энтропия

Минхо не приходил в кафе уже третий день. В первый это было просто немного странно, но не более того — Джисон всё понимал. Тяжёлая работа и усталость наверняка сделали своё дело, Минхо просто нужно было немного времени, чтобы отдохнуть. Им обоим не помешал бы день друг без друга. На второй Хан немного чаще обычного бросал взгляд на дверь и на часы. Соми вполголоса ругалась, потому что дел у них было невпроворот, а парень ворон пристрастился считать. «Дай ему время, он ведь не будильник, чтобы звуки вокруг тебя издавать по расписанию» — сказала как-то девушка, передавая стоящему у кофемашины Джисону чек с заказом. Он по привычке тоже хотел как-нибудь съязвить, но Соми быстро убежала обслуживать других клиентов, да и про Минхо шутить как-то совсем не хотелось. Парень опустил взгляд на чек с заказом — холодный американо. Чёрт. Прежде чем он успел остановить себя, его голова уже непроизвольно дёрнулась, чтобы увидеть застывшую у витрины девушку в клетчатом пальто — тёмные кудри, красная помада и круглые солнечные очки. Джисон надул губы и отвернулся обратно к кофемашине. На третий день он совершенно незаметно для себя сгрыз ноготь на мизинце, пока неотрывно смотрел на входную дверь и пытался не заснуть. Соми незаметно сунула ему кофе и вчерашний непроданный пончик под барную стойку, больно щипнула за ляжку и шепнула: — Поешь-ка лучше вот это, — и вновь ускользнула раньше, чем Хан успел что-либо ей ответить. Это было то странное время будних дней, где-то между 10 и 11, когда все студенты благополучно сидели в зданиях университетов, а люди постарше исполняли свои обязанности на работе. Заведение было почти пустым, поэтому никто не мог поймать его за отщипыванием небольших кусочков от пончика и постепенным его поглощением. Так что Джисон с чистой совестью наслаждался импровизированным перекусом. И тот момент, когда он взглядом искал салфетку под стойкой, чтобы вытереть руки от сахарного сиропа, безусловно, был идеальным, чтобы услышать глубокое: — Привет, — прямо над своим ухом. Хан резко дёрнул головой и чуть не ударил макушкой наклонившегося над ним парня в подбородок. Тот немного отскочил назад, с опаской воззрившись на друга, но после опустил взгляд и вдруг заиграл бровями, — ты чего как дёрнулся? Что ты там делаешь? — Феликс, блин… да как же вы так заходите тихо? — Феликс, чьи намёки остались незамеченными, придвинулся к стойке ближе и облокотился бедром о крутящийся стул. — Я нормально зашёл, может у тебя просто со слухом плохо? И кто это к тебе сюда ещё, кроме меня, знакомый приходит, кого ты не слышишь? — не успел Джисон даже испуганно вдохнуть, потому что да мой соулмейт тут заходит иногда, как Феликс ответил на свой вопрос сам: — Хёнджин что-ли? Джисону захотелось прижать ладонь к невовремя забившемуся быстрее сердцу, но он сдержался и лишь кивнул головой: — Мгм, — и сразу же, не давая ему развить эту тему дальше, спросил дежурное: — тебе может быть кофе сварить? Сегодняшний день был исключением, так как Джисон уехал на работу раньше, чем проснулся его друг, но обычно он готовил Ли его любимый капучино по утрам. Это было единственным, что Джисон мог сделать гарантированно хорошо, как оплата другу за вынужденное гостеприимство. Феликс, в свою очередь, готовил им завтраки, и это было не слишком-то честное разделение обязанностей, но тот раз за разом вызывался сам, а Джисон не мог отказать другу в его же доме. Тем более, за его счёт Ли повышал свой навык в готовке, которой парень в последнее время увлёкся. Так что можно было сказать, что он использовал Хана в качестве подопытной крысы, — и ситуация оказывалась не такой уж несправедливой по отношению к хозяину дома. — Да, давай, — пока Джисон вбивал нужные цифры в программу, парень бегло оглядел доски с утренним меню и добавил: — и ещё яичный маффин, никак раньше не получалось его попробовать. Хан кивнул и предложил другу присесть за столик у окна прямо