Вероятности разных миров

Пробежки Стива по утрам стали для Баки настоящим испытанием на прочность. Одно время он реагировал на то, что Стив покидал постель в шесть утра недовольным ворчанием. Стив тогда целовал его в макушку, гладил по спине, накрывал — если одеяло оказывалось на полу — и ретировался, оставляя разомлевшего Баки в одиночестве. Что Баки было непонятно — Стив вылезал на треклятую разминку даже в дождь. Возвращался мокрый, холодный, частенько грязный, если поскальзывался-таки во время бега — и очень довольный собой. Баки не был жаворонком. Одно дело — необходимость, он спокойно просыпался в пять, а то и раньше, но другое дело — когда покидать квартиру не было необходимости. Этого Баки не понимал, и всячески пытался повлиять на Стива. Иногда ему удавалось поймать момент, когда Стив, еще сонный и разомлевший, потягивался, готовясь выбираться из кровати. В такие моменты Баки перекатывался и укладывался непосредственно на Стиве. — Ты никуда не пойдешь, — спросонья язык заплетался, но Стив никогда не смеялся. Он гладил Баки по щекам, кажется, говорил комплименты — после чего сдавался. Довольный Баки целовал его куда придется, укладывался поудобнее и мгновенно засыпал, обхватив рукой и ногами Стива так, чтобы даже не думал куда-то идти. В Ваканде бездельничать вместе со Стивом Баки нравилось. Криокамера была задвинута в долгий ящик, Баки ходил на процедуры — юная принцесса активно придумывала что-то с кодами и рукой, возвращался и получал Стива в свое распоряжение. Они бездельничали, не смотрели новости, и даже на звонки Стив отвечал редко — не хотелось нарушать идиллию. Оба понимали, что война рано или поздно, но снова достанет их и здесь, в самом безопасном месте. Но пока Баки желал воевать только за право спать на Стиве до полудня, а не до шести утра.