытался. Он не видел синих глаз, и это даже успокаивало его. Новак не может наблюдать за ним, а это значит, что у Дина есть мизерный шанс придумать правдоподобную отмазку, которая хоть немного выставит Винчестера с брутальной стороны. — Я не ревел. У тебя галлюцинации, Кас. Может лечение нужно тебе? — Дин неуверенно усмехнулся.        Рука тут же слабо, но ощутимо, сжалась. Дыхание стало опалять уже висок омеги. — Дин-Дин… Уроки прогуливать нехорошо. Может, если бы ты не прогуливал их, то знал бы различия между психотерапевтом и психиатром, — горячий язык про скользил по бьющейся на шее жилке, оставляя влажный поцелуй под ухом. — Я знаю разницу между этими двумя профессиями, — Винчестер перешел на шепот, наслаждаясь волнами мурашек. — То, что ты уже воспринял все на свой счет, не делает меня глупым. Я прав… Ах!        Кастиэль сомкнул свои губы на тонкой коже шеи, оставляя багровеющий засос. Ему нравился результат, поэтому в завершение он провел по отметке языком, охлаждая. Дин на подобную махинацию откинул голову назад, неосознанно давая хищнику большую площадь. Разум начинал постепенно затуманиваться, давая волю жарким фантазиям. Вернуться к сеансу омега явно теперь не хотел. — Дин, мы вроде выяснили, кто из нас прав, в прошлый раз. Я не думаю, что и в этот раз что-то изменится… Хотя, — Новак одним уверенным движением поставил Дина на ноги, заставляя руками упереться в стол перед собой. — Я всегда могу доказать тебе это еще раз, — психотерапевт устроился ровно за омегой, вжимаясь в бедра Винчестера. — Так не честно, — дыхание омеги участилось. Дин пытался уцепиться руками за гладкую поверхность стола, что было невозможно. — Омеги всегда становятся податливыми под натиском альфы. Я в таком состоянии и душу могу продать, Кас. — Не важно, — по-детски отмазался Новак, запуская руки под все слои одежды, соприкасаясь с оголенной поясницей омеги. — Души мне мало. Я желаю всего тебя. От тела, до сознания. — Звучит очень по-собственнически, — Винчестер улыбнулся, вытягиваясь вдоль стола, ведь Кас одной рукой весьма многозначительно надавил тому на лопатки. Теперь он смог вцепиться в противоположный край стола. Новак слабо терся пахом о бедра омеги, заставляя последнего возбуждаться от такой атмосферы. — Сбавь натиск, а то сбегу. — Не делай вид, что тебе это не нравится. Тело сложно обмануть, — Кастиэль хотел уже скорее приступить к более заманчивой части их разговора, поэтому руки быстро оказались на ремне омеги, расстегивая. — Я никогда не сделаю ничего такого, что не принесло бы тебе удовольствия. В этом я очень внимателен.        Это всего лишь слова, но из-за них Винчестер ощутил странное спокойствие. Его сознание опять впускает в себя Кастиэля. Омега должен был бы воспротивиться такому, но так не хотелось этого делать.        Новак, тем временем, шустро сдернул с Дина штаны и слегка намокшие боксеры, оставляя их на щиколотках омеги. Правой рукой брюнет легко провел по внутренней части бедер, случайно размазывая выделившуюся смазку. Она не особо приятно холодила кожу, особенно если учитывать, что Дин распален не в самой максимальной форме, но Кастиэль это недоразумение поспешил исправить. Новак задирает рубашку с футболкой омеги выше, оголяя спину. Ему приходится буквально навалиться на Дина, оставляя горячие поцелуи на коже, а освободившимися руками он начинает вырисовывать незамысловатые узоры на животе Винчестера. Новак не опускается слишком низко, скорее просто дразня прикосновениями. Лишь когда Дин начал ерзать, пытаясь коснуться напряженным членом рук психотерапевта, Кас переместил одну руку к ягодицам, а вторую оставил на месте. Пока указательным пальцем он водил вокруг скользкой дырочки Дина, кольцо из пальцев другой руки оказалось на члене Винчестера, заставляя последнего издать нетерпеливый стон. Кастиэль лениво надрачивал ему, скорее просто создавая ощущение присутствия, а сам взялся за растяжку.        