Альтернативный дозор

- Наставник ваш, Игорь Теплов. Как я понимаю, он изначально был предназначен Гесером вам в наставники еще до момента Вашего появления на свет. Каким-то образом об этом узнал Завулон и рассчитал достаточно сложную интригу. Все это происходило еще года за полтора до Вашего рождения. В Южном Бутово случилась небольшая заварушка, в общем-то совершенно рядовая. Ваши арестовывали ведьму за приворот без лицензии. М таких обычно и не защищаем – кому эти дуры нужны! Но в этот раз Завулон всем накрутил хвосты, и в итоге там чудом не разразилось настоящее побоище, были стянуты достаточно значительные силы. С Вашей стороны полностью выложился Игорь, а с нашей – Алиса Донникова. Была такая ведьма в Дневном Дозоре, довольно сильная, примерно третьего уровня, и к тому же бывшая любовница Завулона. Она в это время была в опале, старалась изо всех сил, чтобы вернуть расположение начальства и его привязанность, но и тоже выложилась по-максимуму. Кстати, в опале она тоже была неслучайно. В итоге обоих, и Игоря, и Алису отправили отдыхать в Артек восстановить магический потенциал, официальный забор силы у детей. Вы ведь знаете эту процедуру. - Знаю, - сказала Надя. – Не самый корректный способ восстановления, но да, я знаю эту практику. - Ну вот, а в Артеке они встретились, ухитрились влюбиться друг в друга вслепую. Это, конечно, тоже было предначертано, а как только по-минимуму восстановили силы, естественно, поняли, что находятся по разные стороны баррикад. И Игорь вызвал Алису на дуэль вне правил. - Что?! – вскрикнула Надя. - Дуэль без правил. Он, видимо, был уверен, что все заранее подстроено, и его специально пытались использовать. - Ну хорошо, а дальше? Игорь все-таки жив? Чем все закончилось? Он… - Надя с некоторым трудом проговорила, – убил Алису? - Скорее всего к этому все шло, но тут у Алисы видимо все-таки проснулся инстинкт самосохранения. Мне наверно проще поделиться с тобой ее воспоминаниями. - Игорь… - прошептала я, ныряя и чувствуя, как давит, давит, давит меня темное небо – прямо к темному, темному, темному дну. - И тут меня внезапно обуяла злость. А какого черта! Какого черта я должна гибнуть из-за этого слюнявого прекраснодушного идиота и интриги Завулона? Нет уж, мы еще поборемся. Макар плывет в ста метрах, я могу взять его страх и превратить в свою силу. Две минуты? Что ж, мне этого хватит. Игорь по-видимому уже был уверен, что я тону и несколько ослабил пресс. Я залпом вытянула весь страх из Макара, это дало мне силу рвануться метров на десять и позвать к себе подростка. Он сам не понимая, что делает развернулся и поплыл ко мне. Прилив паники у него сменился приливом воодушевления. Конечно, он держится на воде, все пройдет, он разумеется сможет спасти женщину, в которую влюбился. Его силы через две минуты кончились, снова наступил приступ страха, я снова втянула темную энергию. Несколько минут я передвигалась к нему какими-то полусумасшедшими не то скачками, не то прыжками и наконец вцепилась в его плечо. Разумеется, мы тут же ушли под воду, вынырнули, я попыталась как можно четче и быстрее дать ему приказ: «Ни в коем случае меня не выпускай. Не то потонем оба. Чем больше паникуешь, тем больше шансов добраться до берега». Не знаю, что он понял, но к берегу поплыл, вернее попытался поплыть. Я держалась на последних крохах силы, у Макара физические силы еще были, но вот эта его сведенная судорогой нога… Господи! Это-то я могу поправить? Сама ты одурела от страха, Алиска. Сейчас главное действовать четко и не паниковать. Топить ребенка Игорь в любом случае не будет, главное продержаться еще минут десять. Судорогу я сняла мгновенно, на это и усилий не понадобилось. Игорь догнал нас через пару минут. - Отпусти ребенка, ведьма, - процедил он. Ну уж нет, не на такую напал. Романтические сопли и вопли кончились. Макар, по-видимому, что-то понял, вцепился в меня мертвой хваткой. Молодец, мальчик, соображает. Игорь попытался отцепить его руку, но у него это не получилось. В воде это не так просто сделать, а он в конце концов тоже изрядно обессилел и применять магические способности ему сейчас так же трудно, как и мне. Мы продвинулись к берегу еще на несколько метров. Макар, адресуясь к Игорю, прошептал какую-то не слишком внятную, но очень нецензурную фразу. Молодец! Игорь еще на несколько секунд растерялся, я впитала очередную черную энергию. Еще пять минут этого безумного плавания с препятствиями - паника Макара - прилив моих сил – я вливаю энергию в Макара – он тащит меня к берегу – очередной упадок сил и прилив паники. Метров в десяти от берега я сосредоточилась и послала сигнал о помощи. Нас заметили. В воду кинулось сразу несколько человек. Но теперь главное продержаться еще несколько секунд. Я еще успела прошептать Макару: - Официальная версия такова. Ты увидел, что я поплыла, стала тонуть и кинулся меня спасать. Если будут думать прямо противоположное, плевать. Ты с невинным видом будешь твердить это. Больше ты ничего не видел и не понял. Когда меня подхватили под руку и выволокли на сушу, я решила, что теперь имею право потерять сознание. В конце концов, терять сознание иногда очень удобно. Не надо ничего объяснять, тем более придумать. Сейчас я точно была не в состоянии сообразить, какой версии надо придерживаться. Пусть уж Игорь с Макаром выкручиваются. *** Я пришла в себя утром. Белый потолок, белые стены – классика жанра. Видимо, больничный блок. Очень надеюсь, что меня не увезли на скорой в ближайшую больницу, и это действительно больничный блок Артека, и может быть дальше мне повезет, и Макар находится в соседней палате. Я попыталась почувствовать, где я нахожусь – разумеется, ничего не почувствовала. Еще бы – после такого напряжения. Все мои восстановившиеся магические способности пошли к черту. Еще бы, после такой ночки. И теперь никакое восстановление мне, конечно, не светит. Лет пять приходить в себя как минимум. Ладно, это все сейчас неважно, главное - выжить. Я осторожно спустила ноги с кровати, попыталась найти свою тень. Конечно, ничего не получилось. Что ж, будем исходить из имеющихся возможностей. Голова кружилась, и меня пошатывало. Но, надеюсь, минут на десять сил хватит. Я осторожно выглянула в коридор. Слава Богу, никого. Мне продолжало везти. Макар обнаружился в соседней палате. Выглядел он, конечно, неважно. Еще бы, после такого-то забора энергии. Депрессия ему, конечно, обеспечена. Будем надеяться, до суицида не дойдет. Я ему в любом случае сейчас ничем не могу помочь, разве что четкими инструкциями. Я присела на кровать и дотронулась до плеча подростка. Он открыл глаза: - Алиса! Вы живы? - Какой правильный ребенок, думает прежде всего обо мне, а не о себе. А ведь как ловко притворялся. - Как видишь, жива. Ты, к счастью, тоже. Слушай меня внимательно. У нас в распоряжении всего несколько минут. Помнишь, что я тебе сказала вчера? - Да, я так и сказал, но мне не поверили, решили, что это я без спросу зашел в воду, а вы с Игорем меня спасли. Алиса! Он тебя пытался утопить?! Да?! – в голосе Макара зазвучали отнюдь не детские ноты. - Да. Почему - неважно. Долго объяснять. Не вздумай мстить и вообще не вздумай ни во что вмешиваться. Ты остался жив чудом, и мне бы хотелось, чтоб в ближайшее время тебя не ликвидировали. Все очень серьезно. Всякие людские игры с КГБ и ФБР и близко не стояли. – При словах «людские игры» он вздрогнул. Осознал. Это хорошо: - Значит по-прежнему утверждаешь, что ты меня спасал. Собственно говоря, даже если бы было с точностью до наоборот, ты говорил то же самое. Значит, и продолжаешь это говорить. Я твои слова подтвержу. Так что тебе еще и полагается премия за спасение утопающих. Если придут другие более серьезные люди… Вернее, не люди… скорее всего ты это почувствуешь. Им будешь рассказывать все как есть. Не пытайся ничего скрыть, впрочем, у тебя и не получится, они все равно узнают правду. Поэтому рассказываешь, все как было, очень подробно и сразу же говоришь фразу, что ты пострадал от вмешательства… иных, получил серьезную психическую травму и требуешь возмещения вреда. Фразу повторишь дословно. Я вздохнула: - Макар, мы выплыли только потому, что я забирала твой страх, и потому держалась. Это чревато для тебя очень серьезным психическим расстройством вплоть до сумасшествия, Я надеюсь, что ты выкарабкаешься, но я тебе сейчас ничем помочь не смогу. У меня никаких возможностей не осталось. Поэтому требуй у серьезных дяденек восстановления здоровья, если не получится, - попытайся выкарабкаться сам. Просто осознай это как болезнь, которую надо лечить. Если останусь жива – когда-нибудь отблагодарю. Макар снова рванулся: - Алиса! Если я могу чем-нибудь помочь… Хороший все-таки мальчишка. Нет, такой даже при наличии магического потенциала не стал бы темным. Ошиблась я. - Нет, - сказала я жестко. – Единственное, чем ты можешь помочь, это выполнить очень точно все, что я тебе сказала, и попытаться остаться живым и в психическом здравии. Все, меня тут не было. Я успела выйти за дверь и даже сделать несколько шагов к своей палате, когда в коридоре послышались голоса. Ну теперь это неважно. Главное, я успела. Теперь я как слабая женщина (ведьма ведь тоже женщина) могу снова с чистой совестью падать в обморок - что я и сделала. Прекрасная вещь – обморок. *** Костя помолчал и отхлебнул кофе: вкусный и совсем не остывший. Вот что магия делает. - Алиса жива? – спросила Надя напряженным голосом. - Да. Было конечно разбирательство, но все дело спустили на тормозах. Ни Гэсер, ни Завулон не стали признаваться в своих интригах, Игорь честно признался, что первым вызвал Алису на дуэль, так что к Алисе не было никаких претензий. Влюбилась, неожиданно узнала, что любимый – Светлый, испытала шок, полезла в драку. Формально ей действительно нечего было предъявить. Завулон без труда мог найти способ ее уничтожить, но это вызвало бы только лишний интерес ко всей этой истории. Из Дозора Алиса, конечно, ушла. Сейчас, насколько я знаю, уже восстановилась, живет себе потихонечку. - А Макар? - Жив и здоров, во всяком случае лет 15 назад, когда я все это раскапывал, был вполне благополучным молодым врачом. Видимо, Алиса ему все-таки подмогла, поскольку для детдомовца у него прекрасно устроенная жизнь. Квартира без ипотеки, машина, врач частной клиники. Был тогда. Сейчас уже, наверное, ведущий специалист. - А Игорь - мой наставник. - Надя помолчала. Костя продолжил: - Собственно говоря, интрига была разыграна безукоризненно, пардон, конечно, подло, но красиво. Алиса могла на вспышке чувств утопить Игоря, и ты бы лишилась наставника. Игорь мог утопить Алису, и тогда бы ему грозил суд и развоплощение. Игорь мог погибнуть сам от перенапряжения сил. В любом случае идеальный наставник для Светлой Мессии исчез бы. Возможен еще один вариант. Либо сам Игорь, либо Гесер после всего случившегося сочли бы, что он недостоин быть твоим наставником, и в результате из тебя бы получилась как бы сказать… не совсем качественная Мессия. Извини, пожалуйста, но я не знаю, как это более деликатно сформулировать. - Да черт с ней с деликатностью! - процедила Надя. – А человек, который решил убить женщину, которая его любит и которую он любит – это конечно, просто идеальный наставник и прекрасный Светлый маг. У Гесера замечательная логика. И что, Игорь не пытался отказаться? Он счел, что он вполне достойный наставник? Костя попытался снизить накал. - Его мысли я не мог прочитать так легко, как у Алисы. В конце концов, он мог искренне считать, что его просто специально спровоцировали, обманули, подставили. И к тому же он был шокирован тем, что Алиса темная. - И это повод для того, чтобы убить человека, которого ты любишь? - А ты бы смогла поступить иначе в такой ситуации? – Костя почувствовал всю бестактность своего вопроса, прикусил язык, но было уже поздно. - Я собственно говоря, вообще не понимаю, как можно хотеть смерти тому, кого ты любишь. Только вот не надо этого банального «но каждый, кто на свете жил, любимых убивал». – Ой, извини за резкость. Но я действительно этого просто не могу понять. Это как альпинист падает в пропасть, понимает, что его подвела правая рука, чудом остается жив, а потом восстановившись торжественно отрубает руку – она же его подвела и предала. Даже с точки зрения эгоизма это как-то странно. Самому после этого непонятно, как жить. Костя пожал плечами. А почему он собственно стал выгораживать этого светлого, ведь и сама Надя совершенно не склонна обелять своего наставника, он-то что старается. Поэтому Константин сказал уже без всякого показного сочувствия: - Видимо, Игорь, будучи светлым магом, считал, что ведьма в принципе не может любить или что он обязан уничтожить ведьму, сосущую силу из человеческих детенышей. В теории светлый, совершивший такое преступление, развоплощается, но Игорь видимо считал, что никакого преступления он не совершил. Алиса ведь осталась жива? - Достойное поведение для светлого мага – Надя отхлебнула виски – прекрасный