Game over

      Во дворе Кадика по-прежнему моросил небольшой дождик, оставляя свой маленький след на земле и одежде ребят, оказавшихся на улице. Мрачные серые облака медленно передвигались по голубому небу, которого уже почти два месяца не было видно за этими хмурыми тучами. Не сильный ветерок быстро пролетел мимо, заставляя тихонько развиваться разноцветные листья на деревьях и уже безжизненные на земле.       Бельпуа, уже минут пятнадцать назад вышедший из своей комнаты, ходил по двору кадика, укрывшись тёмно-синей ветровкой. Парень очень долго и нудно что-то обдумывал, его глаза бегали по земле: от камешка к камешку, от листика к давно пожухлой траве. Он размышлял над той ссорой с Аэлитой, которая произошла больше месяца назад. Он не знал, как подойти к ней и попросить прощения. Тогда он был слишком груб с ней и много чего лишнего наговорил и сделал. Но время не вернуть вспять, как это можно было сделать раньше, да и к тому же, на Стоунз это бы не подействовало, как и на остальных воинов лиоко. Нужно было выкручиваться самому.       — Да уж, вряд ли она такое простит.., — сказал про себя печально юноша, пнув камень и случайно попав прямо в Юми. Девушка сначала вопросительно посмотрела на него, а затем слегка улыбнулась.       — Привет, рада снова тебя видеть, — дружелюбно произнесла она, жестом приглашая его к себе под зонт.       Джереми, с удивлением посмотрев на неё, сначала немного помешкался, но всё-таки подошёл к черноволосой и тихо поздоровался, опустив голову вниз. Они вместе пошли по направлению к лесу. Шли подростки довольно медленно, парень то и дело пинал разные камни, попадавшиеся ему на пути, нервно прикусив губу. Холодный ветер обдувал лица ребят, заставляя их краснеть. Дождь всё продолжал настойчиво капать, но его капли беспощадно разбивались об зонт девушки и стекали вниз на мокрую землю.       — Я знала, что ты приедешь назад, — начала диалог Ишияма, — мне всё рассказали. И хоть ребята не в восторге от этого, но я понимаю тебя. Ты просто погорячился, но ничего, вы снова помиритесь с Аэлитой, вот увидишь.       Юми положила свою руку на плечо парня и мило улыбнулась. Парень поднял голову и посмотрел на девушку немного смущённый: Тёмно-карие глаза, с такой добротой и нежностью смотрели на блондина, что того пробирала приятная дрожь по всему телу. Её глаза проникали к нему в душу так глубоко, что казалось пронзали сердце кинжалом непонимания и запутанности в себе. Её слегка грубоватый, но до боли приятный голос, каждый раз заставлял улыбаться юношу. Она почти всегда была добра с ним, хоть и многое могла скрывать. Девушка старалась просто так заходить к нему в комнату и спрашивать банальное: «как дела»? Подбадривала его в тяжёлые минуты и даже сейчас, когда, казалось бы, все от него отвернулись из-за того случая — она рядом с ним. Невероятно. Порой он даже не мог поверить в это и просто не понимал. Но ему и не обязательно понимать, достаточно того, что она снова рядом, снова говорит, что всё будет хорошо. Так и будет, теперь он точно уверен в этом.       — Спасибо, Юми, — поблагодарил Бельпуа девушку. На лице сразу вытянулась улыбка и некая уверенность в том, что скоро все нормализуется. Обязательно.       И снова они идут молча, слушая тихий гул ветра и звонкие капли дождя. По девушке видно, что ей явно нравится такая погода, вся эта мрачность и серость осени, эти частые дожди, после которых ощущаешь прекрасный запах листьев деревьев и кустов. Ишияма наслаждалась каждым моментом, проведённым на улице, глубоко вдыхая в себя приятный холодный воздух и смотря по сторонам, разглядывая мокрые листья и грязные ручейки на земле. Возможно, когда-то ей эта погода и не нравилась, настроение портилось и желания на улицу выходить не было от слова вообще. Однако, всё меняется. Ей очень нравилась такая атмосфера, нравилось слушать мелодию капель дождя, нравились эти маленькие ручейки, нравилась свежесть и мерзлота воздуха, что нёс с собою ветер и слабо дул прямо в лица ребятам.       — Слушай, Юми, — начал разговор юноша, спустя пару минут молчания, разорвав тем самым тишину, — Что на самом деле между вами с Уильямом?       — А почему тебя это интересует? — спросила девушка, поправляя свои короткие волосы.       — Э-э, ну-у… Просто у вас с Ульрихом всё запутано и-и… Так странно видеть тебя с Уильямом.., — сказав это, Бельпуа стало немного стыдно и он отвернулся, делая вид, что его что-то заинтересовало в той стороне.       — Между нами ничего нет, — отозвалась девушка, спокойно смотря вперёд, — я просто пару раз сходила с ним погулять, вот и всё.       Черноволосая посмотрела на отвернувшегося от неё блондина, который якобы увлечённо на что-то смотрел и, вопросительно изогнув бровь, дотронулась до мальчика. Тот слегка вздрогнул и повернулся с испуганным лицом к девушке. Та же мило рассмеялась. На самом деле она знала почему он задал такой вопрос.       Джереми слегка покраснел, и, опустив взгляд вниз, снова о чём-то задумался.

