Virus: 2300

      Слово было выведено аккуратным почерком, чёрными чернилами, и по всей видимости мужской рукой. Держа письмо в руках я несколько раз внимательно вчитался в буквы, что были изображены на дорогой бумаге. Одно единственное слово не давало мне покоя, словно вцепившись в мой разум оно и не думало его отпускать. Я отбросил письмо в сторону, и протёр глаза руками………… Ну вот и угрозы поступили, а я уже соскучился. — Весточки от поклонниц? , — рассматривая два неаккуратно сложенных письма на столе, спросил внезапно появившийся Гунтер. Я убрал письма со стола к себе во внутренний карман. — Думаю да, — с лицом, наполненным сарказмом ответил я. Гунтер заметил мою гримасу, и нахмурившись, он вручил мне счёт, за мой скромный завтрак. Я же, молча отдал ему деньги и оставил немного чаевых. Да, пусть моё финансовое состояние и удручало, но так или иначе за хороший сэндвич и бодрящий кофе, я мог отдать чуть больше, чем на то требовалось. Вдруг сзади ко мне подошёл ещё один человек. Да когда ж вы все уже от меня отстанете. Терпеть уже сил нет. - Доктор Мартин, извините, что отвлекаю, - ко мне обращался 15-ти летний юноша, одетый в некогда дорогой и роскошный костюм с коричневым пиджаком и зелёной рубашкой, - ваши таблетки, они не помогают папе.       В последние дни я начал практиковать лечение малоимущих больных. Денег было чуть меньше чем ничего, поэтому приходилось идти на крайние меры. Впрочем, эти люди денег мне особо то и не давали. Скорее я получал авторитет и уважение среди простых обывателей. Ну иногда они приносят конфетки. - Странно. Значит обострение. Бумагу и ручку, - сказал я, на секунду задумавшись о диагнозе пациента.       Мальчик спешно отдал заготовленный кусок дешёвой бумаги и неаккуратно наточенный карандаш. Записав на бумаге список лекарств, я вручил листик мальчику, и сказал: - Сегодня вечером ему это дай, если не поможет, ночью ко мне приведи, я обезбол вколю. - Спасибо!,- вскрикнул мальчик и помчался к выходу, и я остановил его за рукав. - В следующий раз принеси чай, а то конфет у меня уже полный шкаф, ладно? - Хорошо!, - я улыбнулся, и отпустил мальчика, и тот помчался куда - то на рынок. Как много радости от моего скромного труда. Его лицо каждый раз светится от счастья, когда я даю ему новый список лекарств, и меркнет, когда вновь ко мне приходит. - Добрый ты всё таки человек, Мартин, - произнёс Гунтер. - А за доброту у вас скидки делают? Я вышел из заведения, и задумался. За сегодняшнее утро со мной произошло гораздо больше интересных событий, нежели за последние полгода, поэтому неделька, по всей видимости, будет бессонной…. И так, что мы имеем: письмо содержащее в себе лишь одно слово, явно подразумевающее угрозу; письмо от некой Софии, в котором она просит меня о помощи; и парочка верзил Хозяина, которые дыша мне в спину приставляют нож, к моему горлу. Выбор был на удивление невелик. О том, кого из себя представляет София, у меня была пара мыслей и догадок, но об этом позже, сейчас мне следовало бы выполнить заказ от Хозяина, а иначе ни к какой Софии я уже добраться не смогу, ибо с теми увечьями, что может нанести мне Виктор, ходить будет проблематично. Спустя пару минут раздумий, я пошёл в сторону своего дома, с целью погрязнуть на пару часов в работе над таблетками. По пути накидывая на голову капюшон, я заметил силуэт невысокого мужчины в чёрно-белом одеянии. В целом, ничего необычного: длинный балахон с рукавами, перевязанными бинтами, чёрные брюки, и невысокие сапоги всё того же чёрного цвета. Человек походил на обычного жителя города, за исключением одной детали: на его лице виднелась массивная защитная маска, со вставленными в неё трубками белого и чёрного цвета. Маска закрывала нижнюю часть лица, оставляя нетронутыми лишь глаза, и являла собой дорогое, чёрное изделие. Трубки уходили вниз, скрываясь под балахоном, который по всей видимости был не простым предметом гардероба. Казалось, словно только я видел этого человека. Человек медленно поднял свой взгляд на меня, словно услышав звон моих суждений о его внешнем виде, и только сейчас я увидел его глаза, от чего невольно встрепенулся. Его правый глаз не имел зрачка….