наставник. Неужели такое поведение действительно типично для светлых? - Два вам, Надежда Антоновна, за знание основ магии. Светлые – это альтруисты, темные – эгоисты. А любовь тут ни при чем. - Да, я знаю, но меня всегда это удивляло. В моем представлении человек, который стремится жить порядочно и делать добро другим или как минимум не делать им зла, должен стать светлым магом и наоборот. Видимо, у меня что-то неправильно с базовой системой ценностей. - А может, наоборот, правильно? – тихо сказал Костя. - А вот вы бы смогли убить женщину, которая вас любит, даже если бы узнали, что она вас предала?! – запальчиво спросила Надя. Она запнулась: - Извините, кажется, я непрерывно задаю вам крайне бестактные вопросы. - Ничего, я первый начал. – Ответил Костя. – Я же темный. - Я в курсе. - И к тому же вампир. Тут чисто физиологически. – Костя остановился. – Давайте все-таки я увильну от ответа на этот вопрос. Боюсь, это все физиологически слишком сложно и неприятно. Костя замолчал. Собственно говоря, он мог бы гордо заявить, что хотя у вампиров секс и одновременное умерщвление жертвы – дело вполне обычное и в общем-то даже естественное, но лично он при этом никого не убивал, но вряд ли бы это было честно. Совсем честно. После истории с «Фуаран» Костя трижды получал лицензии. И если до этого он благородно отказывался, то сейчас решил: А зачем отказываться? Положено ему определенное количество жертв, значит положено. Два раза, правда, по лицензии выпадали не слишком приятные мужики, так что о сексе речи не шло, но в последний раз была вполне симпатичная девушка, так что одно с другим вполне совмещалось. Девушка, правда, особо не пострадала, Костя все-таки старался держать себя в руках, а одного мужика он все-таки выпил досуха. Это была его первая и, к счастью, на данный момент последняя жертва. Впрочем, наверняка, когда ему выписывали лицензию, на это и рассчитывали, и он повелся на провокацию. Строго говоря, он, конечно, мог бы ответить на вопрос Нади отрицательно, во всяком случае в том, что касалось прошлого, а будущее… вряд ли он мог за себя ручаться. Чтобы как-то преодолеть тягостный момент, Костя снова отхлебнул кофе. Кофе был по-прежнему горячий и вкусный. Нет, молодцы все-таки повара в этой гостинице. Ухитряются готовить так, что даже вампир чувствует вкус. Чувствует вкус! Костя нервно схватил чашку и сделал еще один глоток. Затем откусил половину пирожка с грибами. Пирожок был теплый, вкусный, в меру поджаристый, грибы (настоящие боровики) пахли лесом и совершенно точно имели вполне определенный вкус. - Ты это специально сделала? Это что, взятка? Надя недоуменно взглянула на Костю: - Боюсь, я что-то упустила в нашем сложном разговоре. Я честное слово не поняла. - Вампиры не чувствуют вкус человеческих продуктов. - Я знаю, и что?.. О господи! Поняла. Нет, совершенно не специально. Я же говорю, я очень неумелая волшебница. Я массу вещей делаю нерассудочно, а чисто на интуиции. Наверное, это я просто рефлекторно. Невежливо как-то пить с человеком кофе и осознавать, что твой собеседник лишен этой возможности. Костя совершенно машинально отметил, что Надя уже не первый раз называет иных людьми. Причем независимо от того, говорит ли она о темных или о светлых. - Должен сказать, что ты первая, кому такой финт удался. Нет, в вампирском фольклоре ходят всякие легенды о каких-то амулетах, позволяющих чувствовать вкус пищи, но лично я никаких достоверных сведений никогда не встречал, и уж тем более не видел обладателей этих амулетов. Ну хорошо, раз я темный и по определению эгоист, то с тебя за сложный разговор ужин из двенадцати блюд. Такая возможность со кусом пообедать мне, видимо, предоставляется первый и последний раз в жизни. - Да ради бога, если конечно специально это получится. Боюсь, такие вещи выходят только нечаянно. Я понимаю, что я тебя совершенно замучила бестактными вопросами. Могу даже завтрак обеспечить.