Подчинись мне, глупая девчонка

Жить у Снейпа в этот раз оказалось не так уж и страшно. Прошла неделя с тех пор, как он чуть ли не силком привел меня в свой дом, но после того разговора, когда он хотел обсудить произошедшее на балу, мы почти не контактируем. Разумеется, кроме тренировок. К слову, о них – он все-таки научил меня применять остальные непростительные, на пауке, конечно, но тоже ничего. И вышло довольно неплохо даже – с третьей попытки насекомое начало подергиваться и издавать непонятное шипение, а после нескольких конвульсий оно превратилось обратно в чайную ложку. Это была моя инициатива, ведь причинять вред живому существу я не собиралась. Снейп скептически поднял бровь, задумался, но все же согласился. И не обошлось без его рассуждений о моей гуманности, ведь она ни к чему, если передо мной окажется пожиратель, готовый убить или сделать что похуже. Выхожу из прохладного душа – на улице стоит невыносимая жара, а в доме царит неимоверная духота, и вытираюсь белым махровым полотенцем. Босыми ногами шагаю в конец просторной ванной комнаты. Там, у стены, стоит массивный белый шкаф с различными бутыльками, которые хозяин дома сварил собственноручно, и, с присущим ему перфекционизмом, были расставленны строго по алфавиту. Беру нужную стеклянную баночку, с увлажняющим кремом, и шагаю обратно к зеркалу у раковины. Усмехаюсь своим мыслям, представляя, как по утрам угрюмый Северус Снейп с важным видом откручивает крышечку, а затем также, строго поджав губы, наносит этот, пахнущий розами, крем себе на лицо. Смешно, конечно, но зачем ему столько ухода? И крем для лица, и различные бальзамы для волос, и ароматные пены для ванны. Хотя нет! Чего это я? У него же длинные волосы, точно! Активно отгоняю от себя мысли, что это все он сделал для меня. Да быть такого не может! Раньше ведь такого не было? Мерлин… Спускаюсь к завтраку, за столом уже сидит Снейп. Прохожу к барной стойке, выполненной из темного дерева, и открываю кран с водой. Набираю воду в стакан, ощущая на своей спине прожигающий взгляд. – Доброе утро, профессор. – осмеливаюсь на банальное приветствие и располагаюсь напротив. Нортон начинает суетиться, ставит всевозможные варенья, тосты, миску с хлопьями и кувшин молока. – Сэр, в доме очень душно, почти нечем дышать. Вы не знаете никаких… обдувающих заклинаний? Мужчина делает глоток ароматного кофе и аккуратно ставит чашку на стол. С интересом наблюдаю, как безмолвно он орудует палочкой, и по ногам проносится долгожданный холодок. – Элементарные чары. И как ты вообще умудрилась закончить пятый курс? – Что-то забывается. Со временем. – намазываю маслом тост и притворно улыбаюсь, понимая, что он уловил мой завуалированный посыл. Все забывается, профессор. И заклинания, и рецепты зелий, и ты забудешься. Вот так. – Стоит сварить тебе зелье для памяти. Не помешает. – Снейп встает из-за стола и кивнув, удаляется. Через пару минут раздается хлопок. Почти каждое утро он уходит, и мне неведомо куда – на собрание штаба, или же к своему Господину, однако мне не очень хочется знать. Я уже привыкла, что меня почти не посвящают в планы грядущего наступления, а лишь держат так, на всякий случай, вдруг удастся выбраться. Не так давно, когда я находилась в квартире вместе с отрядом, Гермиона случайно сболтнула, что Снейп дал всем распоряжение не втягивать мою персону в основные дискуссии. И тогда в голове пронеслась мысль, что он хочет меня уберечь. И каждый раз, размышляя об этом, сердце пропускает удар. Уберечь? Я ему не безразлична? Да брось, Розмари. Конечно, ты ему небезразлична! Это же и дураку понятно. Только вот он совершенно невыносим. Совершенно! И лучше я буду держаться от него подальше, чтобы потом не было больней. А с другой стороны – он знает, как я хочу участвовать в битвах. Он знает, как для меня это важно. Неужели он думает, что у нас ничего не получится? Вот почему