Несмотря на готовность омеги к дальнейшему, первый палец входил с явным сопротивлением, что заставило задуматься альфу. Новак предполагал, что Дин мог редко отдаваться другим альфам, но чтобы получить подтверждение этому… Он не был готов. Кастиэль думал, что Винчестер хотя бы сам себя удовлетворял, но если тот и дрочил, то явно не так, как надо бы. — Ты такой узкий… — озвучил вслух свои мысли психотерапевт, разглаживая влажные стеночки внутри. — Как часто ты мастурбируешь?        Дин не стал отвечать на этот вопрос, хотя прекрасно расслышал его. Винчестер не то чтобы не любит эксперименты, он еще и недолюбливает пошлые разговоры во время процесса. Это же странно. Дина никогда такое не возбуждало.        Но Кастиэль явно не любит, когда его игнорируют, ведь в следующий момент рука на члене внезапно ускорилась. Не прошло и нескольких минут, когда Дин стал практически задыхаться от приятных ощущений и спереди и сзади, как тут же Кас сжал основание его члена, притупляя наслаждение. — Отвечай на вопросы, когда я их задаю. Как часто ты мастурбируешь?       Дин, который до сих пор пытается вырваться из хватки Новака и продолжить приятные касания, стал издавать тихие, едва различимые, хныкающие звуки. — Раз… или два в неделю. Не люблю один… Не нравится, — все же ответил Винчестер. Он издал очередной стон, когда они вернулись к медленному темпу, а к указательному пальцу добавился еще один. Дин не видел, но ощущал, что смазка уже стекала по яйцам, капая, вероятно, на пол. — И тебе хватает? — искренне удивился Новак. Это же и впрямь чертовски мало для молодого омеги. Да даже взять в плюс утреннюю эрекцию. Там уже явно больше двух раз в неделю. — Судя по реакции… Ты дрочишь чаще, верно? — даже в такой ситуации, Дин решил пустить издевку. — Конечно, чаще. И я этого не стесняюсь. Оргазм помогает человеку быть счастливее, — он усмехнулся. — Я не могу заводить интрижки из-за работы, поэтому приходится мастурбировать. Ты ведь понимаешь, что альфам в этом плане сложнее. Одного раза зачастую и не хватает. — А с чего ты вообще завел интрижку со мной? — Дин поднялся на локти, опуская лоб на поверхность стола. Пальцы внутри него разъезжались в стороны, сгибались, практически постоянно толкаясь в чувствительный комок нервов. Винчестер чувствовал, что кончит сегодня точно не один раз. — Это не интрижка, а своеобразные отношения. Меня такое устраивает, — Новак наконец добавил третий палец, замечая дрожь в бедрах омеги. Голубые глаза удивленно наблюдали за этим. — Ты мне должен будешь показать, как дрочишь. Я хочу это увидеть. — Ни… за что, — с придыханием ответил Дин, поворачивая голову чуть в сторону. Внезапно, он заметил недалеко от себя горсть разорванных бумажек. Все они были белыми, за исключением двух или трех, которые перевернуты лицевой стороной вверх. Винчестер понял, что это был разорван какой-то снимок, но зачем это делать Кастиэлю? Судя по открывшимся кускам, на фотографии была девочка, которая держала в руке шарик. А как еще объяснишь маленького человечка в фиолетовом платье и маленькой ручкой с ленточкой в ней? Но не мог же Кас разорвать фото только из-за этого. Значит, дело в другом, но в чем? Может, просто на фото еще и он неудачно получился? Но… странно все равно. Дин не мог взять эти обрывки прямо сейчас и начать складывать пазл. Это совсем немного странно в такой ситуации. Совсем немного. — Тогда давай так, — не нравилась шатену эта интонация. — Ты считаешь до десяти и если ты кончишь до того, как закончишь счет, то ты будешь мне должен это