Bulletproof.

      Лёгкий вздох, Феликс улыбается тепло и счастливо. Наконец-то все вещи убраны по полочкам, квартира убрана, осталось только дождаться хозяина и поужинать вместе, он как раз уже проголодался, надеясь, что Со купит что-нибудь и для него. Ведь, о еде они не разговаривали? Может быть, Минхо все решил с ним лично? Хм, странно. Омега поджимает под себя ноги и вдыхает аромат вкусного фруктового чая, который купил для дома сам. Его любимый вкус малинового варенья, шоколадные печенья и… Слышно, как открывается входная дверь, Ли ловит улыбку когда вспоминает, что не видел Чанбина целый день, так как тот был на ночной смене, а до этого они мало пообщались — у Феликса учеба до вечера. Два дня живут, а видятся редко. Чанбин стоном предвещает что-то неладное и младший навостряет ушки. Босые ноги забывают о теплых тапочках и парень идёт в прихожую прямо без них по холодному полу. Заворачивая к выходу он сглатывает, молча приветствуя полицейского. Бин жмурит лицо и стягивает с себя пуховик, который так и не смог отряхнуть от снега. Феликс осматривает его на предмет каких-нибудь ранений, но замечает лишь красные костяшки. — Привет? — спрашивает Со, замечая осторожный осмотр омеги. Ликс просыпается, когда его зовут и много раз моргает, приветствуя взаимно. — Что с вами случилось? — но подходить боится, ждёт, когда хён снимет обувь и расскажет все сам, если захочет конечно. Со хмуро пытается снять берцы, но нагибаться больно, через силу он делает это и выдыхая, потихоньку выпрямляется. — Фух… Да так, мелкое задержание, — отмахивается альфа. Он обходит младшего и заворачивает к себе в комнату, а за черту его границы Ли старается не заходить, поэтому ждёт его на кухне. Когда никакого пакета с едой не обнаружено, Ли через смущение открывает холодильник в поисках предполагаемого ужина. Чанбин уже переоделся и теперь в своих домашних спортивных штанах и футболке пришел помыть руки. Феликс за это время нашел в морозилке морепродукты, и уже принялся через неловкость приготавливать их к готовке. Со ожидал когда раковина освободится также молча, пока молчать стало совсем невыносимо: — Что ты делаешь? — хмурится хозяин квартиры, скрывая улыбку, когда из маленьких рук соседа от потока воды падают замороженные кальмары. Феликс округлил глаза и поджал губы, закусывая нижнюю изнутри: «Их вообще можно было трогать?» — Готовлю вам ужин? — будто спрашивает разрешение, поворачиваясь к старшему и сдувая прядь небрежных волос с лица. Отвлекаясь, все остальные мороженные продукты падают в раковину. Ликс вспыльчиво выдыхает, сгорая от стыда. — Обычно я заказываю ужин, скоро должны привести, — он жестом просит его отойти и собирает все обратно в миску. — Ладно, — Ли обиженно пожимает плечами и вытирает руки о полотенце. Чанбин поднимает глаза на новое, белое полотенце для рук и не может вспомнить, откуда у него такой набор? Феликс замечает это и считает нужным рассказать: — Я убирался тут, и… Кое-где поменял белье, это мои полотенца, — он изредка поглядывал на него, а тот удивлённо кивал, но в глаза не смотрел. — Я не стал заходить к вам в комнату без спроса, если нужно там убраться, лучше попросите. Чанбин ещё раз кивнул, и Ликс посчитал нужным уйти и желательно до утра не встречаться. Ни спасибо, ни пожалуйста, готовить не разрешил, голодным, блин, оставил… Ну и сожитель! — Ёнбок, — окликнул его Со, — я надеюсь ты любишь грибной суп? Феликс замешкался, то есть, они с Минхо все-таки обсуждали тему с питанием? И, он что, запомнил его настоящее имя? Живот стал еле слышно урчать и он тихонько кивнул, опуская глаза в пол. Чанбин стряхнул воду с рук в раковину и наконец коснулся этого мягкого полотенца. — Спасибо, что ты послушался. Надеюсь у нас не будет проблем с проживанием. Ли небрежно улыбнулся поджимая губы — плохая привычка. — Ты давно приехал? — Нет… — А денег на проезд тебе хватает? — Да… Все замолчали, а Чанбин кажется сильнее заволновался, ведь поговорить им особо не о чем. Звонок в дверь разбавил обстановку и пока старший пошел открывать дверь, Ли аккуратно приготовил стол для ужина. Когда контейнеры с едой были на столе, Бин неосознанно был готов взять его и уйти в комнату, но вовремя вспомнил что теперь он живёт не один, и лучше бы им поужинать вдвоем… Наверное? Тяжело вздохнув, Со сел напротив омеги и даже не стал смущать взглядом, упёрся в телефон, а младший как-то ещё более неуютно стал зажиматься. Чанбин ел спокойно и старался не смотреть, но вот Ли глазеть не переставал. Телефон забыл в комнате, а уходить как-то неприлично. Когда старший поднимал ложку ко рту, плечо неестественно медленно двигалось, будто каждое движение ему давалось с болью. Неловко громко сглатывая, Феликс предложил: — Я прохожу массаж на курсе, могу помочь вам с болью… — указывая на больное плечо и спину. Чанбин задумался, оставляя ложку в тарелке. — Можешь со мной на «ты», просто не забывай что я твой хён, — снова упрёки, Ли обиженно опускает глаза в тарелку. — А где ты учишься? — отлично, Минхо, кажется, и этого ему не рассказал. — Медицинский колледж, точнее, сестринское дело… — Аа, вот как… Тогда, если ты не устал, я не откажусь от массажа. На выдохе Феликс наконец снова улыбается по-настоящему, это маленький шаг, но серьёзный! Так ведь они быстрее сблизятся, верно?

