Великолепный век. Немного другая история.

Весть о том, что именно я буду лечить шехзаде облетел дворец за считанные часы. Через час после возвращения в свои покои, ко мне ворвалась рыжая мегера, по другому не скажу. Она не представилась и налетела на меня с угрозами. Я была в таком шоке, что молча слушала ее оскорбления, пока рыжею бестию держали слуги. Но она была красива, прошу заметить. Рыжие волосы и голубые глаза, приятные черты лица. Как и формы тела. — Госпожа, прошу, остановитесь. — я наконец очнулась и удивленно посмотрела на Сюмбюля, что держал женщину. — Хюррем-султан, она была лично выбрана повелителем. — Она и пальцем не тронет моего сына! — кричит она. — Прошу Вас, султанша, послушайте. — прошу ее, — Если не начать лечение уже сейчас, то в будущем это исправить будет невозможно. — Не заговаривай мне зубы! — она освободила одну из рук и прилепила мне пощёчину. Довольно сильную, потому что треснула губа. Отскочила от нее, хватаясь за щеку, а после касаюсь губы, на пальцах чувствуется кровь. — Тебя подослали, чтобы убить моего шехзаде! — Что здесь происходит?! — слышу рык со стороны двери. В покои входит повелитель и Мустафа. Я была в шоке, поэтому не сразу сообразила поклониться. А когда это сделала, то ко мне подошел Мустафа и поднял мою голову, внимательно смотря на лицо. — Все в порядке, Мустафа. — говорю ему тихо, замечая нехорошие огоньки в глазах. — Мне не больно. — тут я солгала. Мне очень больно. — Все хорошо. — В чем дело, Хюррем? — сурово спросил султан, глядя на свою наложницу. — Отвечай немедленно! — но султанша молчала. — Луна-хатун лекарь, которого я лично проверял и просил ее о помощи. — Присядь, Луна. — Мустафа подвел меня к дивану и заставил сесть. От страха, что я испытала, ноги плохо слушались. Да и от удара голова кружилась. Наверное, адреналин сделал свое дело тоже. — Принеси воды. — он посмотрел на Афифе. — Как ты посмела устроить все это? — повелительно действительно зол. — Стража! — удивленно смотрю на мужчин, что вошли в мои покои. — Луна, — Мустафа повернул голову на себя, — Не смотри туда. Сильно болит? — Со мной все хорошо, просто… — я порывалась посмотреть, что происходит в покоях, но Мустафа взял мою лицо в свои ладони, не позволяя этого. — Что?.. — Отведите госпожу в ее покои и не выпускайте. — слышу шаги в нашу сторону. — Повелитель, прошу, простите меня! — кричит Хюррем, пока ее выводят из комнаты. Двери с громких хлопком закрылись, заглушая голоса в коридоре. Мустафа отпустил мое лицо и я посмотрела на султана, что подошел к нам. — Повелитель? — тихо зову его, терпя боль. Вроде бы пощечина, а болит сильно. Нужно сделать примочку. — Прости за это, Луна. — говорит султан. — Не стоит, повелитель. У меня ничего не болит, я в порядке. — как смогла улыбнулась, а он просто кивнул и быстро покинул мои покои. — Мустафа? — вопросительно посмотрела на шехзаде, что держал мою руку в своей. — Я не смог уговорить отца отправить тебя в Манису. — он поднес мою ладонь к губам и поцеловал. — Но он позволил оставить при тебе слуг из моего санджака. А в свете последних событий он и сам увеличит твоих помощников. — Мустафа, я не выживу здесь. — говорю ему, положив голову на его плечо и слегка приобняла. — Я здесь одна… — Луна. — он поцеловал мое плечо и крепко обнял, — Все хорошо. Я оставлю при тебе самых верных слуг. Они будут защищать тебя, пока ты будешь здесь. Но как только я смогу, сразу же отправлюсь к тебе. — он отстранился и посмотрел в глаза. — Луна моего сердца, я буду помнить тебя и нашу любовь, сколько бы наложниц у меня не было. — мягко улыбаюсь ему, соприкасаясь лбами. Оставшиеся время до ужина мы провели вместе. Я слушала его рассказы о детстве, проведенного в это дворце, они были смешными и не особо, он рассказал о потере своей возлюбленной. И что он винит Хюррем. Я же только могла, что обнимать его в этот момент, но молчала. Слова тут лишние. А вечером его позвали на ужин к повелителю, а я осталась в покоях. Отужинав, приготовилась ко сну, но в покои ворвалась Афифе. Она загнано дышала, чем напугала меня не на шутку. — Афифе, за тобой гнались? — спрашиваю ее, подходя к двери. Но за ними никого не было. Где слуги? — Госпожа, — смотрю на служанку, — Шехзаде Мустафа срочно зовет Вас в свои покои. — Так неожиданно? — что это с ним? — Помоги мне. Быстро переоделась и последовала за служанкой. Афифе провела меня в покои Мустафы, что были не так далеко, как мне сначала думалось, и удалилась. Слуги открыли двери, а я поспешно вошла. В комнате пахло вином, фруктами и чем-то еще. Чем-то цветочным. — Мустафа? — тихо зову мужчину, не обнаружив его в покоях. — Мустафа. — зову чуть громче. — Я здесь. — слышу со стороны и быстро оглянулась. Мустафа стоял в штанах и рубашкой, что обнажала грудь, с бокалом в руках около дверей, что вели на балкон. — Что с тобой? — подбегаю к нему и понимаю по запаху. Пьяный. И похоже в стельку. — Ты только вернулся? — Разговор с отцом вышел из-под контроля. — усмехнулся он, делая шаг ко мне и пошатнулся. Перехватываю его руку и перекидываю на свое плечо. — Давай помогу. — с улыбкой говорю ему, на что он тоже улыбается. Проводила его до кровати и усадила на край. Мустафа не сопротивлялся, только улыбался как пришибленный. Алкоголь сделал свое дело. Забрала бокал с улыбкой, отставила его подальше и обняла Мустафу, он скоро уснет. Поэтому дам ему немного тепла. — Все хорошо, Мустафа. — мужчина обнял меня, вдыхая глубоко. — Я рядом. — Спой мне, Луна. — просит он, водя носом по моим волосам. — Ту колыбельную, что пела Джихангиру. Вздохнув, запела. Не успела и куплета пропеть, как Мустафа рухнул на кровать и тихо засопел. Хихикнула. Не знаю почему, от ситуации или от нервов. Кое как смогла уложить его нормально и сама легла рядом. Не знаю, что там был за разговор, но он явно не был доволен его исходом. Все равно он сам все расскажет, поэтому голову ломать не буду. Вздохнув, легла поудобнее и укрылась одеялом. — Госпожа моего сердца. — это были первые слова, что я услышала, только проснувшись. — Я не смогу отдать тебя. Чего?!