напротив кассы. Обычно он был перманентно занят, но в такое особое время редкий человек, зашедший в их кафе, не смог бы занять своё любимое место. Стоило ему только повернуться к Соми, готовой принять у него заказ, как прозвенел колокольчик над дверью. В помещение зашёл мужчина, который, ещё стоя на пороге, внимательно оглядел окружающее пространство и только после этого шагнул по направлению к стойке. Он был одет в одну только тонкую белую рубашку, а куртка была перекинута через его руку. Первой мыслью, которая пронеслась в голове у Джисона, была: «как ему может быть не холодно?». Мужчина, тем временем, приблизился к парню за кассой, кинул взгляд на его бейджик, затем — быстро — оглядел его всего, с ног до головы. Хану от такого стало немного не по себе, поэтому он поспешил задать привычный вопрос: — Здравствуйте, что будете заказывать? — пока он вбивал новый заказ в кассовый аппарат, краем глаза заметил, что мужчина что-то достал из кармана рубашки и положил прямо перед ним. — Здравствуйте, не могли бы вы мне что-нибудь порекомендовать? — под его тяжёлым взглядом голова будто бы сама тянулась вниз. Джисон всё-таки опустил взгляд на маленькую бумажку, которую мужчина придерживал указательным пальцем. На ней было торопливым подчерком написаны много мелких, отрывистых строчек, и только сощурившись Джисон смог разглядеть написанное. «Привет, Джисон, это Минхо. Это должно быть немного неожиданно для тебя, но постарайся не подавать виду, если рядом с тобой твои знакомые. Стоящий перед тобой человек — это Чан, мой близкий друг, и он знает о том, что нас связывает…» Сердце Джисона пропустило удар, и он поднял глаза на мужчину, выражение лица которого излучало безмятежное спокойствие. Это чувство передалось и ему по какой-то странной связи, которая установилась между ними из-за необходимости хранения общей тайны. Вернувшись в реальный мир, парень вдруг обнаружил, что молчит подозрительно долго, и торопливо подал голос: — Да, конечно, — «… но не волнуйся, он умеет хранить секреты. К сожалению, это был единственный способ связаться с тобой.» — Могу предложить напиток недели — наш фирменный лавандовый раф. Мужчина по имени Чан улыбнулся одним уголком рта: — Я бы предпочёл что-то более стандартное, — «В последние дни я часто работаю сверхурочно — горят сроки по одному проекту, совсем нет времени приходить к тебе. Но на правах хорошего друга, я бы очень хотел узнать, как у тебя дела, так что, если ты не против, дай знак Чану и он передаст тебе ещё одну записку с моим номером. Можешь звонить и писать в любое время. Я постараюсь ответить, как смогу.» — Капучино? — одна только мысль о том, что Феликс может увидеть, чем они тут занимаются, моментально его отрезвила. Джисон смело взглянул на мужчину, который, не отрываясь, смотрел на него сверху вниз, и быстро кивнул. Чан ещё ненадолго задержал на нём свой взгляд, чтобы убедиться, что он правильно расшифровал Джисонов кивок, а затем вытащил из кармана куртки совсем маленькую бумажечку и протянул её парню. Но только Хан успел коснуться её пальцем, как сбоку, откуда ни возьмись, подскочила Соми. Она быстро поставила на стойку аккуратную чашечку с кофе и свежеиспечённый маффин. — Феликс, забирай свой заказ, — и Ли во мгновение ока подскочил со своего места. Мужчина одним пальцем аккуратно придвинул к себе первую записку и уже собирался поднять её со стола, но подбежавший Феликс по неосторожности толкнул его боком. Палец Чана дёрнулся, и бумажка легко слетела со стойки. Как в замедленном действии Джисон наблюдал за тем, как извиняющийся Феликс и уверяющий его, что всё хорошо, Чан, одновременно наклонились за запиской — если Феликс случайно увидит, что в ней написано, у него возникнут вопросы, на которые я не смогу ответить. Но не успел Хан даже начать молиться за лучший исход, как стоящий напротив него парень неожиданно ойкнул и выпрямился. — Вы током бьётесь, — ответил Ли на