Закат на крыше и шанс начать заново.

Другие виды отношений
NC-17
Завершён
12
Размер:
404 страницы, 19 частей
Описание:
Фанфик по комиксам IDW. Сюжет по времени занимает место после саморазоблачения императора Старскрима и нападением Юникрона на миры трансформеров.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
12 Нравится 15 Отзывы 1 В сборник Скачать

Ревность

Настройки текста
— Будешь ему помогать? — Дрифт сидел на платформе и невидящим взглядом смотрел в окно. Родимус присел рядом и тоже уставился в окно. — Я еще ничего не обещал. — Это не вопрос, Родимус. Отлично у него это выходит, правда? Я уже и сам готов ему помогать. Тяжко, знаешь ли, вдруг осознать, что это не с фракцией что-то не так, это ты пол жизни был мудаком. Я смотрю на всё, что происходит здесь и удивляюсь, как всё похоже. Еще один скрытый город. Еще одни мехи, которые просто хотели мирной жизни. — Эй, Дрифт, — Родимус тряхнул друга за плечо, — Ты что? Ты мне нужен, как единственный разумный мех. Мы же среди десептиконов, тут Тарн командует базой, Шоквейв ставит какие-то непонятные опыты, и Мегатрон… — И Мегатрон, — эхом отозвался Дрифт, — Ты с ним был? — Нет. Пытался поговорить со Старскримом. — И как успехи? — Никак. Теперь у меня полный процессор противоречивой информации и я понятия не имею, что с ней делать. И спросить не у кого, не Тарна же допрашивать. — Он тебе поэму прочтет о своем Олмайти. И не соврёт. — А ты? — А я не знаю. Круто меня наш лорд приложил, давно, видать, слова подбирал, готовился… Будешь выступать перед советом колоний, попроси его тебе речь написать, у него лучше выйдет. — Ага, ультиматумы и угрозы. Нет уж, у меня уже есть спичрайтер, Дрифт. — Да брось. Очевидно же, у кого я учился. У нас на Кибертроне один хороший оратор, остальные так, любители. — Да хватит уже! — Родимус вскочил с платформы и нервно пробежал по комнате из угла в угол, — Можно я хотя бы от тебя не буду слушать о великом непобедимом безупречном Олмайти Мегатроне, которому нечего противопоставить, настолько он выше всех! — Мне тоже страшно, — признался Дрифт, — Это же Мегатрон. — У него всегда есть злодейский план… — И как легко он ловит нас на хорошем, на желании мира, на теплых чувствах, и вот ты уже готов закрыть глаза на то, о чём он молчал все эти годы. А ведь и у Проула и у Оптимуса были причины не доверять Мегатрону, теперь сам видишь, но пострадавшими всё равно выглядят десептиконы, а Мегатрон легко вернул себе образ защитника и невинно пострадавшего, и теперь опять рвется к власти. — Да, ты прав, наверное… — Прав. А может быть и иначе. Потому что это же Мегз, с его дурацкой гиперответственностью. Который не хочет чтобы тебе пришлось выбирать сторону, потому что он любит тебя. Который ни разу нам не солгал, просто мы не решались задавать вопросы. Ты то уж точно знал на них ответы, потому ведь не спрашивал. В которого верят, потому что видят, сколько усилий стоит за каждой его победой, и которого ещё как тяготит его образ. Который в сущности, никогда не желал зла… — Говоришь прямо как Мегатрон, — угрюмо заметил рыжий Прайм, — И как определить истину? — А никак, — Дрифт развел руками, — Потому что всё это один и тот же мех. И какой он на самом деле там, под всей этой броней знает только он сам. И Старскрим, может быть, если действительно заглядывал в эту искру. Так что придется решать самим. Я пока не могу, но мне и не срочно. Родимус помолчал с минуту, развернулся и вылетел из комнаты.

***

— Мегатрон! — Родимус затормозил и оглядел небольшой зал для брифингов, обнаружив там помимо Мегатрона вездесущего Тарна, Баррикейда и Саундвейва. Все трое без вопросов собрали свои датапады и покинули помещение. Когда мимо прошел Саундвейв, Родимусу стало неуютно, но ему было не до смутных ощущений, — Мегз, скажи, наконец, чего ты хочешь добиться? Без всей этой твоей мишуры и высоких слов. — Ты уже сам сказал, что я хочу, Родимус Прайм, — напомнил Мегатрон, — Если я побеждаю, то вхожу на равных в Совет Колоний, если нет, у меня есть база, ресурсы, мои десептиконы и друзья. На первое время мне хватит. Это будет справедливо, у моих товарищей будет место, которое они смогут назвать домом, и не будут мозолить глаза автоботам из несмерившихся. — А злодейский план? — уточнил Родимус и осторожно присел на краешек стола. — Выждать, показать лучшее устройство общества и потеснить Винблейд с её трона, — Мегатрон усмехнулся, — Конечно, этот вариант я тоже спланировал, но вряд ли стану воплощать его в жизнь. Хватит с меня Кибертрона. — Ты ведь всегда хотел захватить Кибертрон. — Не захватить. Я хотел, чтобы дома все было правильно. Теперь мой дом там, где мои братья и товарищи. — Обещай, что не развяжешь войну! — Что? — Мегатрон опешил и уставился на Родимуса с некоторым удивлением. Рыжий Прайм вскочил и оказался рядом, глядя в лицевую серому меху. — Дай мне слово. Обещай, что не станешь развязывать войну, не станешь провоцировать Оптимуса, и не станешь использовать переговоры против автоботов. — И ты поверишь мне на слово? — серьезно спросил Мегатрон, — Не провоцировать Оптимуса нелегко. — Обещай. И я тебе поверю, — Родимус отвернулся, в окне сквозь прозрачный купол были видны сияющие точки звезд в глубине космоса, — Лучше поверить злодею, чем не поверить другу. — Обещаю, что не развяжу войну. И буду держать себя в руках. Да что с тобой происходит, Родимус? — Родимус едва дав ему договорить, молча повис у бывшего со-капитана на шее, и Мегатрону только и осталось мягко погладить Прайма по спине и вежливо попытаться от себя отодрать. — Не знаю. Мне кажется, что все валится в пасть Юникрону, хотя с Юникроном мы разобрались. Ты разобрался… — Оптимус разобрался, — напомнил Мегатрон, на что Родимус внезапно упрямо помотал головой. — Скажи, что я должен сделать, — спросил он, и все-таки разжал руки, — Старскрим не полетит? — Не думаю, — Мегатрон почему-то отвел глаза и в тоне послышался привычный мрачный сарказм, — Он нашел идеальный способ отомстить мне разом за всё, и вряд ли от него откажется. А жаль…он создан для таких переговоров, как эти. — За что он тебя ненавидит? — О, ты скоро возненавидишь меня за тоже самое, Родимус. Меня слишком много в его жизни. Настолько, что туда не помещаются те, кого бы он хотел видеть рядом. Мало того, что моя тень накрывала все его дела, пока мы были вместе, так я его и физически теперь не отпускаю. Так что он прав, что ненавидит меня. А ты будь осторожнее. Власть опасная и неприятная игра. — Не заливай. Ты обожаешь это. — Что? — Что слышал, лорд Мегатрон, ты обожаешь всеми командовать, дай тебе пайку энергона, домик под звездами, планшет и твои книги, ты через год бы взвыл от скуки. Да я таким счастливым, как сейчас тебя никогда не видел. Поэтому хорош заливать. Ну как? Мне и дальше учиться у тебя, пока ты еще функционируешь? — А ты не безнадежен. Если речь тебе будет писать Дрифт, пусть пришлет мне черновик. Ты уже сам сказал, что я хочу, Родимус Прайм, — напомнил Мегатрон.

