Bulletproof.

— Кстати… Увидев использованный тест на беременность, Чанбин замер на мгновение и странно, что его психика сработала именно так, но он молча положил его на стол, встал с кровати почти на ватных ногах и стал тереть руками щеки, переходя этой сухостью на лоб и полностью испортив себе прическу, вернул руки на подтянутые бока. Чувствительная кожа на лице стала красной. Он вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Удивлённо наблюдая лишь тишину, сознание Феликса разделило ситуацию на возможное: «не увидел» или «плохо отреагирует». Омега заглянул в приоткрытую дверь тихо, замечая растрепанного альфу в середине комнаты. Наверное, он бы снова ушел на кухню и ждал, но Со заметил его и этот тяжёлый вздох был будто приглашением войти. — Чанбин? — сглатывая, закрывая за собой дверь. — Ты серьезно? — кивая в сторону прикроватной тумбочки. — Ты думаешь я могу шу… — Ты серьезно? — повышая голос, отчего Ли пошатнулся. — Я-я… Кажется, да… Омега опустил взгляд, он готов чтобы его отчитали. Расстояние между ними сокращается и Чанбин берет его за руку, почему-то смотря на его плоский живот под футболкой. — Ты не рад? — немного обиженно, отреченно. — Рад, я просто… Так давно хотел этого. Этого он точно не ожидал и поэтому улыбка появилась на его лице, что покрыто россыпью веснушек. Феликс переплетает их пальцы и крепко сжимает: — Тогда нам стоит быть счастливыми? — Думаешь это не слишком быстро? Ли облизал губы закусывая губу. — Думаю, ничего не происходит просто так… — но взгляд Чанбина опустился в пол. — Эй, ты из-за Минхо переживаешь? Но он скривился в лице, стал недовольным лишь на минуту. — Не знаю как ты, но я думаю о будущем, а не о твоём брате. — Будущем? — немного хмуро. — Например, — вздыхая и наконец с улыбкой возвращая взгляд. — Что тут нам будет тесно… А ещё, тебе не следует бросать универ. — не успел Ли открыть рот, как Со снова заговорил. — И питание, тебе нужно правильно питаться! Омега надул губы, морща нос: — Когда это ты стал таким заботливым папочкой? — обнимая за шею, немного отдаваясь назад, чтобы почувствовать как крепко Со держит его в своих руках.

***

Полицейский участок.

      Сегодня Кристофер просто счастливчик, ведь его повысили. От обычного оперативника, из-за отставки Минхо на пенсию по болезни, теперь Бан — глава отдела! Отмечать пришлось в одиночку, Чанбин почему-то рано уехал домой, видимо, они с Феликсом что-то затеяли, а вот кабинет, грязная кружка с остатками кофе в ней, а на столе папки с документами, никуда не делись! Ах да, теперь документов куда больше… Мужчина вздыхает, поставив ещё одну коробку с папками на стол, пока входящий вызов не отвлекает его, но телефон через какое-то время отключается — зарядка сдохла. — Вот же… — мужчина отрывается на мгновение от дел из-за этого и снова возвращает руку в коробку. По деревянной двери раздается стук, Кристофер встречает взглядом черную макушку, а потом и самого Ян Чонина и важные на тот момент документы летят обратно вглубь стопки. Омега осторожно улыбается и тихо приходит внутрь, когда убеждается, что зашёл в нужный кабинет и молча осматривается, акцентируя внимание на кожаном диване в углу комнаты. — Тебя можно поздравить? — намекая на повышение должности. — Быстро же ты поднимаешься по карьерной лестнице. — Да, это точно… Что… — опуская руку, так и не сформулировав вопрос у себя в голове. — Что-то случилось? Крис вспоминает как два дня назад Чонин звонил ему пьяный из клуба, умолял забрать его оттуда, чуть ли не скулил что его ласкают чьи-то руки, а не Кристофер, а после спасения остался ночевать у Бана, но, неожиданно для двоих, в другой комнате. — Тогда поздравляю… — подходя к столу, корябая ногтем лаковое покрытие. — И спасибо. Из глаза встречаются и старший ухмыляется, улыбаясь так — как Чонин любит, слишком уж Бан харизматичный мужчина. — Хорошо. Ты пришел за этим? — намекая на основную суть. — Отчасти… — снова переводя взгляд туда-сюда. — Может быть, сходим куда-нибудь? Удивительно, но Ян первый омега, что ни только постоянно отшивал Криса сначала, а потом звонил и пьяно стонал в трубку, но теперь и первый из его омег, кто позвал на свидание сам… Альфа пускает смущённый смешок и начинает перебирать документы, делая вид что задумался, но на деле и правда опаздывал по срокам сдачи отчётов, а тут ещё и момент, чтоб скрыть свое удивление и смущение. — Конечно, куда хочешь сходить? Чонин пытался привлечь его взгляд, но мужчина совсем не обращает на него внимание. — Если ты не хочешь, сразу скажи «нет». — С чего такие выводы? — быстро расписываясь в документах из пачки. Чонин вздохнул. — Хочу. — поднимая взгляд, и закрывая папку звонким шлепком. — И теперь я свободен. От этого взгляда у омеги натягивалась непроизвольная улыбка, хоть он и хотел побыть обиженным. — Что? — Крис стал легко смеяться. — Сам пришел ко мне среди рабочего дня и обижаешься? Чонин замялся, но делал это красиво. — Да! И не в рабочее время, а под конец смены! — облокотившись на стол талией, подягиваясь к прямому галстуку Бана. — Ты невыносим… — с мягкой улыбкой, прослеживая эту же эмоцию у омеги. — А тебе идёт форма… — закусывая нижнюю, пухлую губу в пару сантиметров от его лица. — Эй. Хочешь поцеловаться на первом свидании? — смотря только на алые губы. — Разве это правильно? — конечно он шутил и очень желал настоящий, на самом деле второй их поцелуй, после той ночи. — А мне плевать, что правильно… — наконец накрывая его мягкие губы своими и сладко причмокивая, прежде чем углубить по-настоящему первый, нежный поцелуй.

