Звезда судьбы

— Оптимус, как ты додумался впустить это чудовище сюда после того что он сделал с Рафом? — раздался возмущённый голос мисс Дарби. — Отчаянные времена требуют отчаянных решений, — продолжил Рэтчет. — Но союз с Мегатроном… — Ему будет позволено задержаться только для того, чтобы отправить нас в путь и ни одного клика дольше, — ответил им обоим Оптимус.       Я вздохнула и опустила шлем. Похоже, всё уже решено. Правда, чего я ожидала? У нас нет другого выхода. Бамблби взглянул на меня и заключил мою ладонь в свою. — Оптимус, ты уверен, что у нас нет обходного пути? — проговорил разведчик. — Я переживаю за Талию… — Би, всё в… — подала голос я, но тут же была перебита. — Нет, не в порядке, — возразил Бамблби. — Мы все помним, что тебе довелось пережить там, у Мегатрона. То, как он ужасно обошёлся с тобой — этого нельзя забывать. — Бамблби, я понимаю твоё стремление защитить Талию, — ответил Прайм, — но пойми, что ни я, ни другие не дадут её в обиду. Мегатрон не получит её назад ни при каких обстоятельствах, клянусь жизнью. — Я поддерживаю Оптимуса, — вступилась Арси. — И я, — следом сказал Балкхэд.       Я сжала ладонь Би и с улыбкой взглянула на него, мысленно говоря ему, что всё хорошо и это не смертельно. Мех с некоторой грустью посмотрел мне в оптику, что-то тихо пропищал, но со вздохом кивнул. — Оптимус, — Джек посмотрел на нашего лидера, — а что будет с тобой, когда ты выпустишь эту энергию матрицы?       Хороший вопрос… А если задуматься, правда, что произойдёт?.. Мудрость Праймов копилась на протяжении многих веков, и если Оптимус выпустит её, то… — Сила, заключённая в матрице ещё ни разу не применялась таким способом, — уклончиво ответил Прайм, но все поняли, к чему он клонит. И это пугало до дрожи.       Оптимус задумчиво, но уверенно зашагал вперёд и остановился. — Автоботы, если человечество можно спасти, то у меня просто нет другого выбора, — проговорил он, развернувшись. Несколько кликов молчания. — Но у вас он есть.       Пожалуй, это тот самый момент, который я бы хотела переживать несколько раз, снова и снова. С большой гордостью за себя, за друзей, за нашего лидера — истинного Прайма, я вскинула подбородок. Нет ничего дороже того чувства, когда понимаешь, что всё, что прожито — не зря. — Ну, я не скажу про всё человечество, но я хочу это сделать… — начал разрушитель и обратил свой взор к девочке, чьи глаза неустанно сияли. — Для Мико. Арси посмотрела на Дарби со сдержанной, но гордой улыбкой. — Для Джека, — сказала фем. — Для Рафа, — подхватил Бамблби.       Я молчала. Что же сказать мне? За несколько квартексов пребывания на Земле я не обзавелась очень близким другом-человеком. Хотя с Рафом я сблизилась больше всего, мы часто с ним и Би просматривали мировые гран-при, какие-то фильмы, но всё же Раф оставался лучшим другом Бамблби… С Джун я бы вряд ли смогла сладить, искрой чувствую. Ну, а с агентом Фоулером меня вообще познакомили только сегодня.       И всё же глубоко в искре меня не отпускало чувство, что молчать нельзя. Что-то так и толкало меня высказаться, не давало покоя только одной мыслью о том, что над ещё одной планетой может опуститься хаос, похоронив её и всех её обитателей заживо. Как некогда произошло с Кибертроном… — Для всех жителей планеты Земля, — твёрдо и уверенно начала я. Все посмотрели в мою сторону. — Я хочу подарить им то, чего не было в своё время у нас — мирного неба, без войн и потерь. Пусть эта планета будет процветать и жители, населяющие её, будут достойными её гражданами. К сожалению, наша планета теперь разрушена многоцикловой войной за ресурсы, за власть и территории. Прошу вас, земляне, берегите свою планету, пока не стало поздно. Если вы захотите развязать глобальную войну — всегда вспомните о некогда могучем и великом Кибертроне, ныне покоящегося в руинах, чтобы никогда не повторять ошибки его граждан. Я посвящаю эту битву вам, людям. За Землю!       