***

      В кварте к концу смены было так же тихо. Последним шумным событием, что отвлекло от скуки спарков было пришествие Родимуса. Тот не найдя своего друга Мегатрона все-таки остался и пошел в комнату Старскрима, там о чем-то говорил долго со Старшим, а потом растерянный ушел едва не забыв попрощаться. Винд проводил его тоскливым взглядом и закрыл дверь. Рокет тем временем уже прошел все головоломки, что ему дал Старший и разглядывал противоположную стену положив голову на лапки. — Старший заболел? — спросил серо-синий у своего брата. — Наверно, не выходит и говорил с Род очень тихо. Рокет перевел грустный взгляд на дверь. Его брату не понравилось, что красно-серый страдает и тогда он пошел к отсеку Старшего, чтоб добиться им обоим внимания и проверить, что же не так с их Старшим.       Стук в дверь в нижней ее части отвлек Старскрима, сидящего также на полу, как в момент появления Родимуса, он поднялся неохотно, даже как-то тяжело и открыл дверь. За ней на него уставились очень недовольные мордочки спарков. — Если ты болеешь, то давай позовем Старшего Мегза и пойдем ремонтировать тебя, — заявил Винд, а Рокет активно закивал поддерживая брата. Старскрим растерялся, потом смутился, потом на него накатила удушающая совесть. До этого момента сидя на полу он думал о том, что кажется Мегатрон устал от его никчемности и взял на его должность Родимуса, по крайней мере все так и выглядело — «Недопрайм» гонял с Мегатроном и даже исполнял какие-то поручения, а Старскрим оставался со спарками и видел своего хозяина очень редко. Впрочем видеть часто Мегатрона джету было сложно. Тот приходил с недовольным, почти брезгливым выражением на лицевой и либо мерял липового Conjunx Endura взглядом полным отвращения, либо отводил глаза. Джету такое было совершенно неприемлемо и он стал прятаться. Когда Мегатрона не было в кварте, а это почти все сутки, джет возился с оборудованием, включал фильтрацию воздуха, убирал пыль, потом садился за консоль и искал для спарков интересные видеозаписи или литературу. Читать спарки научились очень быстро, так как это была базовая способность, а вот понять все прочитанное они не могли и тогда приходили к Старшему, пересказывали и задавали вопросы. Так проходила вторая половина смены. Во внешнюю среду — за пределы кварты они не ходили, так как Старскрим боялся косых взглядов и осуждения, которое нечайно могут заметить спарки или вовсе услышать что-то не предназначенное для их аудиосенсоров.       Спарки смотрели на джета не так как другие мехи — в их взгляде читался интерес, неприкрытое обожание, может даже беспокойство. Им было приятно находится с опальным экс-заместителем, потому что не знали ничего о нем, что могло бы их расстроить. Джет рядом с ними чувствовал себя в безопасности и очень боялся потерять этот субъективный покой. — Я не болею, все впорядке, — джет мотнул головой убирая измученное выражение. Опустился на колено, чтоб говорить с детенышами на одном уровне: — Мне надо было подумать одному, простите что не пускал вас. — Подумать о чем? — Рокет не выдержал и сразу же повис на шее, пришлось его обнять. — Зачем Род приходил? — Винд остался стоять на пороге, он все еще был недоволен. — Родимус получает новую должность и он хотел расспросить меня о возможных трудностях, что будут у него на новом месте. Но я считаю, что он справится. — Это твоя должность была раньше? — Винд был неожиданно проницательным для существа прожившего меньше ворна. — Да, так и есть. — А ты теперь чем занимаешься? — Я останусь с вами, — Старскрим сильнее прижал к себе гудящего довольного Рокета и ощутил как мало осталось у него — короля неудачника, — И с Мегатроном, — добавил после паузы джет.

***

      Мегатрон пришел сегодня раньше, выглядел почти довольным и сразу пошел к спаркам, узнать как у них прошел день и поиграть с ними. Перед малыми Мегатрону было стыдно, что он не может, как раньше, общаться с ними между делом. И перед Старскримом тоже было неудобно, джет, кажется, устал вечно сидеть со спарками. Хотя Мегатрон был уверен, что его консорт малых очень любит, что бы тот не говорил в запале. Детки выглядели взъерошенными и не очень довольными. Винд даже не пошел сразу обниматься. — Почитать вам сегодня? — спросил их Мегатрон, — Как Скрим, не скучает с вами?       Услышав свое имя джет высунулся из подсобного помещения, где занимался какой-то рутиной, что поглощала его разум целиком и давала глубокое чувство отчужденного спокойствия.       Мелкие игриво ластились к рукам, Рокет даже пытался забраться на плече, потом впрочем остепенился, видимо решил, что слишком большей и переигрывает, потому просто взял старшего обеими лапками за руку. Винд пообнимав Мегатрона сделался серьезным, отступил на пару своих крошечных шагов и смотря крайне серьезно сказал, что они не скучали и занимались теми поручениями, что им оставили. Старскрим все это видел и слышал, довольно фыркнул и скрылся в подсобке снова. — Хотите снова на Кибертрон? — спросил их Мегатрон, а сам смотрел на дверь подсобки, где скрылся его Conjunx Endura, — Скрим полетит по делам, может взять вас с собой. Тут же появилась очень недовольная морда того, кто вовсе не желал никуда лететь. — А меня ты не предупредил? — даже не позаботившись об алиби перед спарками раздраженно отозвался джет и вышел неконец в общую комнату брезгливо отряхивая ладони. — Зачем? — демонстративно изумился Мегатрон, — Во фракции ты всегда отвечал за переговоры, так что по моему, всё очевидно. Садись, обсудим. Старскрим это проглотил, ибо формально Мегатрон был прав, а выяснять при детенышах его нынешнее положение было бы опасно. — Ко мне Родимус заходил, я думал что теперь это его обязанностт, ведь он Прайм. — Он не десептикон, — напомнил Мегатрон, прежде, чем осознать смысл фразы, — Он к тебе приходил? Зачем? — Спрашивал что-то из серии: какого быть на моем месте, но разговор как-то особо не завязался, — джет прошагал к скамейке у стены заменяющей здесь привычные ему диваны и сел там закинув ногу на ногу. Винд внимательно за всем этим следил молча, Рокет тоже, так и не отпустив руку старшего. Мегатрон машинально погладил цепляющегося за него спарка, нахмурился и потянулся за коммуникатором. — Амп, можно мои спарки с твоим питомцем погуляют? Спасибо. Малые, идите погуляйте, нам со Старскримом надо поругаться. Но это не значит, что я буду меньше любить его и вас. Джет растянул клыкастую злую ухмылку. Спарки заволновались, стали резко серьезными и взяв друг-друга за руку приготовились идти на прогулку строем. Джет скалился и молча ждал пока за спарками придут, покачивал ногой.       Мегатрон менял Conjunx Endura взглядом молча. Благо, его приказы, чего бы они не касались, всегда исполняли быстро. Так что через пятнадцать минут Мегатрон уже вежливо извинялся за беспокойство, а Каон уверял, что ему не сложно, а Питомцу уж тем более. Киберлис дисциплинированно сидел у ноги хозяина и выглядел единственным в этой комнате довольным жизнью.       Мегатрон закрыл за ними дверь и немедленно обернулся к Conjunx Endura, уже не скрывая почти такой же злой ухмылки. — Что такое, Старскрим? Не стал пугать Прайма? Так съездил бы, показал своей преемнице, как ты счастлив. — Причем тут это вообще? И что тебя не устраивает? Я не понимаю! — Я уже говорил, что меня не устраивает, — напомнил Мегатрон, — А потом подумал, ты сидишь и смотришь в стену потому что я тебе просто отвратителен, или потому что хотел кого-то другого тут видеть? В любом случае, на переговоры ты полетишь. Может, пожалеет тебя твоя фемка. Старскрим не обиделся, ему было странно, что Мегатрон будто разыгрывает ревность к абсолютно чуждому существу. — Вот почему ты прицепился к Виндблейд и все время ее упоминаешь ее? Чтоб позлить меня? Почему не Оптимуса или Джетфаера? — А я должен ещё и Оптимуса упоминать? Давно? Я упоминаю Виндблейд, чтобы тебя позлить, потому что ты злишься, Старскрим. Ты из-за неё не хочешь вести переговоры от нашего имени? — Не из-за нее, а из-за себя, — обсалютно серьезно ответил джет, — Я не в форме и врятли когда еще буду. Я вообще плохо понимаю, что ты хочешь добиться. По мне — ты можешь просто забрать своих и улететь в глубины космоса или захватить Кибертрон силой, выстреляв прявящую верхушку, так как имеешь численное и техническое превосходство. — Я это уже слышал. Хватит, — Мегатрон подошёл к джету и теперь смотрел на него сверху вниз, — Я твоей фемке благодарственную открытку отправлю. И на переговоры ты летишь. Главой делегации. Потому что ты мой Conjunx Endura. — Хорошо, но если я потерплю фиаско, это будет на твоей совести, а не на моей, — он посмотрел своему хозяину в глаза без страха, — И она НЕ моя. — Обидно, правда? — немедленно уцепился за эту фразу Мегатрон. — Вовсе нет, меня просто удивляет что ТЫ опускаешься до таких очевидных манипуляций, пытаясь добится от меня чего-то, раньше ты работал искусснее. — Разочарован? — серый мех усмехнулся, — Уж прости, сам говорил, что я не очень умный. Надеюсь, нарочно ты переговоры не провалишь, потому что чего ТЫ пытаешься добиться, я тоже не могу понять. Ну да мне уже всё равно, раз не можешь сказать мне прямо, значит будет так, как я скажу. — Слушаюсь, мой Лорд, — хмыкнул, — Но вернемся к твоим ноткам ревности. Объясни мне где я дал тебе повод тыкать именно в этого меха? — Она твоего вида, она ухитрилась обыграть тебя в политике, я вижу, как тебя задевает упоминание о ней. А ещё я тебя знаю и знаю, как ты выражаешь симпатию. Старскрим фыркнул и покачал головой: — Тогда ты меня совсем не знаешь. Мне были симпатичны только Скайварп и Тандеркрекер и то, я не подпускал их слишком близко за все эти годы. И ты видел как я с ними обращаюсь. Кстати это максимум моего хорошего отношения, так что не требуй от меня большего. Ты знал, что подбираешь безыскровую тварь не способную на искренние чувства. — Сделаю вид, что верю. И это фантомная боль твоих амбиций, — Мегатрон легконько ткнул Conjunx Endura туда, где у нормального меха была бы искра, — И вот тебе ещё задание. Подумай про праздник в честь заключения Уз, пора уже. — Какая боль? Ты о чем? — Старскрим нервно хихикнул и на самом деле испытал что-то вроде испуга, — И мне не нужны твои подачки! Все и так считают что мы пара, повторная церемония покажет, что мы всех обманывали. Не надо. — Тебе не нужны, мне нужны. А мехам полезны праздники. Хочу отметить годовщину нашего союза нормальной церемонией, и отмечу. Готовь сценарий, у тебя хорошо получается. И инструмент вскрывать камеру тоже готовь. — Ты это серьезно? Камеру? — Старскриму все это не нравилось. — Я тебе предлагал, ты согласился, помнишь? — Мегатрон смотрел на Conjunx Endura с каким-то нервным весельем, — Если передумал, ты всегда можешь мне об этом сказать. Старскрим чуть ли не ляпнул, что передумал. — Знаешь, — после паузы сдавленно ответил он, — Мне кажется, что ты совершаешь ошибку непоправимую и глупую. Тебе нужен близкий мех? Кто будет понимать тебя, любить, ценить, заботиться, радоваться времени проведенном вместе, обнимающий тебя перед оффлайном… и это не я. Посмотри на меня, — джет развел руками демонстрируя свой корпус, — Гнилое нутро в новенькой обшивке. Когда я пытаюсь быть лучше чем есть, то все заканчивается еще хуже чем то, когда я творю зло умышленно. Никто из тех кого я близко подпустил не стал счастливым, многие погибли, кто-то ненавидит меня теперь. Я держусь здесь в одиночестве, чтоб больше не причинять вреда… и спарки, я каждую минуту общения с ними боюсь поранить их, обидеть, сказать что-то дурное, не быть достаточно мудрым или понимающим. Рядом со мной они вырастут злобными чудовищами. Старскрим поднялся на ноги почти столкнувшись с Мегатроном: — Ты правильно выбрал Родимуса в помошники, он справится, он искренний и очень ценит тебя. Джет прошел к внешней двери ведущей в коридор.       Мегатрон выслушал эту отповедь молча и даже посторонился, пропуская джета. — Ты меня прекрасно понимаешь, Старскрим, поэтому и не любишь. Но мне не нужен «мех, который будет обнимать меня перед оффлайном», мне нужен мой заместитель. Мне нужна безискровая тварь, не способная на искренние чувства. И Родимус тебя никогда не заменит. Ни рядом со мной, ни рядом со спарками. Не бойся за них, они крепче и умнее, чем тебе кажется. Хотя мне приятно слышать, что ты их любишь. Мегатрон пошел следом за джетом, остановившись в шаге от него. — Я не говорил что люблю их! Я никого не люблю! Только себя! Понял? — внутри неприятно скрутило, джет отшатнулся столкнувшись с дверью. — Ты меня так и не понял за все эти годы! А теперь еще хочешь, чтоб я открыл тебе искру. Да пошел ты, Мегатрон! — Боишься? — Мегатрон поймал партнёра за локоть, — Мне это воспринимать, как полный и окончательный отказ? — Да! Я не стану твоим по-настоящему! Никогда! Я готов с тобой работать ради власти, ради денег, ради выгоды, ради мести, но я не отдам тебе себя! — Знаешь, Старскрим, может я и не тот мех, с которым ты бы хотел быть, но я знаю кое-кого, кого ты ненавидишь гораздо сильнее, — Мегатрон печально усмехнулся даже не думая джета выпускать. — И кто же это? — нарочито удиволся джет. — Это ты, Старскрим, — в тон джету ответил серый мех, — Так ради чего ты готов продолжать наш эксперимент? Ради денег, власти или мести? — Я не понял кого я ненавижу, сначала на это ответь. — Хочешь получить ответ, просто посмотрись в ближайшее зеркало. — Ты видимо хотел копнуть поглубже, а изрек какой-то лютый бред, — джет махнул рукой, — И касательно эксперимента. Думаю мне пора уходить. Спарки в безопасности, твоя команда восстановлена, а мне здесь ловить нечего. И он вывернулся из захвата. Нажал на кнопку открытия. — Прощай, Мегатрон. Трансформироваться в альтформу было не сложно, как и раньше, естественно как пропускать электрический разряд по сервомышцам. И хорошо что десептиконы строили свои базы с размахом. Старскрим выскочил в открывшуюся дверь и стартанул в коридор в форме истребителя — тонкого с узкими крыльями и сильно вытянутым острым носом. Мегатрон даже подумал, а не повторить ли маневр своего нервного партнёра, но коридоры базы всё-таки были не рассчитаны на шаттл. — Отлично! А детям я что скажу?! — серый мех не выглядел слишком раздосадованным. Старскрим начал что-то делать, уже неплохо. Теперь надо понять, куда его ненависть к себе швырнет. И Мегатрон опять включил комм. — Отследите мне Старскрима. Нет, не трогать, просто отследить. Впрочем, тот ушел недалеко и ненадолго.