профессор держит меня на расстоянии, в сотый раз наставляя использованию заклинаний, хотя, если честно, то мне уже осточертели эти бесконечные изнуряющие тренировки. В самый ответственный момент, я хочу быть с ними, сражаться плечом к плечу с Гермионой, Майком, Зои и другими! Быть полезной, в конце концов. Ведь так же Снейп рассказывал о моей пользе? Говорил, что я смогу помочь, а что в итоге? Я сижу здесь, снова запертая в его доме, на пару с домашним эльфом, и просто не представляю, что творится там! Устала. Вот хоть бы что-то узнать! – Нортон, можешь помочь мне? – призвала домовика. – Розмари, я не могу пойти против хозяина Снейпа! Он приказал не поддаваться твоим затеям. В комнату к хозяину входить нельзя! – существо сложило свои маленькие худенькие ручки на груди. – Нельзя! – Ну, Нортон, пожалуйста! Я уже была там, ни раз, между прочим… – отвела глаза в сторону. – В конце концов, мы же друзья! Домовик отрицательно покачал головой, а затем, грустно улыбнувшись, испарился. – Ну, тогда попробуем магией… – шепчу тихо, только губами, и принимаюсь насылать отпирающие заклятия. Признаться честно, открыть дверь его спальни было не так уж и трудно после того, как профессор сам научил меня сложным заклинаниям. Прохожу к письменному столу, открываю ящик за ящиком, пытаясь найти хоть что-то из мира вне, хоть двухдневную газету, но рука нашаривает что-то поинтересней. Открываю синюю папку, перелистываю исписанные страницы, лист за листом, и мои ноги подкашиваются. Приходится ухватиться за острый угол, чтобы не упасть, а сердце начинает бешено колотиться, когда глаза находят строчки: «30 июня». Не верю. Он же не мог мне не сказать, что сегодня будет первое нападение. Почему? Почему он мне не сказал ни слова? Вел себя так, словно сейчас отправится за покупкой ингредиентов на Косую Аллею. Сколько уже прошло с того момента, как он ушел? Три часа! Мерлин, а что, если что-то пошло не так? – Нортон, срочно принеси мне мантию! – опомнившись, кричу в пустоту и, не замечая ничего перед собой, несусь вниз по лесенкам. – Мисс, хозяин разрешал тебе выходить из дома? – домовик щурит свои огромные глаза, а затем дрожащщей рукой протягивает легкую темно-серую накидку. Ничего не ответив, выбегаю во двор и аппарирую. Во время скитаний после войны перемещалась я часто, но это никогда не было столь изматываще, как в этот раз. Я перенеслась несколько дальше указанного на листах места, на пересечение Стрент-стрит и Олдвич-стрит. Немагическая часть Лондона, в чем же подвох? Вывернув из-за тупика уставилась на прохожих людей: каждый торопился по своим делам, вот туристы, остановившиеся напротив Храма Святой Бригитты и со счастливой улыбкой на физиономиях позирующие фотографу-гиду. Прохожу несколько вперед и замечаю разноцветные вспышки, пролетающие над крышами цветочного магазина. Это недалеко, буквально минута, и я окажусь там. Но эти люди… Неужели они ничего не видят? Вот она, настоящая магия. Ни превращение книги в стакан, ни умение вторгаться в чей-нибудь разум меня не поражают настолько сильно, как тот факт, что от глаза обычного человека можно спрятать что угодно. Будь Хогвартс, банк, простой паб – неважно какие масштабы, он ничего не увидит. Даже не почувствует подвоха, пройдет мимо, уткнувшись в свой пейджер. Собравшись с мыслями аккуратно приближаюсь к месту. – Остолбеней! – заклинание летит прямо в меня, но я блестяще уворачиваюсь и посылаю ответное в своего обидчика. Мужчина в темной мантии поднимается в воздух, несколько раз проворачивается и с глухим грохотом падает на землю. Подбегаю к раненому Джеку, мы познакомились с ним в квартире, он учился в школе, когда я еще не родилась, магглорожденный, и отгородив нас куполом, помогаю ранам затянуться. – Вулнера Санентур. – шепчу, наблюдая, как кровь начинается просачиваться обратно в рану, и та постепенно затягивается. Но мой щит оказался не столь надежным, и через пару мгновений нас окружает трое людей в черных одеяниях. – Ты? – слышится знакомый женский голос, а затем пожирательница снимает маску. – Что ты тут делаешь? – глаза Белатрисы осматривают меня с ног до головы, а затем она начинает истерически смеяться. – Я всегда знала, что этот поганный полукровка Снейп предатель! Схватить ее! Остальные начали приближаться ко мне, вот-вот, уже подняли палочки, но на помощь подоспели члены ордена и отбросили пожирателей. – Отойди от нее! – Гермиона оказалась рядом с Лестрейндж и наставила на нее волшебную палочку. – Грязнокровка! – зашипела женщина, а оглянувшись, увидела, как гриффиндорку закрыли ее друзья, укрывая от летящих проклятий. – Да вас тут целый отряд! Отряд непослушных малышей! – глумилась та. – Протего! – уворачиваюсь от розовой вспышки. – Стоит сообщить Темному Лорду, как его преданный слуга, – Белла состроила гримассу. – предал его, а его девчонка-потаскушка помогала. Это же он, я знаю! Это же он привел нас сюда, его рук дело! Но он умрет! Как и ты, мерзка… – Круцио! – не замечаю, как страшные слова срываются с губ и пожирательница падает на пол, корчась от боли. – Розмари! – осуждающий голос Гермионы выводит из транса, и я покорно опускаю палочку. Белла чуть отползает, а ее губы не перестают кривиться в ухмылке. – Так, так… Друзья, нельзя нападать стаей на одного человека. – Северус Снейп снял капюшон и приблизился к ребятам. – Белла, ты даже не имеешь малейшего представления, как долго я ждал этот момент. Зельевар не торопясь снял перчатки, бросив их на асфальт. Туда же направилась и маска пожирателя смерти. – Ты даже не догадываешься, сколько раз я прокручивал этот момент в своей голове. Я и ты. Твои мучения. – он склонился над женщиной, взяв ту за шею. – Белла, несмотря на то, что я тебя презираю, вынужден согласиться с твоими словами. Я предатель. Но он уже этого не узнает. Авада Кедавра! Словно в замедленном действии зеленый луч вырвался из его палочки и устремился в сердце мадам Лестрейндж. Замерли все. Небольшая кучка пожирателей, аттакующих отряд сопротивления, не понимали почему Снейп убил свою же, замерла и Грейнджер, в неверии октрыв рот. Я смотрела на этого человека и не понимала, как так просто он смог сказать эти слова. Когда он показывал мне действие Авады Кедавры на пауке, все казалось правильным и обычным, а сейчас перед моими глазами спала маска с человека, которому я доверяла. Чтобы не произошло между нами за последнее время, я доверяла ему. По крайней мере, в этом деле, плане свержения Темного Лорда. Конечно. Я знала, что он пожиратель. Он ни раз сам ярко демонстрировал мне свою принадлежность, даже показывал свои мерзкие отрывки воспоминаний, но… Я не видела, как он убивает людей. А он несомненно делал это раньше. Беллатриса лежала на горячем асфальте. Ее глаза были широко раскрыты, но она не моргала. И вот битва понеслась новым ходом. Снейп не позволил остальным пожирателем аппарировать, сразив их заклинаниями, а остальные товарищи помогли их связать. Вот так была выиграна первая битва. – Розмари! Розмари, посмотри на меня! – чувствую, как Гермиона гладит меня по щекам, пытаясь привести в чувство. – Розмари, мы сделали это! Сегодня победа за нами! – Нужно убираться! Аппарируйте в квартиру! Немедленно. – скомандовал Снейп, а сам поднял атрибуты последователей Воландеморта. – Грейнджер, ждите Малфоя, он разберется с этими… Роули опасен, не позволяйте ему вторгнуться в ваш разум, он умеет заставлять действовать по его приказу. Не сводите с них глаз. Они очнутся через пару часов. Николс, ко мне! Майк подходит к мужчине и, выслушав его речь, направляет на него палочку. Спустя несколько секунд вижу, как лицо Снейпа покрылось царапинами, а из порванного рукава мантии и сюртука начала сочиться кровь. – Чего ждете, остолопы? В квартиру! – приказывает последний раз и исчезает в черной дымке.