На фейсплейтах членов команды отобразились улыбки. Я повернулась к нашим белковым друзьям и кивнула им, они — мне в ответ. Взглянув на Оптимуса, я увидела в его умиротворённой оптике частицу… Гордости?.. Возможно. Кажется, я подобрала правильные слова.       Вскоре Прайм связался с Мегатроном, после чего Рэтчет открыл последнему земной мост прямиком на нашу базу. До прибытия лидера десептиконов наш доктор попросил всех людей спрятаться и наблюдать лишь издалека. Это устроило всех, кроме Мико. — Это нечестно! — выкрикивала Накадаи, сопротивляясь подталкивающему её манипулятору Рэтчета. — Я его никогда не видела! Почему мы должны прятаться?       Однако Мико своей «манией к приключениям и проблемам» поражает меня всё больше и больше с каждым разом, когда её выходки становятся опрометчивей. Разве она не понимает насколько опасен Мегатрон?.. — Я приказываю, — коротко отрезал Рэтчет и обернулся ко мне. — А к тебе, Талия, у меня тоже есть поручение.       Я заинтересовано посмотрела на доктора. — Какое? — Зайди на склад и принеси мне оттуда провод, — я уже хотела возразить, ведь если это какой-то неподписанный провод какого-то цвета, у меня с этим большие проблемы… — Он в ящике под кодовым номером R-72, провод там один.       Я кивнула и зашагала в сторону склада, пройдя мимо людей. Когда собиралась окончательно уходить, земной мост активировался и из него вскоре величественно, в своей манере, вышел наш «званый гость». Би, Арси и Балкхэд встретили его очень тепло, как и полагается — во всеоружии, направив бластеры и пушки. Мегатрон, судя по оскалившейся улыбке на его фейсплейте, был тронут таким приветствием.       Вдруг Раф, наблюдавший за всем этим за углом, сорвался с места, твёрдо зашагав к Мегатрону. — Рафаэль! Раф, стой! — проговорили ему вслед мисс Дарби и Джек. — Ты!.. — со злостью прошипел Эскивель, глядя на Мегатрона.       Я выбежала за Рафом и встала между ним и гладиатором, закрыв мальчика сервоприводом и боясь, что что-то может случиться. Но, к счастью, для Рафаэля всё обошлось лишь насмешкой лидера десептиконов. Однако со мной всё обстояло сложнее… — А, Талия, — протянул он, с прищуром окинув меня взглядом. Шлак, я уже чувствую, как Би теряет контроль: искра колит, как шипы. — Я хотел многое обсудить с тобой. Знаешь, супруги-искры должны хоть иногда говорить друг другу о своих делах, заботах… Я так понимаю, о разговоре тет-а-тет не может быть и речи? — И не мечтай, — скрипя дентами, проговорила я. — Она не твоя супруга! — яростно вспылил Би, почти приготовившись зарядить пушку, но его вовремя остановил Балк. — Ошибаешься, разведчик, — с насмешкой ответил Мегатрон. — Я сочетался с Талией по завету Праймуса на своём корабле несколько ворнов назад. А где в это время был ты, а? — Мегатрон, сочетание не было согласовано с одной из сторон, то есть, с Талией, — стараясь заглушить разгорающийся конфликт, взыскательно сказал Оптимус. — Поэтому я на всех правах объявляю его недействительным, фиктивным.       Я кивнула Оптимусу в знак большой благодарности. Тоже самое сделал и Бамблби. Смерив Мегатрона гордым взглядом, я развернулась и быстром шагом направилась за проводом, потому что во мне Рэтчет оптикой уже прожигал дыру за невыполненное поручение.       