Тени инобытия - пришелец из Войда (Миражи реальности часть 3)

***

== ORDO HERETICUS == ДЕКРЕТ ИМПЕРИАЛИС // КОДЕКС: OBSERVATUM MENTIS Архивный номер: Decree-[ЗАСЕКРЕЧЕНО]-PRIMARIS Сегментум Солар. Дата: [ЗАСЕКРЕЧЕНО].M41 Классификация угрозы: Terminus-Mnemonica / Virus Memeticus Ascendens Статус: Активен.

I. ОРГАНИЗАЦИЯ ПОИСКА Специальная Следственная Группа «Vox Nihili» в рамках «Operatio Corvus-Peregrinus», состав: Инквизитор Анна Тарек (переведена по декрету X-Σ-122-Α). Представители Ордо Ксенос (для оценки участия эльдарских сил). Делегация магосов лого-психометрии Механикус (архив №RHO-7: «Лексика Греха»). Экзорцисты из ордена Меча Очищающего. Все действия группы классифицируются как Absolutum Censura — вне гражданского и военного контроля, подчиняются напрямую Conclave Ultima в системе Скаррус.

== ORDO HERETICUS == ΔЕКРЕТ УСИЛЕННОЙ ПРЕВЕНЦИИ // УР. Δ-CV//OMINIA NULL Сектор: [ЗАСЕКРЕЧЕНО] // Дата: [ЗАСЕКРЕЧЕНО].M41 Классификация: Sub Obscura, Ordo-Nullius, Codex Veritas Caecutus Уровень угрозы: Extremis Diabolus (TOTA INTERDICTA) Авторизация: через Conclave Ultima // Утверждено = Red Vault, Терра.

ULTRA PROTOCOLUM: MENTIS SIGILLATA Во исполнение доктрины умолчания, в рамках экстренных мер ORDO HERETICUS по сдерживанию невидимой, но активной угрозы ментальной контаминации, выносится следующее постановление. Протоколы Contagio Mentis Excisa активированы: TOTA EXTERMINATIO VECTORUM: Все известные и предполагаемые носители — подлежат тотальной физической и ментальной утилизации. Включая живых агентов, псайкеров, сервиторов, копии данных, хранилища, архивные фрагменты, устные или художественные формы воспроизведения. CENSURA MEMORIAE: Полное блокирование, редактирование или стирание связанных воспоминаний, в том числе через применение нейроклазматов и псай-трансверсивных модуляций. Архивы, затронутые описываемыми ключами — помещены в сектор Tenebrae Class Red. PURGATIO IGNE: Любые подозрительные объекты, артефакты, книги, органические субстраты — подлежат сожжению без проведения анализа. Исключений нет, включая сферы, находящиеся под защитой Омниссии, Ордо Ксенос и даже представителей экклезиархата. INTERDICTUM LECTIONIS: Абсолютный запрет на воспроизведение, цитирование, интерпретацию или чтение даже фрагментов заражённого материала. Нарушение классифицируется как самоинициированный демонический контракт и карается экстерминацией.

«Operatio Corvus-Peregrinus»

Расследование инцидента №: [ЗАСЕКРЕЧЕНО]/ Розыск ренегатов, замешанных в запрещённой ксенотехнике и психоглифической пропаганде/ Действия группы классифицируются как Mentis Silenta Supra Omnia. Отчёты зашифровываются в рамках Kryptum Vox Obscura, вне доступа персонала с уровнем допуска ниже магистров — конфессоров сектора.

«Да будет истина забыта во имя верности. Да будет разум сломлен, если только он стал сосудом лжи.» «Ignis per Ignorantiam. Fides per Obscurum.»

Примечание* Приданный инквизитор [Id: Null-Anna] — переведена по экстренной директиве Nullius Scriptorum Caecutus X-Σ-122-Α; Псай-контингент подразделения Mnemos-Alpha; Особая техническая группа механикус класса «Sub-Deo Reparator», действующая вне протоколов Магастратума; Представитель Тихих Домов, допущенный к оперативному контакту без раскрытия истинной цели операции. Вся информация о цели и объектах поиска засекречена под грифом «Sigillum Mentis Nigrum», передаётся только лично от Conclave Ultima.