***

Уже неделю как Минхо дома и Джисон крутится вокруг него как мамка. Вроде, старший не жалуется и даже рад, он из тех кому нравится излишняя забота, а если это делает Джисон — ещё лучше! Ли кладет жареный рис в рот и молча жуёт, сосредоточенно всматриваясь в телевизор — уже вторая серия его любимого сериала за день! — Минхо, ты будешь чай? — крича с кухни. Но тишина, старший слишком увлечен. Посуда из рук опускается в раковину и облокотившись руками на нее же, но с отдышкой, Джисон повторяет громче. — Минхо, ты будешь чай? — снова тишина. — Минхо! Мужчина вздрагивает и разом проглатывает всю пищу сразу, округленными глазами смотря в сторону кухни. — Что? — Джисон слышно цокает, снова включая кран. — Нет, спасибо… — пожимая плечами, ведь он так и не понял слов. Время уже перевалило за восемь вечера, а Феликс ещё не пришел домой. Не то, чтобы Минхо сильно контролировал брата, но переживал и хотел бы знать, где именно его младший брат. Джисон вошёл в гостиную с горячим чаем в руках и тихо сел рядом, поджимая под себя ноги. Минхо, увидев в руках бокал, потянулся к нему, но Джисон отстранился, мол, раньше надо было. Но так как Ли этого не слышал, то подумал что его муж просто вредничает и также фыркнул, возвращаясь к телевизору. — Ты знаешь, где Феликс? — отпивая немного. Альфа пожал плечами: — С друзьями наверное. — С друзьями? — как-то сомнительно. — Надеюсь не с Чанбином… — А что такого? — поправляя свою футболку, облокачиваясь на спинку рядом с Ханом. Омега лег на его плечо сразу же и крепко обнял, потираясь щекой о плечо. От такого натиска мужчина немного зажмурился, но оказалось терпимо. — Ну, тебе не кажется, что они слишком разные? — рассматривая стену перед ними, где висел плазменный телевизор. — Тебе не кажется, что это не наше дело? — улыбаясь, чтобы сменить обстановку. — Ну… Он же твой брат. — отстраняясь, чтобы посмотреть в лицо и снова вернуться в тепленькое местечко. Странно, что на Джисона это так сильно влияет. — Малыш, ты… — поправляя прядь его каштановых волос за ухо. — Слишком контролируешь его. Не надо, он сам. — Контролирую? — задумываясь. — Не, т то есть, да, но, просто направить его в нужное русло — нужно! — Нет, Соня, ты… Лучше просто не лезь к ним. Джисон вспыхнул внутри, отстраняясь и скрещивая руки на груди. Поджимая губы в обидчивой улыбке. — Да, да, ты прав! Но я забочусь о нем, Ли! Я ведь знаю, какого это… — по взгляду Минхо, лишь Сон понимал это и вообще об этом задумывался. — Чанбин, он, более грубый, черствый, дерзкий, в отличие от тебя… Я… Минхо слушал это, пока уши не свернулись в трубочку. С каждым словом Хан углублял ситуацию и говорил как обиженная мамашка. Это бесило его. — Ты же понимаешь, что это не наше черт возьми дело! –Минхо швыряет свои костыли на пол, грозно смотря на своего мужа. Кофейный столик немного подвинулся и чай также немного пролился на стол, а из-за лакового покрытия все уже капает на пол. Джисон закрывает глаза и будто сейчас расплачется. Минхо помнит этот ритм дыхания. — Хорошо, — говорит Хан, молча потягиваюсь с места, чтобы встать. Минхо не хотел ссориться и вовремя остановил парня за запястье, Хан поддатлив и особо не сопротивлялся. Им точно нужно обсудить то, что тревожит Джисона. — Ты же помнишь, что я люблю тебя, и я не хочу, чтобы ты волновался и переживал из-за этого. — наблюдая как омега садится рядом. — Я тебя тоже… — даже не смотря в глаза. — Феликс напоминает тебе о… — намекая на их прошлое, которое они никак не могут оставить позади. — Да. — отреченно. — И ты ничего не сможешь сделать… Ровно семь лет назад, ещё в старшей школе и на первом году их отношений, Джисон был в положении, носил ребенка от Минхо и они были готовы к этому сложному решению, серьёзной ответственности. Они помнят. Был уже второй триместр беременности Сона, Ли проходил экзамен в школе полиции и впервые получил ранение в плечо, защищая напарника, что также стажировался в отдел. Из-за нервов, когда ему пришлось увидеть Ли на кушетке, которого везут в операционную и постоянно кричат о потери крови, случилось непоправимое. После этого, сколько бы они не пытались — ничего не получалось и второй раз ребенка зачать они не смогли. — Но, возможно у них все будет по другому? — поглаживая плечо Хана. — Может быть, а может и нет… — вздыхая. — Может быть, нам стоит завести ребенка? Отстать от Ликса… Джисон непроизвольно улыбнулся. — Ты же знаешь, это невозможно… — но внутри была только грусть. — Отстать от Ликса? — шутя, и такие шутки веселят Хана, он улыбается, но это ведь ненадолго, поэтому: — Думаю, мы можем пытаться дальше? — слишком много надежды, после всего, что им удалось пережить. — Ты же знаешь! Я не могу! Из-за меня ты… — внезапно, начиная плакать, потому что все проблемы — в нём. Проходя осмотр каждый год: Минхо был здоров и его возраст, как бы — самое время для детей! Но, наверное из жалости, он прожигает свою жизнь сидя здесь, с Ханом, поэтому, младший пытается всегда быть рядом и не перечить, чтобы быть полезным хотя бы так! Чтобы просто быть. — Эй, тише… — прижимая омегу к груди. — Ты не проблема, слышишь? — мягко целуя парня в лоб. — Думаю, мы могли бы взять ребенка из детского дома? — Это не то… — немного хрипло. Джисон, в последнее время, какой-то сентиментальный…