Я ходила по рядам выстроенных коробок, внимательно вглядываясь в их кодовые номера. R-69, R-70, R-71… А, вот она, R-72! Я обхватила её, но вдруг оказалось, что она довольно плотно зажата между расположенной над ней полкой и гущей других коробок. Я сильнее потянула её на себя. Постепенно ящик начал отходить, но я боялась, что если дёрну сильно и резко, всё может обвалиться. Да и полку никак не сдвинешь, она оказалась прикручена «на века». Устав искать какие-то обходные выходы и вспомнив, что меня, вообще-то ждут, и у нас ещё целая миссия впереди, я крепко обхватила ящик и со всей силы потянула на себя. Но об этом я вскоре пожалела. Коробку достала, но, не ожидав, что она так резко выдернется, я полетела назад и ударилась затылком об стену, съехав спиной по ней же. И ударилась больно, что даже начало гудеть в слуховых анализаторах и на самом складе. Глухо промычав себе под обонятельный сенсор от удара и потирая ушибленное место, я поднялась на серво. И едва выпрямившись, снова ударилась шлемом об полку. Зашипев от боли, я уже была готова проклинать всё на свете, но судьба на сегодня решила добить меня окончательно, когда на шлем мне с тобой самой полки что-то свалилось… — Ай!!! — вскрикнула я, понимая, что последние задатки процессора мне уже выбили. — Какого шлака?!       Гневно разомкнув окуляры, я начала искать то самое, что на меня только что свалилось, горя неистовым желанием выкинуть его к шлаковому Юникрону (к которому мы, к слову, скоро отправимся). И, наконец, я увидела ящик, отличающийся от остальных на этом складе. Он выглядел чуть по-другому и даже не был пронумерован. И что-то заставило меня не пнуть его куда подальше, а заинтересовано рассматривать. Сгорая от любопытства, я решилась и открыла ящик. И чуть не дезактивировалась от стыда, увидев, что только пару кликов назад я хотела выбросить. В ящике лежала до боли знакомая пара рукопашных перчаток длиной до запястья из очень пластичного металла серебристого цвета (я помнила цвета наизусть, и дефект моей оптик мне не помешал), с золотистыми вставками и голубыми прожилками. В искре кольнуло — насколько родной была мне эта вещь. Перед оптикой поплыли воспоминания.       — Кия! — громогласно вскрикнул Клифф, стукнув кулаки в увесистых перчатках друг об друга и одним взмахом отправив стоящего рядом десептикона в нокаут. В тех самых перчатках.       Вехикон напротив замешкался. Десептиконы не понаслышке знали, как силён удар брата даже без перчаток, а уж только завидев на его манипуляторах горящую синюю прожилку оружия — старались избегать с ним прямого столкновения. Клифф был мастером рукопашного боя.       Лязг и звон металла. Апперкот. Нокаут. Следующий. Клифф бьёт нон-стоп прямо в корпус, увеличивая напор с каждым ударом. БАХ. Прожжённый корпус противника выстрелом шестицилиндровых ионных пушек, которым позавидовал бы сам Мегатрон, падает наземь. Ещё трое со спины. И все ушли в офф уже через пару кликов, только испытав гнев и кулаки брата на себе.       «Я никогда не перестану тобой восхищаться» — подумала я тогда и была права.       Без лишних раздумий, я надела их. Голубые прожилки засветились, перчатки плотно сели на манипуляторы, адаптировавшись под меня. Я пошевелила в них пальцами, ощущая в них энергию и тепло Клиффа. Заглянула в ящик ещё раз. Рядом с перчатками был датапад. Сняв новообретённое оружие, я бережно взяла датапад в манипуляторы и включила его.