***

      — Эй, Одд, ты меня слышишь? О-од! — стал звать друга Штерн, надев специальные наушники. Шатен сильно нервничал, то и дело стискивая зубы и как-то рассеянно разглядывая высветившуюся красную иконку на суперкомпьютере. Его взгляд бегал по всему экрану, словно ища ответы на многие вопросы, которые уже успели возникнуть в голове. Он не мог поверить в это, казалось, что это сон… Нет, кошмар! Он видит своего друга в лиоко. Он мог подумать о чём угодно, но только не о том, что его непутёвый товарищ окажется здесь. В том месте, что снилось ему уже несколько недель, что постоянно проникает в его мысли и заставляет вспоминать многочисленные моменты, связанные с ним, вырисовывая тем самым своеобразные раны на сердце кареглазого мальчика.

***

      Монстры Зены продолжали наступать, всё пуская свои лазерные стрелы прямо в Одда, заставляя его потихоньку двигаться к цифровому морю. Парень был уже почти на грани, оглянувшись, он с испугом посмотрел на это море: маленькие волны, переливающиеся разными блёстками, спокойно двигались по течению, с безразличием могли поглотить всё что угодно и уничтожить навсегда. Бескрайние просторы, плеск сверкающих волн, уже не так сильно радовал и заставлял улыбаться. Сейчас море пугало, заставляя сердце стучать, как сумасшедшее, в глазах царил беспросветный ужас и безнадёжность. Оно пробуждало неистовый страх. Страх смерти. По телу парня пробежалась неприятная дрожь, это было ощутимо даже в виртуальной реальности. Настолько юноша испугался, что уже потерял различия и всякие границы между этим миром и настоящим. Всё слилось в одно целое, порождая дикий хаос, что поглощал своей тьмой весь мир, не оставляя ни единого луча надежды.       Вывел Делла-Роббиа из этого состояния раздавшийся голос друга. Внутри всё словно перевернулось от внезапной радости и появлением уже решительной надежды на спасение. Глаза заблестели, а на лице появилась еле заметная улыбка.       — Ульрих! Как же я рад тебя слышать, не знаю, как тебе пришла в голову мысль прийти на фабрику, но спасибо! — отозвался блондин, уворачивась от стрел.       — Одд, это ты врубил суперкомпьютер? Зачем ты это сделал? — взволнованно стал спрашивать друга Шатен. Он не был до конца уверен, что всё это проделки Зены. У него в голове не укладывалось то, что он мог как-то вернуться, после того, как они ввели вирус в суперкомпьютер Тайрона, окончательно уничтожив его. Но ведь тогда Тайрон выиграл время.       — Ты с ума сошёл, зачем мне это делать? Я проснулся сразу здесь, на лиоко, — пояснил парень, — слушай, дело срочное, Зена пытается скинуть меня в цифровое море, я здесь долго не продержусь.       — Значит, это Зена, — уверенно произнёс Ульрих, — попытайся продержаться ещё немного, я позвоню Джереми.       — Легко сказать! Ау.., — в блондина попала лазерная стрела, притом удар был болезненный, что говорило только об одном: ему нельзя девиртуализироваться, а иначе верная смерть.       Шатен быстро достал из кармана телефон и начал судорожно набирать номер Джереми. Он до сих пор был в смятении, но старался не пускать в свою голову лишние мысли.

