Game over

      Сегодня осенний день, такой же обычный, как и все остальные будние дни — серый, хмурый и, словно опустошенный. Дождь льёт как из ведра, не оставляя ни единого сухого места, а земля под ногами превращалась в противную скользкую слякоть. Холод подступал также быстро, как и шёл ливень, заставляя сильно дрожать и ускорять шаг. Воздух и земля перенасыщены влагой. От тяжёлых капель пожелтевшие травы низко наклонились к земле. Воздух влажный и свежий, пахнет прелой листвой. Дождь все еще продолжает капать и мочить: землю, которая быстро впитывала влагу, разноцветную осеннюю листву, клумбы с цветами, пустынные улицы города. По асфальту текут ручьи. В них грязная и холодная вода. Подул сильный ветер, снося шляпы прохожих и вызывая на их лицах кучу недовольствия.       Листья, переливавшиеся разными цветами, что всегда восхищали людей и поднимали настроение, промокли насквозь и, казалось, потеряли свою необычную красоту. Мокрые, будто безжизненные. Многие из них тихо падали с веток на землю, по пути проделывая вальсирующие движения, словно показывая последние силы перед своим концом.       Именно так видел эту осень мальчик 10 класса — Ульрих Штерн. Такая погода нагоняла на него невероятную тоску и уныние. Он шёл медленно в раздумьях и ему было все равно на то, что льёт дождь или то, что сейчас быстро проехала машина по луже, тем самым забрызгав его тёмно-зелёные брюки. Белые кроссовки уже все были испачканы в грязи, а светло-жёлтая футболка и серо-зелёная кофта с короткими рукавами, что были надеты на парне, промокли насквозь.       В карих глазах мальчика читалась тревога, смешанная с грустью. Для него мир стал серым, беспросветным адом, его убивала эта повседневная жизнь обычного школьника. Он печально смотрел на подсвеченные вывески в магазинах или на вечно спешащих прохожих, останавливался около кафешек и смотрел на людей. Каждый человек для него — это отдельная жизнь, в которой происходило куча событий и невероятных вещей. Вот кто-то сидит за телефоном, а кто-то весело беседует в компании, попивая горячий кофе.       На улице уже стемнело и дождь потихоньку стих, но тучи не спешили расступаться.       Прошло уже больше года, как они избавились от очень опасной программы, когда-то созданной Хоппером — Зены. Шатен до сих пор не мог поверить, что все это закончилось. Он вспоминал те дни, где они сражались не жалея себя, готовы были пожертвовать собой. А что теперь? Они словно чужие люди, можно было подумать, что они никогда и не были спасателями земли и не работали в команде такое длительное время, рискуя собой. Всё это просто… исчезло.       Нет, они до сих пор общались, смеялись из-за какой-нибудь ерунды или нелепого случая, помогали друг другу, но всё это было не то. Они реже стали встречаться и проводить время. У каждого своя жизнь и свои проблемы. Иногда казалось, что их дружба с каждым днём всё сильнее рушится, казалось, что она вот-вот разлетиться на осколки, словно ваза, упавшая со стола. И ничего не останется… совсем ничего.       Но почему? Они по-прежнему учатся в Кадике, ходят на уроки, всё также, как было раньше.       «Нет, всё совсем не так», — сказал печально про себя Штерн, пнул очередной камень и попал в лужу, тем самым забрызгав прохожего. Тот выругался, но парень не обратил на это никакого внимания. Будто бы никого здесь и не было. Он был слишком затянут в свои мрачные мысли. Они никак не давали ему покоя, а особенно те воспоминания. Те, когда они все вместе сражались против этого опасного супервируса, когда были готовы на всё, лишь бы спасти этот жалкий мир. Куда всё это подевалось? Неужели их связывало только одно? Неужели это Зена создал их крепкую и, можно сказать, нерушимую дружбу и в миг со своим уничтожением унёс её в мрак с собой, далеко. Туда, куда никто и никогда не сможет попасть и вернуть всё на круги своя. Туда, где не было ни единой живой души, только умершие приятные воспоминания, которые когда-то были явью, но испарились и улетели вслед за ним. Кто он, Зена? Опаснейший враг или же тот, кто объединяет людей, создавая непобедимый строй, что может сломать кого угодно? Очередной его план или просто так устроена жизнь? «Забавно, а ведь раньше я только и желал скорейшего отключения суперкомпьютера, а теперь.» — заметил с усмешкой юноша. Ему хотелось только одного, чтобы они чаще общались, были вместе, как раньше, и без при помощи атак Зены.

