Once upon a time in Vegas

Такое ощущение, как будто внутри черепной коробки устраивали дикие танцы пьяные лепреконы на пару с феями — именно так я описала бы свое состояние на утро следующего дня. Злая и неудовлетворённая, я проснулась с адской головной болью. Александр крепко прижимал меня к себе. Он спал, приоткрыв рот, и был похож на невинного ангелочка. И только я знала, что в этом мужчине таится самый настоящий дьявол. С трудом перевернувшись на спину, окинула взглядом спальню. Тонкие невесомые лучи солнца настойчиво смотрели через окно, стараясь охватить своим светом как можно больше пространства и наполняя его приятным глазу цветом. Умиротворенно прикрыв глаза, я начала было снова проваливаться в сон, но Алекс тут же зашевелился, наверняка забавно хмуря брови. На самом деле я не знала, как он выглядит по утрам. Ведь обычно после того, как мы заканчивали наши… игры, швед самым наглым образом выталкивал меня за пределы своей комнаты или уходил сам, если мы находились в моей. Поэтому сейчас, когда мужчина начал просыпаться, подавая первые признаки жизни, я приоткрыла один глаз, исподтишка наблюдая за ним. Но Нильсен, как обычно, все испортил, разрушая момент очередной дебильной фразой: — Любуешься таким красивым мной, Харрис? — Нет, смотрю, не сдох ли ты случайно. Не хочется тратить последние деньги на твои похороны, — съязвила в ответ, намереваясь подняться с постели, но швед удержал меня, ловко подминая под себя. Как только Александр оказался сверху, дыхание сперло и, несмотря на просто дичайшее похмелье и желание выпить пару галлонов воды залпом, я замерла, не издавая ни звука, словно мышка, по глупости попавшаяся в поле зрения опасного лесного кота. — Даже не пожелаешь мне доброго утра, Агата? — промурлыкал он, обжигая кожу дыханием где-то в районе ключицы. — Не попросишь свалить из твоей постели? — продолжал издеваться голубоглазый, пока его губы наобум оставляли пылающие кляксы на теле и постыдное желание кралось на цыпочках вслед за ними. — Не расскажешь, как сильно раздражаю? — я вздрогнула, непозволительно громко застонав, когда теплые губы добрались, наконец, до резинки трусиков. Осторожно проведя языком по краю белья, Александр спустился ещё ниже, расставляя мои ноги по обе стороны от себя, и тронул кончиком языка клитор. — Что ты делаешь? — через силу выдавила, понимая, что уже проиграла, даже толком не успев начать бороться с этой шведской занозой в заднице. — Как же? — очень натурально удивившись, Алекс мягко погладил меня между ног, запуская пальцы под кромку белья. — Помнится, ночью ты хотела, чтобы я делал то, что должен. — Если ты издеваешься, то прекрати немедленно, — как-то не очень уверенно прошептала в ответ, тая от его прикосновений. О, боже! Да-да! Ещё! Невесомо тронув губами кожу живота, Александр улыбнулся, словно чеширский кот, настойчиво продолжая терзать пальцами мою влажную плоть. — Так что ты хочешь, мин лилия? — Тебя… — Не слышу, Агата. Громче,  — властно произнёс Нильсен, с горящими неистовым пламенем глазами наблюдая, как я начинаю растекаться лужей от блаженства, которое доставляли его пальцы. — Я хочу тебя… — ничуть не громче, чем раньше, ответила, прикрывая веки, — а-а-хх. — Ты должна сказать, Агата. Ты знаешь правила, — один палец шведа погрузился в глубь моего лона, и я изогнулась, сама насаживаясь на дарящую мне ласку часть тела. Хотя хотелось чувствовать внутри совсем не пальцы. — Да, господи, Ал, — почти кричала, — я хочу тебя! — Хорошая девочка, — довольно ответил Александр, не прекращая сладкой пытки над моей плотью, пока свободной рукой стягивая с себя нижнее белье. — А теперь скажи, что должен сделать папочка Алекс, чтобы доставить удовольствие Агате? — Я, — задыхаясь, — хочу тебя, Александр… пожалуйста… — я позорно хныкала, ощущая, как вожделение