***

      Родимус наткнулся на них случайно. Просто бродил по базе, заглядывая во все углы. В углах не происходило ничего предосудительного, обычная жизнь обычного города. Пятерка десов сидела в рекреационной зоне, на круглой скамейке, и Прайм невольно замедлил шаг, прислушавшись к разговору. Это не осталось незамеченным. — Эй, автобот, то, что лорд тебе благоволит, не значит, что ты можешь всюду совать свой нос! — один из десептиконов поднялся и пошел на Родимуса очень угрожающе. Этот мех показался смутно знакомым. Рыжий Прайм вгляделся в его лицевую: — Я знаю тебя. Ты был в одном отряде со Слингером. Он…был моим другом, — эти слова почти застряли у него в горле, и что бы заставить вокодер озвучить фразу до конца потребовалось какое-то пугающее усилие. Проще было бы надерзить, сказать пару тупых шуток и свалить, но раз уж решил начинать вести себя по взрослому, то вот это хороший повод. Особенно помня, как они со Стрингером расстались. — Ах, другом, значит, был, — дес смотрел, как будто готовил какой-то подвох, или наоборот ждал подвоха: — Что ж, тогда заходи, — и он посторонился, давая рыжему Прайму дорогу. Его товарищи точно так же следили за Родимусом неотрывно и напряженно, кажется, вот-вот выхватят оружие и начнут палить. Родимус демонстративно всего этого не заметил, зашел и плюхнулся на сиденье, закинув ногу на ногу. Смутился и сел нормально. Понятно, что десептиконы хотят его уязвить, но у них тут что-то серьёзное, а нарываться он не планировал. — Правила просты, — его недавний собеседник сел рядом, в руках у него откуда-то возник стакан слабозаряженного энергона, — Мы передаем стакан, говорим, потом пьем. Вот сегодня, благодаря тебе, вспомним тех, кто не дожил. Мы со Слингером были в одном отряде, он был хорошим товарищем и верным десептиконом, только очень серьезным, как и все, кто выжил из Найона. Дес отпил из стакана и демонстративно протянул его Родимусу. Тот принял и обвел взглядом собрание. Десептиконы хотели смутить его, и им это удалось, говорить о товарищах выбравших другую сторону всегда было нелегко, он и не говорил. Да уж, для таких случаев Дрифт ему речей не писал… Интересно, что бы сказал Мегз? — Слингер был моим другом. Мы вместе защищали Найон, — Родимус сжал стакан и посмотрел в пол, — Когда мы в последний раз говорили с ним, он сказал, что нося этот знак я позорю всех погибших там, что я кинул Найон… Мегатрон однажды уже после войны спросил меня, почему я не захотел вернуться, отстроить Найон заново, расчистить руины храма, вернуть все, как было. Я сказал, что не умею строить, и это будет уже другой город и жить там будут другие мехи… Это не вся правда. Я не считаю себя вправе возвращаться. После того, как сам уничтожил собственный город, пусть даже тогда я был уверен, что иного выхода не было. Я так разозлился на Слингера за то, что он вслух сказал то, в чем я так боялся признаться себе. А потом он погиб, и мы никогда уже не сможем решить, кто из нас был прав. Прайм сделал глоток из стакана и не глядя отдал его сидящему справа десептикону. Вокруг все молчали. — У меня был друг, он ушел с Металхоуком, мы поругались тогда чуть-ли не до драки, я обвинял его в трусости, он меня в безумии и жажде разрушения, — наконец заговорил сидящий рядом мех, — Он наверняка жив, и теперь на Кибертроне. Я бы хотел поговорить с ним, но не знаю, что сказать.