вопросительный взгляд Чана, который тоже поднялся, но с зажатой между пальцев запиской. Что-то в выражении чужого лица заставило Феликса растянуть губы в улыбке, от которой всё его лицо словно засветилось изнутри. Мужчина вежливо кивнул и тоже не смог сдержать слегка растерянную улыбку. Будто он совсем не понимал, чему можно радоваться, когда тебя ударили током, но стеснялся это спросить. — Тогда прошу прощения, я не нарочно. Ли же отмахнулся от его извинений, как от какой-нибудь надоедливой мошки, и уверил его: — Да ничего страшного, бывает, — он резво подхватил свой завтрак и ушёл за свой столик, чтобы больше не отвлекать клиента. Чан бросил взгляд через плечо на удаляющегося парня, а потом внимательно посмотрел на Джисона и проговорил: — Знаете, я сейчас очень спешу, поэтому откажусь от заказа, — Бан так многозначительно смотрел на стоящего за кассой парня, будто передавал ему какое-то зашифрованное послание, — но обязательно приду к вам ещё. — Х-хорошо, — слегка недоумевающе отозвался Джисон, — хорошего вам дня. До свидания! Как только дверь за мужчиной закрылась, к нему резво подбежал Феликс, продолжая коситься в сторону выхода. — Странный он какой-то, правда ведь? Говорит чудно, бумажку какую-то уронил, когда я подошёл… может он просто хотел дать тебе свой номер телефона, а я его смутил? — парень игриво повёл бровями и успел отскочить раньше, чем Джисон ударил его в плечо. — Ладно, шутки-шутками, но будь поосторожнее. Он ведь обещал вернуться — мало ли что в следующий раз выкинет. — Ага, — коротко выдохнул Джисон, — а теперь иди и пей свой капучино, пока не остыл. Не зря же Соми его делала. Феликс надул губы в шутливой обиде, а затем, круто развернувшись, направился к своему столику и демонстративно отвернулся к окну. Хан смотрел на то, как его друг поглощает ещё не успевший остыть яичный маффин и с интересом выглядывает кого-то через большие окна, а в большом кармане передника перебирал пальцами маленькую записку. / Джисон был ужасен в том, чтобы начинать разговор первым. В теории он знал об этом и раньше, но осознал полностью только сейчас. Уже битые двадцать минут он сидел, глядя в белоснежный экран телефона. Парень не мог заставить себя даже начать, и, казалось, его за это осуждала даже мигающая вертикальная чёрточка в начале строчки, жаждущая превратиться во что-то большее. Привет, это Джисон. Это мой номер, можешь его сохранить. Банальщина. Да, я просто хотел написать, что у меня всё хорошо. А как у тебя дела на работе? Скука. А ты знал, что в видимой Вселенной больше звёзд, чем песчинок на всех пляжах Земли? Парень откинулся на кровать и положил телефон рядом с собой. Боже, ну что за нелепость, ему снова пятнадцать? Почему тогда такие простые вещи, как начало переписки, даются ему настолько сложно? Джисон притянул к себе телефон и быстро набрал обычное «привет», но и оно показалось ему слишком безэмоциональным. Как только парень потянулся пальцем к «крестику» на клавиатуре, чтобы стереть слово, дверь в его комнату распахнулась, и от неожиданности он чуть не выронил гаджет на пол. — Что у тебя тут происходит? Такое чувство, будто я живу с ворчащим гоблином, а не с лучшим другом, — Хан настолько не ожидал, что будет так просто и глупо пойман с поличным, что даже не успел мысленно взмолиться всем богам, чтобы его лицо выглядело нормальным, а не так, будто он занимался непотребствами в не совсем своей комнате. Не успел он даже открыть рот, чтобы парировать внезапную атаку, как Феликс продолжил, — я тут печенье испёк, не хочешь немного перекусить? Хотя о чём мы говорим? О каких разоблачениях может идти речь, если его соседом являлся буквально Феликс, которому меньше всего на свете хотелось уличить в предательстве своего друга? Джисон вопросительно приподнял одну бровь и бросил взгляд на часы, которые висели прямо над головой Ли. — Сейчас буквально одиннадцать ночи, Ликс, — парень, застывший в дверях, невозмутимо