Seeing with the heart

       Наконец Элиотт замечает его. Лука разражается смехом, окруженный группой девушек. Элиотт сразу же узнает Иман, и она машет ему рукой. Во всяком случае, он уже начал приближаться к ним, чтобы присоединиться к Луке.        — Привет, Элиотт, — говорит Иман. — Что ты здесь делаешь?        — Привет, — говорит Эмма. — Приятно познакомиться, я Эмма, это мой дом. Я рада, что ты пришел, но как ты нас нашел? Ты ведь не из школы, да?        Элиотт качает головой, но, прежде чем он успевает открыть рот, Лука бьет его.        — Я пригласил его, и мы пришли вместе.        Все три девушки говорят «ох», в то время как Имане ошеломлена.        — Вы знаете друг друга?        Элиотт смотрит на Луку, и тот кивает.        — Да, а что? Вы двое знаете друг друга?        — Брат Иман — один из моих лучших друзей, — тихо говорит Элиотт.        Лука кивает головой и улыбается.        — О, как тесен мир, это круто.        — Итак, — продолжает Иман, — вы пришли вместе?        Лука кивает головой, и его очаровательные щечки краснеют. Все, чего хочет Элиотт, — это поцеловать эти покраснения, но он не может этого сделать. Поэтому вместо этого он нежно касается руки Луки своей.        — Хочешь чего-нибудь выпить, Элиотт? — спрашивает Лука.        Элиотт качает головой, но потом вспоминает, что это бесполезно, и чувствует себя очень глупо. Затем он наклоняется к Луке, потому что хочет иметь возможность прошептать ему на ухо.        — Нет, я должен ограничивать себя, если не хочу облажаться.        Он медленно отступает и смотрит, как Лука кивает.        — Хочешь потанцевать?        — Да, черт возьми.        Его ответ вылетает наружу быстрее, чем ему хотелось бы, и это заставляет девушек захихикать, но Элиотту все равно, он не может скрыть, как счастлив, что Лука предложил ему потанцевать. Лука отдает пиво одной из девушек, и Элиотт берет его за руку, чтобы вывести на середину гостиной, превращенной в танцпол. Там так много людей, что никто больше не обращает на них внимания. Они просто два парня, танцующие, как и все остальные, точно так, как обещал Лука, и Элиотту это нравится.        И уже через несколько секунд Элиотт чувствует, что они вдвоем. Он никогда ни с кем не чувствовал себя так, даже с Люсиль.        Лука танцует, положив одну руку на предплечье Элиотта, и у него пиздец какая красивая улыбка. И, глядя на эту улыбку, Элиотт не может заставить себя не сказать Луке, как сильно он влюбился в него. Ему остается только надеяться, что Лука тоже почувствует эту связь между ними.        Элиотт на шаг приблизился, чтобы заговорить ему в ухо.        — Ты действительно красив, Лука.        Лука хихикает и на цыпочках приближается к уху Элиотта, чтобы прошептать:        — Ты тоже.        Элиотт не может удержать язык за зубами, роняя «как скажешь», и Лука, кажется, расстроен.        — Прости, но откуда тебе это известно? Может быть, ты танцуешь с самым уродливым парнем на вечеринке.        Лука с улыбкой качает головой и кладет руки по обе стороны от лица Элиотта, прежде чем начать двигать ими так осторожно, что, если он закроет глаза, Элиотт может подумать, что это перышко касается его. И блять, Элиотт мог бы умереть прямо сейчас, и огромная улыбка останется на его лице навечно. Руки Луки опускаются на его затылок, и Элиотт чувствует себя так, словно он охвачен огнем.        — Нет. До этого девушки назвали тебя «таким милым» и «горячим», так что это довольно хороший признак. И потом, прикоснувшись к твоему лицу, я точно знаю, как ты выглядишь. И я могу сказать, я думаю, что ты действительно красив, и я уверен, что твоя улыбка освещает комнату.        Элиотт не мог улыбаться еще шире. Он приближает свое лицо к лицу Луки.        — Я действительно хочу поцеловать тебя, Лука.        Лука поднимает руку и касается щеки Элиотта.        — Тогда почему бы тебе этого не сделать?        Элиотту не нужно повторять дважды. Он наклоняется, чтобы приблизиться к Луке, и их губы встречаются. Лука проводит рукой по волосам Элиотта и нежно притягивает его к себе, словно боится, что тот разорвет поцелуй. Элиотт позволяет своей руке блуждать по волосам Луки, одновременно открывая рот, чтобы впустить его язык. Они вообще перестали танцевать, но им на это наплевать. Остальное неважно.        Именно Лука прерывает поцелуй, и Элиотт прижимается лбом к его лбу, тяжело дыша.        — Блять, это было...        — Эй, ребята! — кричит Базиль, подходя к ним, и глаза его блестят. — Мы собираемся поиграть в столовой, вы с нами?        Лука вздыхает и не успевает ответить, потому что Базиль тянет Элиотта за руку, чтобы тот последовал за ним. Элиотт тащит Луку, обнимая его за плечи, чтобы протиснуться сквозь толпу.        — О, отлично, вы здесь, — Янн радуется. — Элиотт, правда или действие?        Элиотт смотрит на него, и он ясно видит, к чему клонит Янн. И Лука, который вздыхает рядом с ним, кажется, делает то же самое.        — Действие.        Янн пожимает плечами, явно разочарованный, что заставляет Элиотта улыбнуться, когда он садится на пол рядом с Лукой.        — Выпей бутылку пива меньше чем за 30 секунд.        — Нет, — жалуется Лука, — ты не можешь заставить кого-то пить.        — Проблемы с этим действием? — спрашивает Янн, скрестив руки на груди и мрачно глядя на Элиотта.        — Никаких, — отвечает Элиотт, не сводя с него глаз. Он хватает бутылку, которую протягивает ему Базиль.        — Ты не должен, Элиотт.        Слишком поздно, Элиотт выпил бутылку меньше чем за 30 секунд и посмотрел Янну прямо в глаза.        — Моя очередь, — говорит Элиотт, — Артур, правда или действие?        Артур подпрыгивает при звуке своего имени, но не думает об ответе.        — Правда.        — Если бы тебе пришлось описать Луку одним словом, какое бы ты выбрал?        Элиотт поворачивается к Луке, который хмурится, но Артур не колеблется.        — Невероятный.        Наконец Лука улыбается и мягко двигает рукой, пока она не оказывается совсем рядом с рукой Элиотта, просто позволяя своему мизинцу запутаться вокруг пальца Элиотта. Он слишком сосредоточен на всех эмоциях, которые испытывает из-за этого крошечного прикосновения.        — Элиотт, правда или действие.        Ничто в мире не заставит Элиотта сдвинуться с этого места, так что он, не колеблется.        — Правда.        — Как вы познакомились с Лукой? — спрашивает Янн.        — Я пришел, чтобы вернуть ему собаку, которую украл в пятницу утром.        Слова вылетели гораздо быстрее, чем ему хотелось, вероятно, не без помощи пива. У него нет времени обращать внимание на удивленные лица вокруг, когда Лука встает и трясет Элиотта за руку.        — Элиотт, я хочу домой, проводи меня домой, пожалуйста.        Элиотт поднимается, но между ними встает Янн.        — Я отведу тебя домой, Лулу, — он хмурится и смотрит на Элиотта. — Блять, я хочу оторвать тебе голову. Ты даже не представляешь, как ему было грустно потерять Ниндзя. Как трудно ему было вытащить свою белую трость. Он был...        — Янн! Прекрати это! — Лука сердится и прижимается поближе к Элиотту. — Элиотт, пошли.        Элиотт открывает дверь в сад, и они едва успевают сделать три шага, как их догоняет Янн.        — А что потом? Он крадет Ниндзя, но это нормально, потому что он милый и гей? А что, если он был добр к тебе только для того, чтобы ограбить или воспользоваться тобой, Лука?        — Я таким не занимаюсь, — Элиотт злится и поворачивается к Янну. — Я сожалею о том, что сделал. Я был не в своем уме, я не думал, это было безумие, и я действительно сожалею об этом. Но я не хочу причинять боль Луке. Я никогда не причиню ему вреда.        — Значит, ты не думал и украл собаку слепого человека? — Янн становится злым. — А потом ты решаешь, что лучше всего влезть в его жизнь? У него и так хватает проблем в жизни. Вокруг него достаточно сумасшедших людей и…        От пощечины, которую он получает, Янн теряет дар речи. Элиотт смотрит на Луку и удивляется, как ему удалось так хорошо прицелиться. Может быть, просто потому, что он знает своего лучшего друга как свои пять пальцев. Честно говоря, если бы Лука ударил не своего лучшего друга, Элиотт бы его об этом спросил.        — Моя мать не сумасшедшая! — Лука кричит. — И Элиотт тоже. И спасибо, что ты думаешь, что единственная причина, по которой парень может заинтересоваться мной, — это чтобы ограбить меня или надругаться. Ты сегодня ведешь себя как настоящий мудак, Янн. Ебаный мудозвон!        Лука поворачивается и уходит. Элиотт немедленно присоединяется к нему, выводит из сада, и между ними повисает тишина.        — Я серьезно хочу извиниться за него. Клянусь, обычно он не такой уж и мудак.        Гнев в голосе Луки полностью выдает его душевное состояние. Элиотт смотрит на него, но ничего не говорит. У него комок в горле, который мешает ему говорить.        Он подводит Луку к двери и нежно гладит его по щеке. Лука поднимает руку, чтобы коснуться щеки Элиотта, но тот отходит, не желая, чтобы Лука заметил, что его щеки мокрые.        — Прости, Лука, но я не могу.        Элиотт наклоняется, чтобы поцеловать его в щеку, и уходит так быстро, как только может, не оборачиваясь. Если он обернется, то откажется от своих решений.        И все же он должен держаться подальше от Луки. Даже если это действительно было сказано в такой неудобной манере, Янн прав, Луке не нужна еще одна проблема в его жизни. Ему уже приходится иметь дело со своей матерью и инвалидностью, ему не нужно иметь дело с биполярным парнем. Что, если Элиотт ранит его во время маниакального эпизода? Он никогда себе этого не простит. Нет, Элиотт не может так поступить с ним.        — Элиотт, подожди.        Элиотт идет вперед по улице и не оглядывается. Он просто не может. Люсиль была права. Никто не должен сталкиваться со всем этим дерьмом.