take me to the hell

субботние вечера бинхэ нравится проводить в постели: он лениво оглаживает пальцами холодные ноги своего мужа, чтобы после притянуть чуть ближе несколько одеял. он никогда не показывает этого в открытую, но шэнь цзю знает, что тёмный блеск на дне глаз или слегка закушеная щека — раздражение. мелкое, гнусное, глубоко скрытое внутри и редко находящее выход наружу; бинхэ всегда давит его в зародыше, не позволяя эмоциям взять верх. золотой ребёнок, не иначе. от столь абсурдной мысли шэнь цзю хочется гадко рассмеяться вслух. ло бинхэ целует его руки, и в приглушённом свете магических огней, лукавые глаза отливают гранатом. он накрывает его ступни пушистым покрывалом, и тянет короткое: — ты можешь простыть, муж мой. носится с ним, словно курица-наседка. (заставляет давно очерствевшее сердце биться с удвоенной силой) возможно это один из его коварных планов, возможно помутнение рассудка — шэнь цзю не хотел с этим разбираться ни тогда, ни сейчас. они вместе уже практически целую вечность — и к хорошему быстро привыкаешь, а назвать себя исключением из правил шэнь цзю никогда не мог. он кривит лицо, когда бинхэ мягко прижимается головой к животу и едва ли не мурчит — но внутри с тихим треском, что-то крошится в мелкую пыль. шэню цзю пропускает через пальцы мягкие кудри, пока поглощённый удовольствием бинхэ что-то напевает себе под нос. абсолютно разнеженый и довольный — он подставляется под руки, словно дворовая кошка. (и если очень постараться, этим пальцам не составит никакого труда свернуть ему шею) — глупое животное, — на выдохе, в голосе непривычная ломкость. шэнь цзю продолжает незатейливую ласку, чувствуя как внутри собирается колючим комком нерастраченная нежность. бинхэ отравил его душу и тело; одним существованием заставил выйти из равновесия чёткий механизм жизни, чтобы со временем своими же руками собрать воедино. испорченный, дряной мальчишка, а шэнь цзю ничем не лучше него. это непреложная истина, известная всем и каждому — императорский подонок и его учитель. "союз, скреплённый на небесах" — кажется именно так писалось в той идиотской книжонке о похождениях великого императора? кто же знал, что по прошествии лет он будет готов с этим согласиться. — учитель так зол, — владыка трёх миров шутливо бодается головой. от тела исходит не человеческий жар, словно ещё секунда, и всё вокруг обратится в пепел. он сжимает руки на его боках и льнёт ближе, ближеближеближе. шэнь цзю с замиранием сердца испускает тяжёлый вздох.