пожал плечами. — Значит, это твой последний шанс попробовать моё шоколадное печенье сегодня, — грязный ход. Аппетитный запах разнёсся по полупустой комнате, против воли проникая в ноздри и вызывая моментальное желание попробовать свежеприготовленное печенье. Джисон, который никогда не славился сильной выдержкой, не мог противиться ему. — И не поспоришь, — Хан поднялся с кровати и по дороге на кухню стёр ненавистное «привет» из их пустой переписки с Минхо. На кухонном столе стояли две большие тарелки с печеньем и рядом — небольшой ланч-бокс, заполненный им же. — Завтра отнесу ребятам, — ответил Феликс на невысказанный вопрос Джисона, который отчётливо читался в его глазах, — я не рассчитал ингредиенты, и их получилось слишком много. Мне стало жалко — они ведь зачерствеют, а мы всё-равно это всё не съедим. Джисон направил камеру телефона на свежеиспечённые сладости и парировал: — Устроим ночной марафон «Убей меня, исцели меня», и всё твоё печенье уйдёт так быстро, что ты и не заметишь, — сделав фотографию, он быстро напечатал в переписке с мамой: «смотри, что твой любимый Ликси опять приготовил. А ты жалуешься, что я плохо ем». Соблазнённый его видом и запахом, Джисон тут же отложил телефон и взял с тарелки всё ещё горячее печенье. — Расскажешь мне, почему из твоей комнаты в последнее время доносятся только «охи» и «ахи»? — Феликс присел на стул, подставил тыльную часть ладони под подбородок и посмотрел на поедающего его творения друга. Тот в ответ неопределённо дёрнул плечами и потянулся в холодильник за молоком. — Да ничего особенного, просто Хёнджин пристаёт, — это не было ложью, скорее лукавой полуправдой. Парень и правда писал ему почти каждый день, но от силы по предложению или двум — с целью узнать, когда он заканчивает работать. Но Феликс, наивная душа, согласно закивал. — Да, он и нас в покое никак не оставит. Даже те парни, что всегда на его стороне были, уже начинают раздражаться. Он ведь бережёт тебя, как хрустального. Джисон откусил печенье и, погрузившись в размышления, стал пускать молочные пузыри через трубочку. Самой страшной для него была и будет оставаться реакция Хёнджина. Феликс — и Хан это прекрасно понимал — в любом случае поймёт и поддержит его. Хотя такая новость наверняка будет шоком для него. Да и остальные ребята тоже смогут смириться со временем. По сути, они не делают ничего противозаконного или неправильного, и нет ничего страшного в том, что они с Минхо общаются. Ли просто интересен Джисону как человек — он терпеливый, прямой, доброжелательный и воспитанный. Хан даже подумал, что Минхо бы мог понравиться его друзьям, если бы он представил Ли, как своего нового знакомого (ну, или, по крайней мере, не вызывать сильного отвращения). Но точно не Хёнджину, который уже знает Минхо в лицо, как его соулмейта. Феликс трактовал задумчивость друга иначе, поэтому придвинулся ближе и положил голову на чужое плечо. — Не переживай ты так, всё наладится. Что-нибудь придумаем. Джисон угукнул в ответ, одной рукой пригладив его волосы, а другой разблокировал телефон, чтобы проверить, не ответила ли ему мама. Однако к своему мимолётному удивлению первой перепиской, которую он увидел, был диалог с Минхо — хотя парень был уверен, что закрыл его. Мозг работал до смешного медленно, поэтому он даже не осознал сначала, что произошло, но, увидев пришедшие от парня ответы, крупно вздрогнул всем телом. «Прошу прощения, вы, скорее всего, ошиблись номером». «Но печенье и правда выглядит очень аппетитным». В спешке он отправил фотографии и сообщение не маме, а Минхо! Вот ведь угораздило… Убедившись, что друг не смотрит в его телефон, парень практически со скоростью света напечатал: «Привет, это Джисон. Извини, я и правда ошибся номером, случайно тебе отправил. Как дела?» Это было ещё глупее, чем все варианты, над которыми он думал ранее, но Хан в панике не смог придумать ничего лучше, поэтому быстро нажал