желание. Идет? — Н-нет… — Винчестер уже догадывался, что слушать его никто не будет. — Поздно. Считай. И только попробуй ускорить счет. — Раз, — тихо начал Дин, ощущая внезапно сменившийся угол проникновения. Кастиэль не стал терзать чувствительный член Винчестера, просто слабо поглаживал головку, хотя… Считается ли это за терзание, если омега уже готов кончить? — Два, — толчки ускорились, заставляя шатена закусить губу, пытаясь приглушить нетерпеливые стоны. Кастиэль концентрировал все своё внимание на своих движениях и реакции Дина на его махинации. — Т-три, — дрожь в голосе утаить становилось все сложнее. Винчестер старался абстрагироваться от всех ощущений, ведь ему практически жизненно необходимо потерпеть до десяти. Он не хочет проигрывать Кастиэлю. В голове невольно появлялись мысли, что произойдет в момент проигрыша. Как именно заставит Новак исполнить свое желание? Просто сядет напротив или же все также будет рядом? Нервировать своим присутствием? — Четыре, — при каждом толчке, пальцы Новака метко попадали по простате. Дин даже удивился такому, но отвлекался он не долго. Такая стимуляция прекрасно приближала оргазм, а именно сейчас это не есть хорошо. Кастиэль определенно не первый и явно не десятый раз проворачивает такие махинации. У альфы точно большой опыт, иначе это не объяснить. — Пять! — испуганно выкрикнул омега, не ожидая того, что альфа решит добавить внимания на его член. Рука активно начала двигаться, из-за чего Дин заерзал, пытаясь уйти от ощущений. Кастиэль быстро заметил это, навалившись на тело Винчестера. Это позволило немного зафиксировать нижнего в одном положении. — Шесть… — Дин уже понимал, что победу в этом споре ему явно ждать не нужно, ведь слезы отчаяния уже появились в уголках глаз. Винчестер даже дал мысленно себе подзатыльник за такую слабость, ведь Кас вновь оказался прав. — Семь, — Новак внезапно стал большим пальцем с особым рвением тереть щелочку Дина. — Нет, стой! Стой!        Винчестер вытянул руку назад, пытаясь схватить за Кастиэля, но было уже слишком поздно. Тело омеги свело судорогой, а сам Дин издал протяжный стон. Все тело было напряжено, поэтому вытянутая рука с глухим ударом вцепилась в край стола. Кастиэль сделал шаг назад от Дина, завороженно наблюдая за представившейся картиной. Новак знал, что этот омега довольно горяч, но чтобы настолько… Во время оргазма, который шатен так старательно оттягивал, он полностью навалился на стол, ведь собственные ноги отказывались уверенно стоять. Струи спермы испачкали внешнюю стенку стола Новака, что теперь весьма заметно выделялись на поверхности. Дин, все еще мелко сотрясаясь, слегка усмехнулся. В его голове появилась мысль, что омега совсем не прочь посмотреть на психотерапевта, пока тот будет оправдываться перед уборщицей.        Винчестеру всегда нужна передышка после разрядки, которую ему всегда давали прошлые партнеры, именно поэтому Дин явно не ожидал ощутить легкие поглаживания у себя на спине, заползающие под еще неснятую рубашку. Кастиэль делал это не с целью возбудить партнера повторно, скорее еще сильнее расслабить. Новак массажными движениями растирал еще недавно напряженные мышцы, из-за чего Дин блаженно прикрыл глаза и поплыл по течению. Было в этом жесте что-то необычное, что-то особо приятное.        