***

      Аэлита, розоволосая невысокая девочка, рост которой не превышал ста шестидесяти сантиметров, уже как месяц в ссоре с Джереми — «мозгом» их команды. Всё было замечательно, они были как не разлей вода, но в один момент всё просто испортилось. Одной ночью они ужасно сильно поссорились, да так, что Джереми на время уехал из Кадика. Они довольно часто начали ссориться, но, видимо, именно эта стала последней каплей для блондина. Однако, завтра он должен вернуться, но какова вероятность того, что они снова помирятся?       «Хм, вообще-то довольно большая», — размышлял про себя Штерн, — «Я думаю, их не так просто разлучить, да и кому это надо»?       Они действительно очень хорошо ладили и очень много делали друг для друга, также много, как и когда-то для своей команды. Сильно ссорились они редко, но если такое происходило, то они могли неделями не общаться. Это было странно, обычно они быстро мирились. Ульрих замечал, как всё меняется и ему это жутко не нравилось.       Аэлита очень добрая, заботливая и слегка наивная девушка, но несмотря на всё это может постоять за себя. Сейчас её редко можно было заметить плачущей, нежели раньше, она стала более настороженной и менее доверчивой, словно привыкла к этой бесконечно повторяющийся петле: ссоры с Джереми, порой даже на пустом месте и примирения, иногда при помощи друзей. Иной раз конфликт мог возникнуть на пустом месте и создавалось впечатление, что они просто надоели друг другу и искали любой повод поругаться, и в основном это было заметно в поведении Джереми.       Одд, ещё один из членов их команды, часто успокаивал её и оставался с ней, когда она ссорилась с Джереми и ей было плохо. За всё это время они очень сблизились, хочется сказать даже слишком близко для друзей. И иногда, находясь рядом с ними, чувствуешь себя лишним.       — Увы, я не так близок с Аэлитой, как он, — тихо произнёс шатен, всё также медленно идя по ночной улице, — возможно, дело также и во мне, что мы реже начали общаться. Стоит быть более активным. Да, точно.       А что насчёт Юми? Девочка, на год старше всех их. У неё были красивые короткие волосы, чёрного цвета и тёмно-карие глаза, в которых мальчику хотелось утонуть.       Совсем недавно она начала быть более нежной с Уильямом и, казалось, что у неё была взаимная симпатия к нему. Сам Ульрих не так часто общался с Ишиямой, и, понятное дело, что она нашла кого-то получше него, кто будет всегда рядом. Кареглазый винил себя за то, что так и не смог рассказать этой девочке о своих чувствах. О том, как бьётся его сердце при виде неё, как тепло становится внутри и улыбка автоматически появляется на лице. Как ему хочется прикоснуться к ней, почувствовать хоть на миг её… Он готов открыть свою судьбу для неё, доверить всё на свете, лишь бы она находилась рядом. Но она была слишком далека от него, он никак не мог дотянуться, сколько бы не пытался, а она всё отдаляется, оставляя минимум надежды. Они всего лишь друзья и больше ничего.

***

      Штерн неспешно шёл по направлению к библиотеке, смотря в пол, видимо, о чем-то думая. Ему нужно было взять одну книгу для урока.       Юми шла навстречу Ульриху, читая какую-то книжку. Они даже не заметили друг друга и, что вполне ожидаемо, столкнулись. Девушка упала на пол, больно ударившись, а её книжка вылетела из рук.       — А-ай, Юми, прости, — протянул парень, потерев лоб. Он протянул ей руку, чтобы помочь подняться.       — Ничего страшного, — сказала девушка и подала руку юноше.       — Как ты? Всё нормально?       — Да, только больно ударилась, но ничего, нам стоит быть внимательнее, — усмехнулась Ишияма, потерев больное место. Она потянулась за книжкой и соприкоснулась с рукой Штерна, который тоже хотел поднять её. Юми медленно убрала руку, немного покраснев. Парень поднял книгу и отдал девушке. На его лице тоже можно было разглядеть румянец.       — Увидимся, — бросила черноволосая и пошла дальше.       Ульрих провожал её взглядом, пока та не завернула за угол.       Сердце бешено стучалось, ладони слегка вспотели, а внутри ощущалось жгучее чувство невероятной эйфории.       — Ха! Я всё видел! — послышался чей-то знакомый голосок, такой родной и одновременно раздражающий. Это был Одд. Он выбежал из-за угла и с довольной ухмылкой посмотрел на друга.       — Когда ты уже признаешься ей, а? — спросил блондин, вопросительно изгибая бровь.       Ульрих лишь недовольно покосился на друга и, проигнорировав вопрос, пошёл дальше по направлению к библиотеке.

***

      Он всё ещё помнит эти маленькие, казалось бы, незначительные моменты. Но они задевали его, очень сильно, раздирая изнутри. Осознание того, что, возможно, уже поздно и она будет счастлива с кем-то другим, не давало ему покоя.       Уильям — его вечный «враг» в борьбе за Юми. Черноволосый парень, с серыми, иногда казалось, хмурыми глазами, учился в одном классе с Юми. Он изменился. Стал спокойнее и рассудительнее, то и дело разбрасывался «красивыми речами». А ведь они действительно были неплохи. С учёбой всё также, но вот в характере были видны лёгкие изменения и Штерн заметил, что это нравилось Ишияме. Его одолевала сильная ревность, словно стрела, пронзившая его насквозь. Но главное, что она счастлива. Неважно с кем. А они с ней всего лишь хорошие друзья.       Ульрих проходил мимо дома Юми, словно бы намеренно пытаясь встретиться с ней, как вдруг услышал разговор и спрятался:       — Слушай, Юми, мне очень жаль, что я был таким надоедливым и действовал тебе на нервы. Я действительно потерял от любви свою голову. Знаешь, я хотел бы пожелать тебе счастья с тем, с кем ты действительно хочешь быть. И знай, ты всегда можешь рассчитывать на меня, если понадобится помощь, — голос Уильяма звучал как-то грустно и одновременно смело, он говорил вещи, которые задавали его, но они были правильными. Ульрих не узнавал того самого Данбара, который привык добиваться того, чего хочет. Хотя как-то раз Уильям уже ему говорил, что смирился с тем, что «проиграл в битве за Юми».       «Нет, мы оба проиграли, дружище», — сказал про себя Ульрих       — Это очень мило Уильям, спасибо. Я не сержусь на тебя, ты действительно сильно помог, как мне, так и ребятам. Я была бы рада продолжать общение с тобой, ты и правда способен быть приятным человеком, — сказала Ишияма и улыбнулась. На эту улыбку Штерн был готов смотреть вечность. Как только Юми зашла к себе в дом, а Уильям поставив скейтборд на тротуар, продолжил на нем куда-то свой путь, Штерн вышел из своего "укрытия" и спокойно пошёл дальше, вновь окунувшись в свои мысли.       Всё вокруг менялось, все взрослели и даже его придурковатый сосед по комнате. У него была необычная причёска: золотистые волосы постоянно смотрели вверх, а в середине волос, где-то напротив лба, стояла фиолетовая метка. Блестящие янтарные глаза мальчика постоянно заливались волнами радостных эмоций.       Парень стал лучше учиться и заводить всё меньше романов. Уже больше полугода Делла-Роббиа вообще ни с кем не встречался и даже не предпринимал попыток, а если ему и предлагали, то придумывал какие-то нелепые отмазки или просто напрямую говорил: «Изивни, мне очень жаль, но наши чувства невзаимны, ты обязательно найдёшь кого-то намного лучше, чем я». Он по-прежнему тот же безнадёжный оптимист, часто попадающий в неловкие ситуации и пускающий не всегда удачные шутки. Просто, возможно, стал слегка серьёзнее к некоторым вещам.       «Одд? Серьёзнее? Бред какой-то или люди действительно имеют способность меняться», — размышлял Ульрих, глядя по сторонам.       Делла-Роббиа по-прежнему был одним из тех, с кем Ульрих чаще всего общался, хотел он того или нет, все же жили они в одной комнате и им всегда было, что обсудить. Когда же Ульрих задал вопрос о внезапных изменах в поведении друга, то Одд ответил, как показалось Штерну, не слишком убедительно.