После ужина.

Чанбин принял душ и только потом, через неловкие напоминание, повел его за собой в свою комнату, Феликс даже не стал осматриваться вокруг — почему-то неловко. Со включил светильники над кроватью и принялся снимать верхнюю одежду: домашнюю футболку. Ли невинно крутил в руках тюбик с разогревающей мазью, что купил специально для практики, и стал ждать, пока глаза не поднялись на широкую спину, а под этим немного жёлтым искусственным светом кожа была смуглее, чем есть на самом деле. Прикрыв глаза и мысленно прочитав молитву, омега садится сверху на его бедра и ягодицы, смотря сверху вниз на эти мышцы. Эх, и это он ещё не видел его пресс… Кусая губы, он стал растирать ладони, как вдруг услышал повторный (оказывается) вопрос: — Я думал, что массаж можно делать и сидя рядом. Феликс приоткрыл рот и напряжённо выдохнул: — Простите, как вам будет удобно… То есть, тебе, ладно… — омега стал слазить и ненавидеть себя, ведь действительно, на курсе их учили делать по-другому… — Нет, нет, все хорошо, делай как начал. Поднимая брови выше, Ли уже не знал чего ожидать. «Зачем тогда спросил?», «Наверное, чтобы было о чем поговорить?» Расслабляясь сидя на нём, он стал гладить его спину вверх вниз, пальцами смягчая упругую кожу, надавливая на каждую косточку, чувствуя, как сильно напряжёны его мышцы у шеи и плеч. — Мог бы ты расслабиться? — Да, но как? — усмехнулся Со, прикрыв глаза: «На нем такой как Феликс ещё никогда не сидел, а тут он ещё и расслабиться просит». Феликс конечно тоже пустил смешок и стал говорить тише, нарочно, чтобы сделать обстановку более расслабляющей, теплой. — Представьте, что вы на пляже, или в бане, можете даже поспать, если хотите… Чанбин задумался об этом, перед тем как ловкие пальцы не стали надавливать на больные места и тут же круговыми движениями растирая напряжённые косточки. Он немного поменял положение, оголяя шею больше, чтобы толк от этого точно был. Феликс замолчал, оставляя их наедине со своими мыслями. Массаж был больным, в этот раз полностью расслабиться у него не вышло, и какое-то напряжение ещё осталось. Ёнбок уже закончил, а альфа кажется заснул… Осторожно поглаживая лопатки, омега засматривается на сильные руки и неслышно облизывается. Что за непристойные мысли? Вот черт… Не на второй день проживания же, тем более он друг его старшего брата… Ли аккуратно прикрывает глаза и мысленно представляет, после аккуратно касаясь горячими пальцами рук. Осторожно и ласково, он сжимает мышцы и связки, поглаживая и снова проделывая махинации для расслабления. Пару минут такой техники и Чанбин постанывает, когда Феликс неосторожно давит на шрам. — Ой… Простите, — Ли убирает руки, смотря на место чуть ниже плеча. Чанбин стал елозить на матрасе и этим заставил младшего слезть с него, кажется на это их безмолвный массаж подошёл к концу… Со сонно поднимается и выпрямляет спину, а Феликсу снова сзади ничего не видно. — Кожа у вас тонкая, красные следы завтра сойдут… — да уж, ну и следов он ему оставил… Кости встали на место и было какое-то ватное состояние, хотелось заснуть и ещё годика два не просыпаться, а потом попросить массаж ещё раз и снова заснуть. — Спасибо, — хрипит старший, — у тебя отлично получается, я даже почти заснул… — поглаживая свои руки говорит Со. Ли отворачивается и собирается к выходу: если он все чувствовал, то теперь очень неловко… — Да не за что, рад помочь… Чанбин надевает свою футболку и идёт следом, пытаясь заговорить. Феликс сначала не понимает, что его просят остановиться, а потом они уже вместе стоят в комнате у Ёнбока. Альфа смотрит на аккуратность парня, и новые жёлтые шторы, которые парень видимо привез из дома. — Ого, красиво, — осматривает полностью, — тебе что-нибудь нужно? Феликс задумывается, пряча руки за спиной и отрицательно кивает, пока в голову не приходит одна мысль: — Нет, но, было бы здорово прогуляться вместе по магазинам… Чанбин кивает, но в глаза не смотрит, якобы комната интереснее и он сюда вообще, чистоту проверить пришел. — Давай завтра? — Оу… — «Какой быстрый» — Да, давай… — улыбается.

