My love will never die

♫ The Neighbourhood — Afraid Но там, где все горды развратом, Понятия перемешав, Там правый будет виноватым, А виноватый будет прав.

Спустя два дня, бесконечных упрашиваний Вики и Питера и подключённых связей, меня выписали. Никого не устраивала перспектива моего нахождения здесь, поэтому мы старались сделать всё возможное, чтобы меня, как можно быстрее, выписали. Нам всем нужно было встретиться и обсудить произошедшие события. Решено встретиться в доме, ведь в клубе нас могли прослушивать, да и многим так было удобнее. В больницу подъезжают Пит и Вики, чтобы не терять времени. Почти сразу после того как я вышел, Вики порывисто обнимает меня, чуть ли не сбивая с ног. Я, немного растерявшись, но обнимаю девушку в ответ, чему Пит только ухмыляется. Без лишних слов садимся в машину, предвкушая непростой разговор, ожидавший нас по приезду. День близился к вечеру. Летнее солнце всё так же согревало своими лучами, но не обжигало. Редкие пушистые облака старались впитать в себя весь солнечный свет, становясь похожими на ярко горящие звёзды. Порывы ветра игрались с тёплыми лучами, что иногда переходили на волосы цвета глубокой ночи, чья обладательница сидела рядом со мной. Смотря на девушку, я не мог не улыбнуться, а когда она ловила мою улыбку, то улыбалась сама. Её искренний блеск в глазах мог ослепить любого человека в непроглядной темноте. Она дарит необычайное спокойствие, которого так не хватало в последнее время. Но пока что это спокойствие — необычайно хрупкий цветок, его так легко разрушить и не восстановить. Малышка Уокер — ходячее подтверждение того, что в жизни есть поистине прекрасное. Даже когда нам приходится выйти к ребятам и встретиться с явно недовольным взглядом Моники, она сохраняет спокойствие и достоинство. Без слов все проходят в комнату, повисает звенящая, давящая на каждого присутствующего тишина. Видимо, настроение Моники передалось остальным. — Мы не молчать здесь собрались, — первым нарушаю тишину. — Я думаю, Вики пора признаться, — чтобы не говорила Моника, я верю, что Вики не виновата. Хочу верить. — Мне не в чем признаваться. — Моника, мы уже обсуждали это. В машине был парень, с которым Вики вообще не пересекалась, — Моника промолчала. — Может, Кэтрин? — А где Клаус? — при упоминании этих двоих я усмехаюсь, невольно вспоминая увиденное в клубе. — Клаус и Кэтрин заняты друг другом, как и в день, когда меня подрезали, — никто не мог поверить в то, что Клаус предал нас. И снова тишина. Каждый пытался понять услышанное. Ещё никогда между нами не было того непонимания, как сейчас. Питер первый решил разрушить его. — Помнится, мы собирались выпить. Думаю, момента лучше уже не будет. — Полностью согласна, — мы начали доставать весь алкоголь, что имелся в доме. Когда у каждого в руках был бокал с пьянящей жидкостью, Питер решил сказать пару слов. — Выпьем за то, чтобы всё происходящие события не привели к ещё большой херне. Никто даже не возразил, и мы выпили до дна. После этого напряжение, витавшее в воздухе, начало сходить, и завязался разговор на отстранённую тему. Уже меньше чем через час мы спокойно смеялись, будто ранее не хотели убить кого-то из присутствующих. Ещё через какое-то время предложили сыграть в правду или действие. Детская игра, но что может прийти в голову пьяному человеку? Особенно, если на утро всё забудется. — Итак, Питер, правда или действие? — Ты за кого меня принимаешь? Действие! — Джейн достала ещё не открытую бутылку вина и поставила на стол. — Выпей её. Залпом, — а вот сейчас могло бы произойти убийство с кричащим заголовком в новостях, ведь Пит был самым трезвым и, скорее всего, хотел остаться таковым. К всеобщему удивлению, бутылка была пуста через несколько секунд. — Моника, что выберешь ты? — он задал вопрос игры своей девушке. — Я не настолько пьяна для действий, поэтому правда. — Кого ты считаешь здесь лишним и почему? — я подозревал, что девушка скажет про Вики, и боялся последствий. — Вики, — ожидаемо, брюнеточка рядом со мной напряглась. — После