***

      Элизабет Дельмас или просто Сисси— избалованная дочка директора школы Кадик, привыкшая к тому, что всё и всегда ей сходит с рук и всё подчиняется ей, вальяжно шла по улице, словно показывая всем и каждому своё превосходство, то и дело поправляла свои тёмные волосы и с некой злой ухмылкой шла по мокрой земле, что её, по какой-то причине, вообще не беспокоило. Позади неё шли двое парней — Херб Пишон и Николас Полякофф. Они постоянно увязывались за ней, даже против её воли, хотя сейчас она была даже не против.       Пишон уже давно влюблён в эту девушку, однако она никак не хочет отвечать ему взаимностью. Сколько бы он не старался, что бы не делал, она всё говорила о том проклятом для него парне из компании Джереми — Ульрихе Штерне. Хотя, он порой осознает почему она выбрала Штерна, а не его: Чёрные, скучные, как ему казалось, глаза и волосы, прыщи по всему лицу, очки и, конечно же, худощавый вид. «Это птица не твоего полёта» — однажды сказал ему Делла-Роббиа и был прав. Где он и где Ульрих? Естественно, выбор был очевиден, однако Херб не собирался отступать.       Николас — его друг, имел светло-рыжие волосы, карие глаза и неплохую физическую форму. Но он не претендовал в кандидаты на сердце Сисси. Да, она ему нравилась, но не насколько сильно, как Хербу. Порой казалось, что он с ними только потому, что у него больше нет друзей. Но ему и здесь хорошо.       Не сказать, что Элизабет со своими двумя товарищами сильно поменялась за это время, но определенно она стала лучше. Теперь она не приставала так часто к Ульриху и стала более добрее к окружающим, но всё же гордость и самолюбие никак не хотели покидать её.       Девушка шла собирать сенсации для газеты Милли и Тамии. Она всё же хотела выглядеть той, что помогает другим, но у неё была ещё одна цель: Ульрих. И хотя изображать добрую девочку ей не очень-то нравилось, однако у неё было понимание того, что это правильно, так и должно быть. Она шла и с подозрением осматривала всех во дворе Кадика, пытаясь найти что-нибудь ценное, как вдруг ей на глаза попались Ишияма и Бельпуа. Они шли вместе под одним зонтом о чем-то увлечённо беседуя и смеясь. Сисси в голову пришла гениальная, но в то же время нехорошая мысль. Она осторожно подкралась к парочке и сделала пару снимков с ними, злобно улыбнувшись.       — «Ну что, Ульрих, посмотрим, захочешь ли ты теперь находится рядом с этой Юми», — сказала про себя с усмешкой Элизабет и уже собиралась уходить, как вдруг столкнулась с двумя её товарищами и повалилась на землю.       — Эй, совсем слепые, не видите куда идетё? — возмущённо произнесла девушка, нахмурив брови, затем быстро встала и пошла по направлению к Кадику. Херб и Николас растерянно переглянулись, после чего последовали за Дельмас.

***

      — А помнишь тот день, когда ты была в теле Одда? — спросил голубоглазый, весело смотря на девушку.       — Нет, не напоминай, — с улыбкой ответила Ишияма, — хуже всего было видеть, что он творит с моим телом.       Немотря на то, что в той ситуации девушка чувствовала себя очень неловко и, быть может, даже ужасно, сейчас ей было весело вспоминать всё это и она нисколько не была задета этой забавной историей. За Одда она получила пощёчины от двух его девушек, плохую оценку за контрольную и «опозорилась» на всю школу, когда Одд пришёл в неё в очень нелепой одежде. Но несмотря на всё это, ей было даже приятно вспоминать эту ситуацию.       Блондин уже который раз ловил себя на мысли о том, как ему нравится проводить время с этой девушкой. Раньше они может и ссорились, но сейчас этим даже не пахло. Ишияма звонила ему, когда он уехал из Кадика, разговаривала на разные темы, бывало, они могли целый час или два разговаривать по телефону, не замечая, как быстро пролетает время. А всё началось с той ночи… Проклятой ночи, что побудило в Джереми новые чувства, которые он начал испытывать к этой девушке, за что отчасти ненавидел себя.       Это случилось три месяца назад…