***

      Дрифт выглядел не так мрачно, как в прошлый раз и был почти весел. — Ну наконец-то это дурацкое приключение заканчивается. Долетим домой, передадим предложение десептиконов и все. Конец. — Я не полечу, — Родимус задумчиво смотрел куда-то в окно. — Что значит, ты не полетишь? — Да не переживай ты так, полечу вместе с десами, кто-то ведь должен тут за всем приглядеть, и за Наутикой, все-таки член команды. Дрифт долго смотрел на Родимуса, так что тому стало трудно это игнорировать, хотя старался рыжий Прайм изо всех сил. — Приглядеть за Мегзом, значит, — протянул наконец Дрифт, — А на самом деле? — Слушай, хватит уже, я не собираюсь менять фракцию! — немедленно взвился Родимус, — Просто если я буду с ними, может это остудит пару горячих голов и никто не станет палить по кораблю заранее. И мы не ввяжемся в очередную драку, которая никому не нужна. Вот и всё! — Думаешь, возможен такой вариант? — Не уверен. Никто не хочет войны, но Проул никому не верит, а эта фемка с Каминуса долбаная фанатичка. Ну, а Мегза ты знаешь. У него всегда есть злодейский план. — Ну-ну. И как Старскрим тебе до сих пор оптику не выцарапал. — Эй! Хватит! — Ладно, ладно. Ты прав, конечно, и делаешь то, что должен. И всё-таки, это может быть ошибкой. Будь осторожен, ладно. Очень осторожен. — Не разводи панику, Дрифт. Мегз меня не обидит. — Да, вот именно этого я и боюсь.

***

      Проводы прошли скомкано и очень неловко. Дрифт явно раздумывал, не упаковать ли товарища в корабль вопреки его желанию, но отговаривать не пытался. Родимус весело хлопнул его по плечу, велел передавать всем привет и ретировался, чтобы друг не заметил, как не хочется ему оставаться одному на десовской базе. С Дрифтом было спокойнее, хотя его намеки и выводили из себя.       Прайм вышел из дока. И сразу наткнулся на Тарна. Командир карателей стоял у табло с номерами кораблей и кажется, специально его ждал. — Попрощались? — Родимусу показалось, что Тарн ехидничает, и это почему-то его утешило, потому что если умеет ехидничать, значит такой же мех, как и все, а не неотвратимая машина смерти, вызванная из царства гнева понятно кем. Понятно кто, впрочем, отлично умел и ехидничать, и шутить, но в последнее время это не помогало. Слишком специфическая вокруг Мегатрона возникла атмосфера на этой базе. Наблюдать её изнутри иногда было очень некомфортно, а иногда завидно, потому что для десептиконов, к которым вернулся обожаемый вождь, все было понятно и просто. Когда Родимуса охватывал страх, он вспоминал, как Мегз обнимал повисшего у него на шее Тарна, а когда зависть — Старскрима на полу в темной комнате и самого Мегза, повторяющего «Учись, пока я функционирую». — Зачем прощаться, когда скоро увидимся, — привычным легковесным тоном отмахнулся Прайм от жуткого меха. Тарн был не первым, кто тут его пытался напугать, и точно не станет последним. Родимус старательно выдерживал линию поведения веселого раздолбая, который не до конца понимает, во что ввязался. Иногда ему хотелось, чтобы и от Мегатрона можно было спрятаться за привычным образом, но увы. Мегз то эту маску с него и содрал, лишив возможности прятаться от себя. — Жалеешь, что не смог наложить на Дрифта манипуляторы? — наполовину шутя, наполовину всерьез поинтересовался он. Раз уж решил остаться, надо понять, с кем решил остаться, а сейчас хорошая возможность понять, что такое Тарн. Дамус. Дамус из Тарна, раз уж Подразделения Правосудия официально больше нет. А может быть, и удастся понять, что такое Мегатрон. — Жалею, — не стал отрицать каратель. На нем не было его зловещей маски, но приятнее он от этого не стал, шрамы на лицевой пластине оттягивали внимание от оптики и понять, что твориться в этом процессора было нелегко, — И наложить на твоего дружка свои манипуляторы мы уже не сможем. Лорд Мегатрон вычеркнул его из списка. — Оу… — больше Родимус ничего выдать не смог, — А себя? — А себя оставил, — Дамус смотрел на рыжего Прайма с подозрением, — Я полагал, это случилось по твоей просьбе. — С чего бы мне просить твоего лорда, и с чего бы ему выполнять мои просьбы? — Родимус привычно ушел в отрицание, и подумал, что и правда мог бы попросить за друга, но это даже не пришло ему в голову. С одной стороны, Мегатрон дал понять, что не намерен возобновлять охоту на десептиконских дезертиров, с другой его со-капитан всё ещё не производил впечатление меха, которого можно было о чем-то просить. — Вы вроде как друзья, — бросил Тарн, и Родимус понял, что не один он тут пытается составить впечатление о собеседнике. — Может быть, — уклончиво ответил он, — Насколько тут вообще может идти речь о дружбе. Скажи мне, какой он, твой лорд? — Он лорд Мегатрон, — просто ответил Дамус. — Самоотверженный и справедливый. Значит, ты не считаешь его другом? — Родимусу послышались нотки неодобрения, и стоять рядом с Тарном немедленно показалось очень небезопасным занятием. — Я то может и считаю. Только знаешь, я гулял по базе, и заметил, вы все постоянно разговариваете друг с другом, ну, типа о том, что на искре. А с кем говорит Мегатрон? Со Старскримом? — Это вряд ли, — немедленно ответил Тарн, даже не задумавшись о такой возможности. И замолчал, глядя на Родимуса. В алой оптике явно читалось: « Я думал, он говорит с тобой». — «Ах, если бы» — подумал в ответ Родимус, а вслух сказал: — Тогда с кем он говорит? Никогда не задумывался? Кстати, где он? И они почти синхронно достали датапады. Метки Мегатрона на базе не значилось. — Не вижу его метки, — Тарн явно растерялся, а Родимус вернул на лицевую выражение озорного спарка. — А где Старскрим? — как бы между делом поинтересовался он. — Пятый ангар… — Всё, спасибо, я знаю, где его искать, — нарочито радостно выпалил Родимус и ретировался. Находиться рядом с Тарном всё-таки было испытанием. Рядом с Мегзом тоже, но по-другому.

***

      Мегатрон нашелся там, где Родимус и предполагал его найти, на внешнем периметре базы, в открытом космосе. Тут, среди космических турелей, генераторов и стальных конструкций не было ничего, кроме звезд и черноты. Мегатрон стоял, заложив руки за спину, подняв голову и даже не обернулся. — Жалеешь, что во всё это ввязался, Родимус Прайм? — Еще как, — Родимус встал рядом, — Только отступаться-то поздно. Остается только надеяться, что слишком сильно жалеть не придется. — Вот тебе еще повод возненавидеть меня. — Да. Только я тебя не ненавижу. И твой безумный джет тоже. — Думаешь? — Мегатрон наконец соизволил повернуть к рыжему Прайму лицевую, — А стоило бы. — Почему? — Потому что я нарочно не говорю ему того, что он хочет услышать, мщу за все годы наших «сложных отношений» и за речь на суде. Я очень плохо умею прощать, Родимус. — Но всё-таки ты любишь его? — Да, все-таки люблю. — А Тарна? — Дамус отдал мне всё, подло было бы его не любить. -…А меня? — тихо спросил Родимус, после недолгого молчания, пытаясь решить, а стоит ли вообще спрашивать. — Тебя тоже люблю, пусть и иначе, — Мегатрон мягко улыбнулся, как будто понял, что происходит в искре со-капитана, — И Наутику. И всех остальных. Страшное оружие искренность, правда? — Правда, — Родимус кивнул, — Особенно искренность лорда десептиконов. — Что будешь говорить в совете колоний? — Правду. — Хорошо. А если там будет Оптимус? — Не знаю… Ты ведь расскажешь мне свой злодейский план? — Давай ограничимся обычным, Родимус. — Не доверяешь мне? — Дело не в доверии. Личные мотивы вообще не должны влиять на дело, достаточно поглядеть на меня и моего…Conjunx Endura. Или на меня и Дамуса. Я доверяю им обоим, потому что обоих знаю. Но есть вещи, которые не должен знать никто, кроме тебя самого. — Ты никому не рассказывал всех тайн, да? — Да. Нет. Один мех знал всё, но он один такой во Вселенной. — Кто же? — Саундвейв. И то, он знал всё, потому что от него невозможно было что-то утаить, а не потому, что я ему обо всём рассказывал. — Ты с ним говорил о том, что на искре, да? — Я с ним молчал, Родимус. А сейчас говорю вот с ними, — Мегатрон кивнул в сторону космической пустоты, — Звезды тоже всегда молчат. — Не знаю, каким ты меня больше пугаешь, Мегз, когда ты лорд десептиконов, или когда ты такой, — Родимус тоже уставился в пустоту Вселенной. Звезды и правда молчали, даже не перемигивались друг с дружкой, как на Земле. — Я всегда опасен, ты же знаешь. — Мегатрон усмехнулся, — Пойду напишу благодарственную открытку Винблейд и выну Старскрима из того ящика, где он прячется. — Пятый ангар. — Я знаю.