«Истинная угроза — не в том, что мы знаем, а в том, что мы не должны знать.» «Да будет забыто имя искушения, и запечатано будет дыхание памяти.» «Ignorantia Invicta Est.»

Печати: ORDO HERETICUS // Codex Nullis TABULARIUM OBSCURUM // Vox Memoriae DOMUS SIGILLATA // Terra (засекречено) После ознакомления: уничтожить. Копирование, фиксация или повторное прочтение запрещены. В случае когнитивной нестабильности — немедленная автоэкзорцизация.

***

Сегментум Солар.

Святая Терра, ритуал

… Её руки и ноги ослабли и она больше не могла держать себя. Раньше этого было бы более чем достаточно, но с каждым разом им приходилось идти всё дальше и дальше падая в липкую пучину страсти, что словно бездонное болото засасывало их всё глубже и глубже. … Моя выносливость была выше, чем у этой хрупкой ведьмы: сместившись, я облокотил её на себя и сцепив руки в замок у неё на затылке начал двигаться.

***

Некоторое время спустя

Жиллиман смотрел на портрет Отца, а тот словно смотрел в ответ и Жиллиман мысленно обратился к нему, словно пытаясь найти оправдание или понимание в Его глазах. — Я доминирую над ней, я доминирую над этой эльдарской ведьмой, она бессильна перед моей яростью и жалко просит пощады, но я не поддамся на эту уловку и доведу свое дело до конца, она игрушка в моих руках… Прости, отец, но мы не смогли победить силой оружия, наши догматы рушатся у нас на глазах вместе с привычным миром под напором хаоситской и ксенофильской ереси, что нам делать, если единственный способ по настоящему доминировать оказался вот таким? — Жиллиман перевёл взгляд вниз, на растрёпанную эльдарскую ведьму, что лежала под ним с закатившимися глазами и раскинутыми в стороны руками, на которых были видны следы крови. Спина саднила, но ещё сильнее саднила душа. Разум, что ранее был совершенным механизмом, просчитывавшим мельчайшие песчинки данных, в попытке обхитрить неумолимый маховик времени, что отсчитывает последние мгновения для Империума, теперь заходился в истерике пытаясь как-то воспринять тот факт, что и ему и ей уже стало всё равно на проклятый похабный мемический вирус, котором они оба теперь заражены по воле какого-то еретика графомана. … Отстранившись Жиллиман, поднял хрупкую фигуру и понёс её в направлении купален, так как нужно было смыть с неё и себя самого последствия последних часов, что они потратили на «ритуал». … Осторожно опустив Иврейн в тёплую воду он принялся аккуратно распутывать её сложную причёску, так как иначе полноценно очистить волосы от последствий страсти было невозможно. — Она будет в бешенстве, когда увидит себя в зеркале… — Это повторялось уже не первый раз, но Иврейн с маниакальным упорством тратила часы на этот колючий «ужас» что грозил выколоть глаза любому, кто не осторожно оказался бы слишком близко. Похабный вирус на время отступил и Жиллиману вернулась его прежняя рассудительность. — Как не горько это осознавать, но наша сдержанность в отношениях сыграла с нами злую шутку: отпусти мы все тормоза и отбрось все нормы приличия, вирус можно было бы подавить на ранних стадиях, но никто из нас не хотел впускать внутрь себя чужую душу, а сейчас уже стало слишком поздно и нам просто уже почти нечего пожертвовать, чтобы вирус отступил достаточно глубоко и его можно было бы локализовать. … Завершив омовения Жиллиман вышел из купален неся на руках существо, которое он уже не мог назвать эльдаркой или просто ведьмой. Точно так же как не мог позволить себе фамильярность по отношению к Отцу, пока он ещё был жив и они могли разговаривать. В соседнем помещении их ожидал прибывший по сигналу магос—биологос, чтобы произвести очередную проверку состояния посла, после «переговоров». Жиллиман не особо вслушивался в голос адепта Омнисии, так как ему не было нужно подтверждение очевидной информации, так как он прекрасно чувствовал, что случилось именно то, из-за чего ему пришлось напрягать все свои возможности в поисках средств для скрытной эвакуации Сестры Забвенья, что дежурила с послом…нет, не с послом, с Иврейн, с его Иврейн.