***

      — С днём рождения, Юми! — весёло произнёс Бельпуа, как только девушка открыла ему дверь. Он сразу же вручил ей подарок и прошёл к остальным ребятам. Здесь были все: Ульрих, Одд, Аэлита и даже Уильям. Подростки сидели за столом и увлечённо что-то обсуждали.       — О, а вот и наш Энштейн, — раздался голос блондина, с улыбкой смотрящего на только что вошедшего юношу, — мы тебя уже заждались.       — Извини за опоздание, Юми, — виновато произнёс Джереми, смотря в сторону.       — Да ничего, всё нормально, спасибо за подарок, — отозвалась черноволосая и мило улыбнулась. Девушка была одета в белую блузку, но чёрные джинсы она, видимо, ни на что не променяет.       Сегодня Юми Ишияме исполнилось семнадцать лет. Наконец, когда все уже были за столом, Ульрих произнёс тост, правда, пришлось сначала поспорить с Уильямом, после чего решили, что поочерёдно скажут.       Вечер прошёл для Юми и всех остальных ребят просто превосходно. Подростки веселились на полную катушку — играли в разные игры: настольные, карты и даже шахматы, Уильям посмел бросить вызов Джереми. Выкрикивали что-то в окно, гуляли, смеясь на всю улицу и даже умудрились подколоть Джима. Они знали, что завтра их, скорее всего, накажут, но им было всё равно.       Одд то и дело постоянно шутил над чем-то, а Ульрих с Аэлитой могли дополнить его юмористический рассказ. Ну и как же без праздничного стола. Не трудно догадаться, кто больше всех съел и просил ещё добавки. Всё действительно было идеально, сложно представить, чтобы что-то могло пойти не так. Именно этой тёплой и крепкой дружбы не хватало Штерну. Он любил то время, что они всегда проводили вместе. Но он осознавал, что порой сам всё портил…       Под конец вечера, когда всем нужно было уже расходиться, Юми вновь поссорилась с Ульрихом из-за его ревности. Причиной стал Уильям, уже в который раз. Тогда он поцеловал девушку в щёку и подарил два билета на концерт одной очень популярной группы, которые крайне трудно достать. Билеты для неё и для него. Штерну уже тогда не нравилась её положительное отношение к Данбару и то, что она проводила с ним немало времени.       Ссорились они в комнате Юми, поэтому их никто не слышал. Никто, кроме него. Зачем он только подошёл к этой проклятой двери…       Ещё тогда Джереми был в очередной ссоре с Аэлитой и даже всё это веселье не помогло им помириться, хотя они хотели, но в итоге ничего путного из этого не вышло, поэтому парень решил, что завтра извинится. Весь вечер розоволосая находилась рядом с Оддом и Ульрихом, а на Джереми смотрела с хмурым и даже порой слегка обиженным выражением лица. Тогда они вновь поссорились из-за того, что тот не пришёл на обещанную встречу, экскурсию. Стоунз распланировала весь день и хотела провести его вместе с ним, но… Он снова забыл. Как такое возможно? Он готовился к городским соревнованиям по математике и пытался решить одно из наисложнейших уравнений, которое даже такому гению нелегко давалось.       Аэлита прождала его там два часа, а то и больше, но всё-таки дождалась. Только вечер провели они не так, как она планировала, что совсем разочаровало её. Нет, она понимала Джереми и его целеустремлённость, но порой она переростала в зависимость или зацикленность на чём-то и он был упрям, как осел и настаивал на своём, а достучаться до такого осла было очень трудно.       — Вас проводить до дома, Принцесса? — спросил Делла-Роббиа и, слегка наклонившись, улыбнулся Шеффер. Сквозь эту улыбку Бельпуа уловил всю наглость своего друга, однако, не увидел в этом жесте ничего такого.       — Буду только рада, — отозвалась розоволосая, улыбнушись в ответ и взяла блондина под руку, выйдя из дома, весело о чем-то болтая. Затем из дома вышел Уильям, предварительно спросив: «где Юми?», на что Энштейн ответил: «Она немного занята, вы идите, мы вас догоним».       Следом за ним через пару минут последовал Ульрих, с явно недовольным выражением лица.       Для Юми вечер был полностью испорчен. Она сидела у себя в комнате с мрачным лицом, смотря задумчиво в пол. Настроение опустились ниже марианской впадины. Темно-карие глаза опустошились, в них уже не было той искры радости и некого безумия, что до этого весь вечер бушевало в океане её глубоких глаз.       Когда никого не осталось в доме, Бельпуа решил проведать Ишияму, всё-таки он понимал, что её праздник пошел под откос и ему хотелось слегка подбодрить подругу, как делала это она, когда Джереми сам был не в настроении.       Послышался стук в дверь, а затем последовал вопрос:       — Можно?       — Прости, Джереми, но у меня сейчас нет настроения разговаривать, — отозвалась девушка и отвела свой взгляд в окно. На дворе уже давно стемнело, улицу освещали ещё горевший свет в некоторых квартирах и фонарей. Девушка невзначай вспомнила, как проходилась по центру ночного города: бесконечность огней заполняют темноту, здесь и горящие неоновым светом названия различных магазинов и кафе, свет от фар автомобилей, россыпи гирлянд на деревьях, пестрящие витрины. Только пару машин промчались по небольшому проспекту, который в дневное, наскучившее время, заполняют километровые пробки. В ночном городе можно укрыться, раствориться, спрятаться от чьих-либо глаз, что сейчас и хотелось сделать Юми. Она устала.       Бельпуа, тихо войдя в её комнату и прикрыв дверь, сел на кровать к подруге и тоже посмотрел в окно: в этом районе не было ничего необычного, нежели в самом центре города: мало где можно было встретить подсвеченные названия магазинов или витрин, россыпи тысячи огней или толпу народа в торговом центре. Всё это спокойствие так завораживало и одновременно убаюкивало, заставляя забыть о всех делах и заботах, вечно кружащихся вокруг людей.       — А ты знаешь, — начал диалог парень, — у меня ведь тоже не всё хорошо.       — Опять поссорился с Аэлитой? — сразу же последовал вопрос от девушки. Она слегка усмехнулась, а затем снова поникла. И хотя это было трудно заметить, но Джереми всё видел и проклинал себя за это.       — А ты догадливая, — отозвался Эйнштейн, — всё это так сложно… Но знаешь, я почему-то уверен, что всё наладится и вы с Ульрихом обязательно помиритесь, он извинится и всё снова вернётся в прежнее русло.       Прежнее русло. Как же всё это надоело Ишияме. То они встречаются, то не видятся несколько дней и никаких вестей, то вновь ссорятся, а затем снова мирятся. И всё повторяется. А может, решение быть лишь хорошими друзьями было и вправду полезным? И им стоит закончить всю эту путаницу и просто постараться найти новых людей? Они так долго пытались наладить отношения, но ничего из этого не вышло. Совсем ничего… Словно просто бьются об стенку до крови, пытаясь чего-то добиться. Хватит. Надоело.       — Я тоже думаю, что у Вас с Аэлитой всё будет хорошо, — девушка оторвала свой взгляд от окна и посмотрела на парня, сидевшего рядом с ней: аккуратно уложенные светлые волосы, которые лишь в некоторых местах выпирали, слегка уставший вид из-за постоянного сидения за компьютером и решений всяческих уравнений и сложнейших задач. Голубые глаза, словно чистое небо вперемешку с бушующим бездонным океаном, два холодных айсберга. Блестящие, удивительные, но будто равнодушные. Ясный, прямой и пронзительный взгляд. Красивые, до безумия затягивающие, но обманчивые.       Юноша слабо улыбаясь смотрел на Ишияму:       — Тебе уже легче?       — Не знаю, — ответила девушка, — но в любом случае, спасибо.       Они устали. Одно лишь дуновение ветра, заставило открыться слабо закрытое окно и в комнату влетел прохладный, леденящий душу воздух. Вот только подросткам было уже всё равно на то, что происходит вокруг них: прямой взгляд друг другу в глаза, два человека, уставших от всего мира, спокойно смотрели друг на друга, словно улетевшие куда-то далеко за пределы этого мира. Чарующий взгляд девушки вскружил голову, глаза будто сами закрылись. Её рука коснулась плеча мальчика, слегка проведя ладонью по предплечью, он же, сам не замечая того, положил ладонь на коленку Юми. Их лица были слишком близко, контроль исчез, как и вторящий голос разума: «нельзя». Слегка подавшись вперёд, девушка накрыла его губы своими. Парень слегка вздрогнул, однако ответил взаимностью. Пускай он и не умел хорошо целоваться, сейчас это не имело никакого значения. Нежный, но слегка настойчивый поцелуй со стороны девушки, унёс с собой все тревоги, волнения и грусть, оставив только приятный запах духов и невероятное тепло, окутывающее всё тело. Поцелуй, как сон свободный, блаженно-яркий до исступления. Лица подростков покрылись румянцем, тело слегка подрагивало, а сердце отбивало бешеный темп.       Всего несколько секунд, но, пожалуй, самых лучших и счастливых, что были в их жизни. Они позволили им отстраниться и от реальности и проблем, унесли в другую вселенную, где всё совершенно идеально. Но никто из них не хотел признавать, как сильно им этого порой не хватает.       Подростки медленно отстранились друг от друга, с неким непониманием и удивлением. Они просто не могли смотреть друг на друга, поэтому быстро отвернулись. Теперь у них была ещё одна проблема.