***

Около двора кадика шла стройная, красивая девушка со скейтбордом в руках, её короткие тёмные волосы волной развивались по ветру, а карие глаза, казалось, искрились от предстоящего события. Тёмная кожа, словно шоколад, боевая улыбка, острый взгляд. Однако вся уверенность и смелость тут же пропали, когда девушка взволнованно посмотрела в сторону школы и заметила во дворе того, кого искала. Она сначала стояла несколько секунд в ступоре и набиралась сил хотя бы для того, чтобы открыть рот. Её сковывал страх. Страх отказа, так знакомый многим. Он причина того, почему люди любят жить в своих мечтах и не приступать к действиям - они боятся получить отказ, точный удар, гарантированно приводящий к апатичному состоянию, которое далеко не каждый способен быстро одолеть или хотя бы смириться с тем, что в жизни всегда бывают тяжёлые моменты, на то она и жизнь.       — Эй, Одд! Одд! Послышался чей-то до боли знакомый голос, отчего даже неприятно кольнуло в груди. Делла-Роббиа сразу резко остановился и слегка сжал руку Аэлиты, с которой в этот момент вёл увлекательную беседу, пытаясь отвлечь её от плохих мыслей насчёт Джереми и не только. Шеффер удивлённо посмотрела на него, а затем на того, кто выкрикивал его имя. Увидев знакомую девушку, в которую Одд раньше был сильно влюблён, она улыбнулась и покивала головой в знак того, что её другу нужно идти.       — Одд, тебя зовёт дама мечты, неужели даже не поздороваешься с ней? — сказал с усмешкой Ульрих, подойдя к ребятам. Делла-Роббиа недовольно посмотрел на Ульриха, затем перевёл свой взгляд на Аэлиту, нервно улыбнулся и произнёс:       — Я быстро, сейчас вернусь, хорошо? После этих слов он побежал по направлению к девушке, которая его звала. Шеффер спокойно смотрела ему в след.       — Саманта, что ты здесь делаешь? — сразу спросил удивлённым тоном Одд и непонимающе посмотрел на неё, как только добежал.       — А ты не рад меня видеть? — спросила она, слегка погрустнев.       —  Нет, ты что, рад, конечно, но... все же, что ты здесь делаешь? — Одд нервно переводил взгляд с одного дерева на другое, будто пытаясь избежать столкновения со взглядом Саманты.       — Я хотела спросить, а точнее предложить... Я не могу уже долгое время до тебя дозвониться, поэтому решила прийти сюда, — в это время Делла-Роббиа слегка покраснел, он специально игнорировал её звонки и не знал, что ей ответить, он очень боялся этого разговора. — В общем, мне нравится проводить с тобой время, ты очень классный парень. Я бы хотела... я бы хотела, чтобы у нас был ещё шанс. Я думаю, что ещё не поздно начать отношения с чистого листа, не так ли? Мне было очень хорошо с тобой. Я поняла свои ошибки и готова исправиться, знаешь, ты был прав, воровать - не самое лучшее решение. На пару секунд Делла-Роббиа застыл с удивлением на лице и его взгляд устремился в одну точку. Он бесцельно смотрел в неё что-то усердно обдумывая. Юноша виновато посмотрел на девушку, после чего тяжело вздохнул, повернулся назад и посмотрел на Аэлиту с Ульрихом, которые что-то обсуждали, а затем произнёс:       — Прости, Сэм, но... мой ответ - нет. Саманта напряглась, сжав руки в кулаках. Этого ответа она явно не ожидала.       — Знаешь, ты тоже очень классная, и ты мне правда нравилась. Хотя, нет, мне не страшно признать даже тот факт, что я был очень сильно влюблён, — Одд, сказав это, сделал небольшую паузу и нахмурился уже пожалев о том, что сказал, но через пару секунд продолжил, — но всё это в прошлом. Я был бы рад, если бы ты была моим другом. А парня ты найдёшь ещё круче, чем я, — Делла-Роббиа направил два больших пальца вверх и улыбнулся, но это не особо помогло. Девушка опустила голову, обняв себя. Одду стало стыдно, но он ничего не мог сделать.       — Проти, я хотел быть честным с тобой, — Делла-Роббиа положил руку ей на плечо. Она улыбнулась.       — Тебе нравится кто-то другой? — Саманта посмотрела на него с таким грустным взглядом, что юноше хотелось сквозь землю провалиться. Он убрал руку с её полеча и, немного покраснев, отвернулся:       — Нет, наверное, просто я... я решил уделять больше времени учёбе и знаниям, от этого зависит будущее! — Одд глупо улыбнулся, осозновая, что врать у него в последнее время не очень хорошо получается, хотя отчасти он говорил правду, — и извини, что не отвечал на твои звонки, я был... Я был занят. Как раз сегодня хотел перезвонить, — Делла-Роббиа почесал затылок.       — Ну что, ботаник, как будет время, звони, покатаемся на скейтбордах, устроим турнир против других друга, все же мне кажется, что ты так и не показал все свои силы в прошлый раз! — произнесла Саманта и легко ударила Одда в плечо, после чего повернулась по направлению к своему дому.       — Обязательно! — крикнул ей вслед Делла-Роббиа, после чего облегчённо вздохнул, потёр своё плечо, которое она ударила и направился назад к школе. ...       — Что? Ты сказал ей нет? Не может быть! Да ты же буквально голову терял при виде неё, это был такой шанс! — Ульрих с непониманием глядел на Одда, который в это время гладил Киви.       — Ну, знаешь, это далеко в прошлом. Она хороший друг, но я не считаю, что нам нужно снова начинать встречаться, — Делла-Роббиа продолжал гладить Киви, которого должен был на днях увезти домой. Прикосновения к гладкой шерстке собачки его немного успокаивали от довольно тревожного случая с Самантой. Отказывать бывает слишком тяжело, но если нет другого выбора...       — Это совсем на тебя не похоже, не думал, что ты так изменишься. Никаких романов и так долго, что же, в любом случае, это хорошо, что не встречаешься со всеми подряд. Хотя... может просто уже девушки закончились? — усмехнулся Штерн.       — Очень смешно, — скосил недовольную гримасу Одд.

