Отказы не принимаются

      — Не надоело еще?       Сбоку раздался голос догоняющего Хосока, изящно отбрасывающего назад копну своих волос. Он был старше Гука на два года, но не сразу поступил в университет, пока отец насильно не заставил.       — Ты о чем? — Чонгук бросил недоуменный взгляд, и увидел, как друг глазами стрельнул в сторону.       А там впереди она. Ходячая проблема — сталкерша и предмет всех его неудач, как любил говорить Хосок. Любая другая уже давно возненавидела бы Чонгука после отказа во взаимности чувств, но не Союн.       Унизить ее было невозможно, она умудрялась самостоятельно это проделывать несколько раз в день, совершенно не задумываясь о своей репутации и виде. Третий год учебы в высшем заведении относительно равен трем годам мучений Чонгука. Почему предмет всех его неудач? Да потому что он не мог даже нормально подкатить к девушке, которая ему действительно нравилась.       — А она сегодня ничё такая, — на ухо проговорил Хосок, проследив, как к ним приближалась Союн.       Чонгук не понимал, что же такого интересного друг сегодня увидел в ней. Да, ее всегда темные прямые волосы были немного завиты, да, надела коротенькое платье черного цвета, да, вместо обычных балеток туфли на каблуке, позволившие ей стать на несколько сантиметров выше чем обычно. Но даже с ними она едва ли доставала ему до груди.       — Привет, Чонгук-а, — пропела Союн так сладко, отчего ему захотелось вывернуть весь свой утренний завтрак наружу.       — О, Союн! А ты чего такая нарядная? — ответил вместо парня Хосок, забросив руку на плечо друга, — Неужто решила сменить тактику? Решила взять красотой? Хотя… — он оценивающе прошелся взглядом по фигурке и громко цокнул, — … тебе еще стараться и стараться.       Девушка шикнула на Хо, обнажив ряд белых зубов и грозно посмотрела, пытаясь выразить всю свою неприязнь, а после чего перевела взгляд на Чонгука, полностью меняясь в лице.       — Чонгук-а, я приготовила для тебя небольшой подарок.       Голос сладок, но он не любил сладкое.       Достав из своей сумки небольшую коробочку, Союн с небольшой дрожью протянула ее Гуку, пока тот равнодушно смотрел на нее. Его взгляд зацепился за пеструю упаковку, через которую было видно сладкое угощение. Похоже на какой-то домашний тортик, чересчур украшенный разноцветной глазурью.       Тяжело вздыхая, Чонгук принял подарок, вертя и так, и сяк, не задумываясь о том, что может повредиться внешний вид угощения от неосторожных и резких движений. А после чего и вовсе бросил его Хосоку со словами:       — Ты же любишь сладкое. Можешь угощаться, — он хотел сделать больнее, но не увидел никакой реакции от Союн. Только чуть дрогнувший уголок рта.       — Н-но Чонгук-а, это ведь я для тебя приготовила! — воскликнула она, чуть насупив брови.       — Союн, ты мне не интересна, — сказал прямо, пытаясь вспомнить сколько раз он использовал эту фразу за последние три года, — Ты меня совсем не интересуешь, как девушка.       Чонгук смотрел сквозь нее, не замечая, как её губы чуть поджались и ушел прочь, оставив после себя легкий шлейф мужского парфюма. Ему это надоело. Ему нравится совсем другая, чье внимание он так и не может получить.       — Им Союн! Какой это по счету отказ? Двести пятнадцатый… или двести тридцатый? — голос Хосока сочился ядом и насмешкой, как и сама личность парня. Девушке лишь приходится снова шикнуть и удержать свое желание стереть эту ухмылку с наглого лица.       — Двести шестьдесят седьмой, — поправила она его.       — Может, уже сдашься? — предложил парень и получил грозный взгляд, заставивший его губы искривиться в усмешке.       — Я отказы не принимаю, — ответила Союн, резко забрав с рук парня угощение, приготовленное для другого.