***

Неделю спустя.

Чанбин открывает дверь в квартиру и видит чужие ботинки рядом со своими. Что-то знакомое, но вспоминать не пришлось, Джисон показался рядом уже сразу. Омега, что давно не хотел видеть его стоял немного недовольным, а руки на груди были скрещены, что даже красная фланелевая рубашка не расслабила глаз. — Привет? — продолжая снимать обувь. — Привет. — проходя в гостиную. Раздеваясь и прислушиваясь к голосам в своем доме, Чанбин не отводит взгляд и почти сразу же, как разделся, прошел внутрь. Феликс, Минхо и Джисон сидели на диване и говорили, кажется, о универе младшего. Заметив своего парня, Ёнбок поправил волосы и подошёл ближе, потихоньку, пока женатая пара обсуждала что-то своё. Он успел сказать лишь «Привет» Минхо, как его за руку увели в ванную, ведь дверь в эту комнату была ближе. — Ты рассказал им без меня? — немного взволнованно, пятяст назад. — Нет, с чего ты взял? — немного наклонив лицо, задовая вопрос альфе, уже держа за руки. — Джисон так на меня посмотрел… — по телу пробежали мурашки, когда он вспомнил то мгновение. — Да ладно тебе, он всегда так на тебя смотрит… Чанбин нахмурил густые брови и Ликс понял, что сболтнул лишнего. Сразу же прикладывая свои ладони на его широкую грудь. — Нет, я не говорил им, но, думаю, нам стоит сделать это сегодня. — Сегодня? — удивляясь, потому что они договорились на чуть более большой срок сделать это. Феликс кивнул, мягко улыбнувшись, перед тем как выйти к семье. Он взял Чанбина за руку и вывел следом, а эта походка «гуськом» точно не оставила Джисона и Минхо в покое. Минхо посмеялся, придумывая очередную шутку, потому что взъерошенный Со в форме выглядит забавно, особенно с таким жалостливым взглядом. Пересекаясь с Ханом, Чанбина будто передёрнуло от мандража. Недавно он был ему другом или парнем-напарника, ну по работе, проще: парнем лучшего друга; а теперь, будто выступает в роли мамы Феликса, и выглядит странно, особенно, осуждающе смотря. Но, что-то в нем все же изменилось… — Мы должны вам кое-что сказать. — начали омеги одновременно, и Минхо с Чанбином переглянулись. — Мы первые! — ни с того сказал Сон, взяв мужа за руку. Все принялись слушать его, Феликс даже сел напротив. — Мы с Минхо ждём ребенка. — говоря это на выдохе и сразу же нервно улыбаясь, сжимая пальцы Хо в ладошке. — Наконец-то… — говоря на выдохе, будто шепотом. Удивительно, но Чанбин засмеялся в голос и сразу же взглянул на Феликса, что за Санта Барбара. — Поздравляю! — пожимая руку Минхо. — Вы серьезно? — с испугом смотря на брата. — П-поздравялю, вау! Просто, я, кажется, тоже… Улыбка с лица Чанбина быстро ушла и взгляд опустился, потому что Минхо даже не знал о их отношениях официально, а теперь такое… Неловко и, слишком резко, наверное. — Что? — Джисон мгновенно нахмурился, поворачиваясь к младшему.