***

В полицейском участке.

— Не, я же говорю, он тупой, поэтому забыл стереть отпечатки, — умничает Ли, явно саркастично. — Да-да, говорит человек, который смазал их так как хотел попробовать новый вкус чипсов, — Кристофер улыбается, садясь на диван в кабинете Чанбина, что уставился в свой телефон. — Ну да, — Минхо садится рядом, — не знаю зачем Джисон придумал эту диету… Итак ведь худые как тростинки. Оба поворачиваются на напарника, но ему кажется интереснее в телефоне, чем с ними. Время уже около шести вечера, а их вызывают на место преступления — ДТП со смертельным исходом. Он, вроде, обещал Ёнбоку прогуляться по торговому центру. — С кем это ты так активно переписываешься? — ухмыляется Крис, пытаясь подсмотреть. — Наверное с доставщиком пиццы, — сам пошутил и сам посмеялся. — Отвалите, — бурчит Со, расстёгивая голубую рубашку на пару пуговиц. — Обещал Ёнбоку прогуляться сегодня по торговому центру, но пришлось отказаться. Кристофер кокетливо улыбается и поворачивается к Минхо, чей взгляд стал настоящим произведением искусства. — Ты что к моему брату яйца свои подкатываешь? — хмурится старший Ли. Чанбин как-то напугано поднимает взгляд и тут же теряет интерес к этой теме. — Он ещё ребенок, какие яйца? — ухмыляется Бан. — Какой ребенок, у него вообще-то уже был парень в Австралии, еле отделались… — с настороженностью вспоминает Минхо, поймав взгляд Со. Кристофер смеётся громче и тыкает локтем в подтянутый бок напарника, кивая в сторону Чанбина: — Так я про него… Альфы начинают заливаться смехом, а Бин лишь с улыбкой оценивает эту шутку на десять из десяти. — Ладно, а если серьезно, Со, только попробуй… — успокаивается рыжий. — Ты подселил одинокому альфе красивого паренька-омегу и просишь его держать своего змея в мешке? Минхо, ты точно псих. Чанбин в очередной раз ловит улыбку и чувствует как уши начинают краснеть, поэтому откидываясь на спинку кожаного кресла, он тянется за стаканом с водой, наблюдая за этими разговорами. — Тихо, не раскрывай мой план! — шипит Ли, и толкает Криса в плечо. Чанбин закатывает глаза и переводит взгляд на телефон, где входящий вызов как раз от Ёнбока: он поднимает трубку сразу. — Алё? — все замолкают, а Крис уже красный от смеха. — Да, сегодня не получится, я не приду ночевать скорее всего. Минхо показывает на свое обручальное кольцо, а потом невинную руку Чанбина, Кристофер набирает побольше воздуха чтобы не засмеяться в голос и ждёт следующую шутку. Минхо вопросительно пожимает плечами и сам сдерживает смех. — Пх… — смотря на них, смеётся и сам Чанбин, — Да, только возьми ключи с собой. Ли напрягается: не отпускает ли Чанбин его братика ночевать к какому-нибудь новому ухажёру? Подходит ближе и кричит прямо в трубку: — Куда ты там собрался? Чанбин одергивает телефон, а Феликс на том конце смущается, хоть разговор был и обыденный. — К Джисону, а что? — осторожно спрашивает, ведь Минхо странный. — Поздновато уже, — заумно добавляет Бан. — Минхо, мне пришло смс, ты покупал чёртовы наггетсы? — Джисон оказывается рядом неожиданно. — Уу~ — тянет Кристофер, понимая что его друг больше не жилец. — Ну все друг, пока. — Ээ… Все, меня вызывают. — Минхо отходит и кривит лицо, слышно хлопая за собой дверью. Чанбин наконец возвращается к Феликсу и прощается, а ведь правда, дома одному скучно.