***

      После того случая они не общались ещё пару дней. Всё это было для них неправильно. Возможно, они бы и дальше не разговаривали, если бы не столкнулись в столовой, будучи оба в своих мыслях. Тогда они всё обсудили, сидя за одним столиком и решили, что это была ошибка. Хотя оба понимали, что, быть может, всё совсем не так и намного сложнее, но прежнее общение они всё-таки смогли вернуть. И пускай при виде друг друга их ещё слегка передёргивает, а атмосфера становится до ужаса напряжённой, им нравится проводить время вместе. И они это знают.       После всех тех событий, Джереми ещё больше углубился в свои уравнения, только бы забыть, отвлечься, сделать вид, что этого никогда не было. Он не мог спокойно смотреть на Аэлиту и чувствовал себя предателем. Чувство вины перед ней ещё больше оттолкнуло его от неё и отношения между ними стали ещё более напряженными и сложными. Ему хотелось убежать от этого всего туда, где его никто и никогда не найдёт. Убежать и чтоб никто не сумел догнать его. Однако, она его догнала. Та самая черноволосая девушка с тёплыми карими глазами и милой улыбкой. Он не смог убежать от всех, но сейчас ему и не хотелось. Ему не хотелось убегать от неё.       Веселую беседу Ишиямы и Бельпуа прервал громкий звонок телефона. Джереми слегка удивился и достал из кармана телефон: ему звонил Ульрих.       — Ульрих? Как странно, он вроде бы был зол на меня, — сказал блондин, вопросительно смотря на экран телефона.       — Думаю, тебе лучше ответить, вдруг что-то важное? — предложила девушка, немного обеспокоившись.       — Надеюсь, он не собрался отсчитывать меня по телефону, — парень снял трубку, — Ульрих?       — Джереми, у нас огромная проблема, тебе нужно срочно прийти на фабрику, слышишь? — послышался взволнованный голос из трубки.       — На фабрику? Ульрих, позволь напомнить, сегодня не первое апреля.       — Я не шучу, на этот раз всё серьёзно! Я не знаю как, но Зена вернулся и сейчас он пытается скинуть Одда в цифровое море! — буквально прокричал в трубку шатен.       — С меня хватило прошлой твоей истории. Я понимаю, что ты скучаешь по лиоко, но послушай, в мире есть вещи гораздо лучше и интереснее этого. Просто найди какое-нибудь хо…       — Джереми, у нас совсем нет времени, я прошу тебя, поверь мне! Тот прикол был на первое апреля, но ты вспомни, какое сегодня число, — перебил Штерн своего друга, — ты должен мне поверить, а иначе мы навсегда потеряем Одда!       — Я больше чем уверен, что он сейчас находится в комнате или гуляет с очередной девчонкой. Хватит, Ульрих, на этот раз ты мне не проведёшь, — с этими словами он положил трубку.       Шатен действительно выдал одну штуку на первое апреля, якобы Зена возродился и все в опасности. Но когда ребята прибежали на фабрику, они ничего не обнаружили, кроме громко смеющегося Ульриха, после чего он предложил прогуляться по лиоко, на что получил отказ. Друзья знали о его тяге к этому месту, он был сам не свой в последнее время.       Но они тогда с Оддом играли в очередную бредовую игру: «кто лучше всего всех разыграет.» Порой они не видят границ. Но после такого, Ульриху не хотелось верить и волноваться лишний раз.       Парень не на шутку испугался, ведь Джереми ему не поверил… Штерн начал усиленно думать, что бы ему сделать или как заставить поверить Энштейна в правдивость этой ситуации. В голове была одна каша из мыслей, самыми главными из которых были: «Первое апреля», «Зачем я только согласился на этот спор?», «Это не прикол, сейчас вообще осень!», «Очень плохая шутка…»       Но тут шатен вспомнил про Аэлиту и что она может помочь не хуже Джереми.       — Ну что там? Он идёт? — спросил Делла-Роббиа, продолжая уворачиваться, но он не мог так держаться вечность.       — А-а, Джереми мне не верит из-за того дурацского прикола на первое апреля, подожди, я сейчас позвоню Аэлите, — сказав это, Ульрих стал набирать её номер.       — А я говорил, что у тебя нет чувства юмора! — произнёс блондин и тут же получил лазером в плечо.       — Это и вас касается, — обратился парень к монстрам.       Кареглазый терпеливо ждал ответа девушки, но она не взяла трубку.       — Ну же, давай, отвечай, — Ульрих был весь как на иголках. Сам он уже давно позабыл, куда нужно нажимать, чтобы виртуализировать себя на лиоко, поэтому был абсолютно беспомощен. Он позвонил девушке ещё раз.       — Да? — послышался знакомый голос из трубки.       — Аэлита, наконец-то, беги на фабрику, скорее, Одду нужна помощь! — сразу же выпалил взволнованно парень.       — Снова шутишь? — удивлённо и в тоже время с усмешкой спросила девушка, — во второй раз уже не будет так смешно.       — Нет, Аэлита, я серьёзно! Хотя бы ты поверь мне! Зена не погиб, он обманул нас и сейчас он хочет скинуть Одда в цифровое море, — сказал на одном дыхании мальчик. Он так надеялся, что Шеффер поверит ему и не примет во внимание тот первоапрельский прикол. По лбу стекал пот, а свободную руку парень нервно сжимал в кулаке.       — Ладно, я приду, но если это окажется шутка…       — Спасибо, Аэлита, до связи! — тут же перебил её Штерн и сбросил трубку.       Девушка с удивлением посмотрела на телефон, а затем, нахмурив брови, быстро направилась в сторону фабрики. У неё было нехорошее предчувствие и ощущение того, что Ульрих не врёт. Сначала она хотела пойти за Джереми, но сразу же передумала, ведь ещё не факт, что это не шутка, да и к тому же, они уже больше месяца не разговаривали и её появление с каким-то нелепым заявлением о лиоко будет очень странно выглядеть.

