Эпоха Империи Солнца

И ради тебя я дышу, И ради тебя я живу, И ради тебя умереть не боюсь.

***

      Она отдала свою душу, она обменяла свое сердце на секреты этого леса. Она лишилась дома, семьи, всех, кого знала, и всей своей жизни - чтобы получить и новый дом, и новую семью, и новую жизнь.       …Она не спит, когда луна путается в ветвях ив. Она не разводит огня, когда Северный Холод подступает слишком близко, застилая землю колким снежным морозом. Она не пьет воды из хрустальных озер, что окружены дикими цветами.       …Она танцует до изнеможения в лавандовом поле, пока ее волосы не запутаются, словно черные лозы дикого винограда. Она разговаривает со звездами, часами смотря вверх, каждую из своих ночей. Она любит пугать заблудившихся детей, выглядывая из стволов старых деревьев.       Она - Моргана, но она не знает больше своего настоящего имени. Она - Моргана, и именно так она называет себя теперь; и знает она все о ветре и о магии, - но не знает, что сама судьба привела к ней Намджуна одним звенящим холодным утром. Сама природа этого леса дала ей воинов для защиты - для предотвращения Великой Войны Льда и Пламени…       Она - Моргана, и она умеет знать все и обо всех.       Но она ничего не знает о себе самой.

***

      Он хотел уберечь все то, что было ему дорого, но не сумел - и потерял все, что знал и любил. Он лишился дома, утратил самого себя, - и попался в ловушку, став пленником бесконечно долго проклятья, оставшись в подземелье под Южной Крепостью на долгие, долгие годы.       …Он не спит, когда песок остывает в ночной темноте бескрайних южных пустынь. Он не ест ничего, кроме человеческого мяса - иной пищи у него нет; с ним обращались как с животным слишком долго - и он и впрямь стал зверем.       …Он любит являться людям в кошмарах, и терзать их беспомощные души, заставляя поверить в смерть. Он давно забыл, каковы чистый предрассветный воздух и свежая вода горных ключей - хотя когда-то давно он каждый свой рассвет встречал на высокой стене парящего над землей замка, в котором жил, всматривался в даль, и с первыми лучами солнца он тушил огонь в больших каменных чашах, радуясь, что еще одно утро будет спокойным и безопасным для его будущей королевы.       Он - Дьярви, и давно он не слышал, чтобы кто-то называл его настоящим именем. Он - Дьярви, и это унизительное прозвище он крепко ненавидит; хотя и отрицать не может, что он и впрямь теперь «ночной кошмар», «черный ужас» и «чудовище». Он знает все о людях, что обманом пленили его, - но не знает о том, что сама судьба заставила появиться на свет Чон Чонгука, самого дерзкого и самого упрямого из Южных Королей, и развязать войну Льда и Пламени - именно в тот год, когда Моргана утратит последнее воспоминание о имени Мин Юнги.       Он - Дьярви, одичавший воин позабытой давно Империи Небес - воин с добрым сердцем, любивший когда-то слишком сильно, чтобы подвергнуть опасности объект своей любви.       И потому от любви отказавшийся.

***

      Моргана и Дьярви не помнят, кто они.       Но Анайре и Юнги - помнят.       Обломки павшей империи чувствуют, что некогда они принадлежали единому целому.

***

      В начале времен, во всей Островной Долине было четыре самых сильных и самых древних Королевства; они появились почти одновременно, и мощь их была неоспорима и непреодолима:       На севере - Королевство Льда и Холода; простирается оно среди крутых мертвых гор, черных, словно уголь, и острых, словно обломки драконьих клыков; среди темных вековых деревьев, что скованы вечным морозом; они словно спят, забыв о том, что должны жить.       На западе - Королевство Ветров: там пейзажи всегда и каждый раз неожиданны, а облака меняют свои цвет и форму слишком быстро. Здесь все животные умеют говорить, здесь птицы живут под водой, а у всех детей, что здесь рождаются, цвет глаз всегда будет фиолетовым.       На самом краю Южных Пустынь - Королевство Пламени: рыжий замок, низкий и широкий, с зубчатыми стенами и узкими, редкими окнами, высечен из цельного куска камня, а одна из башен до сих пор разрушена, - когда-то длинный хвост Дьярви снес ее своими железными черными шипами.       И, наконец, далеко на востоке, прямо за Долиной Водопадов, - Королевство Тумана: здесь живут только женщины, они раскрашивают свои лица золой, цветочной пыльцой и кровью, и дома их - норы, что уходят глубоко в землю, а входы - скрыты в широких листьях густых зарослях дикого папоротника. Здесь правит древняя Эидис - первая женщина, и первая ведьма; никто не смеет зайти на ее земли без приглашения, никто, кому только жизнь дорога.       Именно от этих четырех Королевств родились позже все прочие: Королевство Покатых Холмов - между ледяными озерами и воздушными потоками, что гонит западный ветер; Королевство Едких Земель - там, где вулканы гудят глубоко под южными песками, вырываясь горячими гейзерами вверх… и солнца здесь совсем не видно, лишь ядовитый мутный туман до самой вышины. А над всеми этими замками, крепостями, полями и скалами, реками и окровавленными жертвенными камнями, в самом Центре Земли - парил в воздухе Небесный Замок; когда-то все люди жили под его широкой тенью, а самые мудрые и самые чистые сердцем после смерти возносились в белую толщу густых, чистых облаков.       Морганы тогда еще не существовало; ее звали тогда Анайре, и волосы ее были не черны, как ночь, а светлы, как юный день; кожа ее была не мертвенно-бледной, а румяной и свежей, как ранее утро. Одежды ее были не грязны и мрачны, а чисты, словно легкий летний ветер, и на голове Анайры сияла целая россыпь бирюзы и золота - тонкая диадема принцессы, что вскоре должна была смениться королевской короной. Не было ни капли безумия в чистом и смелом взгляде Анайре, и вся жизнь ее была проста, легка и ясна, - и вся жизнь ее была тогда иной.       Тогда не было и Дьярви. Был только глава королевской стражи Мин Юнги, который имел особую должность - Предвестник Рассвета - а также особое поручение от Короля: Юнги должен был не только тушить ночь и будить новый день, но еще - оберегать Анайре, принцессу Небесного Замка, ценой собственной жизни.       Он не видел тогда презрения или страха во взгляде тех, кто к нему обращался: только уважение и доброту. Его тело не было размером с его ненависть. Его кожа была ровной и белой, а не чешуйчатой и мокро-черной; глаза не горели красным огнем, а помыслы вовсе не были злы - до того, как он стал отшельником, скитающимся среди могил Бесконечных Степей, у него еще было сердце, способное любить.

***