***

      Родимус остался один наедине со звездами и попытался подумать. Увы, в политике он профан, и всегда им был, а Мегза трудненько было переиграть мехам и поумнее его. Тем более он до сих пор не уверен, действительно ли хочет знать всё. Откровенность Мегатрона пострашнее любого обмана, наверное, поэтому он на Кибертроне прямо его не спрашивал, что происходит. Можно просто забить и действовать по обстоятельствам, это-то он всегда умел. А вот Мегз зачем-то взялся его натаскивать, хотя прекрасно знает, что он такое. Смешно, это же он, Родимус, которого многие любят, как яркое пятно среди серых будней, но никто не уважает. «Ты хороший капитан, Родимус», «Я тебя люблю, Родимус». Интересно, сколько мехов стали десептиконами из-за этого? Как минимум двое, и обоим это вышло боком. Только ему, кажется, всё равно, потому что все знают, что Родимус дурак. Нет, рефлексия это не его, надо пойти докопаться еще до кого-нибудь из десов. И до Старскрима, он тут единственный не питает иллюзий.

***

      Спарки играли с Питомцем Каона. Жуткая тварь радостно носилась за гаечным ключом, вся распушившись от радостного возбуждения, детеныши довольно попискивали, Рэведж сидел на ступеньках, спускающихся от жилых кварт к зоне рекреации, делая вид, что он не кот, потому что рядом сидела Наутика. Идиллия, что б её. Видеть на фемке десевскую инсигнию все еще было чудовищно непривычно, пусть и приятно, что не всё у великого Мегатрона выходило так, как он задумал. Вот её никто испытывать не пытался. Да и что ты сделаешь фемке, которая начала свою жизнь на базе с того, что запустила в Тарна котом…       По сути ангар представлял собой склад мусора, как бы заметили наиболее искушенные мехи. Просто сама база развиваясь как спонтанный живой организм претерпевала тот этап, когда сами обитатели не могли решить насколько серьезным и военным обьектом являлось это место. До этого на каждом военном корабле было строго прописано что и где размещалось и что рядовой и любой другой служащий имеет право при себе иметь, и только нужные обьекты находились в общественном пользовании. А сейчас база по сути была пристанищем тех, кто хотел уйти с Кибертрона по разным причинам или примкнуть к более привычному коллективу, если это были бывшие десептиконы. Отчасти это были беженцы и они тащили с собой кое-какие припасы и вещи, что казались им необходимыми при переезде. Не все уходили в спешке или бежали тайно, многие просто договаривались со знакомыми или платили кредитами за то, чтобы их перевезли на базу. Кое-кто высказывал опасения по поводу диверсий и проседающей безопасности из-за того, что брали кого попало, и правда, пришлось принять закон о системе проверок. Непроверенные вещи скапливались тут.       Но в данный момент Родимус вспомнил о странных вещах, потому что ангар был заполнен нераспределенными пожитками. Они буквально ящиками, сложенными в высокие горы, чуть ли не до потолка отделяли посадочно-грузовую зону от входов в коридоры и рекриационную зону. Везщи или ящики подписывали на разный манер — от именных магнитных замков, до бирок и надписей маркером и оставляли до тех времен, когда их проверят. В таком лабиринте из вещей спаркам очень нравилось играть — во-первых множество новых любопытных обьектов, с другой стороны много укрытий для подвижных игор и в эту часть ангара, а отличии от технических зон, сотрудники не ходили часто, а владельцы не заглядывали.       Редрокет заметил Родимуса и помахал ему рукой, потом крикнул брату, что в шутку отнимал кусок цепи у турболиса.       Поначалу показалось, что их как обычно оставили на попечение Наутики или Рэведжа, ибо оба в отдалении сидели на ступеньках и о чем-то тихо говорили. Родимус Прайм уже начал было как всегда думать нехорошее про экс-заместителя Мегатрона, что он как обычно пренебрег своими обязанностями и занят самоистязанием или безделием, как требовало его раздутое не соразмерно эго. Но нет, откуда то с верхушки нагромождения чужих пожитков, там где спущенные на шлангах лампы не светили, освещая только нижнюю половину помещения, раздался скрипучий насмешливый голос: — Ты по заданию, Родимус? С повышением тебя поздравлять можно? Родимус поднял голову, ища в темноте под потолком источник раздражающего звука, который по недоразумению считался голосом. — С повышением? — нарочито легковесно, включив в ответ свой самый бесячий тон, вопросил он, — Если ты о том, что меня всё-таки выперли из автоботов, то я пока не в курсе. Так что поздравлять пока не с чем. А ты тут свою коллекцию корон хранишь, в кварту не поместились? И рыжий мех попытался влезть на гору металлических контейнеров, которые выглядели, достаточно крепко, чтобы поглядеть, чем там занят невыносимый джет. — Вообще я искал спокойное место, а то десы такие компанейские ребята, никакого личного пространства. Продесептиконское гостеприимство Старскриму показалось одновременно и удачно и оскорбительно, он всегда видел в любой даже брошенной случайно фразе скрытый подтекст и даже если его не было. — Да, ты прав, шумные ребята… — как-то в пространство ответил он, вовсе не думая как поймет его собеседник. Спарки бегали внизу между ящиками и отбирали у зверокона какой-то ненужный предмет — кажется это была пустая банка из-под энергона или из-под краски. Турболис прятался под выступами или за контейнерами и делал вид, что закапывает игрушку, а сам потом не давал маленьким мехам подобраться к заветной цели. Те же вдвоем по очереди отвлекая своего противника подбирались все ближе. Про Наутику и Рэведжа он почти забыл и не смотрел в их сторону, сосредоточившись на своих мыслях и иногда поглядывал на своих спарков. Да, теперь он ощущал что они именно его все острее — потому что цветовая гамма обшивки полностью сформировалась и еще блекло, но все-таки уже полностью окрашивала все детали корпуса, а маленькие крылышки на их спинах сформировались по типу летательных альтформ — широкие и подвижные настоящие крылья, а не какие-либо другие плоскости. Скорее всего они станут самолетами, может какими-то другими летунами. Мегатрон тогда не послушал его и взял те искры в которых было больше энергии, однако все-таки первые попавшиеся. Результат волей судьбы оказался отличным, но джет запомнил, что Мегатрон не послушал его и предпочел рискнуть… пусть и с удачным исходом. «Коллекция корон» — фыркнул про себя Старскрим, ибо у него и правда было подобное собрание симпатичных ему головных уборов. Он вспомнил о них только сейчас, ибо о короне как об объекте декора не вспоминал со дня коронации, буквально. Получив желаемое он быстро терял к этому интерес и только страх перед потерей заслуг и статуса какое-то время заставляло его демонстрировать этот символ власти. Сейчас любая из этих «корон» вызвала бы у него печаль и горечь и ничего более. Хорошо, что ни одной не осталось.       Родимус влез ещё повыше, задел ящик и тот с отвратительно громким лязгом упал вниз. — Ой, — демонстративно воскликнул Прайм, ничуть не раскаиваясь в содеянном, — Шумные, не то слово, и как только Мегз с ними управляется. Кстати, насчёт задания, раз уж ты больше не прячешься под кроватью, может найдем пустое от десов пространство и поговорим ещё? В прошлый раз неплохо вышло. Старскрим поморщился, Прайм этого еще не видел. В темноте, пока оптика еще не переключилась на ночной режим, собеседник казался Родимусу вырезанным черным силуэтом. Старскрим сидел на верхнем ящике. Внизу лязгнул упавший ящик. Спарки взвизгнули от неожиданности, а их Старший встрепенулся. Быстро нашел обоих взглядом, убедился, что они только испугались неожиданного звука и снова опустился на свой «насест». — Можем говорить и тут, — ответил он автоботу, — тут никого не бывает, тихо. — Лллладно, — Родимус влез на «насест» к джету, и свесил ноги с края, задумчиво болтая конечностями. — Уютно, — саркастически заметил он, — И видно далеко. Мегз сбегает таращиться на звёзды, он всегда так делал? Делать, что он скажет, или лучше не стоит? Ты куб энергона тут, часом, не припас? Нет? Упущение.       Автобот нервничал и был удостоен презрительного взгляда, говорить с ним не хотелось. Как и с кем угодно другим, не даром Старскрим выбрал такое место, где его вроде как не должны были беспокоить колесные формы — ведь он забирался на пирамиду из барахла далеко не с помощью рук. Но Родимус легко преодолел формальный барьер и отыскал его даже здесь. Внизу спарки продолжали веселится играя со своим уже питомцем, уходить из-за глупого Прайма и лишать мелких редкого удовольствия было бы нечестно и эгоистично. Джет решил терпеть и в меру доступно отвечать Родимусу: — Ты пришел свалить на меня ответственность за свои решения? Хочешь не думать как обычно, но что бы все было наилучшим для тебя образом, ведь если я тебе что-то подскажу то ты свалишь вину на меня в случае если будешь не доволен. — Да, именно так, — с демонстративной радостью кивнул Родимус, — Я же всегда только так и поступаю, ищу, кто бы выполнил за меня всю скучную работу или решил созданную мной проблему, ну в крайнем случае могу пострелять, взорвать что-нибудь, или сочинить дурацкое приключение, из которого участники только чудом смогут выбраться живыми. Это же я, Родимус, почему-то_при_всём_этом_Прайм. И рыжий мех замолчал, уставившись вниз. Внизу спарки почти загнали Питомца в угол, а тот демонстративно скалил зубы и пушил гриву, пряча пустую банку между лап, весело размахивая хвостом и тряся башкой. — С другой стороны, — резко сменив тон на серьезный, продолжил Родимус, — Кто мне тут ещё может рассказать всё, как есть? Дай наводку, я докопаюсь до него. Джет хмыкнул: — Кто угодно кроме самого большого лгуна в истории Кибертрона. Это мой тайный титул, если ты не знал. Вон, можешь спросить Рэведжа, он с нами с самого начала, или просто останови кого-нибудь в коридоре. Ты ведь пришел ко мне потому что думаешь, что я расскажу тебе самые ужасные и мерзкие слухи о своем ненавистном хозяине. А главное, мне за это ничего не будет, ибо он к этому привык и держит меня с учетом