Три дня спустя.

      Ну что, вы подумали, что сейчас будет милая семейная драма? Вряд ли… Джисон заставил Феликса сходить с ним на УЗИ, и когда вышел из кабинета сразу же показал справку: семь недель беременности! (Будто хвастаясь, но на деле показывая пример!) Ёнбок слышно сглотнул. Тут холодно, неуютно и всё белое. Ему страшно, но выхода нет. Если Джисону нужна справка — он ее сделает! Когда время по очереди перешло на талон Феликса, они оба зашли в кабинет узиста и пока младший укладывался на кушетку, Джисон рассказывал, что тест показал две полоски лишь один раз. — Сколько половых актов у вас было? — В-всего? — испуганно смотря на Джисона. — Да. — Четыре… — «Партнёров?» — Один… Холодный валик в геле легко скользнул по плоскому животу и Ли зажмурился, женщина слишком сильно давила на него, и он уже стал беспокоиться за ребёнка. Время тянулось долго, муторно и больно, мурашки по телу от холода привели к ознобу. Он все время смотрел на Хана, а тот так взволнованно поднимал брови, смотря только на монитор. — Плода нет, беременность не обнаружена. — бездушно сказала женщина. «Что?» — То есть, как нет? — сразу пытаясь заглянуть в монитор, а доктор уже расписывалась в карточке. — Джисон? — испуганно смотря на Джисона. — Тише. Тише… — поглаживая ногу младшего, смотря на него с такой жалостью, будто Феликс сейчас потерял ребенка, а не то, что его не было вообще. — Посмотрите ещё раз, прошу Вас. — Ёнбок, пойдем поговорим… — потихоньку стирая гель с его впалого живота. — Нет! — начиная хныкать от подступающей грусти внутри, что сводила все тело. — Тест не мог ошибиться, он ведь дорогой, прошу… — уже запинаясь от слёз. То, что первый пациент на этой кушетке плачет из-за отсутствия беременности — шок для узиста. В его возрасте, радоваться надо… — Феликс!

В парке.

