Путь к сердцу

      — Ты что, правда не знаешь, что такое какао?! — удивленно спросила незнакомка, впиваясь в демона своим штормовым взглядом. Он пожал плечами и отрицательно покачал головой, вновь всего на секунду замечая маленькие молнии в ее глазах.       «У пигалицы штормовая энергия? И, безусловно, несносный характер...»       — Обалдеть! Хи-хи… Ну, какао — это очень… — девушка на секунду задумалась, а после хитро улыбнулась и продолжила, — А, впрочем, я не скажу. Лучше покажу. Если ты, конечно, не намереваешься слиться с этой скамейкой в единое целое, а предпочтешь отправиться навстречу познаниям!       Демон весело усмехнулся ее находчивости.       «Неплохой вышел бы демон».       Он еще раз пробежался по ней оценивающим, задумчивым взглядом. Призыва так и не предвиделось, а вот узнать, что такое это самое «какао» стало внезапно жизненно необходимым.       — Веди, — коротко сказал он вслух, вызывая у нее улыбку своим голосом.       Она радостно подскочила со скамейки, убирая блокнот и карандаш в небольшую, перекинутую через плечо сумку, и нетерпеливо поманила его рукой за собой. Данталиан глубоко вдохнул, сомневаясь в своём решении, но после всё же поднялся и подошел к девушке.       Она хитро поглядывала на него, явно чрезмерно довольная тому, что ей удалось уболтать его пойти. Шли неторопливо, девушка рассматривала знакомые вывески и мысленно то коверкала их названия, то додумывала продолжение. Демон усмехнулся очередной её фантазии, покосившись на неё насмешливо.       — Багеты и булочки… — прочла девушка, — Ага… И приписка внизу: Пьер Бонетт, с 1930-го года… Ой-ёй…       — И? — Данталиан вновь покосился на нее, не улавливая сути, она посмотрела в ответ, мысленно хихикая и стыдливо улыбаясь.       — Ну, знаешь… Страшно подумать, какие булочки у месьё Бонетт… 90 лет, как-никак…       Демон, наконец, уловил к чему она вела и подавился воздухом, пытаясь выкинуть из головы всё, что уже нарисовало воображение. Он перевёл на нее колкий взгляд, обдумывая собственный возраст и гордясь тем, что он, хотя бы, выглядит для этого самого возраста весьма неплохо, да и вроде не зануда. Он уловил в глазах своей спутницы штормовое веселье и покачал головой.       — Ну и мысли у тебя.       — Ой, да брось! У самого-то небось там похлеще, — она вытянула руку вверх и постучала пальцем по его лбу, отчего демон возмутился еще больше, демонстративно фыркая. Но тут же пришел к выводу о том, что вообще-то да, его мысли и правда похлеще будут. Наглая улыбка моментально заползла на его лицо. Незнакомка усмехнулась, замечая эту улыбку и продолжила читать названия, веселя демона своими изощренными сравнениями, заставляя то и дело смеяться вслух.       Они свернули в узкую улочку, проходя между близко стоящими домами с аккуратными балкончиками, срезая целый квартал. Вывесок здесь не было, но улыбаться она не перестала. Ее штормовая энергия буквально ударялась в демона волнами радости, расплёскиваясь морской пеной вокруг.       — Ты как-то слишком радостно улыбаешься. Со стороны выглядишь, как полоумная, — усмехнулся он, исподтишка рассматривая свою спутницу, ему на секунду даже показалось, что сам ветер начал весело играть с её юбкой, заражаясь этим настроением.       Она вздохнула, косо посмотрев на него и серьёзно ответила:       — Я, так и быть, не обижусь на твои колкости, но только лишь потому, что ты и правда не понимаешь меня.       — А ты объясни. Доходчиво.       Её губы сложились в глубокой задумчивости, она провела рукой по ограде кафе, мимо которого они проходили в этот момент, привлекая внимание демона к незатейливым жестам длинных графитовых пальцев.       — Вот скажи, какое занятие приносит тебе больше всего радости?       Данталиан отвёл взгляд, устремив его к небу, размышляя. И правда, а что он вообще любил? Вопрос поставил его в тупик. Ему нравились его демонические обязанности, но это не вызывало бурной радости, так как давно превратилось в рутину, хоть часто весёлую и интересную. Он много читал, непомерно много, но это было лишь следствием стремления узнать больше, познать не познанное, окунуться в иные реальности в угоду своему неуёмному любопытству. Времяпровождение с демоницами, а так же выпивка хоть и были неотъемлемой частью его существования, но бурной любви тоже не вызывали. Он нахмурился, понимая, что ничего такого, о чём она спрашивала, в его жизни, кажется, не было.