***

      А что же с Джереми? Тем самым невысоким голубоглазым блондином с отличными оценками и обширными знаниями. Его гениальности мог бы позавидовать каждый. Он всё такой же занятой, как и был прежде. Постоянно сидит у компьютера или за нескончающимися формулами. Ездит на олимпиады и всё также непрерывно продолжает грызть гранит науки, иногда забывая о самых простых вещах. Он пропускал концерты Аэлиты из-за своих олимпиад или каких-то своих «важных» мероприятий, после чего и зарождались ссоры. Да и просто мало уделял ей внимание, сам того не замечая. Аэлита пару раз говорила ему, но он словно не слышал её и продолжал вторить: «Это для нашего будущего».

***

      — Джереми, это уже третий раз! Третий! Почему ты перестаёшь приходить? Концерты проводятся нечасто и мне бы так хотелось тебя там видеть, — грустно и слегка взволнованно произнесла розоволосая, зайдя в комнату Белпуа.       — Аэлита, я же сказал, что занят. Это важно. Я работаю для нашего же с тобой будущего, — слегка раздражённо пояснил парень и, поправив очки, продолжал что-то писать в своей тетрадке.       — Для нашего или только твоего? — бросила девушка и выбежала из его комнаты, громко хлопнув дверью. Блондин лишь тяжело вздохнул.       Тогда была зимняя, холодная ночь. Полночь. Все спали. Снег за окном тихо падал на землю, окутывая его своим белым покрывалом. Как бесценная алмазная пыль с крыш домов и деревьев сыплется снег, оживляемый малейшим дуновением ветерка. Одиноко стоят фонари, тусклым светом освещая заснеженный и пустынный двор Кадика.       Умиротворенную тишину в комнате двух парней — Штерна и Делла-Роббиа, нарушил робкий стук в дверь.       Естественно, Одд не услышал, ведь спал как убитый, в принципе, как и обычно, поэтому пришлось встать его соседу — Ульриху.       — Кто? — спросил лениво парень, лежа в кровати.       Вместо ответа последовали ещё пару ударов в дверь.       Штерн нехотя поднялся с кровати и направился к двери. Открыв её, он увидел расстроенную Аэлиту, которая грустно смотрела куда-то в сторону.       — Аэлита? Что-то случилось? — спросил тихо шатен, протирая глаза.       — Да.., — еле слышно ответила девушка, — извини, что разбудила, просто…       У Шеффер из глаз потекли слёзы. Она отвернулась и закрыла лицо руками. У девушки пробежали мысли о том, что это было плохое решение из-за своего нехорошего состояния будить друзей. Она хотела уже было уйти, как вдруг парень схватил её за руку. Розоволосая удивлённо посмотрела на него.       — Что такое, Аэлита? — переспросил взволнованно парень.       — Это не стоит того, чтобы будить вас так поздно. Это… было глупо с моей стороны, извини, — произнесла девушка и выдернула свою руку из его. Она медленно пошла по направлению к своей комнате.       — Это из-за Джереми? — спросил Штерн, устало смотря девушке в след.       Шеффер тут же остановилась и вздохнула, опустив голову вниз. Покачав головой, к ней не спеша подошёл шатен и положил руку на плечо:       — Пошли зайдём к нам, а то здесь холодно.       Аэлита кивнула и последовала за парнем в их комнату. Из-за слёз в глазах всё расплывалось, девушка пыталась себя успокоить и заставить думать о хорошем.       Зайдя в комнату, она тихо прикрыла дверь и села на кровать Ульриха.       В комнате было теплее, чем в коридоре, но по телу всё равно пробегали мурашки. Шеффер посмотрела на кровать соседа Ульриха. Где-то здесь когда-то лежала небольшая, милая беленькая собака Одда — Киви. Но в этом году он отвёз его домой, ему показалось, что так будет лучше, хотя он признавал, что расставаться с ним ему никак не хотелось.       — Ты ведь не ко мне пришла, верно? — с еле заметной улыбкой произнёс Штерн, стоя возле двери.       — Прости, я…       — Ничего не говори, — перебил её парень и подошёл к своему сладко спящему соседу, — Одд, вставай!       Ответа не последовало.       — О-од! — уже чуть ли не в ухо парню громко сказал Ульрих.       — Ну подожди, ещё пять минуточек., — сонно пробормотал блондин, еще больше зарываясь в тёплое одеяло.       — Ну же, давай, к тебе Аэлита пришла, — дёрнул Штерн за плечо друга.       — Э-а-а, что, Аэлита? — удивлённо переспросил сонный парень и открыл глаза. Действительно, напротив него, на кровати его соседа, сидела помрачневшая девушка, грустными, зелёными, как блестящий изумруд глазами, смотря в окно.       Делла-Роббиа, медленно сев на кровать и зевнув, с ноткой волнения в голосе спросил:       — Принцесса, что-то случилось?       Зелёные глаза, только что смотревшие в окно, мигом оторвались от него и направили свой взор на парня: взъерошенные волосы, уставший вид, потрепанная пижама. Он взволнованно смотрел на девушку в ожидании ответа и это было видно.       — Да., — отозвалась после нескольких секунд молчания Стоунз, — Мне не уснуть, я чувствую себя так… плохо.       Девушка вновь опустила голову, смотря на монотонный пол в комнате, который тускло освещала луна, просочившаяся сквозь шторки в комнате.       — Извини, что разбудила, — тихо произнесла Стоунз и встала.       — Плохо? Опять Джереми? — спросил блондин, лениво вставая. Он подошёл к поникшей девушке, что встала возле их двери. Мальчик был чуть ниже её ростом, но он никогда не переживал из-за такой генетики.       — Я хотела поговорить об этом утром, но никак не смогла заснуть, простите, это первый и последний раз, — призналась девушка и вздохнула, подняв взгляд на парня, который подошёл к ней и они встретились взглядами. Его янтарные, блестящие словно золото глаза, смотрели прямо на неё, с небольшим беспокойством, которое, на самом деле, было трудно разглядеть       — Да ты чего? Всё нормально, вот только бы Джереми поменьше ночью психовал, — усмехнулся Делла-Роббиа, — что он в этот раз натворил?       — Последнее время он сам не свой, — ворвался в разговор Штерн, — всё возится со своими непонятными формулами.       — Ну вот, зачем ему столько? С ними он забывает даже про Аэлиту. Вам нужно поговорить, я думаю., — предположил Одд, почесав затылок.       — Я пыталась, но он меня просто не слышит, — произнесла грустно девушка и опустила взгляд в пол.       — Ладно, тогда если хочешь, мы поговорим с ним, — весело произнёс блондин, приобняв девушку и улыбнулся.       — Ох, правда? Может не стоит, это слишком…       — Да не переживай, всё путём, не убьёт же он нас, — перебил Аэлиту Делла-Роббиа и потянулся.       — Ты главное сейчас успокойся, — сказал Ульрих, обращаясь к Шеффер, — мы поможем.       — Я даже не знаю, что и сказать, спасибо вам, ребята, — сказав это, девушка расплылась в улыбке.       — Улыбайся почаще, это тебе идёт, — подмигнул блондин и направился в сторону кровати.       Девушка слегка покраснела.       — Может попробуешь уснуть? — предложил шатен и сел на свою кровать.       — Да-а, если что, то мы тут рядом, — добавил Одд и помахал рукой.       — Попытаюсь, ещё раз спасибо вам, — сказав это, девушка тихо вышла из комнаты и осторожно прикрыла дверь.

***

      Кареглазый уже подошёл к давно знакомому месту его проживания — Кадик. Около него он остановился, вслушиваясь в каждый шорох. Ему нужно было убедиться, не ходит ли где здесь их физрук — Джим, а иначе ему бы непоздоровилось. Однако, никого тут не оказалось, все давно спали. Понятное дело, час ночи, только у него хватит ума в такую темень прогуливаться по пустым улицам города. Хотя в заведениях и были люди, но мало и все это придавало ночи особый шарм.       Парень зашёл в здание и, тихо пробравшись в свою комнату, осторожно закрыл дверь и облегчённо вздохнул. Повернувшись назад, он обнаружил, что его непутевого соседа нет на своём месте. Это удивило шатена, но он решил списать все на его очередные походы в столовую. Правда, обычно так поздно он не ходил, но всё же.       — Небось снова ворует фрикадельки в столовой, — усмехнулся Ульрих и брякнулся на кровать, довольно улыбаясь. Он сам и не заметил, как уснул.       Утро. Воскресенье. Всё такое же мрачное осеннее утро. И лишь одно радовало — сегодня выходной. Дождь, хоть и не сильно, но до сих пор шёл, стуча в окна Кадика. Снаружи веяло прохладным воздухом и запахом осенней листвы. На мокрых поверхностях скамеек, листьев деревьев и кустов играют светлые блики. Солнце, проглядывающее сквозь просвет в тучах, освещает заросли кустов, которые четко выделяются на его фоне. Роса быстро ощущается по колено, сверху капают с веток изумрудные капли.       К зданию подъезжает знакомая машина. Остановившись и припарковавшись, из неё выходят Джереми и его отец:       — Ничего не забыл?       — Нет, — как-то холодно отозвался подросток, вытаскиввая свой чемодан из багажника машины.       — Ты так и не рассказал, что случилось с той розовой девочкой, почему ты решил уехать на месяц от неё?       — Э-э, неважно, я пошёл, — протянул Джереми и подошёл в воротам Кадика.       — Ты звони мне! — прокричал отец вслед своему сыну и сел обратно в машину.       Блондин, тяжело вздохнув, неспешно открыл ворота и зашёл на территорию Кадика. Он шёл медленно, позади тянув чемодан за собой. Под ногами издавались противные звуки слякоти и грязи. Дождь стал ещё меньше, но и вместе с этим всё вокруг казалось унылым и безжизненным.       Бельпуа не особо хотелось возвращаться сюда. Он сам не понимал, что происходит, но многое начало его раздражать, да и он давно подумывал о том, чтобы перейти в школу для одарённых детей, где все будут учиться на высшем уровне. Где его не будут отвлекать, ведь все, кто там учится, действительно хочет чего-то добиться и не тратит время зря.       — «Аэлита., — первая мысль, которая возникла у него в голове, когда он уже почти подошёл к заведению, — ну неужели не понимает, что эти концерты не сделают будущее»?       Но больше всего его волновала их последняя ссора, произошедшая чуть больше месяца назад, одна из самых крупных…