      Омега шел медленно и смотрел пустым взглядом: как он скажет Чанбину, что тест ошибся и они зря искали столько детской мебели? Это убьет его… Это самое страшное для Феликса, ведь Чанбин так хотел семью. Смотреть на такого Ли было больно, но как бы Сон не пытался утешить его, не выходило. Хорошо что он написал СМС Чанбину и возможно, он сможет успокоить его сам. — Ликс, семья — это не только родители и дети… А вам с Чанбином некуда торопиться, разве это не повод лучше узнать друг друга, м? Феликс его будто не слышал… Конечно ему обидно, что его долгожданный ребенок никого не порадовал как хотелось бы, но зато он в который раз убедился, что счастье любит тишину и единственный, кто должен прыгать от счастья это его любимый муж. Этого хватит, чтобы оставаться счастливыми… Ну, а как только их путь подошёл к концу и рабочая машина Чанбина показалась поблизости, Феликс стал паниковать, оглядываясь, то на номера, то на Джисона. — Джисон, ты позвонил ему? — начиная паниковать ни на шутку. — Зачем! — Не переживай, Ёнбок… Вы должны поговорить, это нормально. — Не хочу я ни с кем разговаривать! Но Чанбин уже вышел из машины, направляясь в их сторону, и если большая часть Феликса готова была сбежать и не попадаться на глаза любимого человека, которого он можно сказать обманул; то самый нежный кусочек его души сразу же обнял мужчину, вжимаясь лицом в плечо Со, что заботливо гладил его по спине, пока он моментально разошелся на плачь. Чанбин в благодарность за то сообщение кивнул старшему, и Джисон тактично отошёл, сел в машину, стараясь даже не смотреть в их сторону чтобы самому не заплакать и не залить слезами машину из-за своих бушующих гормонов. Феликс не переставал извиняться и обнимал слишком крепко, чтобы отдышаться. Чанбин просил его перестать и немного пошатывался, чтобы укачать парня в руках, и вскоре Ли немного успокоился, отстранившись чтобы отдышаться, но из-за душераздирающего плача, прокашлялся и снова вжался к плечу. — Солнце, не расстраивайся, все хорошо. — Н-нет… Я подвёл тебя, Со… — Малыш, это не конец света, ну? — поглаживая волосы, запуская руку в затылок. Прохожие глазели на них, все уже выбирались в парк, чтобы отдохнуть, ведь уже весна и все тает. Повсюду мамочки с детьми, пары и подростки, что в такое время обычно возвращались из школ. Чанбин крепко обнимал его и целовал в лоб, пытаясь успокоить всеми возможными силами, пока Феликс сам не успокоился, начиная икать от испуга. — Будем помогать Джисону и Минхо, а сами ещё успеем, хорошо? — пытаясь подбодрить парня. Блондин вытер слезы с щек и улыбнулся, опуская взгляд: — Джисон и близко нас не подпустит… — начиная плакать и смеяться одновременно, снова ощущая себя в теплых объятиях. Поскуливать. Чанбин и сам стал смеяться, проникаясь чем-то хорошим, вместо грусти. Всё-таки, они ведь и правда ещё смогут завести ребенка, просто, всему свое время? Они ещё успеют поговорить об этом и тем более, снова вернуться в норму. Ведь, главное — любовь, и им этого сейчас вполне достаточно.

***

Три месяца спустя.

— Вот, пожалуйста! — поставив тарелку с супом на стол перед Бином. Мужчина оттягивает галстук и вдыхает любимый запах шампиньонов в бульоне. Феликс действительно знает, как поднять ему настроение после очередной ночной смены. — Как там Хван? — спрашивая будто невзначай, садясь рядом и залипая в телефон, что давно был подарен Чанбином. Со немного в шоке, что информация распространяется по городу так быстро и резко отказывается в руках его парня. Феликс вроде выходил только в универ, так что, никто логично не мог рассказать ему. — Не знаю. Он же просто исследовал тело, стоя рядом со мной и трупом. — немного хмуро, но только потому что голодный. — Ммм, — промычал Ликс, даже не обернувшись. — А Чонин сказал, что вы мило побеседовали в машине… Чанбин опускает ложку в тарелку и вытягивает шею, будто расправляя крылья, демонические крылья! — Чонину нужно купить очки! — начиная дуться. — Я не говорил с ним, вообще. — сосредотачиваясь на тарелке. Феликс перевел на него взгляд боком и улыбнулся, а из-за таких эмоциональных качелей у Чанбина скоро голова пойдет кругом. — Что? — боясь, чего они двое ещё могли на фантазировать. — Ничего… — двигаясь ближе и обнимая мужчину за плечи, улыбаясь и потерявшись вздернутым носом о теплую шею, вернувшись взглядом. — Я люблю тебя… — смотря влюблёнными глазами. Чанбин усмехнулся и подумал, что ему нужно обратиться к психологу, потому что эти проверки Феликса не обижают его, а наоборот, показывают, что он нужен ему и ревность кажется чем-то необычным в их бытовой совместной жизни. — Не пугай меня так. — возвращаясь к еде, но уже расслабленно и с улыбкой. Все таки, благодаря Феликсу, он наконец понимает, что просыпался по утрам имеет смысл.       С самой первой встречи, с самого первого взгляда, той самой ночью и те самые касания — все то, что соединило их.       Без семьи, без смысла «дальше…» и без надежды, теперь, они могут назвать себя этим словом из пяти букв.       Когда будут засыпать вместе, когда будут держаться за руки и мечтать о едином. Теперь, быть семьей это то, что их связывает.       Теперь каждые «противоположности» в них, равно — «притягиваются». И всё-таки, благодаря Чанбину Феликс впервые по-настоящему чувствует, что он — дома. Он сделал правильный выбор…