♪ Videoclub — Amour plastique ♪

      Внезапный ветер всколыхнул крылья, пробежавшись прохладой по чёрным перьям, вызывая в памяти ощущения полета, свободы и красоты от простирающихся рядом облаков и солнечных лучей, играющих своими бликами. Он растянулся в довольной улыбке и повернулся к заинтересованно разглядывающей его девушке, произнося вслух:       — Летать.       Она улыбнулась в ответ, думая, что он любитель путешествовать, рисуя в воображении иллюминатор самолета, через который виден красивый рассвет или закат, фантазируя, как металлические крылья разрезают облака на воздушные части. Она подняла глаза к небу, представляя всё это и согласно кивнула смотрящему на нее демону, который считывал все эти мысли и сравнивал собственные крылья с тем, о чём думала она, понимая, насколько ей неподвластно то чувство, что он испытывал при каждом полете. Улыбка сползла с его лица, когда она начала объяснять ему свои чувства и свою, как он думал, необоснованную радость.       — Представь, что все вокруг тебя летают и наслаждаются полётами каждую секунду, как они парят в этих облаках, — она протянула руку вверх, указывая на небо и он проследил за этим жестом, живо представляя всё то, что она ему говорила, — Представь, что вся жизнь сильно зависит от этой возможности, — летать. И если ты не летаешь, то так или иначе чувствуешь себя изгоем общества. Никто не понимает тебя, как и ты не понимаешь никого. И ты совсем один. Ты стоишь на земле и каждую секунду видишь, как все они пролетают мимо. И не можешь сам оказаться в этом небе.       Данталиану не нужно было даже представлять то, о чём она говорила ему. Он знал это наверняка. Видел неоднократно тех, чьи крылья были сломаны или повреждены, из-за чего терялось то, что в его мире считалось необходимым, получая взамен насмешки и взгляды, полные презрения. Он никогда не обращал на это внимания. И теперь, представив на их месте себя — он понял.       — А теперь вообрази, что спустя долгое-долгое время и полное отсутствие надежды, ты всё же смог подняться в небо, абсолютно не ожидая этого. Считая, что ты никогда не сможешь даже мысленно прикоснуться к этим облакам, ты вдруг взмываешь вверх.       Девушка повернулась к нему, оторвав взгляд от неба и заглянула ему в глаза. Он глядел на неё в ответ с полным понимаем её чувств. И даже поймал себя на мысли, что теперь смотрит на неё как-то иначе, более осмысленно и вдумчиво.       — Вот у меня так же. Ты подарил мне возможность ненадолго взлететь, — она ярко улыбнулась, мысленно добавив, — Спасибо тебе, — он улыбнулся в ответ, на мгновение откинув ехидство.       Данталиан рассматривал показавшиеся им на новой улице магазинчики и кафе, закинув руки в карманы чёрных джинс и следуя за девушкой вальяжным шагом, обдумывая всё то, что она сказала ему. Он украдкой изучал её счастливый образ, сопоставляя невозможность говорить с невозможностью летать. Глубокая задумчивость тронула брови, давая понимание, что ей неподвластен ни смех, ни пение. Воображение ярко рисовало то, как, наверное, сильно ей иногда хотелось засмеяться или пропеть любимые слова. Брови мрачно нависли над тяжёлым взглядом, когда он понял, что ей недоступен и крик. Звук, что он слышал столь часто. Звук, что всегда ознаменовал границу чего-то до мурашек пугающего и необратимого для людей и исполненного долга для него.       — Да, смеяться, петь и кричать я тоже не умею. Только мысленно, — она обернулась к нему, слегка улыбнувшись и демон на секунду оцепенел, понимая, что транслировал ей свои мысли.       — Интересно, и как бы ты выкрутилась, если бы кто-то напал на тебя, — он потёр подбородок, представляя все знакомые ему реакции. Она пожала плечами в ответ.       — Я быстро бегаю...       — Научись защищаться.       — Волнуешься? — незнакомка лукаво улыбнулась и хихикнула, получая в ответ равнодушно-скептическое выражение лица.       — Думаю наперёд. Такая полоумная, как ты, рано или поздно точно встрянет во что-нибудь.       — Ну разве похожа я на ту, кто будет махать кулаками? Не для меня это... Но я подумаю.       Она сложила ладонь в кулак и покрутила перед собой, размышляя. Данталиан цокнул, останавливая её и слегка раздражённо подтянул её руку к себе.       — Никогда так не делай. Только покалечишься, — он согнул оттопыренный большой палец, показывая правильное положение, она кивнула с умным выражением лица, запоминая, чем вызвала весёлый смешок. Девушка улыбнулась, слушая его.       — Настроение у тебя меняется, конечно, с космической скоростью...       Данталиан пожал плечами, отпуская её руку, продолжая посмеиваться над тем, как она складывала ладони в кулаки, маяча руками перед его лицом и демонстрируя, что урок усвоен.       Чёрные крылья незаметно для всех покачивались на ветру, вторя шагу, перья шумели его любимой мелодией, легкий запах беспокойного моря от энергии спутницы вплетался в атмосферу, вновь рисуя ему картинки штормовых волн. Он уловил себя на мысли, что никогда не видел море вблизи, не имел подобной тяги, не погружался в соленую воду и даже не задумывался об этом. Захотелось исправить это упущение при следующей возможности.       — Эй, — демон окликнул незнакомку и она подняла глаза, вырываясь из собственных мыслей, — Зовут тебя как?       — Селин, — она тепло улыбнулась. Демон поморщился и покачал головой, вызывая у девушки недоумение.       — «Полоумная» тебе подходит больше, — язвительно ответил он, на что она моментально насупилась.       — А тебя как зовут, дурной? — пробурчала она в его мыслях.       — Данталиан. Можно просто — Данте.       Селин сморщила нос и демон возмущённо нахмурился.       — У тебя даже имя такое же мрачное, как и ты сам.       — Какой уж родился.       Она в очередной раз закатила глаза, замечая игривый взгляд проходящей мимо девушки и его ответную излишне лукавую улыбку.       — А родился ты, видимо, ехидным чёртом, — добавила она больше для себя.       Демон тут же повернулся на неё, удивлённо взглянув и в момент позабыв о сладкой улыбке, что только что встретилась ему на пути.       — Это с чего я чёрт? — усмехнулся он, отмечая для себя, что полоумная попала в точку.       — Мрачный, ехидный, подкалываешь всё время, лукаво улыбаешься всем подряд, — чем не чертяка? — хихикнула Селин, — Надо будет пририсовать тебе рожки.       — И крылья, — Данте растянулся в веселой улыбке.       — С каких пор черти носят крылья? — она подозрительно-вопросительно подняла брови, увлекая демона в очередной поворот.       — С самого основания мира, не иначе, — лукаво и как бы невзначай бросил демон, рассматривая облака. Призыва так не было. И хорошо, он ведь еще не узнал, что такое — это ее странное «какао».       — И откуда такие сведения?       — А я начитанный и любопытный, — Селин усмехнулась, вызывая негодование в демоне, — Что? Чего ты смеёшься?       — В то, что ты любопытный — охотно верю. А вот начитанный... Пока выводов сделать не могу наверняка, но по тебе совсем не скажешь.       — Первое впечатление бывает обманчиво, — Данталиан лукаво улыбнулся, зачёсывая пальцами упавшие на лоб волосы, — Ты присмотрись получше и увидишь, что я куда хуже, чем ты думаешь. Я же всё-таки, чёрт! Хотя... Демон — мне нравится больше.       Селин остановила его, отошла на несколько шагов вперёд и окинула придирчивым взглядом, наклоняя голову то к одному плечу, то к другому. Данте подозрительно смотрел на свою спутницу, не понимая, что она задумала. Но на всякий случай улыбнулся своей самой притягательной улыбкой.       — Да-а, — вдумчиво протянула Селин, — В принципе, тебе подошли бы крылья.       Демон довольно улыбнулся, а черные крылья за спиной абсолютно неосознанно и крайне самостоятельно раскинулись во всю мощь, демонстрируя правдивость её мыслей и снося своими невидимыми перьями неподалёку стоявший столик у кафе. Селин отвлеклась на шум, чуть подскочив от неожиданного грохота.       — Ветер… — буднично сказал Данте вслух, сложив крылья, и поравнялся с девушкой, прошептав прямо над ее ухом под шумные возгласы официантов, — Двигаем, полоумная. Какао, помнишь?       Селин закивала и тут же вновь переключила внимание на своего спутника. Она в очередной раз довольно поглядела на него и, улыбнувшись, потащила в новый переулок, вновь сокращая путь к пункту назначения. Данте, нагло утаскиваемый за рукав куртки, не сопротивлялся, но вид делал крайне недовольный.       Чего не вытерпишь ради какао…