Спустя десять минут, когда Винчестер уже стал замерзать в такой открытой позе, Кастиэль помог тому подняться. Он усадил Дина на стол, а сам оказался между его ног. От альфы исходило приятное тепло, поэтому Винчестер уткнулся носом в шею партнера, ощущая объятия Кастиэля. Они просидели в такой позе еще некоторое время, пока последние отголоски оргазма покидали омегу. — Ты так прекрасен, — прошептал Новак, не смея что-то предпринимать в сторону омеги. Возбуждение Каса никуда не делось, показывая свое присутствие ощутимым дискомфортом, но давить на Дина тот не посмеет. — Уже прекрасен? А как же твое «хэй, придурок, ты только мой пациент и никто больше»? — Винчестеру нравилась эта атмосфера, но поиздеваться можно всегда. — Я умело врал тебе, Дин. Конечно, ты сразу меня привлёк, но я же не мог сказать тебе прямо. Я профессионал. Я был уверен, что не поддамся соблазну, буду твёрдо выполнять свою работу, но, как можно понять по нашей позе, не получилось, — Кастиэль не сдержал смешка, поглаживая спину омеги.        Винчестер смутился такому откровению, но любопытство всегда перевешивает чашу весов. — Чем же я тебя мог привлечь? Вроде характер не ахти, но, несмотря на это, все случилось так, как случилось… — Ты невероятен, Дин, — говоря это, Кас сопровождал свою речь влажными поцелуями на его коже. Винчестер сам подставлялся под приятные касания, но и не забывал слушать голос Новака. — Помнишь тот сеанс, когда у тебя началась течка? Ты резвился в своей реальности с каким-то Полом, а я выслушивал твои стоны. Ты так извивался на том кресле, а я ничего не мог поделать… Я не сразу понял, что с тобой, поэтому просто продолжал сидеть и пытался вернуть на нужную волну. Уже тогда у меня встал… — Кас неосознанно совершил толчок в бедра Дина, доказывая нынешнее возбуждение и то, что он все еще без разрядки. Винчестер отозвался слабым стоном, ведь все еще был довольно чувствительным, но это не мешало новой волне возбуждения накрывать шатена. Дин не знал, что может так быстро реабилитироваться после оргазма, ведь прошло всего ничего. Хотя, вполне возможно, что далеко не последнюю роль сыграл запах Кастиэля, который сейчас буквально был везде. В любом случае, когда рука Кастиэля нежно опустилась на поднимающийся член Винчестера, Дин протестовать не стал. — Только от твоих стонов. Черт, как же я винил себя за это после… А когда я почувствовал твой запах, который усилился в несколько раз. Ты же и так пахнешь, что крышу сносит, а во время течки и подавно. Я едва смог уйти из кабинета. Думал, что ты не одобришь, если я возьму тебя, к примеру, на этом столе, но я ошибался. Сейчас ты здесь, со стояком, на моем рабочем столе, готовый для меня… Ты же хочешь этого, да? Дин, ты же представлял это? Скажи, что я прав… — его движения ускорились и, кажется, Кас этого не замечает. Альфа был словно в бреду. — Представлял… Прав, — с придыханием сказал Дин, наконец отпрянув от альфы. Винчестер оперся на свои руки, наблюдая за махинациями психотерапевта. — Мне нравится твоя покорность, — прошептал Кас, мягко поворачивая голову омеги к себе. В следующий момент он прикоснулся к губам Дина, пробуя вкус. Они уже целовались, но не так, чтобы запомнить подобные мелочи. А Новак жаден. Он хочет ощущать Дина везде.        Винчестер продолжал плыть по этим волнам, охотно отвечая на умелые ласки. Дин понимал, что Кастиэль не железный, и то, что он сейчас терпит свое возбуждение, делается лишь ради омеги. Шатен не может пользоваться этим предложением слишком долго, поэтому руки уже опустились на ремень его брюк. Новак не помогал партнеру, но желал еще больше ощущений, чем те, которые уже получал. Кас довольно быстро углубил скромный поцелуй, предавая ему горячие нотки. Язык альфы блуждал в чужом рту, вступая в танец с языком Дина. Его руки не блуждали по телу, но все так же уверенно обнимали напряженное тело. От удовольствия мурашки по телу шли у обоих.        