***

– Хоффман, вот так встреча! Не знал, что Снейп возьмет свою зверушку в этот раз. – блондин скалится в улыбке и проходит в квартиру. Закрыв за ним дверь, направляюсь в комнату. На полу, связанными между собой, сидят пожиратели смерти. Их ненавистные глаза проедают кожу и все внутренности, от чего живот скручивает в тугой узел. Вздрагиваю, когда вспоминаю, что использовала непростительное. Перед глазами проносится агония жертвы. В тот момент… Мне стало так страшно, что Лестрейндж удастся уйти, и она доложит все Темному Лорду. Тогда я больше никогда бы не увидела Снейпа, а я, к моему огромное сожалению, даже не хочу представлять, что он может его убить. – Так, оставьте нас. Мне нужно побеседовать с нашими гостями. – говорит Малфой, и мы послушно выходим из зала. За дверью слышатся крики, но взгляд Гермионы приказывает оставаться на своих местах. Кто-то даже закрывает уши, не желая слышать эти вопли. Никто не был готов столкнуться с этим на практике. В красивых речах о победе это всегда звучало лучше, но вот столкновение с осознанием того, что ты становишься таким же, как все эти убийцы, заставляет желать провалиться под землю. Мы не хотим быть такими же, не хотим стать похожими на пожирателей, но это единственный шанс одержать верх. Так говорил Снейп. Кстати, его давно нет. – Как вы думаете, где профессор? С ним все нормально? – осторожно спрашиваю друзей, словно они знают ответ. – Все с ним в порядке, Хоффман. По крайне мере, уже. – хмыкает Драко, и со скрипом отодвинув стул, опускается на него. – Я был там, когда он появился перед Лордом. Весь в крови, хромал. Снейп хороший актер, не переживайте. Темный Лорд наказал его, конечно, но все же остался доволен, что тот остался жив. А вот смерть моей тетки его не опечалила. – он пожал плечами. – И где он сейчас? – спросила Грейнджер. – У себя. После встречи с Лордом ему необходимо подлататься. Кстати, Хоффман, не желаешь, чтобы я отвел тебя туда? Кажется, ему нужна помощь. Да и тебе разве не нужно переодеться? Оглядываю свою порванную мантию, и мысленно соглашаюсь с Малфоем. – Рози, а где ты жила, когда он забрал тебя? – спросил Майк, и я чувствую, как в щекам приливает кровь. – Ты им не сказала? – усмехнулся блондин. – Со Снейпом. – еле слышно, почти шепотом. – Мы занимались сутками напролет. Нам нужно было много места. Да и комнат у него достаточно… Начинаю оправдываться, словно маленькая школьница, получившая тролль за контрольную по зельям. – Д-да, Малфой, наверное, ты прав. Отведи меня туда. – прошу, чтобы наконец скрыться от удивленных взглядов. – Можете перемещаться в зал. Там чисто. Никто не захотел присоединяться к нам, поэтому… Помяните их там! Чтобы в аду было жарче гореть!

***

Мы оказались прямиком в доме Снейпа, а не на пороге, как это было всегда. Видимо он так доверяет Малфою, что открыл для него портал в своей же гостиной. Мы заглянули на кухню, но зельевара не обнаружили. Молча спустились в лабораторию. – Пожаловали. – процедил Северус, плотно смыкая губы. – Что он сделал?! – ужасаюсь, когда замечаю на его оголенной спине множество синяков и порезов. – Как это мило, Хоффман, волнуешься за своего хозяина! – Заткнись, Малфой! – Заткнитесь оба, чертовы дети. Розмари, подай мне заживляющее зелье. – мотнув головой, он показал месторасположение полки с нужным бутыльком. Откупорив его, медленно подхожу к его спине и, вылив содержимое, начинаю аккуратно втирать в кожу. – Я не просил тебя об этом. – ледяной тон, ничего нового. Чувствую себя униженной, от злости разбиваю бутылек и поднимаюсь наверх. Не знаю сколько прошло времени, но я успела принять душ и даже спуститься на кухню, чтобы поесть. – Что ты там делала? – на кухню заходит Северус в уже привычном глазу черном сюртуке. От прежних мучений нет и следа. – Я тебе вопрос задал, кажется? Смотрю в пол, не осмеливаясь поднять на него взгляд. – Почему вы мне не сказали? – тихо спрашиваю я. – Потому что это могло плохо кончится. – он садится за стол и щелчком пальцев призывает огневиски. – Я волновалась за вас. – Неужели? – вскидывает бровь, откидываясь на спинку стула. – Да. – заглядываю в его черные глаза. – И все же. Я была полезна там. Мотает головой. – Ты чуть не сорвала операцию. Хвала Мерлину, что все закончилось таким образом! – Что дальше? Одним махом опустошает стакан янтарной жидкости. Призывает еще один и повторяет этот же процесс. – Лорд в бешенстве. Как и предполагалось. – хмыкает Снейп. – Он был расслаблен, озабочен другими делами, на его уме была лишь Франция, но теперь… Теперь он хочет отомстить. Завтра созывает пожирателей, хочет обсудить дальнейшие действия. Он понял, что грядет война. Ищет нового Поттера. – кривит губы в ухмылке. – И когда у нас следующая вылазка? – спрашиваю, в надежде, что ответит. – У нас. Не у тебя. Ты будешь сидеть дома, в безопасности, пока я не посчитаю разумным взять тебя с собой. Лорд сейчас как никогда опасен, безумен. Ах, да… Мне удалось найти его крестраж. – Что… Что это? – Я не знаю. Пока не знаю. Но уверен в одном, что он находится в Мэноре. Люциус и Драко не знают об этом. Но я обязательно его найду. И уничтожу. Во время своих странствий покойный Дамблдор отдал мне одну вещицу, клык. Василиска. Ерзаю на стуле, вспомнив приключения золотой троицы на втором году нашего обучения. – А как ты успела заметить, я большой любитель собирать диковинные предметы. Словно Альбус догадывался, что клык сможет мне когда-то пригодится. – Профессор Дамблдор никогда не делал что-то просто так! Наверняка он знал, что однажды это случится. – тоже откидываюсь на спинку стула, пытаясь переварить информацию. – Это вряд ли. Иначе мы бы здесь не сидели. Ты… весьма меня поразила. Настолько хорошо ты наслала непростительное на Беллатрису, что мне стало довольно боязно, если бы ты вновь попыталась применить его ко мне. – вижу, как уголки его губ поплыли в мягкой незаметной улыбке. Улыбаюсь тоже, но вся радость пропадает, стоит мне вспомнить, как я сделала это. – Не кори себя. Ты молодец. Так было нужно. – напоследок бросает Снейп и поднимается наверх. Пора бы тоже поспать. Непростой был день.