***

      Дельмас уже полчаса ходила по школе, разыскивая Милли и Тамию. Девушка успела проклянуть их сотню раз, прежде чем они появились.       — А, вот вы где, а я вас повсюду ищу! — с лёгким возмущением произнесла Сисси, поправив свои волосы.       — Мы же сказали тебе, что будем в этом классе, — спокойно сказала Тамия, с непониманием посмотрев на Сисси.       — Ой, правда? Ха-ха, — Дельмас покраснела.       Девочки лишь закатили глаза, словно пытаясь сказать этим: «Мда, как обычно, ничего нового».       — Ладно, не томи, ты принесла нам какие-нибудь новости из Кадика? — глаза Милли загорелись и с нетерпением ждали очередной интересной информации, что соберёт большую аудиторию.       — О-о, ещё как, — злобно улыбнулась девушка и, войдя в класс и оглянувшись, закрыла дверь.       Элизабет, будучи очень довольной собой и своей работой, протянула девочкам две фотографии: на них Бульпуа и Ишияма стояли под зонтом, весело что-то обсуждая и смеясь. Девочки, как только увидели это, переглянувшись, улыбнулись.       — Хочешь сказать, они встречаются? — спросила радостно Тамия, с неким любопытством, смотря прямо на Сисси.       — Да, эти двоя ведут тайный роман, думаю, школе следует знать о том, что от неё скрывают, — сказала загадочно девушка, указывая пальцем на фотографию. Естественно, она соврала. Как бы там ни было, а ей не было дела до этих двоих, она лишь хотела поссорить Ульриха и Юми. Она не задумывалась о последствиях и просто считала, что это ей ни к чему. Хотя Дельмас и хотела стать хорошим человеком, что не будет подставлять кого-то ради своей выгоды, не будет предавать или быть надменной, но у неё плохо это получалось, что и было видно.       — Вот это сенсация! Все точно будут в шоке! — произнесла с восторгом Милли, выхватив из рук Дельмас фотографии.       Однако её подруга Тамия вдруг пришла в замешательство и погрустнела:       — Бедный Ульрих…       — Он должен знать правду, —сказав это, Элизабет похлопала по плечу Тамию и гордо вышла из класса. Но как только она вышла, то сразу же вновь столкнулась со своими товарищами.       — Вы что, решили сегодня себе глаза на лоб повесить?! — возмутилась девушка.       — Прости, Сисси, — произнёс как-то отстранённо Херб. — Э-э… Слушай, а ты бы не хотела со мной сходить…       — С тобой — нет! — отрезала Дельмас и пошла по направлению к себе в комнату.       Полякофф как обычно рассмеялся, а Пишон зло посмотрел на того, но увы, ничего сделать ему не мог. Но тут он обратил внимание на девочек, что вышли из класса, следом за Сисси. Юноша увидел у них пару фото.       — Что вам принесла Сисси? — задал вопрос парень, подойдя к ним.       — А это ты узнаешь в сегодняшней газете! — весело сказала Милли, а затем отправилась за Тамией в противоположную сторону от ребят.       Херб лишь изобразил непонимание на лице, а Николас, который стоял рядом, почесал затылок, смотря вслед девочкам.