твоего прихода, вся наша жизнь пошла не в том направлении. Я удивлена, почему Люцифер не убил тебя в том подвале или не оставил подыхать в доме твоего папаши. Вся ваша мерзкая семейка — недостойные жизни отродья! — девушка разошлась не на шутку и стала подходить ближе к Вики, ведь Киллиан Уокер был одной из причин, почему она сейчас с нами. — Твой отец будет гореть в Аду за свои поступки, а ты вместе с ним потому, что ты такая же, как и твой мерзкий папаша! Предашь любого из нас, убьёшь любимого, не моргнув глазом! — под конец речи брюнеточка не выдержала и ударила девушку по щеке. — Не тебе решать, как я поступлю! Прежде чем они накинутся друг на друга, я и Пит успели отвести их в разные комнаты. — Что ты себе позволяешь, Вики! — Я должна была молча выслушивать то, как она поливает грязью меня и моего отца?! — У неё есть причины говорить так про Киллиана. — Про отца, но не про меня! Я ненавижу его так же, как и она, но он мой отец и меня это бесит! — Вики отпрянула от меня, пытаясь сдержать слёзы. Я подхожу к ней, прижимаю к себе и поглаживаю её плечи в надежде успокоить. Дальше она говорила шёпотом. — Я так устала, Люцифер. Устала от того, что все ждут от меня такого же поведения, как у отца. Они ждут, что я буду идти по головам и предавать всех, но это не так… — одежда намокает от её слёз, а Вики ближе прижимается ко мне. — Я создаю образ, который подходит им. Образ той, кем я не являюсь. — Здесь ты можешь не показывать этот образ. Рядом со мной ты можешь быть той, кем себя чувствуешь, малышка, — она поднимает на меня свои заплаканные глаза. Не выдерживаю её близости и впиваюсь ей в губы, а она и не против. Я нежно посасываю её верхнюю губу, после чего грубо кусают за нижнюю, оттягивая на себя. Мои руки приходятся по изгибам её прекрасного тела, но на прикосновения она реагирует заторможено из-за выпитого. Рукой поднимаю подол её платья и надавливаю на чувствительную точку сквозь ткань белья. Она издаёт стон, который почти не слышно из-за моих губ и выгибается, прижимаясь ко мне до невозможного близко. Скидываю с неё одежду, укладывая на кровать. Её руки тянутся ко мне, чтобы снять ненужную ткань, но я не позволяю ей этого сделать. Ещё рано для тебя. Лифчик отправляется к платью, а я губами охватываю её сосок, прокручивая пальцами второй. Она выгибается мне навстречу, не сдерживая громкого стона. Возможно, завтра мы сожалеем об этом, но сейчас нам наплевать. Всё что нужно — наша близость, её стоны и лёгкое опьянение. Опьянение не алкоголем, а ей. Снимаю её трусики и вхожу в неё двумя пальцами, затыкая рот поцелуем. Переплетаю наши языки, а она вздрагивает от движений, показывая то, как её тело откликается на мои ласки. За секунду до того, как она получит долгожданную разрядку, вытаскиваю из неё пальцы, поднося к её ротику. Вики послушно облизывает их, пробуя себя на вкус. Даю девушке немного власти, позволяя себя раздеть. Медленно, трясущимися от желания руками, но она всё же справляется. Перехватываю инициативу и быстро вхожу в малышку под сопровождение её громкого стона. Я не сдерживаю себя, сразу же набирая темп. В комнате слышны громкие, не сдерживаемые стоны Уокер и мои. Сдавливаю её бёдра и вхожу ещё быстрее, покусывая и целуя её тело. Ощущение лёгкой боли и наслаждения выводят брюнеточку на новый пик удовольствия, от чего её тело содрагается, а сама девушка кончает. Несколько жёстких толчков и я кончаю вслед за ней. Вики падает на кровать, пытаясь отдышаться. Хоть ей и не удаётся полностью восстановить дыхание, но она приподнимается, чтобы поцеловать меня. Страсть, нежность, чувственность смешались в этой невероятной девушке. Отвечаю на её поцелуй, проходясь языком по нёбу, позже сплетаю их. Когда кислород в лёгких иссякает, малышка Вики отстраняется. Она ложится мне на грудь, а её пальчики обводят все татуировки. Через пару минут брюнетка проваливается в объятия ночи. Поправляю её волосы, что упали на лицо, любуясь неземной красотой этой девушки. Но Морфей одерживает верх и всё же забирает меня в своё царство.