Винчестеру нравились поцелуи Кастиэля. Если вспомнить, то Дин никогда не был любителем этого слюнообмена, поэтому часто избегал этого, но с Касом… С ним хотелось чувствовать это. Возможно, Дин повзрослел и понял прелести поцелуев, а, может, и просто Новак отменно целуется. Кто знает? Главное лишь то, что Дин оставил в своей голове пометку, чтобы целовать Каса почаще. Они же любовники, верно? Значит, не будет странным, если Винчестер внезапно захочет ощутить губы Новака на своих. В крайнем случае придумает глупую отмазку.        Тем временем, пока Кастиэль полностью отдавал себя поцелую, Дин разобрался с ремнем и ширинкой, сдергивая брюки вниз. Вот только Кастиэль успел их перехватить по пути, чтобы достать из кармана презервативы. Предусмотрительно. В конечном итоге, Кас позволил продолжить махинации со своими штанами. Они остались висеть на щиколотках, но это мелочи в сравнении с тем, что сейчас предстало перед Винчестером. Сквозь синюю ткань боксеров четко выступал мощный стояк. Винчестер понял это лишь тогда, когда накрыл своей ладонью член Каса, ловя в губы тихий стон. Новак непроизвольно сильнее прижался к руке, отчаянно желая большей стимуляции, которую сейчас получить, увы, не может, но совсем скоро… — Теперь-то я уверен в одном факте, — с довольной улыбкой произнес Дин, укладываясь на столе. Он немного поерзал, чтобы в будущем ничего сильно не затекало. — О чем ты? — Новак завороженно осматривал омегу перед собой, освобождая член из боксер. Одним ловким движением Кастиэль раскатал презерватив по стволу. — Мы ведь оба в курсе, что концентрация феромонов увеличивается при возбуждении? — Дин обвил своими ногами талию Каса, заставляя того прижаться к нему еще ближе. — Раньше я думал, что ошибаюсь, но нет. Ты явно чем-то не тем занимаешься в кабинете. — Так ты об этом, — Новак закусила нижнюю губу, приставляя член ко входу. Он не вошел сразу, скорее дразнил. — Я работаю постоянно, поэтому и расслабляться некогда. Да, я дрочил в этом кабинете, но очень редко. У меня же слабый феромон, он не мешал посетителям. — Но не мне. — Но не тебе. Как раз таки после тебя у меня и начались эти приключения, — без злости проворчал Кастиэль. — Конечно же, я дрочил на тебя, Дин. Каждый раз, когда ты покидал мой кабинет. Каждый гребаный раз. Твой запах оставался в этом кабинете надолго, в нем невозможно было работать… А когда ты смирился с тем, что ты должен посещать психотерапевта, то мне и вовсе пришлось купить пачку салфеток и поставить под стол. Не все же время портить важные бумажки… — Серьезно? — Винчестер бы рассмеялся, если бы Кастиэль внезапно не качнул бедрами. Новак не вошел полностью, само собой, но ощущения легкого жжения все же появилось.        Несмотря на хорошую растяжку, легкая боль всегда будет. Дин был прекрасно об этом осведомлен, поэтому просто решил отдать это дело в руки Каса, который совершенно не возражал. Он медленно и весьма нежно совершал первые толчки, давая привыкнуть партнеру к чувству наполненности и лишь тогда, когда Дин судорожно вздохнул на очередной, явно меткий, толчок, Новак решил вспомнить о себе.        Теперь Кас двигался быстро и, возможно, даже грубо, но Дин не возражал. Винчестера волновали лишь две вещи. Первая — как не кончить позорно быстро. Вторая — как заглушить стоны, которые так и рвутся наружу. С первой проблемой он справлялся явно хуже, чем можно это представить, но здесь уже вина Новак. Хотя такая ли это вина… Вторую же проблему Дин решил тем, что просто закусил ребро ладони. Удовольствие и боль смешались воедино, заставляя его жмуриться. Слезы закончились еще на первом раунде, поэтому сейчас можно об этом не волноваться.        Кас не сбивался с построенного темпа и не сводил затуманенного взгляда с омеги. Из-за обилия смазки по кабинету разносились хлюпающие и весьма смущающие звуки. Одной рукой Кастиэль стал поддерживать ногу Дина, неосознанно поглаживая пальцами разгоряченную кожу. Вторую руку он опустил на торс Винчестера, словно удерживая того на месте. По крайней мере, Дин вцепился в его кисть, удерживая ту на положенном месте. — Ты… Волшебный, — в очередной раз произнес Кастиэль.        