***

      Кан Дахён. Ангел, мечта или самое настоящее сокровище? Она, словно недостающий элемент потерявшегося пазла, который так долго искал Чонгук и наконец, нашел. Он искренне верил, что сейчас долгожданная картина будет окончена, и он сможет насладиться жизнью, любуясь этим творением.       До зуда в руках хотел провести пальцами по длинным светлым волосам девушки, чтобы почувствовать всю их мягкость, шелковистость. Ощутить гладкость кожи, дотронуться до пухлых губ. Почувствовать сладкий, но не приторный, запах ее духов. Именно эта грань между приторностью и приятным послевкусием выделяла Дахён на фоне сталкерши Союн, решая все не в пользу последней. Разве он многого хочет? Всего лишь ее. Всего лишь Кан Дахён.       Его взгляд цеплял ее везде. На совместных парах, в столовой, в коридорах университета, на улице.       И он не единственный, кто был заинтересован в ней. Но пока Чонгук не терял хватку за последние три года. Не дал ни одному из парней сблизиться с ней, всегда отгоняя ухажеров подальше. А тем, кто не сдавался так легко, приходилось знакомиться с его кулаками. Все же прошлые занятия по боевым искусствам и боксу не прошли зря. Парень был жутким собственником и ревнивцем.       Чонгук не был красавцем, звездой всего университета, но и уродом его сложно было назвать. Крепко сложен, достаточно симпатичен для того, чтобы многие девушки хотели б с ним начать отношения. Парень был не глуп и часто остр на язык, но ее взгляд никогда не задерживался на нем. Это знатно било по мужскому эго.       Гук, зайдя в аудиторию, чисто инстинктивно нашел Дахён глазами. Та сидела одна, заваленная кучей бумажек. Девушка выглядела очень погруженной в изучение конспекта и не отрывала головы от него.       Сидящий рядом Хосок усмехнулся нерешительности друга. Это совсем не было похоже на то, как вел себя парень, избивая предполагаемых соперников, в попытках объяснить им не приближаться к этой девушке.       Он уже несколько раз получал отказ от Дахён и частенько винил в этом ходячую проблему. Но Хосок был куда более внимательнее, чем его друг. Все же подмечая, как Кан иногда украдкой смотрела на Чона, чуть поджимая губы. Иногда ее взгляд останавливался на его крепких мужских бёдрах, обтянутых светлыми джинсами, или на рубашках, что частенько сквозь ткань обнажали накаченную грудь с руками. Но Хо никогда не говорил об этом другу.       — Пригласи ее уже куда-нибудь, — отвлек его от разглядывания Хосок, ловя на себе раздраженный взгляд, — На тебя жалко смотреть. Становишься похож на «ходячую проблему», хотя та решительней тебя будет.       — Не сравнивай меня с ней! — грубо выплюнул парень, крутя в руках ручку. Его мысли невольно вернулись к Союн, отчего Чонгук грязно выругался, — Блять! Умеешь же ты испортить настроение!       Громкий смех Хосока пронесся по огромной аудитории, привлекая внимание. Зеваки удивленно поглядывали на этих двоих.       — Да ладно тебе, Чонгук-а, — сымитировал голос сталкерши, от чего получил по плечу, но не успокоился.       — Заткнись!       И на удивление парень умолк, задумчиво переведя свой взгляд в окно. А потом выдал такое, отчего по телу Чонгука прошлась толпа неприятных мурашек.       — Ходячая проблема без ума от тебя, так почему бы не воспользоваться и не переспать с ней пару раз?. Она была бы удобной вещью, что постоянно находится под рукой. — Перевел свой прищуренный взгляд на Чонгука.       Хо был бы не против, чтобы у него была такая же сталкерша, с которой он мог бы спать в перерывах между парами.       — Ты что, совсем сдурел?! Меня от одной этой мысли воротит, — с отвращением проговорил каждое слово Гук, но богатая фантазия воспроизвела сказанное Хосоком. И на этот раз грязная ругань, перемешанная с отборным матом, вылилась на приятеля, уже не сдерживающего свой смех.       — Да, ладно тебе Чонгук-а, — издевательски протянул парень, потирая свое плечо, на которое пришелся очередной удар.       — Дахён!       