наполняет каждую клеточку тела, изнывающего по ощущению горячего члена внутри себя. — Пожалуйста, возьми меня. — Ты всегда куда-то так спешишь, — скрывая улыбку, ответил Алекс, осторожно вынимая палец и до ужаса эротично слизывая смазку. Спустил по моим дрожащим ногам трусики, устраиваясь между бёдер. — Так торопишься, даже не думая, что можешь упустить что-то важное. Просто, расслабься, Агата… Чувствуй… Александр говорил что-то ещё, но стоило ему войти в меня, я тут же потеряла слух, дар речи и зрение, закатывая глаза от приятного чувства наполненности и ощущения мягкого скольжения внутри. Размеренно, невыносимо медленно он раскачивал бёдрами, вбиваясь в моё тело, не забывая ловить губами хриплые стоны с приоткрытых губ. Горло нещадно драло из-за дикого сушняка, отчего я почти хрипела, изредка переходя на глухие вскрики. — Тише, каттен, не спеши, — шептал на ухо швед, мягко увеличивая темп, умело подстраиваясь под моё настроение и с упоением слушая, как я задыхаюсь, бормоча его имя. — Чувствуй меня… Помнишь? — Я… чувствую, — пальцы сильнее вдавились в плечи, оставляя крошечные лунки от ногтей. Поерзав задом по простыням, немного прогнулась в спине, давая понять, что хочу сменить позу, и Алекс, не раздумывая ни секунды, неторопливо отстранился, переворачивая меня лицом вниз. Приподнял таз, подложив под живот подушку, чтобы было удобнее. Без ощущения его внутри я недовольно дернула задом навстречу. Хмыкнув, мужчина наклонился, хватаясь зубами за кожу между лопаток, слегка оттягивая, и я вскрикнула, намереваясь возмутиться. Если бы не то, что Ал вернулся к делу, он точно бы узнал все, что я о нем думаю. — Давай, каттен, пора кончать, — выдохнул Александр, крепко сжимая пальцами мои бедра, когда сдерживаться стало нереально сложно, и мои довольные стоны и запредельно громкое дыхание мужчины смешались, раскаляя и без того горячий воздух. Я протяжно заскулила, активно подмахивая ягодицами, чувствуя, что ещё немного и… — Сейчас, моя маленькая… Больно дернув меня на себя, Александр зарычал, чувствуя, как горячие стенки начинают пульсировать, все настойчивее сжимая член тугим кольцом, и вынуждают его самого финишировать практически вместе со мной. В последнюю секунду он успел отстраниться, расслабленно выдыхая. Переведя дыхание, рухнул рядом, вцепляясь пальцами в подушку. — Ты как? — Умру, если не выпью воды, — честно ответила я, поворачиваясь к мужчине лицом. Тело ещё немного дрожало от наступления долгожданного оргазма. И это явно лучше, чем приторно сладкий «Секс на пляже». Гораздо лучше.

***

— Как тебе Вегас? — спросила у меня Карин, пытаясь завязать беседу, которая резко обрывалась каждый раз, когда я скомканно отвечала на очередной вопрос и замолкала. Алекс сидел рядом на диване, как-то особенно мило прижимая меня к себе, и я никак не могла сосредоточиться, раз за разом прокручивая в памяти сцену нашего утреннего секса. Такого шикарного секса. Да, Ал не изменял себе, и даже в такой интимный момент не упускал возможности что-то сказать или как-то прокомментировать происходящее. Но тем не менее наше маленькое постельное приключение сегодня казалось каким-то особенным. Мужчина был удивительно нежен, не предлагал отшлепать или завязать мне глаза. Нет, вместо этого Александр подарил мне тонну удовольствия, позволяя раствориться в нем без остатка. — Агата? — Что? — встрепенулась, скидывая наваждение, и прижалась плечом к своему горячему мужчине еще крепче. — Простите, задумалась. — Не обращай внимания, Карин. Она вечно витает в облаках. Не знаю, как ещё с лестницы не навернулась. — А ты только и ждёшь, чтобы избавиться от меня! — Только чтобы тебе не пришлось хоронить меня первой. Не думаю, что ты сможешь нормально жить, зная, что такой чудесный я покинул этот мир. — Как же, — фыркнула. Надежда