Дин, услышав это, потянулся к своему члену, желая получить уже разрядку, но рука так и не достигла цели. Кастиэль перехватил ее на полпути и прижал к столу. Зеленые глаза с вопросом уставились в голубые. Новак безмолвно приказал нижнему не прикасаться к себе. Дин не сдержал недовольного скулежа, увидев самодовольную улыбку брюнета. — Нетерпеливый, — тихо сказал Кас. — Таких нужно учить выдержке.       Новак, словно в подтверждение своих слов, стал совершать грубые толчки исключительно в простату. Такое даже для Дина было слишком. Приятные ощущения скапливались сгустком внизу живота и не стремились куда-то исчезнуть. Это было слишком. Все было слишком. — Кас, К-кас, — шипел Дин, убрав руку от своего лица. — Да? — альфа дышал тяжело, но разума, видимо, не терял. — Пожалуйста… — Пожалуйста, что? — голубые глаза уставились в зеленые. — Скажи полностью. — Кас, дай… Кончить, пожалуйста, — хныча, произнес Винчестер, делая еще одну попытку к дополнительному прикосновению, и вот чудо: Новак сам взял все в свои руки, в прямом смысле этого слова.        Альфа провел кончиками пальцев по члену Дина, а шатен, в свою очередь, выгнулся дугой. Его мышцы напряглись. Винчестер вскрикнул, за что точно потом получит от Новака, но сейчас никого это не волновало. Из члена брызнули повторные сгустки спермы, которые отличались меньшей интенсивностью. Не удивительно, после второго-то оргазма вряд ли будет хороший объем, но на ощущения это явно никак не влияло. Дин даже было подумал, что сейчас испытывает один из лучших оргазмов в своей жизни.        Кастиэль также поспешил за Дином переступить черту, ведь оргазм омеги отдавал приятной узостью и пульсацией, что шло на руку Новаку. Он сделал еще несколько движений, и замер, кончая в презерватив. Он старался как можно тише простонать, но из-за сжатых зубов послышался гортанный рык.        Они понежились на отголосках оргазма еще некоторое время. Винчестер даже успел провалиться в некое подобие дремы, и ее не разрушило даже копошение Кастиэля. Дин не стал следить за действиями психотерапевта. Скорее наоборот. Попытался абстрагироваться от всех звуков, и ощущений, ведь в следующее мгновение почувствовал нежные касания в области торса. Мозг не желал соображать, но все же выдал догадку о том, что Новак сейчас вытирает следы спермы с омеги, дабы та не засохла. Заботливый, значит… Вероятно, вытирает теми самыми салфетками, про которые ему и рассказывал. От этих мыслей на лице Дина расцвела сонная улыбка.        Только касания прекратились и Винчестер подумал, что наконец сможет отдохнуть, как его внезапно стали усаживать на стол. Никакие ворчания не переубедили Новака, что заставило шатена разлепить свои веки. — Чего…? — Ты замерзнешь, спина заболит. Ляг на диван, я тебя пледом укрою, — также тихо произнес брюнет, словно боялся испугать Дина громкими звуками.        Винчестер неохотно поднялся и кое-как переполз на диван, улегшись на живот. Альфа, как и обещал, укрыл того пледом. В светлой голове вновь проскользнула мысль о том, откуда именно Кас взял плед в рабочем кабинете? Голова совершенно не хотела сейчас раздумывать над этими мелочами, но все же подослала в воображение картинку из сериала, где пациенты говорят о своих проблемах, укрывшись пледом. Дин никогда этого не понимал. Люди, рассказывающие о своих проблемах, мерзнут? Говоришь и тепло теряешь? Или что?        