Одно пустое глазное яблоко, смотрящее в никуда. Мой взор скрывался тенью капюшона, но полагаю было заметно, что меня пробрал страх…. Человек сделал шаг в мою сторону, а я же попытался нащупать рукоять револьвера, через карман мантии. Мужчина начал идти в медленном темпе, явно направляясь ко мне, а я же в свою очередь постепенно начал шагать назад, в заведение Гунтера, куда только что зашли трое людей. Не знаю, что этому загадочному господину от меня надо, но нападать на меня при свидетелях он явно не станет. На улице для меня больше никого не существовало. Он подходил всё ближе и ближе, и внезапно, произошло то, что удивило и испугало по всей видимости нас обоих…. Выстрел…… Звон крупнокалиберной винтовки неподалёку от нас, заставил обернуться каждого прохожего, включая меня и странного человека в маске. На мгновение я забыл об этой загадочной фигуре, но впрочем, это не сыграло против меня……… Когда я обернулся в сторону, где стоял человек в тёмной одежде, его там уже не было…. Он просто исчез, словно галлюцинация…… Я отпустил рукоять револьвера, и внимательно посмотрел по сторонам. Людей на улице было немного, так что заметить человека, с маской на пол лица было не так уж и трудно, но тем не менее, он и вправду исчез.  — Чёрт! , — вскрикнул я, ударив кулаком по пыльной стене. Ну почему всё самое дерьмовое, что может случиться — случается во один день, буквально в один момент?! Неужели нельзя как-то растянуть это «удовольствие»? Окончательно выругавшись, я отряхнулся, после чего ещё несколько раз убедился в том, что позади меня нет никакого мрачного типа с маской на лице, и отправился дальше, к своему дому, углубившись в мысли о том, кем бы мог являться тот таинственный человек……. *спустя три часа*       Я сидел за столом, нервно постукивая пальцами по подлокотнику своего кресла. Вокруг меня, на столе возвышались башенки сваленных в кучу документов, моих записей и пометок, но право, сейчас это было не важно!       Последние дни меня измотали. Круги под глазами, как и накопившаяся в мышцах усталость стали ощущаться особо отчётливо. Если бы не тройная дозировка той химической бурды что я себе вколол, чтобы случайно не заснуть за созданием очередной порции наркоты и не втемяшеться при этом лицом во что-нибудь едкое и шипучее, то чувствовал бы я себя не лучше отлежавшего свои сорок дней покойника. По крайней мере спал бы так же крепко.       Не глядя я сделал глоток уже остывшего чая и закашлялся. Чаем конечно эту химическую воду на восемьдесят процентов состоящую их ароматизаторов, красителей и неизвестно чего ещё, назвать было трудно. По крайней мере мне, человеку за годы работы в именитом вузе привыкшему к тому, что чай в большинстве случаев по запаху не схож с содержимым моих склянок с реагентами, было к этому довольно трудно привыкнуть. Как и к постоянным побоям вваливающихся в мою квартиру, как к себе домой, огромных верзил, как и к этой унизительной, почти что рабской работе на местного Наркобарона. Ко всей моей новой жизни, привыкнуть было довольно сложно. Возможно у меня это так и не получится. Да если честно и не хочется к подобному привыкать.       Вот она, цена нездоровых фиксаций в наше тяжёлое для всех время. Ты либо часть общества, приносящий пользу винтик в работе общей, хорошо отлаженной системы, либо идёшь на её самое дно. Если получится не подохнуть от инфекций, голода или ещё чего-нибудь интересного, то, вперёд, можешь смело заниматься делом всей своей жизни! Никто не станет ограничивать тебя во времени или требовать переключиться на что-то ещё. Не считая, конечно, якобы случайно, стоящих за дверью и следящих за каждым твоим шагом людей «Хозяина». Полная свобода действий!       Зарываюсь нервозно подрагивающими пальцами рук в растрепанные волосы. Отдых. Срочно. Желательно прямо сейчас.       Но мысли мои упорно все возвращаются к лежащему в окружении бумажек аккуратному конверту. Письмо.       Очередной конверт, прибывший утром вместе с другими посылками по внутреннему каналу почты, вскрывать который ни при каких обстоятельствах не хочется! Я почти что уверен, что найду в нем очередную угрозу.       Делаю очередной глоток химья гордо носящего название «чай» и мотаю головой. Моё любопытство когда-нибудь меня погубит. Возможно уже скоро, возможно сейчас. Острый скальпель в моей подрагивающей руке легко вспарывает тонкую бумагу. Машинально отмечаю что эта, куда более дешёвая и больше похожая на ту которой пользуюсь я сам, чем та дорогая и плотная из которой был сделан последний мною полученный чёрный конверт. <      Отбрасываю скальпель и нетерпеливо разрываю то что не прорезалось лезвием, высвобождая аккуратно сложенное письмо. Воспаленные от нехватки сна глаза щурясь вглядываются в его содержимое. К моему удивлению, меня встречает аккуратный женский почерк. Листок экономно исписан мелкими и ровными строчками с обеих сторон. Я откидываюсь в кресле и погружаюсь в чтение. «Здравствуйте, Доктор Мартин. Ваш друг Клим, как оказалось, невероятно болтлив. Вы получили письмо, и зная размер вашего любопытства, я могу смело утверждать, что вы его уже прочли. Мои приступы участились, я не знаю, что делать. Понимаю, я веду себя слишком навязчиво, но