… Надя замолчалаь и покраснела: - Боюсь, что я опять позволила бестактность… Костя вздохнул. - Ну да, предопределение, узел судьбы. Что ж, стоит рискнуть. В конце концов, можно надеяться, что за такое волшебница нулевого уровня развеет его мгновенно. Костя встал и решительно привлек к себе Надю поцеловав ее спросил: - Я уже заслуживаю развоплощения? Ответ был достаточно неожиданным: - Я конечно светлая, но не такая эгоистка. *** В итоге ужин оказался достаточно поздним, но вкусным. С завтраком действительно не получилось. Надя произнесла извиняющимся голосом: - Боюсь, что такие вещи у меня получаются только случайно. Может быть, еще как-нибудь получится. Прошу прощения, я вовсе не напрашиваюсь в постоянные любовницы. - Я бы предпочел, чтоб ты напрашивалась. - Тогда напрашиваюсь, - Надя внезапно осеклась. – А вот это уже серьезно. Все-таки я эгоистка и вообще с моей стороны это совершеннейшее хамство. Я, конечно, постаралась максимально замаскировать свой визит сюда, но я уверена, что меня все время контролируют. Должен же Дневной Дозор следить, как развивается и взрастает их замечательная светлая Мессия. За тобой, я полагаю, тоже ведется постоянное наблюдение. А если мы будем часто встречаться, то все равно рано или поздно это обнаружат, и явно найдется какой-нибудь фанатик светлый или темный, который кинется восстанавливать справедливость. А у тебя ведь магические способности заблокированы. - Ну не совсем заблокированы. Это просто невозможно сделать. Собственно говоря, защищаться я могу вполне успешно. Маячок на мне, конечно, стоит, сигнал в Инквизицию поступит сразу, но никто не будет меня немедленно уничтожать, будет долгое и нудное разбирательство. Говоря все это, Костя подумал, что в теории-то оно все так, а как оно обернется на практике, совершенно неизвестно. Окончательно умирать как-то не хотелось, особенно сейчас. С другой стороны … Нет, все-таки немедленно требовать, чтобы Надя организовывала ему защиту по высшему разряду - это совсем неприлично. Или уж черт с ним, быть эгоистом – так уж до конца. - Мне все-таки будет спокойнее, если какая-нибудь защита будет. Как минимум несколько минут чего-нибудь универсального, отражающего все атаки и одновременно сигнал мне. Или это покушение на твою личную свободу? - Да уж какое тут покушение! – Костя махнул рукой. – Просто, по-моему, я тебя безбожно эксплуатирую. - Слушай, может хватит взаимных объяснений и извинений? А то я уже запуталась, кто кого использует, эксплуатирует, подставляет. Впрочем, я думаю, подставят нас еще неоднократно и достаточно гнусными способами, так что давай хотя бы друг друга в этом не обвинять. Сейчас подумаю, что бы такое сочинить. Жаль все-таки, что светлые волшебницы редко работают с артефактами. Тут бы ведьма не помешала. Непроизнесенное имя повисло в воздухе. - Ну давай хотя бы так. - Надя повела рукой, и на ладони у нее возник небольшой хрустальный сосуд примерно дюйм в высоту. Это самая простая и древняя магия. Надя протянула Косте другую руку: - Кусай. Вот тут Костя действительно был ошарашен. Все мысли об эгоизме, альтруизме и прочих сложностях взаимоотношений Светлой и Темного мгновенно выпали у него из головы, слова, кажется, тоже: - Ты совсем рехнулась? – спросил он хрипло. – Ты вообще последствия представляешь? Мало тебе было той инициации в детстве, которая то ли была, то ли нет. Ты вообще светлая волшебница или кто?! - Светлая. И именно поэтому не вижу в этом ничего страшного. Ты же не собираешься выпивать из меня стакан крови? Для ритуала достаточно одной капли. Впрочем, если и собираешься, от такой кровопотери со мной совершенно точно ничего страшного не случится. Надя произнесла это совершенно спокойно. Ее действительно ничего не смущало. Ни одна светлая или светлый, будь он даже Мессией Добра, в жизни бы не повел себя так. Это было невозможно, в принципе, никогда. Ни при каких обстоятельствах. « Ее слово будет менять мироздание, ее слово заставит грешников раскатиться». Это было сказано. Когда и кем? Сейчас не вспомнить. Мессия Света… Предназначение. Что ж, все складывается. Сама Надя этого конечно не понимает, впрочем, таких вещей про себя наверно не понимал ни один Бог и ни один пророк. Ой, что будет, когда светлые все это поймут. Да, пожалуй, нечего ломаться и изображать невинность. Проблем будет хоть отбавляй и хорошая защита будет нужна. Костя наклонился к запястью. *** Две капли крови слегка поблескивали в хрустальном флакончике. Никаких видимых химических эффектов, никакого слияния мрака и тьмы, белого и черного, инь и янь не наблюдалось. Обычная капля крови в маленьком хрустальном флакончике. - Фиал Галадриэль – сказал Костя. - Боюсь, что Галадриэль была более принципиальной, - вздохнула Надя.