Личный архив

      Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь буду вести дневник? Мне что, совершенно некому выговориться? Видимо, да. Нет, не подумай, есть Арси, она всегда выслушает и даст нужный совет, но… Отчего-то я хочу поведать свои мысли именно здесь. Может, потому что лелею надежду на то, что та, кого мне сейчас недостаёт, когда-нибудь прочитает это?.. — Талия! — вдруг раздался крик.       Я обернулась и увидела Рэтчета. Задержалась я… — Д-да?.. — я тут же выключила датапад и убрала обратно в ящик. — Остальные с клика на клик отправятся на задание! Почему так долго? Сам всё найду, шлак с ним, иди быстрее! — сетовал Рэтчет, чуть ли не пинками выгоняя меня со склада.       Я без лишних слов надела перчатки брата, а ящик с датападом буквально сунула в манипуляторы доктору. Медик вопросительно посмотрел сначала на коробку, затем на меня. — Пожалуйста, занеси его в мой отсек, — я умчалась к земному мосту.       Телепорт уже был активирован. На базе остались только Оптимус и Бамблби, впрочем, Прайм уже намеревался «уйти в тень». Би же, видимо, ждал меня. И он тут же обернулся, почувствовав моё присутствие. Я побежала к разведчику. — Что-то случилось? — осторожно спросил Бамблби. — Ты сама не своя. — Об этом после миссии. Идём, — отмахнулась я.       Я обернулась и посмотрела на стоящих позади людей. Их взгляды были печальными, ведь они провожали своих друзей на смертельно опасное задание, но в то же время полны надежды и веры, в них было столько искренности. Я коротко кивнула им. Дети приулыбнулись, Джун кивнула в ответ, а агент Фоулер даже коротко отсалютовал мне. И зашла в земной мост.       Мы шли прямиком за Мегатроном. Было неописуемо страшно идти за злейшим врагом, как бы он не уверял в своих намерениях — десептикону доверять, значит быть заведомо преданным. Обычно так говорят. Особенно их лидер. Особенно гладиатор ям Каона.       Но я взяла Би за манипулятор и несколько успокоилась. Он опустил взгляд на мою ладонь и расширил окуляры от удивления. И было понятно, что привлекло его внимание. Разведчик посмотрел на меня, ожидая объяснения, а я лишь многозначительно улыбнулась. Интересно, что скажут остальные?       Чертоги Юникрона встретили нас гостеприимно. По царившей обстановке сразу стало понятно, что хозяин никто как сам Владыка хаоса: в полумраке светились прожилки, находящиеся на стенах, на них же были расположены сплошные выпуклые круги, окаймлённые в такие же странные «рамки». Стало немного не по себе, появилось странное ощущение. Сразу стало понятно, что всё здесь, как ни странно, пропитано тёмным энергоном. Посмотрев наверх, мы увидели целую сеть мостов. — И сколько у нас времени, пока Юникрон не узнал о нас? — оглядываясь, спросила Арси. — Можешь поверить, он уже знает, — с ухмылкой ответил Мегатрон, уходя вперёд.       Следуя за ним, по многочисленным проходам и лестницам, мы вышли в какой-то тоннель. Наши шаги эхом отражались от стен. Казалось, что за нами наблюдают изо всех углов, какие только есть в этом проклятом месте.       Вдруг Мегатрон глухо прошипел, схватился за шлем и, крепко зажмурив окуляры, сорвался к полу. Но вовремя выставленный манипулятор, спас гладиатора от падения всем грузным корпусом. Мы удивлённо уставились на него. — Юникрон становится всё сильнее, — сдавленно прокомментировал гладиатор, поднявшись и продолжив свой путь.       Арси насторожилась. — Что, если Юникрон использует Мегатрона, чтобы заманить нас в ловушку? — Этого не узнать, — ответил Оптимус, идя вслед за десептиконом.       Я оборачивалась чуть ли не каждые несколько кликов. Мне всё равно неустанно казалось, что за нами следят. Би дёрнул меня за манипулятор. — Тебя что-то беспокоит? — спросил он, взирая по сторонам. — Мне кажется, что за нами наблюдают, — призналась я, шумно выдыхая.       Сзади в темноте что-то мелькнуло, издав шорох. Я дрогнула. Бамблби крепче сжал мою ладонь. — Талия? — Всё в порядке, — стараясь сдержать эмоции и внезапно появившуюся паранойю, проговорила я.       Бамблби кивнул, однако и он теперь тоже начал оглядываться по сторонам.       Мы вышли из тоннеля. Судя по самодовольному выражению фейса Мегатрона, искра Юникрона близко. Вдруг Балкхэд болезненно замычал, остановившись. — Что с тобой? — придерживая разрушителя за плечо, спросил Би. — Ничего… Просто шатает… — Балк помотал шлемом. — Это тёмный энергон, — сказала Арси. — Он влияет на нас. Осторожнее, друг.       Я пристально смотрела вокруг да около. Вдали что-то глухо прорычало. Мегатрон насторожился. — Он собирается нас извергнуть, — сказал гладиатор, повернувшись к нам.       И после этих слов, будто по команде, послышались какой-то неясный рёв. А вдалеке показалась огромная стая небольших крылатых существ. Нет, это всё-таки была не паранойя… — Что это за мерзость? — вытянув манипуляторы и заряжая пушки, спросила я. Уж явно они здесь не для того, чтобы нам помочь. — Так как мы внутри Юникрона, разумно предположить, что это его антитела, — пояснил Прайм.       Рой так называемых антител, невыносимо пища крыльями, большой тучей сгущались над нами. Мы открыли огонь. Они, как ни странно, тоже. Не прошло и нескольких бриймов, как всю территорию заполонил только шум орудий и стрельбы.       Арси направив на одного из врагов пушки, сделала сальто и выстрелила, попав точно в цель. Но взрывная волна оттолкнула её в сторону по другой траектории. — Арси! — я направила всю мощь пушек на скопившихся вокруг меня врагов, стараясь как можно скорее дезактивировать их, чтобы помочь подруге. И вскоре я, как и хотела, оставив свиту Юникрона на верхнем ярусе Би и Балкхэду, рванула на мост ниже.       В это время двухколёсная развлекалась по полной программе: одних врагов она расстреливала прямо в воздухе, прожигая насквозь мощью бластеров, а других, подлетавших к ней слишком близко, тут же рассекала ударами клинков. Одного она не углядела. Спрыгнув, я вкатила ему по его маленькому корпусу. Процессор замкнуло. Враг отлетел в сторону, только повреждённые электрические каналы мерцали. Пожалуй, в перчатках Клиффа и впрямь удобнее бить! Я ведь даже особо силы не прикладывала… — Веселишься одна? — с ухмылкой спросила я, стукнув друг об друга кулаки, чтобы Арси наверняка заметила. Она должна их помнить.       Двухколёсная замерла и приоткрыла рот, взглянув на мои манипуляторы. Она на несколько кликов придалась приятным воспоминаниям, о чём свидетельствовал её умиротворённый фейсплейт. — Фразочки вместе с перчатками передаются по наследству? — вернувшись к битве, ухмыльнулась она. — Клифф ими врага вырубал одним ударом. И ты… — Смогу, — уверенно и резко ответила я.       И тут же оттолкнувшись серво об пол, я занесла кулаки над одним из соперников и ударила по нему. Лязг металла. Антитело Юникрона, превращённое в кучу металлолома, отлетело в сторону. Арси гордо кивнула.       Спина к спине. От многочисленных выстрелов всё вокруг сотрясалось. — Готова? — перезарядив орудия и согнув манипулятор в локте, произнесла Арси. — Всегда.       Мы выстрелили чётко в один момент, даже не сговариваясь. Полчища антител Юникрона полегло, приземляясь то в опасной близости рядом с нами, то, рассекая воздух, — в пропасть. В последний раз мы работали так с ней, когда нещадно били Старскрима, кажется… Но в тот день мы с ней поссорились и не разговаривали около двух глаксинов. И хотя мы это больше с ней не обсуждали и сейчас общаемся хорошо, но официального примирения не было… — Эй, Арси, — я чуть повернула голову назад, — ты ведь больше не злишься на меня из-за моей лжи?.. — А? — вопросила двухколёсная, вырубив ещё одного врага. Фем растерянно вытаращила оптику. — Ты совсем что ли с процессоров полетела? Давно уже нет! — Так значит мир? — Конечно же мир, — непринуждённо ответила фем. Я улыбнулась. Слава Праймусу! — Талия, Арси! — сверху раздался голос Оптимуса.       Мы подняли шлемы. Команда намеревалась забежать в следующий проход. — Нам нужно наверх, — я повернулась к подруге. Та кивнула мне.       План был если не сумасшедший, то точно очень экзотический. Как же попасть наверх, если не через эти летающие маленькие штуковины? Не знаю, что придумали бы другие, а с Арси у нас свои причуды. Надеюсь, что эти приставучие гады выдержат меня с моими-то габаритами (считая тяжеленные перчатки и меч за спиной).       Несколько из них подлетело близко. Мы разбежались и оседлали их. А они не такие уж и хрупкие! Не сказать, что статичные, но даже меня выдерживают, хоть и дёргаются, раскачиваясь то туда, то сюда и шевеля странными антеннами. С горем пополам, издавая пронзительный рёв, они всё-таки доставили нас наверх. Мы вовремя спрыгнули, перед тем, как антитела врежутся в стену. Вот так-то!       С Мегатроном во главе наша команда забежала в следующий проход. Отставать те летающие заразы не хотели и послушно последовали за нами. Летели клики и бриймы, а их становилось всё больше и больше с каждым разом. Огонь! — Искра Юникрона находится прямо здесь! — Мегатрон, болезненно хрипя, указал на большой круглый проход. Закрытый проход. — Чтобы попасть вовнутрь, нам нужно обмануть его защитные системы, чтобы они не воспринимали нас как угрозу.       Не знаю, что сделал Мегатрон с этой дверью, потому что я была занята битвой, но уже через несколько кликов она открылась. — Автоботы, постарайтесь сдерживать атаку так долго, как только сможете! — сказал       Оптимус, отправляясь вслед за Мегатроном. — Положись на нас! — ответила я.       Мы переглянулись и уверенно кивнули друг другу. — Вперёд, ребята, — решительно произнёс Балкхэд. — За Оптимуса.       И мы бились. Бились изо всех сил, игнорируя боль и усталость. Наша миссия слишком ответственна, чтобы сдаваться и отдать победу. — Во славу всех искр! Перчатки Клиффа! — воскликнул Балкхэд, наконец, заметив. — Именно, Балк, — улыбнулась я, демонстративно вырубив ими одного из врагов. — Шлак, откуда? Он прежде всегда носил их с собой и почти не снимал! — вспоминал Балкхэд. — Я-то почему-то думал, что они ушли вместе с ним. — Точно, — согласилась Арси, — верно подмечено, Балк. — Нашла на складе, — коротко объяснила я, — лежали в коробке. Я и сама удивилась. — Слушай, а в них ты бьёшь так же сильно, как и Клифф? — улыбнулся Балк. — Почему всем интересно это проверить? — с таким же вызовом ответила я. — Вы во мне что, сомневаетесь? Вот проверим потом!       И я снова демонстративно выношу одним ударом два антитела Юникрона.       Я потеряла счёт времени, счёт скольких врагов мы уже положили. Но это было совершенно неважно. Рядом были друзья. Их присутствие заставляло чувствовать себя нужной, на своём месте. И если я сегодня умру, то это будет великая честь для меня — умереть, сражаясь с такими прекрасными товарищами и… Конечно же, Бамблби.       Они приближаются. Всё больше и больше. Через силу. Направляем пушки и… Упали?! Сами?! Антитела Юникрона гурьбой упали на пол сами по себе. Где-то далеко послышался приглушённый крик. А это значило только одно… — У них получилось! — с трепетом и улыбкой на губах, произнесла я, налетев на Бамблби и крепко обняв его.       Разведчик прижал меня к себе. Балкхэд и Арси с тяжёлым выдохом убрали оружие. Осталось только найти Оптимуса. Тогда можно возвращаться на базу. И всё снова вернётся в своё русло.       Единственная была проблема — проход. Закрытый проход. Но если Юникрон… Эм… В оффе? Да, тогда он не должен отреагировать. А кто его знает… Впрочем, Балкхэду вообще побоку. В несколько ударов пусть и уставший, грузный разрушитель, вышиб этот проход. — Оптимус! — я начала оглядываться.       Впереди над Праймом возвышался Мегатрон. Вид лидера был… Каким-то потерянным? — Почему они так назвали меня? — послышался размеренный голос Прайма.       Что?.. — Кто они? — растеряно спрашивал Оптимус Мегатрона, глядя на нас.       Эти слова… Как лезвием по искре… Он что, не узнаёт свою команду?!       Мы подбежали вперёд. — Что ты с ним сделал? — удивлённо выспрашивает Арси. — Наши заклятые враги, — ответил Мегатрон, игнорируя вопрос двухколёсной. За их спинами открылся земной мост, куда лидер десептиконов толкнул Оптимуса. — Их больше. Уходи, я прикрою! — Чт… — я не успела договорить.       Выстрел. Отлетаем по разным сторонам. Зловещий оскал гладиатора. Закрытие земного моста. — Оптимус!       Отчаяние и безмолвное молчание.

Продолжение следует….