этой. хм. неприятной особенности. — Спасибо, спрошу, — Родимус серьезно кивнул, но освобождать насест явно не собирался, — Но слухи я и так знаю. Скорее, я пришел к тебе, потому что ты не испытываешь иллюзий о своем «ненавистном хозяине». Потому что разговаривать с Мегзом это всё равно, что руку шарктикону в пасть совать. Даже если ты его любишь, даже если он тебя любит, это вовсе не значит, что рука останется при тебе. — Ну ладно, спрашивай что ты там хотел, — Старскриму не понравилось то как Родимус говорил о Мегатроне, будто услышал нечто, что подошло бы наивному романтику, каким был например Тарн, до того как стал тем чем являлся в данный момент. Многие видели в Мегатроне что-то излишне возвышенное и идеализировали его образ, а сам Мегатрон будто нарочно, а может и правда специально, не спешил разочаровывать таких вот своих поклонников, используя их как и остальных. Что стоило такому гениальному обманщику как Мегатрон сказать пару скупых теплых фраз обыграв их как великое скромное откровение сурового воина в минуту слабости. Он видел процессоры мехов на сквозь, даже лучше чем Саундвейв, хотя по слухам он на самом деле мог читать мысли. Мегатрон видел саму суть и искры своих сторонников. Не увительно, что Родимус как только перестал его боятся — то начал обожать. И Старскрим ему даже завидовал ведь Родимус жил в иллюзии того, что он любим и дорог их повелителю, как и многие другие наивные счастливцы. Старкрим просто же знал, что не сможет уйти из стальной хватки своего хозяина и было бы легче, еслиб он считал, что это его воля или же привязанность повелителя, а не его корыстная воля.       Спарки весело смеялись навалившись на турболиса, их Старший мимолетно улыбнулся отвлекшись на них. Ему все меньше хотелось думать о них как о чем-то общем с Мегатроном. Если раньше он считал их заданием, а потом гарантией своей неприкосновенности, то сейчас он привязался к ним как к личному смыслу. Думать о власти и короне, о правлении или превосхотстве — все эти мысли откликались тягучей болью в искре, воспоминаниями о позоре и о страданиях. И ничего более не могло стать для него целью. А эти маленькие существа по крайней мере дергали его каждый день и опять же, было бы нечестно отвергать их, будто за какие-то проступки. Надо было быть с ними справедливо внимательным и заботливым. Так проходил день за днем, и строя скромные бытовые планы на каждый день, джет приобретал опору в своей жизни, по крайней мере здесь и сейчас. А Мегатрон — он сейчас был слишком могучей, неизбежной, накатывающей медленно и неотвратимо стихией, его было трудно воспринимать как живого меха, даже прожив с ним бок о бок многие годы. Сейчас он сбросил маску и стал страшен как прежде. Старскрим не хотел быть ему ни противником ни союзником, слишком неравным бы была бы такая пара. Спарки были его, Старскрима: они жались к нему, говорили с ним, были похожи на него и если верить в то, как работают протоформы, стремились понравится ему и учится у него же. Это грело то место, где по слухам была пустота.       Родимус замолчал. Не думал, что Старскрим захочет разговаривать, поэтому не продумал заранее, а что именно собирается спрашивать. Все вопросы, которые он мог задать, звучали глупо и очень неконкретно. Да и Прайм был не уверен, что хочет слышать ответы, потому что с информацией надо будет что-то делать, а он уже слишком глубоко во всём этом шлаке. — Я боюсь, — честно признался рыжий мех, — Какой он на самом деле, ваш лорд? Чего он хочет? — Если боишься, пока можешь, собирай вещи и уходи, — безразличным тоном ответил джет продолжая смотреть на пестрых маленьких мехов внизу, — А про Мегатрона все и так все знают. Я никакой тайны тебе не открою. Он никогда не скрывал своих мотивов. Он хочет власти — чтоб было все по его. За ним идут потому что он сильный и умный. Ничего нового. Ты хочешь, чтоб я тебя отговорил или напугал? — Да всё уже, не могу, — Родимус махнул рукой, — Так что отговаривать меня поздно, и раз уж Дрифт не справился, то куда уж тебе. Ты же главный лжец всея Кибертрона. А я дурак. Так что я, наверное, просто хочу осознать глубину шлака, в котором оказался. Тарн, кажется счастлив, ты, кажется, не очень. — И какой вывод из всего этого? Ты так и будешь говорить очевидности, или попробуешь проанализировать свои мысли и решить чего ты хочешь? — внизу питомец Каона облизывал довольно пищащих малявок, Старскрим не мог оторвать от них взгляда, хотя его лицо было безучастным. — Я не Тарн, поэтому мне пиздец, — резюмировал Родимус, — Но ваш лорд единственный, кто воспринял меня хоть сколько-нибудь серьезно, и это… ну, приятно, что ли. Единственное, чего я хочу, это чтобы все это кончилось, Мегз договорился со всеми без насилия, а я мог найти ещё один квест и свалить из известного космоса на пару ворнов. На твоё место я не хочу. Извини. — Мне плевать. Но здорово, что ты смог проговорить для себя чего ты хочешь, — Старскрим пропустил мимо аудиодатчиков то, что Родимус сказал про отношение к нему Мегатрона, — Если ты хочешь ему помочь — то помогай, если хочешь улететь, думаю он тебя отпустит. С квестами помочь не могу, извини. — Он хоть кого-то отпустил? — саркастически усмехнулся рыжий Прайм.       Джет пожал плечами. Ему было не интересно обсуждать подобное с автоботом, казалось будто Родимус смакует свое новое уникальное место и сложные отношения с лидером Десептиконов, еслибы Старскрим думал о недо-Прайме лучьше, то решил бы, что тот так изящно ездит своими колесами по его чувствам и старается вызвать либо ревность, либо ущемить чувство достоинства тем, что ему досталось особое положительное отношение так легко и быстро в сравнении с тем, что потратил на меньшее миллионы лет. — Если и отпускал, то мне не докладывал, знаешь ли. Ты ведь его обожаешь. Вот и иди ему об этом скажи и возьми у него интервью. Пока что я не услышал ни конкретики ни чего-то такого, что известно только мне. Кажется ты пристаешь ко мне потому что я тут единственный, что не могу прикрыться своей работой и быстро удрать от тебя в коридоре. Тебе скучно, Родимус, потому что ты не хочешь работать на десептиконов и боишься возвращатся к своим — вот и шляешься неприкаянно по базе ища, кто бы тебя развлечет беседой. Да, я не занят, но с тобой говорить мне не нравится. Ты глупый колесный выскочка и единственно, что тебя спасает — покровительство нашего хозяина. И да, я при всем этом где-то сейчас на том же уровне важности и не могу просто сбросить тебя отсюда вниз головой, как бы мне этого ни хотелось. — Спасибо, что напомнил, кто я, а то я уж было подумал, что могу делать что-то полезное, — Родимус беззаботно болтал ногами, что совершенно не вязалось с его тоном, — Признайся честно, тебе просто лень меня отсюда скидывать, у тебя статус явно выше, меня ваш лорд на платформу не звал. Не волнуйся, сейчас сам уйду, с товарищами Слингера повеселее будет, раз ты всё равно не хочешь мне говорить того, что известно только тебе. Ну, или пусть Тарн мне расскажет, как правильно признаваться в любви к Мегатрону.       Старскрим дернулся и развернулся еще не зная, что сказать или сделать, просто автобот был невыносим. Абсолютно, полностью. — Я тебя уже спросил, что ты хочешь узнать, а ты тратишь мое время и стараешься задеть! Зачем? Хочешь поиздеваться? Старскрим теперь опущенный, потому любому можно подходить и говорить… мне все это, да? Потому что страх не позволит мне на тебя напасть, а гордость пожаловаться? — Эй, да что я такого сказал-то? — честно удивился Родимус, — Мы издеваемся взаимно, если ты занят, можно перенести. Сам поздравлял меня с «повышением», а теперь что тебе не так? Неудивительно, что с тобой никто не разговаривает, а не потому, что ты опущенный, понятие не имею, с чего ты так решил, честно говоря. Мегз любому, кто на тебя косо посмотрит, визор выкрутит, если заметит. — Тогда почему на базе еще остались не слепые мехи? — это было даже смешно. Мегатрону всегда было плевать на мнение о Старскриме. Прежде сикера это устраивало, так как не мешало ему занимать его должность, а потом он и сам мог неплохо постоять за себя. Сейчас же Мегатрона не заботило вообще ничего, кроме наверно того, остались ли спарки без присмотра или нет. Старскрим подумал, что еслиб не система наблюдения и открытые личные данные передвижений, то он мог бы подохнуть у себя в отсеке или свалить с базы и Мегатрон врятли бы заметил это, еслиб конечно не спарки. — Потому что при нем все молчат, а ты не жалуешься? — Родимус развел руками, — Но если хочешь мне досадить, лучше сделай так, что бы я тебя отсюда скинул, Мегз резко забудет, что больше не убивает друзей. Ладно, приятно знать, что не один я тут дурак. — Он этого не сделает, я даже готов с тобой поспорить. На что ты хочешь поспорить? М? — Старскриму понравилась это идея, она хотя бы открыла глаза Родимусу, подтвердив его — Старскрима рассуждения, да и позабавила бы. — Скинь меня отсюда, а я тут же по комлингу Мегатрону доложу, что ты посчитал, что я тебя оскорбил и хочешь со мной драться. Ну? — Какой у нас повод для ссоры? — воодушевился Родимус, — Если я окажусь прав, останови своего Conjunx Endura раньше, чем он мне искру вырвет. — Мне и не придется, — Старскрим усмехнулся, — Ну давай? — и поднялся на ноги ожидая пинка. — Скидывай что ли, только, осторожней, чтоб вниз ничего не посыпалось, спарки еще там. — Может, сперва позвонишь? — уточнил Родимус, с сомнением поглядев вниз, — Ну, для драматического эффекта.       Джет закатил оптику, но в общем он был разочарован и расстроен тем, что Родимус начал трусить и вот-вот пойдет на попятную и никакого веселья, которое он уже начал предвкушать, не будет. А эта свежая мысль и возможные последствия как яркий луч света пробили сумрак его монотонной жизни. — Да ну тебя к квинтам, трус, — джет сам сделал пару шагов в воздухе пользуясь антигравами, а потом рухнул вниз отключив их. Падая он был страшно доволен, выключил зрение и через мгновение звонко ударился об пол. Возня спарков и тихие беседы Наутики и Рэведжа резко оборвались.

