«Сон разума рождает чудовищ»

Ей благоволила сама  судьба. Ей немыслимо повезло. Она была везучей всегда, но сейчас… Ей подфартило как новичку на скачках. Хоть она не особо разбиралась в значении этого термина из не родного для неё языка, но чувствовала нутром, что это именно то. «Подфартило»  как глупой неопытной «воровайке», начинающей дурёхе, что даже рядом с вором то…, а хотя она сейчас как раз рядом именно с вором.  Брукс судорожно вздохнула, чуть всхлипнув и затаилась. Отлегло, а потом буквально через мгновение накатило. Сжало грудь и дыхание прервалось. Прямо сейчас Майлз её не убьёт, но позже… Александр убил человека. Он признался. Она это слышала. Брукс свидетель. И Брукс соучастник. И если Майлз узнает о том, что знать ему не дОлжно… ***** — Нас пятеро и ВЫ пугаете нас. — Кейн нагнулся,  чуть ли не уложив себя  грудью на стол,  и заглянул ей снизу прямо в глаза. Она, не ожидая такого,  поперхнулась вином.   — Вы можете это сделать, но не со всеми. Так? Поправьте  меня, если я ошибаюсь. Пять процентов. Так?  Смотрел он на неё так пристально  и изучающе,  так зорко и проницательно,  словно, умеющий предугадывать и предвидеть шаман. И переспрашивал, словно задачу себе поставил – удостовериться и убедиться, что она слушает и внимательна. Бархатный голос сервала, голос гор  Уганды, Анголы, Гвинеи укачивал, завораживал, усыплял.  Эмбер этому удивилась. Как правило,  не её в сон клонило и в забытье. Не она подчинялась. А тут… — Если найти подходящего человека и подчинить его своей воле. Если очень постараться и не спешить при этом? Так? Если быть последовательной, вкрадчивой и терпеливой? Если хотеть? Так хотеть, что можно порушить свой складный домашний мирок? Если рискнуть? Если влюбиться?  Если голову потерять? — Майлз не улыбался ей больше. Майлз знал. Он её видел. Видел все  гнойные язвы, оставленные не им. Он знал, кто их причина. Кто есть болезнь. — То можно заставить  этого человека… — Тут он от неё отвернулся, словно давая возможность Брукс оправдаться?? Сказать хоть что то? Но она не решилась. — Сделать нечто такое, что он никогда бы не сделал, если бы ТЫ не заставила? — И тут в Эмбер длинными однолезвийными ятаганами кошачьих когтей впился цепляя за эмберовское нутро взгляд карих глаз.  Кейн знает. Осталось его соблазнить.   МАЙЛЗ. — Она у меня! Она у меня. Я чувствую. Я трогаю её рукой. — Алекс хватает себя за поясницу. Видно там  он обернулся картиной. — Молчи! — Выдаю я, и  он ошарашенно хмурится. — Человек. Ты убил его. Кто он? — Я спокоен, словно  не важно, в чём обвиняет себя мой брат, мой друг, мой человек, мой любимый. Он обвиняет себя. Он виновен. А мне плевать. Мне плевать на то, что он лишил человека жизни. И на Брукс мне плевать. Убью потом.  Бестолочь. — Кто он? Ты помнишь? — — Помню. Было холодно. Я помню этот день.  Я помню. Я беру картину. Нас грабят.  Несу её, держа перед собой.  Холст практически на ходу я вырезаю бритвой. По пути от неё избавляюсь. Шумно. Кричат. И тут ты. Александр смотрит так удивлённо. — ТЫ! Ты. — Я ударил тебя. А ты… — Зачем? Зачем ты ударил? — Мне дыхание перехватило. Вот же ответ! — Я не помню. — Александр смотрит в окно. — Я не помню. — Брукс. Оставьте нас. — Пригодится ещё . Удавлю стерву. — Я из галереи шел. Очнулся. Голова разбита. Кровь ловил пальцами. Шел. Упал. Падал. Много. Много. Картину чувствовал поясницей.  Не видел толком. Черт. Я не видел то ничего. Просто знал, что нужно уйти. Брёл куда то и тут…  Мужчина остановил машину,  когда насадил меня на капот. Видимо испугался. А я поднялся, сел в салон и его задушил. Ну вот. Ал вытягивает руки и смотрит на них, словно не видел их никогда. Я его задушил. Да. Он в машине. В багажнике. Картина там же. — Машина где? — Орёт парень в шикарных джинсах. — Не помню! —  Улыбается ему чувак в таких же штанах. — Нас убьют. — Майлз спокоен. — Нас убьют — Где машина? — Ты знаешь? — Произносит вдруг Тёрнер. — А трахаться с дамой совсем не плохо. Особенно когда трахают не тебя. — Что? — Майлз теряет дар речи. — Что? — Выдавливает он. — Ах ты- ж! — Алекс вспомнил себя. Алекс вернулся. Май потерял снова свою судьбу любовь и свободу.