Громкий окрик оглушил друзей, как и саму девушку. Сначала никто из двух друзей ничего не понял, но осознание быстро сменило предыдущее ощущение. Чонгуку бросилось в глаза то, как Дахён посмотрела на вошедшего парня, а после неприятно закололо в районе груди от ее улыбки, подаренной совсем не ему. Девушка привстала со своего места и мягко обняла незнакомца. Пусть объятия их и длились всего секунду, но одно это в совокупности с предыдущим уже раздражало и выбешивало Гука. Он и не заметил как сжал до хруста кулаки, наблюдая за милой до тошноты сценой. В голове пронеслась мысль, что ему вскоре придется разбираться с еще одним петухом, решившим подобраться к его Дахён.       — Оппа! Что ты здесь делаешь? — отрываясь от крепкой груди, спросила Дахён.       — Перевелся этим летом, — ответил вошедший парень, приобнимая девушку одной рукой, — В Штатах довольно-таки скучно без тебя, красавица!       Девушка смущенно рассмеялась, опустив свой взгляд под ноги. Она повела парня к своей парте и отодвинула запутанные записи в сторонку, давая новому соседу освоиться рядом. Ее глаза прошлись по таким знакомым чертам лица. Он точно ангел. Красивый ангел.       — Что это за хрен такой? — грубо выплюнул Чонгук, не сводя своего взгляда с парня.       А еще эта фраза «Оппа!». Он уже готов был забить этого светловолосого.       — Твой соперник, — подсказал Хосок, обнажив свою излюбленную ухмылку.       Парень хотел еще что-то сказать, но не успел. В аудиторию ввалился преподаватель, обводя своим маленькими глазками присутствующих студентов. С громким стуком бросил журнал на стол, подбираясь ближе к доске. И тут, словно маленькая мышка, мимо проскользнула опоздавшая сталкерша, пытаясь незаметно прокрасться к своей парте. Но Хосок заметил быстрее.       — Союн! Ты опять опаздываешь! — нарочно громко начал причитать Хо, ловя на себе убийственный взгляд девушки. Она остановилась на середине пути и прижала свою сумку ближе к груди.       — Госпожа Им, минус один балл за опоздание, — оповестил преподаватель, не оборачиваясь к студентке.       — Да, профессор.       Сжимая губы от злости, она шикнула на Хосока, а после, перевела свой взгляд на Чонгука, и мило улыбнулась ему. Но последний лишь раздраженно отвернулся.       Союн расположилась на передних партах, аккуратно разложив все свои письменные принадлежности на столе и надела очки в розовой оправе. Зрение хромало. Вмиг девушка переписала все данные с доски и не заметила на себе взгляд новенького. Да даже, если бы и заметила, она всегда будет верна одному человеку. Она искренне верит в свою любовь.

***

      — Дахён, кто эта девушка?       Кан подняла свои глаза с еды и удивленно посмотрела на парня, а потом проследила за его взглядом. Сердце пропустило удар, но не от волнения или счастья. Скорее от неприятного осадка и боли. Она думала, что за эти три года, ее чувства остынут. Влюбиться в лучшего друга родного брата, было так банально, но все же она умудрилась попасть в этот процент.       Чимин был точно принцем, выпавший с диснеевской сказки. Из всех знакомых, друзей брата, он был единственным, кто всегда относился к ней хорошо и дружелюбно.При вылазках в город, парень постоянно угощал чем-то вкусным, всегда дарил теплую улыбку и порой нужные объятья. Но после долгого перерыва в учебе, уехал вместе с братом за границу, и получилось таким образом, что они поступили в универ в один и тот же год.       — Она тебе нравится? — дрогнувшим голосом спросила девушка.       — Да, она милая. Даже очень, — ответил Чимин, продолжая дальше разглядывать девушку.       Дахён снова бросила взгляд на предмет интереса парня, поджав губы. Наверное, единственное, что чуть облегчало эту боль, что эта Союн никогда не приняла бы чувства других парней.       — У тебя ничего не получится.       — Почему? — вмиг спросил Пак, оборачиваясь к Кан.       — Чимин-а, она давно влюблена в другого.       — И кто же это? — уточнил он, бросая мимолетные взгляды на девушку, которая стояла в раздумьях о том, какой же салат ей сегодня выбрать.       