Винчестер, как и ожидалось, заснул. Прошло уже два часа, когда он соизволил открыть свои глаза и уставиться на занятого Каса. Новак сидел за ноутбуком и что-то листал. Возможно, он просто ждет пробуждения омеги, чтобы уйти домой… Поэтому шатен медленно поднялся с дивана, ощущая, как стали ныть мышцы. Неприятно, но воспоминания накатывают сразу. Дин ведь так голышом и спал.        Новак, заметив движение со стороны, тут же отвлекся от своего занятия. Он поднялся со своего места и подошел к омеге. — Выспался? — Ага… Прости, что задержал. Само вышло… — Не оправдывайся, я понимаю, что ты устал, — почему-то эта фраза прозвучала с некоторой иронией, или все же Дину это показалось? — Тебе стоит попить и, в идеале, перекусить, — только сейчас Винчестер увидел, что на краю стола стоял стакан с оранжевой жидкостью и кусочек пирога. Дин и не догадывался до этого момента, что в его желудке настолько пусто. — Я не рискнул тебе что-то давать в том состоянии. Вдруг подавился бы… Или опять ворчать начал.        Дин фыркнул, но весьма бодро принялся за угощенье. Это убедительный способ заткнуть старшего Винчестера на некоторое время. — Слушай, я тут подумал… — Кас отвел взгляд в сторону. — Если у тебя нет сегодня дел, я мог бы довести тебя до дома. Как раз заканчиваю.        Винчестер едва не подавился после такого предложения. «Он же в курсе, какие у нас отношения? Конечно же, он в курсе, Дин! Он просто сейчас из вежливости предложил. Да. И то, что он так бегает глазками, тоже ничего не значит», — у омеги проходил настоящий спор между его личностями. — «С одной стороны, можно и согласиться. А почему нет? Не придется концентрироваться на дороге. Но с другой стороны… Ему еще Чарли надо позвонить, а он тут и так времени прилично потратил». В конечном итоге, Дин сошелся на одном ответе. — Спасибо за предложение, но вынужден отказаться. Я обещал с Чарли встретиться, — неважно, что они договаривались о звонке. Касу это знать не обязательно. Не будет же Дин говорить: «хэй, чувак, я не хочу с тобой ехать в одной тачке и говорить со своей подругой, а то вдруг ты что-то не то подумаешь. Не комфортно мне». Винчестер бы явно обиделся на такое. — Это моя подруга, если что. — А, да, конечно, — торопливо произнес Новак. — Я понял. — Отлично, — зеленоглазый улыбнулся.

***

       Дин еще некоторое время посидел у Каса и после поспешил к Импале. Кас и Дин договорились о следующей встрече в пятницу. Вроде бы и хорошо, скажите вы? Но вот Дина весьма напрягал тот факт, что Новак все прошедшее время выглядел хмурым. Нет, возможно, у него проблемы на работе и тот просто не настроен на дружелюбный разговор, но все же это странно.        Находясь в объятиях Импалы, Дин поспешил набрать номер Чарли. — Как вижу, живой? — Брэдбери явно улыбалась на том конце трубки. — Ага, — улыбчиво произнес Винчестер. — Отбой панике, все прошло сногсшибательно. — Я требую подробностей! — Начнем с субботы или как? — Дин вспомнил, что задолжал подруге еще прошлые воспоминания.       Чарли, конечно же, выбрала рассказ с субботы. Винчестер поделился с ней этим, не скрывая подробностей. У них слишком стерлись рамки стеснения, чтобы задумываться о нормальности подобных разговоров. — Черт, теперь я хочу это джакузи, — протянула Чарли. — Ты обязан будешь меня тайком туда провести. — О да, я не против снова там оказаться, — Дин не сдержал смешка.        Друзья продолжали разговаривать. Винчестер рассказал и о сегодняшнем сеансе, что сопровождалось радостными воплями Чарли. Они успели не только обсудить альфу с ног до головы, но и придумать несколько шуток с этим мужчиной. Дин даже пожалел, что не решил встретиться с Брэдбери, отдав предпочтение телефонному звонку.        В один момент сквозь их разговор прорвалась фраза Чарли, которая не была услышана Винчестером из-за появившихся помех:

«Я очень рада, что ты стал немного счастливее, Дин Винчестер».