***

      На улице стоял тёплый осенний день. Невысокое солнце тускло подмигивает с неба. Его лучи дотрагиваются до кустарников и деревьев, до цветов и травы, однако они уже не обжигают, как летом. Разнообразной жёлтой, красной, оранжевой и огненной палитрой, разукрашены деревья, что невольно погружаешься в романтические грезы. Холодный воздух обжигает лёгкие и лица прохожих.       Тишину в комнате Бельпуа, так же, как и его мысли, развеял резвый стук в дверь. Он с удивлением посмотрел в сторону двери, поправив очки.       — Привет, Джереми, — поздоровался шатен. В комнату вошли двоя невысоких парней — Одд и Ульрих.       — А, привет, — очнулся голубоглазый и вернулся назад к своим записям.       — Ну что, как ты здесь? — спросил Делла-Роббиа с важным лицом рассматривая постер учёного, приклеенного на стену Джереми.       — Нормально, — отозвался блондин, — слушайте, мне сейчас некогда болтать, я немного занят.       — Да мы не поболтать пришли, а серьёзно поговорить, — пояснил Ульрих, подойдя к столу Джереми и скрестив руки на груди.       — Да? И о чём же? — спросил слегка удивлённый парень, но всё ещё не отрываясь от уравнений.       — Об Аэлите, — сказал Одд, подойдя к ребятам.       — Что? — удивлённо спросил Бельпуа и повернулся к ним.       — Обрати ты на неё наконец-то внимание! — с неким возмущением произнёс Делла-Роббиа, упираясь руками в стул Эйнштейна.       — Вы лезете не в своё дело, — помрачнел блондин, отвернувшись от них и сжал одну руку в кулаке.       — Послушай, Джереми, мы всего лишь хотим, чтобы у вас всё было хорошо. Неужто сложно сходить разок к ней на концерт? — спокойно спросил Штерн, смотря в тетрадку Джереми с непонятными для него выражениями и формулами.       — Именно, вот мы на каждый ходим, — сказал Одд, приподнявшись на носочки, чтобы посмотреть из-за спины Джереми, что он пишет в своей тетради.       Бельпуа быстро закрыл тетрадку и раздражённо посмотрел на ребят:       — Вам что, делать нечего? Между прочим, Ульрих, на прошлый её концерт ты тоже не пришёл.       — У меня вообще-то была веская причина, — шатен слегка повысил голос.       — Да, и какая же? Проследить за Уильямом, не идет ли он на очередное свидание с Юми? — Джереми вскочил со стула.       — Что? У меня были соревнования, о чем ты вообще говоришь? — недоумевая спросил Штерн и сделал шаг на встречу к блондину.       — Да потому что я вижу всё. Как ты следишь постоянно за ними, как смотришь на него. И в ту ночь у них должно было быть свидание, но оно, однако, почему-то сорвалось. Интересно, да, Ульрих? — продолжал давить свои речи Бельпуа, ходя со Штерном в комнате по кругу.       Одд с удивлением, стоя в стороне, наблюдал за этим разгоревшимся спором.       — Чего? Ты что, с ума сошёл? Я даже не знал, что у них должно быть свидание, а вот откуда знаешь ты, хороший вопрос! — произнёс Ульрих и ткнул пальцем в грудь голубоглазого.       — Э-э… Слышал, — отозвался тот.       — Ну да, подслушивать ты горазд и сразу принимаешь поспешные выводы, — раздражённо сказал Штерн.       — Да уж, Джереми, похоже, у тебя не все дома, — сказал Одд и покрутил пальцем возле виска.       — А ты молчал бы лучше! — огрызнулся Бельпуа.       — Да-а, кажется, сегодня Эйнштейн не в духе, — протял Делла-Роббиа и развёл руками.       — Следующий концерт Аэлиты самый важный, я надеюсь, на него ты хоть придёшь? — злобно спросил Штерн.       — Нет! — отрезал блондин, — на зло всем вам.       Внезапно раскрылась дверь. У порога стояла Аэлита, грустно направив свой взгляд в яростные голубые глаза Джереми.       — Джереми… — тихо произнесла она, непрерывно смотря на мальчика. В её глазах читалось волнение и грусть.       — А-а, всё, хватит, вы меня достали! — крикнул Бельпуа, быстро собирая свои вещи.       Собрав самое нужное за пару минут, он вышел из комнаты, предварительно сказав Аэлите:       — Как же ты не можешь понять, что я упускаю великий шанс сделать нашу жизнь намного лучше, ходя на твои глупые концерты!       — Джереми, как ты можешь такое говорить? — возмущённо произнесла девушка.       — Да ты просто ничего не понимаешь и, видимо, никогда не поймёшь! А помнишь, ты неделю назад хотела поехать на научную экскурсию, с самыми умными учениками из Кадика? Так вот, это я на контрольном тесте подпортил твои результаты!       Глаза девушки расширились, в них появилось огромное разочарование, удивление и злость. И всё это смешалось с большим непониманием. Тревога охватила бедную девушку, а из глаз так и хотели вырваться слёзы.       — Что… так это был ты? И врал мне всё это время? Ты же знал, как важно это было для меня!       — Да, не утруждайся, я всё знаю, Аэлита.       — О чём ты говоришь? — взволнованно спросила девушка.       — Ты прекрасно знаешь о чём я, — с раздражением произнёс Бельпуа, — я знаю про вас с Уильямом.       — Уильям? — удивлённо спросил Делла-Роббиа, — значит сначала говоришь нам, что он идёт на свидание с Юми, а сейчас уже пошёл с Аэлитой? Интересно, а кто тогда был вместо неё на концерте? Аэлита 2.0?       — Я не знаю, что у них там с Юми, но глаза у меня на месте. Я видел, как вы держались за руки и мило улыбались друг другу! И это уже не в первый раз. А ещё дарил тебе цветы! У него хватает наглости вести роман двумя девчонками, — от злости блондина уже начинало трясти.       — Что? Ничего не было, он просто помог мне тогда подняться вот и всё! Может порой он и был чересчур мил, но ничего такого не делал. А из-за твоей необоснованной ревности, я не поехала туда, а между прочим, на той экскурсии проводился конкурс и я могла бы достать нам бесплатный билет в одну очень хорошую академию! Это должен был быть сюрприз… Ты сам всё испортил! — сказав это, Шеффер убежала со слезами на глазах.       Одд злобно посмотрел на Джереми, а затем побежал вслед за девушкой.       Бельпуа лишь со злостью проводил их взглядом, а затем направился с вещами к выходу. Он не верил Аэлите и до последнего думал, что она всё придумала, чтобы скрыть правду от него. Ревность полностью затуманила разум мальчика.