Ответа ему ждать не пришлось, когда вошли двое парней в столовую.       - Чонгук-а! Сегодня в меню есть твое любимое блюдо.       Чимин отметил про себя насколько мягко прозвучал девичий голос. Схватившись за рукав парня, она сразу же на ходу встретила раздраженный взгляд Чонгука. Тот грубовато отбросил ее кисть и прошел мимо. Но его место быстро занял другой.       — Сталкерша, ты вообще знаешь, что такое гордость? Ну, или чувство достоинства? — нагло усмехаясь, спросил Хосок, но видя уже возмущенно открытый рот девушки, вмиг перебил, — Ах, да. Я совсем забыл. У тебя же его нет.       Его смех был ей неприятен, и тяжелая рука, что похлопывала по плечу, жутко раздражала ее. Безумно хотелось вылить поток не очень чистых слов на его счет, но она же девушка. Не станет. Лишь злобно шикнула, наблюдая, как Хосок медленно начал отходить.       — Вот же мелкий засранец! — сказала Союн тихо, но Хо все же услышал.       — Мелкий?! — его низкий голос резко повысился на несколько октав, ближе к писку.       Он впритык подошел к Союн, отчего та невольно вздрогнула и попыталась отстраниться, восстановив ту приличную дистанцию, где никто не нарушал личного пространства. Но его хватка на запястье не давала и сдвинуться с места.       — Ч-что ты делаешь? — смущенно спросила, поднимая глаза, чувствуя при этом, как предательски начинали краснеть щеки. А он возвышался над ней и Союн пожалела, что ее рост не позволял ей сделать того же.       Тяжелая рука Хосока легла ей на макушку, придавливая объем, над которым она целое утро возилась и провел линию, до своей груди. После чего парень гаденько усмехнулся.       — Это ты мелкая, сталкерша! Еще на тебе высокие каблуки, а так бы эта линия была вот здесь! — его рука спустилась сантиметров на восемь-девять вниз по груди.       Союн ошарашенно смотрела на парня, а потом качнула головой, восстанавливая свой предыдущий настрой. Не смущенный, не неловкий, а боевой с ощутимыми нотками упорства.       — Это не меняет того факта, что ты засранец! — Союн обошла его и заметила Чонгука, сидящего уже столом, с аппетитом уплетающего свое любимое блюдо.       Девушка несмотря на высокие каблуки, мелким бегом добежала до предмета своего воздыхания и присела рядом, ловя носом приятный аромат мужского одеколона. Она даже купила его и частенько вечером распыляла у себя в комнате, строя в голове различные сценарии на ближайшее будущее, где они начинают встречаться, затем следует предложение и после свадьба, со всеми вытекающими розовыми соплями.       — Чонгук-а, я взяла твой любимый напиток сегодня утром, — Союн поставила бутылку рядом и наклонила голову чуть вбок, рассматривая его профиль. Он определенно мужчина ее сердца. Она готова смотреть на него целую вечность.       — О боже! Мое сердечко так бешено бьется! Но мои глаза счастливы, видеть это произведение искусства!       Ох уж этот голос. Союн, сжимая свои полные губы от злости, обернулась на кривляющегося Хосока, имитировавшего бешеный стук сердца руками, пока глаза насмешливо прошлись по девичьему лицу.       Но Чонгук не слышал их. Его мысли сейчас находились через два стола. Там, где сидела Дахён, чей блестящий взгляд скользил по новенькому студенту. Челюсти самопроизвольно сжались, а когда тот парень обернулся, подарил ему самый убийственный взгляд, который у него вообще имелся в арсенале.       Ложка, лежащая в руке, начала сгибаться под действием неудержимой силы Гука. Но потом, когда новенький чуть поудобнее обернулся на стуле и обратил свой взгляд на кого-то рядом с ним, Чонгук чуть сильнее нахмурил брови, прослеживая за его траекторией взгляда.       Глаза знакомого Дахён упали на низкую темную макушку, а потом и вовсе прошлись с головы до пят по фигурке стоящей рядом Союн. Ходячая проблема.       — Вот на что тот выродок пялился.       Чонгук снова вернул свой взгляд к новенькому, проверить, правилен ли его ход мыслей. Однако то все также продолжал смотреть на Союн, пока его профиль грустным взглядом обводила Дахён.