***

Мегатрону пришло сообщение:

«Проблемы в ангаре, нужна твоя помощь».

***

— Ах ты мразота! — возмутился Родимус, очень задетый тем, что Старскрим лишил его такого счастья и спрыгнул следом, ловко приземлившись рядом с джетом. — Что, испугался, что слишком обшивку поцарапаю?! — они со Старскримом были примерно одних габаритов, так что просто поднять джета за плечо могло и не выйти, дабы сделать сцену хоть немного натуральной. Родимус упёр супинатор Старскриму в грудь и прошипел: — Вставай и дерись, если ещё помнишь, как, — для пущей натуральности потянувшись за бластером.       Выстрел ударил Родимусу в плечо так, что тот отлетел к ближайшей горе контейнеров и ударился о неё спиной с неприятным металлическим звуком. В проеме между ящиками стоял Мегатрон с ручным бластером и выглядел лорд десептиконов…не слишком довольным увиденным. — Извините, извините, я пошутил, ничего такого! — Родимус вскинул вверх руки и остался сидеть, как упал. Рэведж смотрел на него, как на идиота, Наутика переводила растерянный взгляд от одного участника сцены на другого, киберлис припал на передние лапы и злобно тявкал, почуяв боевую ситуацию, но не получив команды «фас». Спарки кинулись к своим Старшим, и хором зашипели на рыжего Прайма, топорща маленькие крылышки. Мегатрон опустил бластер и мягко придерживал обоих своих детенышей свободной рукой. Тут Родимус впервые пожалел, что повелся на провакацию, потому что от Старскрима очевидно надо было ждать подставы, Мегзу он еще нужен, а вот ссориться с мелкими из-за дурацкого характера их воспитателя было обидно.       Мегатрон переводил тяжелый взгляд с одного на другого, и молчал. Вообще, он этого ждал, еще на ЛостЛайте, но толи Старскрим утратил былую хватку, толи Родимус оказался гораздо сдержаннее, чем выглядел, но там они даже лишний раз не пересекались. — Кто начал драку? — в голосе лорда отчетливо звякнули стальные нотки. — Родимус! — немедленно выкрикнул Рокет и зло зашипел. Мегатрон перевел взгляд на взрослых мехов. — Мы не видели, — честно призналась Наутика, Рэведж пожал плечами. Родимус посмотрел на Старскрима с выражением «ну я же говорил». Тем временем джет поднялся на ноги и с досадливой пренебрежительной ко всему гримасой отряхивал со своего бока пыль, которой было вдоволь возле наспех сваленных в кучи пожитков. — Вообще-то я первый начал, — спокойным тоном ответил он. Глаз на хозяина он не поднял, а продолжал чистится уже от несуществующей грязи и нарочито усердно искать помятые детали. Спарки были насторожены, подобная ситуация была для них впервые. Родимус всегда казался им безопасным приятелем Мегатрона, а то что на Старскрима кто-то смел поднять руку — вовсе нереальным. Виндкиллер переводил округлившуюся оптику с брата на Старших и на рыжего Прайма, не зная как теперь перестроить картину мира. Его брат жался к серому меху, прячась за его руку и уже не шипел, а попискивал, демонстрируя что нуждается во внимании и защите. — Наш дорогой гость конечно не стал бы ничего подобного делать, просто оказалось мы его недооценили, он вспыльчивее и легкомысленнее чем можно было предположить. Так что простите его, мой Лорд. — Я сам виноват, — немедленно парировал Родимус, и неловко поднялся, потирая простреленное плечо, — Слово за слово, сам понимаешь. Я прошу прощения, такого больше не повториться. Старскрим, прости меня. Мегатрон смерил автобота оценивающим взглядом и коротко велел. — Иди к себе и найди ремонтный набор. Никому ни слова об инциденте, — и присел, спрятав спарков в кольце рук, тихо говоря Рокету в аудиасенсор что-то успокаивающее: — Ничего страшного, никто не пострадал, видишь, со Скримом все хорошо, поссорились, это случается. На джета серый мех косился с подозрением, но и с тревогой тоже. — Идем домой, Старскрим. И джет послушался, молча двинулся к хозяину и только один раз на полпути, пока Мегатрон не мог его видеть за лезущими за утешением спарками, бросил на Родимуса презрительный взгляд.       Мегатрон молча взял «Conjunx Endura» под руку, бегло оглядев еще раз, на предмет повреждений и увел своё «семейство».