***

      Одд уже достаточно долгое время держался и не позволял Зене одержать победу ценой его смерти. Но монстры даже и не думали отступать. Канкрелаты — самые маленькие из них. Их было всего двое и они стояли по бокам, завершая этот полукруг и не давая сбежать парню. Больше всего было блоков и крабов. Они столпились прямо напротив юноши и постоянно выпускали лазерные стрелы, изредка попадая в цель. Также в этом секторе находились тарантулы, что отнимали достаточно много очков жизни и очень пугали своим необычным видом. У всех них красовался в разных местах знак Зены, в который нужно попасть, чтобы уничтожить этих существ. Но у Одда не было совершенно никакого оружия, из-за чего приходилось играть в «клоуна», постоянно уворачиваясь от стрел и принимая различные нелепые позы.       Вечность так продолжаться не могло: парень всё-таки оступился, запнулся и тут же упал. Пара выстрелов сразу же сбила его с края платформы, но тот успел схватиться рукой за обрыв. Делла-Роббиа висел прямо над цифровым морем, держась изо всех сил, чтобы не упасть в это смертельно опасное произведение лиоко. Иконка парня стала ещё карснее и начинала потихоньку исчезать, пиксель за пикселем, говоря только об одном — это конец.       — Ульрих, не хочу тебя пугать, но кажется прямо сейчас мне нужна помощь, иначе будет уже поздно, — со страхом в голосе произнёс Одд, смотря вниз на спокойное равнодушное цифровое море.       Штерн хотел было уже что-то сказать, как вдруг услышал звук открывающихся дверей лифта. На его лице появилась еле заметная улыбка.       — Одд, Аэлита уже здесь! — сказал Ульрих своему другу, а затем повернулся к девушке.       Шеффер, выйдя из лифта, остановилась, пребывая в небольшом шоке, но затем быстро взяла себя в руки и подбежала к суперкомпьютеру:       — Только не говори, что это ты его включил, — обратилась девушка к Штерну, недоверчиво смотря на парня.       — Аэлита, я же сказал, что это был не я, а Зена! — стал снова пояснять парень, параллельно жестикулируя руками, — ладно, скорее виртуализируй меня, Одду нужна помощь и прямо сейчас.       — Одд, ты здесь? Как ты? — спросила взволнованно девушка.       — А-а… Рад тебя слышать, Принцесса, — сказал он это совсем не радостным голосом, — ну-у, у меня тут небольшие проблемы.       — Так, для начала я попробую самое простое - девиртуализировать Одда, — сказав это, Стоунз быстро набрала нужную комбинацию на клавиатуре суперкомпьютера, однако сразу после этого высветилась иконка с ошибкой.       — Не понимаю, что это за ошибка? Ну-ка, ещё раз, — сказала Аэлита и ещё раз попыталась проделать ту же операцию. Результатов не было.       — К сожалению, у нас нет времени чинить программу, — Шеффер запустила обратный отсчёт виртуализации.       Девушка, схватив за руку Ульриха, побежала вместе с ним к лифту. Двери неспешно открылись и подростки вошли внутрь.       Спустя несколько секунд лифт прибыл на место в аппаратную и они были уже возле сканеров.       — Увидимся, — сказал Ульрих и зашёл в сканер. Двери закрылись.       Трансфер Аэлита, Трансфер Ульрих. Сканер Аэлита, Сканер Ульрих. Виртуализация!