***

С трудом разлепив глаза, замечаю поднос с завтраком на прикроватной тумбе. Оглядываюсь на часы и с ужасом обнаруживаю, что уже больше полудня. Совершив утренние ритуалы, кутаюсь в одну светло-голубую рубашку, длинной чуть выше колена, и выхожу из комнаты. Дверь Снейпа теперь открыта, видимо он понял, что от меня ничего не утаишь. Еще бы! Спускаюсь вниз, нахожу мужчину на диване в гостиной. – Вы дома? – с удивлением спрашиваю его, когда он почтил мое присутствие, оторвавшись от газеты. – Да. Тебя это смущает? – он окидывает меня пронзительным взглядом. – Я у себя дома. Все верно. Аккуратно прохожу мимо него к соседнему креслу. – Почему вы меня не разбудили? – Вчера был тяжелый день. Сегодня тренировки отменяются. Удивленно поднимаю левую бровь, а зельевар лишь усмехается. Надо же, переняла его привычку. – Ты так и будешь на меня смотреть? – хмурится мужчина, а затем скользит взглядом по оголенным ногам. Не знаю, что произошло с моим самообладанием, но уловив его явный интерес, непринужденно погладила колено. Вот так. Прошлась кончиками пальцев по бедру вверх и также невинно спустилась вниз. Кажется, он нервно сглотнул. – Ну и чего ты добиваешься? – П-простите? – делаю удивленный взгляд, а затем руками собираю волосы на затылке, оголяя шею, и от этого действия низ рубашки скользит выше, еще больше оголяя ноги. – Что вы сказали, профессор? Снейп одним рывком притягивает меня к себе на колени. Упираюсь ладошками в его широкую грудь. – Сэр? Он не отвечает, а лишь приподнимает мой подбородок одним пальцем, заставляя смотреть ему в глаза. Чуть склонившись, он принимается оставлять на моей шее влажную дорожку из поцелуев, сминает тонкую ткань, очерчивает бедра и поднимается по спине. Охаю, когда два его пальца сильно сжали мою шею. – Играть со мной вздумала, чертовка? – традиционно поднятая бровь и испепеляющий взгляд заставляют сойти с ума. – Перестаньте… – выдыхаю ему в губы, а затем он впечатывается в меня грубым поцелуем. Пытаюсь вырваться, но его хватка не позволяет сделать и движение. – Северус, отпустите меня. – прошу, даже молю, когда перед глазами проносятся отрывки прошлого. Я не хочу так! Не хочу снова! Довольно ухмыльнувшись, он опускает руки, позволяя встать с него и отойти на пару шагов назад. – Не нужно начинать то, что не сможешь закончить. Я, в конце концов, мужчина. – говорит он, а затем, поднявшись, уходит к себе. Да что со мной происходит? Чувствую разочарование. Хотелось большего! – Профессор, я хотела… – открываю дверь его кабинета. – Нет. – словно прочитав мои мысли, резко отвечает мужчина, а затем, применяя Коллопортус, захлопывает дверь прямо перед моим носом. – Сэр, пожалуйста, выслушайте меня! Если сегодня не будет занятий, я бы… я бы хотела отправиться в штаб! Ответа не следует, пытаюсь открыть дверь. Но ничего не получается. – Профессор Снейп! – топнув ногой, принимаюсь барабанить по двери. – Я сказал нет! – доносится его голос, а я лишь обреченно закатываю глаза. До чего упрямый!