***

      — «Похоже, я перегнул палку… — признался сам себе Джереми, войдя в здание Кадика. Он тихо прошёл по его коридорам, чтобы никого не разбудить. Было только восемь часов утра, понятное дело, все спят, да и к тому же выходной.       Медленно, не издавая ни звука, он добрался до своей комнаты. Как только он в неё вошёл, снова достал ту самую тетрадку, в которой ещё писал во время беседы с Ульрихом и Оддом. В этой тетради больше года назад его одногруппница и бывший член команды «воинов лиоко» — Лора Готье, делала некоторые очень полезные заметки, которые не раз помогали Джереми достичь своей цели. Он иной раз думал связаться с ней, быть может даже, попробовать сотрудничать, ведь она очень способная и умная, в плане вирусов и программирования. Ему есть чему у неё поучиться, ведь без неё он вряд ли бы создал тот вирус и уничтожил бы Зену.       Прошло пару часов с приезда Джереми. Уже половина учеников Кадика поднялись на ноги и уже была в столовой.       Проснувшись, Ульрих Штерн первым делом медленно потянулся, а затем открыл глаза. Немного полежав и посмотрев в потолок, он только сейчас он понял, что всю ночь спал в мокрой одежде.       Стукнув себя рукой по лбу, парень подошёл к шкафчику и быстро переоделся в ту же самую одежду, что была на нём до этого, только новую. Его гардероб не обладал особым разнообразием. Наконец, закончив со своими делами, он обратил внимание на кровать своего друга и снова не обнаружил его на своём месте. Шатена это уже начинало немного волновать.       — Странно, обычно он не встаёт так рано… Ну, наверное, уже убежал в столовую, — предположил смутившийся парень и сам направился туда.

***

      Тишина. Полный покой царил вокруг мирно спящего парня, который изредка бормотал что-то во сне. Загадочное спокойствие и полное отсутствие звуков, что очень пугает и одновременно бросает в удивление. Чувствуется лёгкий прохладный ветерок, который обдувал лицо юноши, от чего тот слегка сморщился. Делла-Роббиа лежал не шевелясь на чём-то очень холодном. По началу он не обращал на это внимание, но холод становился всё тяжелее, а где-то справа послышались до боли знакомые звуки, которые полностью разбили тишину.       Нехотя открыв глаза, блондина сразу же охватил жуткий шок. Он быстро вскочил на ноги, осматривая местность, в которой он оказался. Парень протёр глаза, однако, ничего не поменялось. Он посмотрел на свои руки: фиолетовые кошачьи лапы, облегающий тёмно- фиолетовый костюм, а на груди в жёлтом круге изображена его собака Киви. На костюме, на руках были нарисованы светло-фиолетовые линии, чем-то напоминающие молнии. В его глазах читался большой страх и напуганность, словно сейчас он вот-вот сорвётся и упадёт в бездонную пропасть и пропадёт там во мраке на вечность. Одд уже было решил, что это сон, но ущипнув себя, а ещё в придачу ударив, убедился, что это не так.       — Э-э… Что я здесь делаю? — задался вопросом вслух парень, всё ещё со страхом оглядываясь по сторонам. Он находился в виртуальном мире Лиоко, в ледяном секторе. Только сюда он никак не мог просто так попасть, ведь суперкомпьютер был выключен и это бросало парня в ещё больший ужас.       Он подошёл к одной из больших ледяных стен и медленно дотронуться до неё, проведя по ней рукой.       — «Ну, Джереми, если это ты сделал, я убью тебя, клянусь, — сказал про себя парень, смотря на свою лапу, — сегодня, вроде, не первое апреля, да и чувства юмора у него нет… Но тогда кто?»       Неожиданно позади себя Делла-Роббиа услышал знакомые звуки. Он быстро обернулся и увидел привычных монстров Зены, что всегда атаковали их, только сейчас их было намного больше, чем раньше — штук пятнадцать, не меньше.       — Зена… Да уж, проснувшись утром, меньше всего хочешь оказаться здесь, с кучей монстров, которые могут разорвать тебя на части, — сказав это, Одд прицелился, но оказалось, что он не заряжен.       — О-о, ну что ж, прекрасно, — бросил парень и побежал в противоположную сторону от них.