***

      В кварте днем вдруг показалось слишком пусто, функциональные интерьеры Мегатрону всегда нравились, но даже в их каюте на ЛостЛайте было больше приятных взгляду мелочей. Если он хочет показать другим, что они не просто машины, созданные для войны, надо самому подавать пример. Это не менее важно, чем будущие проблемы с энергией. — Я не хочу больше разговаривать с Родькой, — заключил Винд, насупился и прижался к ноге джета. — Я думаю, он поймет, — кивнул Мегатрон, — Но расстроиться. Вы ему нравитесь. — Если бы мы ему нравились, он бы не стал обижать того, кого мы любим.       На лицевой Старскрима все время, что они шли до каюты, и теперь отсутствовало какое-либо выражение. На спарков он поглядывал, но не отвечал им никак на печальные встревоженные взгляды, а на Мегатрона не смотрел. — Вам не стоит об этом беспокоится, это пустяки и реального вреда он бы мне не причинил. К тому же я обманул его и заставил это сделать. Спарки недоуменно переглянулись, они не могли понять, зачем их старшему было заставлять Родимуса на себя нападать. У Мегатрона были на этот счёт кое-какие мысли, но при малых он, естественно держал их при себе. Серый мех так и не выпустил руку джета, и теперь мягким жестом развернул его к себе и заставил посмотреть на себя. — Из-за чего случилась ссора? — Это не ссора, — Старскрим нервно хихикнул, когда их взгляды встретились, — Мы поспорили. Твой со-капитан уже не в первый раз преследует меня и мучает своими романтическими рассуждениями по поводу тебя. Пытается переложить ответственность принятия решений в своей жизни на кого-угодно и все как обычно. — Надеюсь, ты напомнил ему, что я десептикон и у меня нет искры, — Мегатрон усмехнулся, но отпускать Старскрима не спешил, — Если он тебя так сильно злить, просто не говори с ним. Ты же понимаешь, что он нам нужен. И что нам совершенно не нужно, что бы Родимус Прайм дрался с кем-то из десептиконов на нашей же базе. — А теперь, Старскрим, рассказывай правду, — Мегатрон дождался, пока малые успокоятся и перестанут крутиться вокруг Старших. Мотивы джета были ему непонятны, и Мегатрон не был уверен, что сумеет их из Старскрима вытрясти. Кажется только, что его «Conjunx Endura» возненавидел его ещё больше за эти месяцы. Но делать гадости просто так не в характере Старскрима, должна быть какая-то цель. — О чём вы спорили и что на самом деле тебе было нужно? Если бы не твоё равнодушие к моим делам, я бы решил, что тебя злит та роль, которую Родимус занял по мнению многих, не самых умных представителей нашей фракции. — Не самых умных? — первым делом можно было зацепится за эту фразу, более провокационную, а другие уже обработать позже, как появится мысль. Вообще изначальный план был другой, но все пошло не так и теперь разворачивать диалог в нужную сторону было трудно. — Не самые умные это кто? — джету было все равно, по крайней мере сейчас, на то чтобы играть какие-то эмоции. Впервые за долгое время Мегатрон показался ему глупым и слабым, будто все могущество развеялось после ЛостЛайта, а то что он и другие десептиконы видели лёгкими вспышками после — остаточный эффект их прежнего восприятия. Было глупо поступать так со своим ключевым союзником и тратить время и респект на существо, что в данном раскладе ничего не играло. Мегатрон должен был бы максимум словом одернуть автобота, либо, на крайний случай сразу же поговорить с ним, а не тратить время на уже и так полностью покорного слугу. Конечно ещё и детёныши были во все это вмешаны, но по мнению Старскрима их можно было прямо тогда отдать на попечение коту и уже потом разбираться. Мегатрон выглядел блеклой копией себя и от того будущий план переговоров становился все ненадежный. — Если бы ты иногда выходил из чулана, сам бы знал, — Мегатрон злился теперь уже по настоящему, во многом из-за того, что ничего не мог джету сделать. После всего, что тот пережил, трудно было найти меру воздействия, которая бы могла Старскрима впечатлить. — Но я бы на твоём месте лучше бы подумал о том, что текущих запасов энергона нам хватит в лучшем случае на полтора ворна, это с учётом синтетического, что как минимум четверти кораблей нужен капитальный ремонт срочно, и ещё половине в течении ближайших лет, а ещё нужно найти подходящую планету и вытащить Триптикон с Кибертрона. А единственный мех, который может мне рассказать, кто чем дышит в Совете колоний, занят дурацкими провокациями. Я не знаю, есть ли предел у моего терпения в отношении тебя, Старскрим. Скорее всего нет, но если есть, то он скоро наступит. -Да, ты прав, — непринужденно отозвался на это джет. Он устроился на высокий стул у общего столика в большом отсеке и безразлично разглядывал скудный на предметы интерьер. — Проблем как звёзд в Галактике, а тот что должен это решать, раз уж взялся восстанавливать фракцию, занят тем, что возится с двумя психопатами и малолетним выводком. Тебе бы заместителя напрячь хотя бы, раз сам не можешь решить проблемы в которые влез. — Любовь зла, — с сарказмом произнес Мегатрон, — Как я научу своих товарищей быть чем-то большим, чем военной техникой, если в своем доме не могу этого добиться. Но раз ты об этом заговорил, вот и займись решением хотя бы одной из наших проблем, заместитель. Например, разбери, что у нас на складах, там квинт ногу сломит. — У квинтесонов нет ног, — в начале ответил Старскрим, так же безразлично, таращась в стену, а на моменте, где по всей видимости его назвали заместителем, за неимением в комнате кого-то ещё, очень удивился, — Заместитель? Я на тебя не работаю, я не десептикон и вообще, считал что ты меня держишь как ценного заложника или информатора или как там, для искры. — Вот и начни работать. Для искры от тебя толку чуть пока что, как заложник ты представляешь ценность только для меня, сам знаешь. Мегатрон подошёл к джету вплотную и наклонился почти к его лицевой. — Вообще я брал тебя, как Conjunx Endura. Но раз ты мне не даёшься, то хотя бы представительские функции изволь выполнять. — Представительские функции? Хочешь чтоб я сопровождал тебя на переговорах и подсказывал что кому не говорить? Это я могу. И что значит не даюсь? — И это тоже. Хочу, — Мегатрон теперь смотрел на Старскрима почти так же, как джет смотрел на него, без всякого выражения. Ладонь по хозяйски уверенно легла Старскриму на талию. — А ещё хочу, что бы ты занялся хозяйством базы, у тебя всегда было хорошо с организацией. Дамус слишком романтик для некоторых вещей. — У романтиков проблемы с математикой? Или что ему мешает разгрести кучу барахла в ангарах? — ладонь на талии была проигнорирована. С другой стороны разговор становился совсем личным и джет расслабился. — У него хватает дел с личным составом. — Мегатрон говорил абсолютно деловым тоном, как будто сам не замечал, что гладит Старскрима, сжимая пальцы у острых деталей на талии. — Я уже почти готов поручить что-то Родимусу, но он считает ещё хуже, чем пишет, и он автобот.

***

— Я просто подумал, вот я за вас вписался, полетим мы на одном корабле, если нас все поубивают, то всех вместе и в целом терять-то уже нечего… — Эту речь тебе тоже Дрифт писал, судя по её длине? Можно ближе к сути? — Мегатрон смотрел на Прайма вроде и скептически, а вроде и ласково, так, что Родимус приободрился и сделал еще шаг поближе. Поле Мегатрона щекотало по сенсорам, даже когда он был спокоен. — К сути так к сути. Давай коннект. Чем я хуже Тарна, в конце концов? — Ты не танк и не десептикон, — Мегатрон внезапно развеселился, — Может не понравиться. Родимус окончательно решил, что его не выгонят и решил наглеть дальше, в конце концов когда еще шанс то выпадет. — Не попробую, не узнаю, — рыжий мех привалился плечом к серому корпусу, и нагло заглянул в алую оптику. Мегатрон усмехнулся. А спустя мгновение Родимус оказался прижат к стене возле двери кабинета, статика от чужого поля ощутимо пощипывала корпус, так, что оптика никак не переключалась на ночной режим, зато чужая ладонь между бедрами чувствовалась очень отчетливо. — Захочешь, что бы я остановился, — Мегатрон говорил в самый аудиодатчик, так, что их головы соприкасались, — Скажешь «не хочу». Родимус почувствовал дрожь в ногах, и поспешил обхватить серого меха за шею. Броня под пальцами была горячей и шершавой. — Не останавливайся, — попросил он. Чужие пальцы сильно, но осторожно гладили швы на паховой броне, а между корпусами уже отчетливо искрило. Родимус немного отошел от удивления, что план сработал, и сам взялся изучать корпус партнера, где мог дотянуться. Немного запоздало рыжий мех подумал, что ни с кем из его прошлых любовников у них не было такой разницы конфигураций. С Дрифтом было весело, а тут Мегатрон еще ни одного провода не подключил, а корпус уже трясет от переизбытка чужой энергии. Это было по своему приятно, во всяком случае додумав эту мысль Родимус обнаружил, что бедра у него мокрые от смазки, пластины паховой брони разъехались сами собой, и его уже глядят по внешним кольцам портов. — Хорррошо, — проговорил Прайм, раздвигая ноги пошире, и тут же разочарованно застонал, потому что Мегатрон убрал руку.

***

      Но проблемы с энергией нужно было действительно решать в короткие сроки. И пока что руководство десептиконов сошлось на мысли вернутся к разработанным источникам уже в знакомых местах. Осталось вернуться на Землю и в этот раз договорится с лояльными им землянами. Как ни странно такие были. Ведь земляне отличались потрясающей раздробленностью и разнообразными политическими взглядами.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты