Catamite

"В первый раз всегда больно. Это нормально. Так ты взрослеешь." Эти слова словно лезвиями шрамировали мальчику душу. Он лежал на боку в (теперь уже) своей привычной шелковой пижаме, укрытый бархатным одеялом. Он пытался переварить то, что только что произошло. "Знаешь, у меня было так же. У многих, вообще, так. Когда мальчик приходит ко взрослому мужчине, и тот его учит сексуальности, как наставник. Важный процесс взросления." Таббо чувствовал ноющую боль внизу живота. Тошнило. "Я в твоём возрасте тоже через это прошел, и это нормально. И у меня был наставник, который сделал меня мужчиной. Сильным. Могущественным." И все в его речи кричало о том, какая же это жалкая ложь. "Такой секс... Хах, не то, что с женщинами. Это гораздо выше, это благородно. Женщины вообще противные, знаешь. Истеричные куски мяса и костей, которые только и созданы, чтобы рожать новых солдат. И еще права качают. Мол, не дам тебе, потому что голова болит. Или еще лучше - потому что не хочу. Вот сучка. Нет у тебя прав на меня огрызаться. Я биологически больше и сильнее, если захочу - убью тебя голой рукой. Если бы был какой-нибудь другой способ рожать детей, я бы запретил женщин, хах." И вновь повисла тишина. Какое-то время спустя Шлатт наклонился к мальчику, начав привычно поглаживать его грудь. "Вот ты и стал взрослым", прошептал президент, склонившись над ухом Таббо. "...Разве... Разве я не стал им когда пошел в армию?" Шлатт высокомерно усмехнулся. "Действительно, я тоже в шоке, зачем Вилбуру набирать в армию маленьких немощных детей. Ты же такой слабый, Таббо. Только со мной и с моей партией ты станешь настоящим воином." Мальчик свернулся, сильнее поджав ноги к груди. "Это не очень похоже на любовь...", вырвал из себя Таббо, зажмурив глаза. "Любовь? О чем ты?" Мужчина отпрянул, снова устроившись на своей удобной подушке у стенки кровати. "Я тебя не люблю. Это низкое чувство. Оно существует только для таких невежд как Вилбур и Томми. Только такие как они могут пользоваться так называемыми "альтруизмом" и "долгом перед семьей". Поступать нелогично, руководствуясь своими, видите ли, ЧУВСТВАМИ. Кошмар. Неудивительно, что Лманбург пал. Таббо, забудь это слово "любовь". Мы выше этого." Таббо чувствовал горечь в груди. Он мог выдержать издевки над собой, но когда дело дошло до чести его друзей... Он посмел дерзить президенту. "По крайней мере им не нужно никакого "посвящения", чтобы повзрослеть. Вот Томми... Он молодой, но уже очень взрослый. Потому что он учится. На своих ошибках, на наставлениях Вилбура. Он герой именно потому что знает, что значит любить." "А знаешь ли ты сам, милый мой?" Шлатт перебил его очень неожиданным вопросом. Таббо растерялся. Он подумал об этом, но почему-то так и не смог ответить. "Да и правда ли ты думаешь, что у Томми с Вилбуром все так просто? Уверен, они вместе занимаются тем же самым." Внезапно в груди Таббо что-то очень сильно заболело. "Почему, думаешь, они проводят так много времени вместе? Вилбур - Вождь, а Томми - его катамит. Все логично, все так как и должно быть." "Нет..." "Таббо. Ты хочешь сбежать к ним, не так ли? Думаешь, они там ждут тебя. Как семья, да? Так вот Таббо, открою тебе глаза на очевидное - нет у тебя семьи. Почему же твои друзья не стремятся тебя спасти? Только используют в качестве шпиона." Боль пронзила во второй раз. 'Шлатт знал...' "Им хорошо вдвоем. Без тебя. Потому что они думают, что ты такой же маленький, слабый и бесполезный. Уверен, они бы бросили тебя, если бы им удалось отвоевать Лманбург обратно." Мужчина снова подсел к мальчику, чтобы смотреть ему прямо в глаза. "Но ты больше не маленький. И ты становишься сильнее с каждым днем работы здесь. Я вижу огромный потенциал в этом юном теле. Присоединишься ко мне, и покажешь им, кого они презирали. Как они ошибались." Его слова действовали словно гипноз. Таббо и сам не заметил, как поневоле начал к ним прислушиваться. 'Так вот оно что?..' "Ну? Согласен?" Впервые за все время Шлатт действительно спросил мальчика о его мнении. В этот раз план был в том, чтобы искренне заманить его на свою сторону. Не притворяясь. Подчиняясь добросовестно. И Таббо ответил. "Да, мистер президент."