***

      Придя в столовую Штерн и там не обнаружил своего друга. Получив свою порцию, он сел за столик, который полностью был свободен. Парень безэмоционально смотрел в тарелку с кашей, совершенно потеряв аппетит.       — «Может я просто слишком сильно переживаю? И он просто куда-то ушёл и скоро вернётся?» — спросил сам себя Ульрих, мешая ложкой кашу. Юноша посмотрел на карман своих брюк, после чего достал оттуда телефон. Он быстро набрал номер своего сожителя, который знал уже наизусть и стал ждать ответа. После двух безуспешных попыток дозвониться до него, он, тяжело вздохнув, положил телефон на место.       Он настолько был в своих мыслях, что даже не заметил, как к нему подсела Аэлита.       — Доброе утро, — сказала девочка и радостно улыбнулась.       — А? Привет, Аэлита, — отозвался тот.       Заметив, что Делла-Роббиа нет с ними за столиком, розоволосая смутилась:       — А Одд разве не должен был прийти? Я знаю, он никогда не упустит возможность хорошо поесть, — задала вопрос Аэлита, обращаясь к Ульриху.       — Мне бы знать, где он, — произнёс задумчиво парень, — ладно, я пойду прогуляюсь, есть чего-то совсем не хочется.       Парень вышел из-за стола и медленно, весь в мыслях, пошёл к выходу. Девушка с беспокойством смотрела ему вслед.       Выйдя из столовой, юноша минут пятнадцать бесцельно ходил по небольшому лесу возле Кадика, постоянно думая о своем друге и лиоко. Поразмышляв хорошенько, он решил сойтись на том, что Одд, скорее всего, придёт в Кадик ближе к вечеру. Ульрих предположил, что тот всё-таки нашёл себе какую-то девушку и убежал к ней с утра пораньше. Но вот мысли по поводу лиоко и всех событий, которые произошли там, его не оставляли, продолжая мучить мальчика, раздирая его изнутри.       Вдруг парень наткнулся на тот самый люк, через который когда-то они проникали на заброшенную фабрику, а затем и в лабораторию. Он долго смотрел на него, прежде чем к нему в голову пришла одна мысль.       — А что, если… — Штерн, посмотрев по сторонам и убедившись, что никого рядом нет, открыл люк и стал спускаться по лестнице вниз. Он всё-таки решил освежить память и просто хотя бы прогуляться по фабрике. Его слишком сильно тянуло туда.

***

      Красные лазерные стрелы летели прямо в сторону бегущего кота, который то и дело уворачивался от них. Уже несколько минут он бегал так по этому сектору в надежде что-нибудь найти или куда-нибудь спрятаться. Но увы, здесь не было ни единой башни, которые находились здесь ранее и которые активировались или были проходными.       — «Зная тебя, Зена, то просто так ты меня бы сюда не отправил и не послал бы столько монстров. Наверняка, если они девиртуализируют меня, то случится что-то нехорошее», — сказал про себя Делла-Роббиа и тут же остановился. Это был конец этого сектора, а дальше шло только цифровое море, в которое если попадёшь, то исчезнешь навсегда из жизни. А сзади уже приближались монстры, которые полностью окружали его, не давая ни малейшего шанса выбраться.       — Приехали… — тихо произнёс парень, смотря на строй монстров, окруживших его. В глазах будто пролетела вся жизнь. Это конец. Кому придёт в голову прийти просто так на фабрику проведать суперкомпьютер? Вот именно, никому. Он здесь один, на верной гибели и уже никто его не спасёт. Чувство тревоги и безнадежности, словно разрывали блондина на части, ещё никогда он не ощущал такую безысходность. Что делать? Куда бежать? Весь его неугомонный оптимизм быстро улетучился, будто его и вовсе никогда не существовало. Сейчас было совсем не до шуток.

***

      Штерн уже прибыл на фабрику и стоял возле лифта, что вёл в лабораторию. Он глубоко вздохнул и нажал на кнопку вызова. По телу пробежались мурашки, а сердце неистово застучало. Так давно его тянуло в это место.       Спустя несколько секунд лифт прибыл на этаж к юноше. Тот осторожно зашёл в него и снова нажал на кнопку. Двери лифта стали медленно закрываться. Шатен то и дело смотрел на эти старые, потрепанные двери, ожидая момента, когда они уже откроются и он сможет увидеть лабораторию. Долго ждать не пришлось. Через несколько секунд, лифт доехал до места назначения и двери открылись.       Ульриха охватил ужас, смешанный с большим удивлением. Суперкомпьютер был в действии и, более того, на нем высвечивалась чья-то иконка из воинов лиоко. Парень, не теряя времени, быстро подбежал к этой махине и стал всматриваться в экран: на нём отчётливо виднелась иконка Одда Делла-Роббиа, притом покрасневшая. Это означало только одно — он находится под угрозой уничтожения. — Неужели, Зена…