***

Жиллиман смотрел на портрет Отца и не видел ничего, словно это было не одно из немногих прижизненных его изображений, вышедшее из-под кисти одной из Сестёр Безмолвия. Раньше он говорил с ним, спорил, доказывал свою правоту по тем или иным вопросам, которые приходилось решать и где он сам не мог определиться каким будет правильный выбор, каков будет верный ход в этой безумной многомерной партии. Теперь портрет молчал, как и положено простому куску бумаги, Жиллиман больше не чувствовал ауры отца и когда он, по привычке, попытался начать с ним мысленный диалог, то словно запнулся, как будто он делал какую-то глупость — ведь ему прекрасно известно, что отец уже давно и безвозвратно мёртв. — Хм…интересно это из-за моего «падения» или у меня наконец-то развеялись иллюзии и спали шоры с глаз? Было ли хоть когда-то в этом портрете, хоть что-то кроме обычных красок и бумаги или я сам себя в этом убедил, чтобы не брать на себя всю ответственность и разделить её с кем-то кто не предаст? … Лицо Жиллимана ожесточилось, когда он вспомнил как в последний раз пришёл к отцу, уже десять тысяч лет сидящему на Золотом троне, чья работа ежедневно поддерживается тысячью душ псайкерских младенцев, приносимых ему в жертву словно какому-то кровавому идолу с дикого мира, не знающего космических полётов. — Чтож, стоит тогда проверить чего всё это стоит… — Жиллиман отвернулся от портрета трупа на троне и принялся за дела: предстояло так изменить логистику империи, чтобы неведомый графоман, кропающий похабные истории, получил небольшую фору, передышку, прежде чем неповоротливая машина Империума развернётся во всю мощь и ширь тотальной войны против новой угрозы. Память услужливо подсказала примарху координаты того узла с которого Иврейн скачала роковую книжку, и прокрутив в голове карту галактики Жиллиман начал поочерёдно исключать сектора и сегментумы из списка возможного нахождения изначального артефакта, с которого всё и началось. — Солар, сразу нет, Ультима? Хм…нет, тогда Обскурос. Ну и хорошо, даже придумывать ничего не придётся, просто усилим давление на Абаддона. … Закончив перетасовывать флоты и поставки ресурсов, Жиллиман добился того, что за пределами собственно отражения тринадцатого чёрного крестового похода у обычных имперских сил просто не останется ресурсов для посторонних действий. Разумеется ни о каком ослаблении войны речи не шло, но просто быстро отправить куда-то далеко эскадру кораблей будет затруднительно. — Это всё что я могу для тебя сделать, кто бы ты ни был… и спасибо тебе. Жиллиман ещё некоторое время подумал перед тем как нажать клавишу для отправки пакета приказов в центральный когитатор, не ошибка ли это? Может сейчас он, играет на руку Архиврагу? Покатав на языке эту мысль и так и этак, Жиллиман всё же счёл, что хоть этот вирус и существует лишь благодаря варпу, но сами губительные силы не причастны к его созданию, так как в нём нет ни капли ненависти к Империуму, нет даже презрения — это просто похабные истории, достойные подростковых фантазий, несмотря на свою агрессивную психическую природу.

***

Крейсер-Пилигрим «Гордость Терры».