на «отправить» и отложил телефон в сторону. Через некоторое время ему удалось вывернуться из объятий Феликса и, пообещав ему вернуться к началу новой серии «Винченцо», он закрылся в (не)своей комнате. «О, привет, Джисон. Необычный способ начать разговор. У меня всё хорошо — как раз закончил работу и еду домой» «Так поздно… тогда не буду тебя отвлекать, извини. Ложись сегодня спать пораньше, чтобы завтра быть бодрым!» Он так долго думал над тем, стоит ли ему отправлять смайлик с большим пальцем, поднятым вверх, что написание ответа неприлично затянулось, поэтому он просто заменил его на восклицательный знак. О, как же Джисон ненавидел это время, когда вы только начинаете переписываться и с осторожностью прощупываете границы дозволенного. «Нет, ничего страшного. Расскажи мне, как у тебя дела? Ты всё так же много работаешь?» Ну уж явно не так, как ты сейчас, — подумал Джисон и мимолётно смутился из-за того, что тон его внутреннего голоса был похож на ворчание человека, который отчитывает свою вторую половинку. «У меня есть фиксированные часы работы — так что я в кафе ни больше, ни меньше прежнего. А так всё в порядке, как всегда, но без тебя так странно только теперь никто не покупает морковные тортики» Хан почти услышал, как Минхо посмеялся по ту сторону экрана, ещё до того, как увидел его сообщение. «Хах, ты правда винишь меня в этом?» «Я думал, что это супер-популярная позиция, но с твоим уходом они стали больше никому не нужны!» Джисон чувствовал шутливое возмущение Ли через ровные буквы на экране телефона, и ему казалось, будто они разговаривают, сидя при этом на расстоянии не больше пары метров. «Как по-твоему я могу вернуть популярность морковным тортикам? Разве я волшебник?» «Нет, но ты изобретательный. Такую схему по передаче записки придумать, привлечь своего друга — это же надо додуматься!» «Ох, на самом деле, это такая история…» / Феликс дважды крикнул Джисону, что серия началась и ему пора спускаться, однако из его комнаты не послышалось ни шороха. Тогда парень поставил сериал на паузу, откинул плед с колен и поднялся по винтовой лестнице на второй этаж, где находились спальни. Однако в проходе тоже было тихо и пусто. Дверь в комнату Хана чуть приотворилась, и в небольшой щели медленно появилось лицо Феликса — сначала один глаз, потом нос, потом второй глаз. Джисон лежал на кровати. По закрытым глазам, размеренному тихому дыханию и приоткрытому рту нетрудно было догадаться, что он спал. Одеяло было скинуто на пол, а из приоткрытой форточки дул прохладный уличный воздух. Ли тихо прикрыл за собой дверь, юрко подлетел к окну, чтобы закрыть его, а затем наклонился к одеялу, чтобы накрыть им спящего друга. В этот момент Феликс наткнулся ногой на что-то, что явно не должно было находиться там. Это оказался телефон Джисона — «должно быть, он заснул, пока сидел в социальных сетях», подумал Феликс. Он уже хотел положить его на тумбочку и закончить начатое, как вдруг тёмный экран загорелся и взгляд Ли неподконтрольно упал на высветившееся на нём уведомление. Это было «ты пропал из сети — наверно уснул» и «спасибо за сегодняшний разговор и спокойной ночи», появившееся почти сразу, от некоего Минхо. Как бы Феликс ни пытался, ему не удавалось вспомнить среди друзей Джисона людей с таким именем. Даже когда экран потух, парень никак не мог отвести от него взгляд, погрузившись в размышления. Его лицо, на которое падал холодный лунный свет, выглядело серьёзным и сосредоточенным. Феликс был похож на великого мыслителя, запечатлённого в виде греческой статуи из мрамора. Когда он всё же положил телефон на небольшой столик возле кровати, то с непроницаемым выражением лица накрыл посапывающего Джисона одеялом. Напоследок Феликс бросил на его безмятежное лицо короткий взгляд, прежде чем окончательно выйти из комнаты. Почему плохое предчувствие не могло обмануть его хотя бы один раз? Прошу тебя, только не натвори глупостей