Феликс и Джисон, кофе «Toffi»

Ёнбок отключает телефон и забывает, что сидит здесь не один, а с Джисоном. Грустно выдыхает, понимая что все отменяется, а Хан как раз одолжил ему денег, чтобы он смог купить что-нибудь и для Чанбина, по его словам — чтобы его задобрить. Странно, ведь на самом деле Чанбин вовсе не ужасный, не злой и вполне себе даже милый… Привлекательный, что ли… — Чего вздыхаешь, — Хан отпивает немного своей «запрещённой» газировки и смотрит на младшего, — расстроился что ли? Ли грустно улыбается и тихонько кивает, размазывая остатки тортика по тарелке. — Да ладно тебе что ли, у них всегда так. Могут даже посреди ночи вырвать на задание… Я привык, и ты сможешь. Да уж, и когда Джисон догадался о его интересе? Хотя, разговор о вчерашнем дне наверное все расставил на места, наверное… — Так он нравится тебе? — М? — пугается вопроса Ли. — Ну, как мужчина, — Джисон педагог, его не проведёшь. Феликс смотрит в ответ и ничего не отвечает, лишь надувая и без того пухлые губы, грустно опуская глаза. — Да уж, в него сложно не влюбиться… — Ли на это хмурится, смысле? — Красивый, молодой, серьезный, одинокий… Да вы ещё и живёте теперь вместе. — То есть, ты не удивлен? — брови сползают вниз. Джисон отрицательно кивает, допивая все содержимое из стаканчика и улыбается. — Не переживай, пройдет. Феликс ещё сильнее задумывается и ещё сильнее ничего не понимает. — Чанбин одиночка по жизни, я знаю его лет шесть и… Скоро ты привыкаешь, смириться придется. Омега не перестает разочаровываться и вздыхать, а на улице все темнее и темнее, хорошо, что такси Джисон уже вызвал. — Все равно это не взаимно… — нервничает Ли. — Мы хоть и живём вместе, но почти не видимся. Я даже не знаю, почему у меня появился интерес так быстро, и… — Не переживай, один раз три дня домой не вернётся, а потом весь в крови заявится, разлюбишь, — сам себе кивает Хан, видимо, считает Феликса неопытным и маленьким, что в последний момент забоится серьезности или даже намерений альфы. Да уж, неприятно получается, не такой честности он хотел послушать. — Разве ты не должен поддержать меня? — будто для самого себя он это спрашивает. Джисон грустно улыбается, положив свою руку на руку Ли, тот считает это сейчас противной драмой. — Феликс, он полицейский. Каждый его день маленькая смерть, тебе это надо? — А для тебя это имеет значение? Минхо же… — Я с ним знаком со школы, Феликс, это другое. — Бред, — он выдёргивает руку и скрещивает обе на груди, отворачиваясь. Джисон смотрит на него с какой-то жалостью, ведь, зная Чанбина, ему ничего этого не нужно… Никакая жертвенность, никакие чувства, да и семья его не интересует вовсе. Разве в двадцать шесть лет человек может резко поменяться? Вряд ли, тем более, его столько раз пытались с кем-то свести и он много-много раз доказывал, что никто ему вообще рядом не нужен. — Ладно, герой-любовник, поехали уже… — Джисон встаёт со стула и зазывает официанта для оплаты. — Я хочу домой, надо доделать проект… — Феликс уже залезает в свою зимнюю куртку, после такого разговора ему хочется побыть одному, зря он открылся, поспешил… — Феликс? — стало не по себе. — Прости, если я задел твои чувства. — Ничего страшного, ты все правильно сказал, — на самом деле в груди как-то больно такое слышать, но стал бы Джисон нарочно его унижать? Феликс надевает прогулочный портфель на плечо и собирается прощаться, а домой поедет на автобусе. — И, — в последний момент останавливается, — не говори брату, пожалуйста. Джисон грустно улыбается и приобнимает на прощание: да уж, кажется поселить их вместе было плохой идеей, хоть они с Минхо и понимали, что такое имеет место быть… Но разве, увидев его на улице просто так не почувствовал бы он то же самое? Разве, он не влюбился бы в него с первого взгляда в автобусе, в парке или том же дурацком продуктовом магазине? Странно, обидно, но Джисон говорит правду.