Варп-прыжок

Корабль «Гордость Терры» в действительности не являлся крейсером, это был звёздный галеон класса «Завоевание» — проект мощного торгового корабля, который на заре освоения космоса после Становления Империума был роздан династиям вольных торговцев прямым указанием Самого Императора. Хорошо бронированный, с огромной автономностью этот имперский археотек был отличным приобретением для любой династии или флота, так как, кроме собственной автономности по запасам воды и продовольствия, в его гигантских трюмах могло поместиться просто чудовищное количество пленников или крупногабаритных грузов. В этот раз, правда владельцем корабля была инквизиция, что под видом отправки переселенцев в иные миры, осуществляла перевозку сводного отряда по борьбе с меметической угрозой. … После того как он стал свидетелем ареста соседки в нём что-то изменилось… или может что-то изменилось до того и арест стал лишь катализатором? Он не знал точно, но теперь мир разделился на смутное прошлое До и тревожное настоящее После. Он забыл как его зовут, точнее просто перестал отождествлять своё «Я» с тем как его раньше называли. Говорить с кем-то стало тяжело, так как он слишком часто начал задаваться вопросом о том зачем ему о чём-то с кем-то говорить, если этого не требуют инструкции? … Потом в моменты спокойного одиночества, когда мерцание лампы в его рабочем отсеке казалось замедляется раза в три или четыре, он стал слышать чей — то шёпот. Страха не было, но шевелящиеся по углам тени, казалось оживают в момент, когда лампа «моргает». Страха не было, но в такие моменты у него исчезало чувство времени, словно его кто-то украл или эти фрагменты осыпались как старые листья на деревьях в том парке для жителей верхних уровней, что он видел за высоким забором, когда арбитры везли их на транспортный челнок для погрузки. Тогда он впервые очутился столь высоко, но сейчас в воспоминаниях город казался пустым, но при этом от него шёл какой-то гул или мелодия строительного оборудования, словно глубокой ночью, залитый изломанным светом, где — то вдалеке оживал какой-то завод у которого не осталось ни стен, ни крыши. … Мерцающие тени зовут меня по имени, по тому имени, которое у меня отсутствует, после отказа от прежнего. Не существующие голоса с не существующим именем обжигают без пламени. Эхо безмолвных голосов отражается от пустого воздуха, словно я призрак, пустое место, ничто… Пустота… … Палуба казалась трескается под моими шагами, словно я иду по старой кирпичной дороге…туман затягивает взор и я опять оказываюсь в странном месте, ничтожный, незримый, Пустой… … Безмолвная песня, что исходила от осколка воспоминания об обезлюдевшем городе проникла мне в самое сердце и её тихий крик стал мне привычной колыбельной…я… … Ночь…оказалось весьма болтлива, если умеешь слушать… Мы не видим звёзды, но я словно вижу их наяву, будто мы летим не в проклятом варпе, а в обычном космосе. Свет этих звёзд преломляется и я начинаю видеть то чего нет и невидимые голоса начинают делиться со мной своими секретами, что они сами подслушали или обнаружили. … Несмотря на возникшее отчуждение в общении с окружающим меня заметили офицеры и я получил похвалу за усидчивость и старательность и в итоге через пару дней меня повысили до начальника смены. Еда стала чуть лучше и её было немного больше прежнего. … Теперь в Тишине я начал видеть не свой старый город, а что-то иное, что-то для чего у меня не было слов… иной мир, столь похожий и не похожий на привычные картины, что теперь заменяли мне живую память. … Меня тянет в этот иной мир, я хочу поделиться своей песней, песней в Безмолвии Тьмы. … Я пел Голосом Тишины во время смен и чувствовал своё одиночество каждый раз, когда мой зов оставался без ответа, но однажды ко мне присоединился ещё один брат, а потом ещё и ещё. Чем больше нас становилось тем более оглушительным становилось наше Безмолвное Пение, пока все нижние палубы не оказались наполнены идущими по пути Безмолвия Тьмы.