на то, что швед поменяется ради меня помахала ручкой, привычно скрываясь за широкой дверью с надписью «Мир невероятного юмора шведской занозы в заднице». — Почему ты такой несносный? — Но ты все равно меня любишь, — спокойно отозвался Александр и повернулся к сестре. Кажется, я задохнулась от возмущения. Что он только что сказал? Я его люблю? Да, пффф, я вас умоляю! Пока Нильсен как ни в чем не бывало обсуждал с миссис Миллер погоду, политику и ещё что-то из того, что меня на самом деле мало интересовало, я незаметно рассматривала его, неосознанно покусывая внутреннюю сторону щеки. И как меня угораздило связаться с этим противным человеком? — Каттен, — невесомый запах перегара и мятной жвачки коснулся щеки, и я брезгливо поморщилась. Не стоило нам вчера так напиваться. Вот Александр выпил больше положенного и сделал мне предложение, например. Кстати, об этом. Я так и не поняла, шутил мужчина в тот момент или нет, но ответа так и не дала, убежав в ближайшие кусты, и теперь, если честно, понятия не имела, как на все это реагировать. — Харрис?! — уже более грубо позвал Александр и даже рискнул немного встряхнуть меня за плечи. — Я вас внимательно слушаю, — ну или почти внимательно, да. — Карин предлагает сегодня съездить на озеро Мид. Устроим небольшой пикник. Что думаешь? — У меня есть выбор? — изогнула бровь, чувствуя странное раздражение. Какой к черту пикник?! Я домой хочу, мистер Александр Нильсен, домой! — Нет. — Не сомневалась, — передернув плечами, я грубо скинула руку мужчины со своего тела и походкой от бедра направилась в комнату. Собирать вещи. Карин и Нильсен переглянулись за моей спиной, и, тяжело вздохнув, Алекс встал с дивана, протягивая руку блондинке. — Я позвоню, когда мы будем готовы. Пока я пыталась найти в чемодане что-то подходящее для прогулки по пустыне и, возможно, для купания, голубоглазый неслышно подкрался сзади, неожиданно хватая меня за бедра. То, что я стояла согнувшись, и мой шикарный зад упёрся ровно в область ширинки надоедливого соседа, вызвало лёгкую волну жара по всему телу. — Вредный котенок, — прохрипел Алекс, резко дергая тазом, и я с шумом выпустила воздух из лёгких, сама прижимаясь как можно ближе. — Такой сексуальный, вредный котенок. — Не мешай, — прошептала, потираясь задницей об эрегированный член Александра, который уже был в полной боевой готовности и сильно натягивал домашние штаны мужчины. Рука Алекса настойчиво скользнула по спине, вынуждая ещё сильнее прогнулся. Обхватив за талию, он прижал меня крепче, не давая возможности продолжать ерзать и дразниться. — Агата, — томный шёпот разнесся по венам, вызывая приятное возбуждение. Нам нужно собирать вещи, алло! Хотя… — Мм? — Оставь это на минутку и повернись ко мне, пожалуйста. Отложив топ, который все это время до хруста сжимала в дрожащих ладонях, я медленно поднялась. Не без помощи Александра. Повернувшись на пятках, подняла голову, встречаясь взглядом с горящими огнём глазами мужчины. Швед не шевелился, задумчиво изучая веснушки на моём носу, а затем склонился ближе. Я рвано выдохнула, потянувшись навстречу. Ещё миллиметр. Тёплые губы Алекса едва коснулись моих, и я тут же застонала. Хотелось остановить это мгновение, нажать на паузу, сделать скриншот и любоваться в особо грустные вечера. — Теперь можешь собираться, мин лилия. У тебя двадцать минут, — выпустив моё перевозбужденное тело, растекающееся лужей в его сильных руках, Ал сделал шаг назад, собираясь вернуться в свою комнату. Но на пороге голубоглазый замер, снова оборачиваясь, и еле слышно произнёс: — Ты так и не ответила, Харрис, хочешь ли быть моей женой. Да, черт тебя дери! Хочу! Ещё как хочу! Но не успела я и рта открыть, как дверь в комнату захлопнулась. Не знаю, что вы задумали, мистер Нильсен, но я обязательно это выясню! Обещаю.