Грешница

– Эй, Маришка! На танцы пойдёшь? Девушка вздрогнула и робко улыбнулась. Игнат никогда не обращался к ней по имени. Его улыбка обескуражила её. Неужели? Неужели он посмотрел на неё?! А вдруг… – Ну? Чего застыла-то? Парень отбросил лихую чёлку с густых бровей и подбоченился. Девицы на лавке, что по ту сторону улицы, недовольно зашептались. Кажется, Оле он нравился. Поговаривали, что он ей по осени сватов засылать собрался. Да и другие девицы ладили с ним. Видный жених, красив, силён – сын кузнеца. Да ещё и шрам на всю руку от волчьих клыков. Сам убил! Вилами! Мариша не смогла ответить, в горле стал ком, и она лишь покрепче прижала к себе ведро с просом. Игнат подошёл ближе, оскалил зубы в улыбке и сказал: – Идёшь, куда ты денешься! Засиделась в девках уже. Так что вечером жду тебя! И подмигнул. В груди у Мариши ёкнуло. Подмигнул. Да как! И улыбается так весело, и глаза озорные. Красивые, глубокие! Мариша сжалась сильнее, опустила голову и еле заметно кивнула. – Ну, вот и славно! – хохотнул Игнат и пошёл по улице к площади.