***

Сектор Калисида. Планета Алроса

Один из низовых рабочих в порту выкрал одну книгу из числа приготовленных к сожжению. По совпадению это оказалась копия той самой книги, которую столь старательно запрещали, но так как о её свойствах даже знать было опасно, то под удар попадали все работы фривольного жанра. Рабочий спрятал свиток и после того, как убедился что его никто не видит принялся за чтение. Местные шахтёры были на диву образованы и если бы кто-то с доступом поинтересовался их личными делами, то он мог бы выяснить, что сюда ссылали в основном всяких вольнодумцев, чьи преступления не выходили за определённые рамки, так как разработка недр велась с применением относительно сложного оборудования, то до прибытия инквизиции администрация колонии смотрела сквозь пальцы на контрабанду в виде книг или свитков. Рабочий начал читать и вскоре провалился в транс живописующий приключения вольного торговца. Творчество Сестры Графоманики было его любимым и до того, но теперь он словно сам участвовал во всех событиях.

***

Толпа перед администратумом росла, вход в здание охраняли гвардейцы с шоковым оружием и прибывающие люди не решались попытаться вытащить что-то из костра, на который вываливали не только новые книги, но и старые запасы. Толпа угрюмо молчала и не особо слушала какого-то заезжего проповедника из числа инквизиторов, но вот в какой-то момент позади инквизиторов раздался шум и через оцепление гвардейцев прорвался тот рабочий, что прочитал обновлённый томик Сестры Графоманики.

***

Завывания проповедника прервались и все стоящие на площади обернулись посмотреть на безумца, что посмел напасть на охрану, выданную инквизиторам. Рабочий вскинул томик вверх и воскликнул: — Они хотели лишить нас ЧУДА! — По лицу рабочего потекли слёзы, но он не сделал ни малейшей попытки их утереть и даже было не понятно осознаёт ли он их появление или нет. — Еретик! — Заверещал проповедник указывая на рабочего, который в этот момент размахнулся и бросил книгу прямо в толпу, что невольно приблизилась, когда он выскочил из здания. Обозлённые внезапным нападением гвардейцы уже оправились от неожиданности и смутьяна вот-вот уже должна была постичь кара в виде удара шоковой дубинкой в основание черепа, но тут случилось то, чего никто не ожидал: после броска рабочий достал короткий нож и перерезал себе горло, так как дальнейшая жизнь для него стала особенно нестерпимой после того великолепия, что он пережил вот только что.

***

Она высадилась в месте с ассасином и магосом механикусом с несколькими скитариями телохранителями. С немногочисленными бунтовщиками они расправились мгновенно и магос принялся за выяснение случившегося на планете, на которой они не планировали задерживаться … Дождь пролившийся из туч после посадки прибил пылевую тучу и красный песок смываемый с нагрудной пластины убитого аколита инквизиции вызывал аналогию с потоками крови, что пролилась тут, после того как новообращённый культист покончил с собой перед толпой и спровоцировал бойню, которая вылилась в полномасштабное восстание по всей планете. Кроме растерзанных тел слуг инквизитора вокруг было разорванных останков шахтёров, что пришли на площадь. У аколита был болт пистолет, но рядом с телом его ожидаемо не было. Ветер сменил направление и ноздри инквизитора затрепетали уловив по особому сладковатый запах обожжённой человеческой плоти, что шёл от костра в который сбросили тело инквизитора. Анна замерла в некоторой нерешительности, ведь этот запах был очень похож на запах сгоревших еретиков и в данный момент она никак не могла сообразить что это означает: сгоревшие праведники пахнут так же, как и грешники, инквизитор был провокатором и слугой Губительных Сил или же все еретики, что пали от её священного пламени были верными сынами и дочерями Империума? Вокс-передатчик разразился бинарным писком — Механикус прислал реконструированное видео по записям камер. … В последнем фрагменте камера бесстрастно зафиксировала, как культист настраивает вокс-передатчик на центральном пункте управления станции вещания и начинает зачитывать нечто для всех кто мог слышать его трансляцию. По мере чтения читающий возбуждался всё сильнее и сильнее, не замечая как при этом из него утекают жизненные соки, словно сам текст высасывал из чтеца саму жизнь. … — Санкция Экстерминатус. Заражение вышло на планетарный уровень. Для всех кораблей экстерминатус режим полного вокс-молчания.