что бы вы делали на моём месте?..... Мой отец был хорошего мнения о вас, и я искренне надеюсь на то, что он не ошибался. Да, да, понимаю…… Вы сейчас задаётесь вопросом о том, почему я не говорю ни о себе, ни об отце, но при этом трачу чернила на описание вашей личности. …. Видите ли: мой отец недавно скончался, и вы сами понимаете, что этот вопрос является личным. Вы знали его, и он хорошо знал вас, поэтому смерть этого человека должна приносить хоть какую то боль и вам…… Но всё же, почему я не назову его имя?...... Я хочу оставить загадку. Возможно вы не сжалитесь надо мной, и не займётесь моим делом, но вы из того небольшого разряда людей, что живут лишь решением загадок. Быть может вы не придёте ко мне с целью излечить мой недуг, но вы точно явитесь ко мне, с желанием решить неразгаданный ребус. С мольбой о помощи, любезному Доктору Мартину.» — И письмо с номером три падает в копилку непонятных записок! , — откинувшись в кресле и положив письмо в сторону, вскрикнул я, — неужели?! Доктор Мартин всем нам нужен! То есть половину сраного года я был богом забыт, а теперь мне на голову упали три письма от двух неизвестных мне людей! Замечательная чертовщина!. Я ударил по столу, и стопка документов, стоявшая на нём, повалилась на пол, от чего я ещё сильнее ударил, но уже по подлокотнику кресла. Палитра моих эмоций была неописуема. Краски гнева, непонимания и любопытства смешались в одну картину. София права, я до жути любопытен, и все эти загадочные письма только подливали масла в огонь. С одной стороны меня поглощал гнев, из — за осознания того, что мной играют, словно безвольной куклой на ниточках, а с другой, мне было интересно, кто такая эта София, что это за человек, что так любит минимализм и чёрную ручку. И ещё этот странный тип на улице…. Полагаю, он тоже является кем — то важным, в этих историях. Я ходил по комнате из стороны в сторону. Эмоции, что заполонили мой разум перешли из гнева, в некий задор, и предвкушение грядущих событий. Остановившись, я понял, как надо действовать. Без лишних сомнений и колебаний, я схватил свою мантию, и начал спешно надевать её на свои плечи. За три часа я успел сделать несколько партий наркоты для Хозяина, поэтому до вечера я могу успеть сходить к Софии, и уделить пару часов моим лабораторным делам. Выйдя из квартиры, я закрыл дверь на два оборота, и засунув руки в карманы, вышел на улицу быстрым шагом. Дверь из моего подъезда выходила ну тёмный переулок, где как правило, ошивались не самые приятные личности……. И закрыв дверь подъезда, я убедился в этом…… — Ну здорова, учёный, — поприветствовал меня Виктор. За ним стояли ещё двое бандитов, которые вместе с Виктором нагрянули ко мне сегодня утром: Игнат — человек, относительно маленького роста, с тёмными волосами и гладко выбритыми щеками; и какой — то второй парень, выглядевший гораздо моложе вышеперечисленных людей. — Здравствуй, — не протягивая руку своему собеседнику, хладнокровно ответил я. — Ну короче, давай без этих долгих вступлений, и так далее, — начал Виктор. Только что я был у Хозяина, и он сказал, что ты нам должен отдать таблетки прямо сегодня…. Я перебил его: — Ты мне утром установил срок — до завтрашнего вечера. И таблетки будут. Завтра вечером. — Послушай сюда, докторишка, — произнёс Виктор, почти вплотную подойдя ко мне. Ты все свои сроки просрал, а значит не ты теперь правила ставишь. Где таблетки? Их нет? Ну значит мне придётся тебе объяснить твою неправоту. Хотя я давно это хотел сделать, поэтому…. Виктор закатал рукава, но я отошёл к близлежащей стене, и выставил одну руку вперёд; — Таблетки есть, но в данный момент их меньше, чем мы договаривались, вечером будет больше, обещаю…… Но Виктора эти слова не успокоили. Бандиты, стоявшие позади него, тоже подключились, и вместо того, чтобы стоять на стрёме, начали сближаться ко мне. Только самый молодой из этой троицы подходил слишком медленно, словно опасаясь чего — то. Меня охватила паника впрочем виду я не подавал. Шансов против троих верзил у меня не было, и поэтому выбора у меня следовательно, тоже не было…. — А ну назад! , — крикнул я, вскидывая револьвер в сторону троих бандитов. Они переглянулись. — Ты этой пукалкой нас убить собираешься? Да ты же с расстояния вытянутой руки по нам не попадёшь, -усмехнулся Игнат. — Слышь, докторишка, это тебе не шприц, с ним обращаться уметь надо. Ты кто, боец? Солдат? Или ты бандит? Нет! Ты обычная учёная крыса, и твоё дело это наркоту варить, а не пушкой во все стороны светить. Да ты же и в бутылку не попадёшь, не то что в людей, — подхватил Виктор, ничуть не боясь оружия в моей руке. — Да? Быть может мне стоит проверить? , — и я сделал выстрел...