feel better love

Обветшалый, небольшой домик на краю дремучего леса. Омега через пшеничное поле ступает мягко, плавно, а Чонгук беспрекословно следом, тихо и почти незаметно. Незнакомец в какой-то момент останавливается, поворачивает голову и смотрит из-под пушистых ресниц тревожно. Хенджин тут же в покрывале начинает морщиться, недовольно похныкивать и пытается вытащить свои ручки. Чонгук перехватывает малыша поудобнее, шепчет что-то тихо, да взгляды все кидает на притихшего омегу. Тот не заставляет себя ждать, подходит ближе, позволяя насладиться своим чуть сладковатым природным запахом, нежностью и протягивает худые руки к младенцу, безмолвно прося. Альфа недоверчиво поглядывает, но быстро передумывает, аккуратно вкладывает Хенджина в чужие руки, что заботливо покрывало поправляют, и омега прижимает ребенка к себе, расположив его макушку на своем плече. — Меня Тэхеном зовут… — шепчет омега, да спинку ребенка поглаживает, вмиг успокаивая. Альфа кивает задумчиво, да глаз отвести от такого вида не может. Прекрасный омега и крохотный ребенок. — Чонгук, — отвечает альфа. *** Скрипучая дверь отворяется, Тэхен быстро семенит на светлую кухоньку, все еще придерживая в руках младенца. Чонгук заходит следом, да глазами бегает по скромному жилищу, самому себе кивая. Тут чисто и опрятно, пусть и не богато. — Подержи, пожалуйста, — просит хрупкий омега, передавая Хенджина обратно альфе. Тот сразу же просыпается, начинает кривить рот и морщиться — вот-вот расплачется. — Я молока принесу… Чонгук свою сумку в угол бросает и все малыша успокоить пытается, да напрасно. Разошелся не на шутку. — Голодный… потерпи еще чуть-чуть, кроха… — шепчет Чонгук, ласково пальцами выводя узоры на розовых щечках. Тэхен появляется быстро, самодельную соску наполнив свежим молоком, подходит ближе, да на лавку присаживается. Чонгук хнычущего малыша передает тревожно, да наблюдает как тот тут же успокаивается в омежьих руках, глазки любопытно открывает, а Тэхен заботливо соску подносит, начиная кормить. Хенджин жадно присасывается, да глазки вновь закрывает, похлюпывая изредко. — Он сейчас заснет… — шепчет Тэхен, понемногу укачивая младенца. — Расправь постель, пожалуйста. Чонгук кивает и, кое-как оторвав свой взгляд от омеги, направляется на поиски койки. *** Постель мягкая, но прохладная. Хенджин сладковато причмокивает губами, досыта накормленный и убаюканный бархатным голосом омеги. Чонгук лежит рядом с ребенком, пока Тэхен тушит везде свет, а затем и сам забирается на постель в одной лишь ночной сорочке. Альфа даже не знает, как вышло так, что они оказались в одной постели, пусть их и разделяет ребенок. Чонгуку немного тревожно. Этот день был наполнен совершенно новыми эмоциями и моментами. И в голове многое не укладывается, да мысли путаются. Сейчас бы подумать хорошо, проветриться, да никак. Рядом лежит омега; Тэхен, который так сладко пахнет, у которого нежная кожа и задумчивый взгляд. А еще ближе крохотный Хенджин, который во сне дергает ручонками очаровательно. И у альфы от этого всего сносит крышу. Чонгук переворачивается на бок, да на луну поглядывает сквозь прозрачную занавеску. Отчего-то становится так спокойно. *** Тэхен встает ни свет, ни заря. Он кормит Хенджина, который отчего-то тоже проснулся с первыми лучами солнца. Омега завязывает на голову платок, да идет в огород, заносит в дом свежие овощи, да готовит завтрак. Затем Тэхен усердно стирает белье, развешивая на улице под палящим солнцем. Хенджин все это время ведет себя так тихо, лишь пускает пузыри из слюней, да булькает о чем-то своем. А Чонгук. Чонгук не знает, что ему вообще делать, за что взяться, что сказать. Тэхен такой шустрый, то за одно, то за другое возьмется. Даже обмолвиться парой словечек нет возможности. После полудня к омеге заходили маленькие дети, да просили некоторых настоек. В ходе этого Чонгук узнал, что Тэхен здешний лекарь, к нему иногда обращается за помощью поселение, но в то же время его жутко недолюбливают, да детей некоторых запугивают. Чонгук от этого был возмущен. Тем же вечером, когда Хенджин сладко спал в постели, заботливо укутанный в чистое белье, Чонгук присел к омеге поближе, который на кухне сушил некоторые травы. — Из-за чего тебя ненавидят? — шепотом спрашивает альфа, глядя на то, как худые пальцы омеги перекладывают травинки на полотенца. — Я не знаю… — хрипит Тэхен и заливается краской смущения, когда ловит зачарованный взгляд альфы на себе. Чонгук тут же неловко отворачивается, корябает свои штанины и больше ничего не спрашивает. Тэхен через некоторое время зовет его в постель, после того как вновь облачится в ночную сорочку, и Чонгук не может ничего сказать. *** Время идет, так проходят несколько дней. Хенджин светится изнутри, плачет иногда по ночам, пока его не начнут поглаживать нежные руки, и хорошо питается благодаря добродушному омеге. Чонгук за это время подлатывает Тэхену сломанный забор, помогает с урожаем, рассказывает о своих похождениях и красивых местах, пока омега заботливо шьет Хенджину пару рубашечек. Время пролетает незаметно, и однажды Чонгук понимает, что пора бы уже собираться в дорогу. Альфа собирает походную сумку, складывает все необходимое, пару раз замечая грустный взгляд омеги, и лишь поджимает от этого губы. Крохотный Хенджин словно чувствует приближение чего-то плохого: начинает закатывать истерики, больше плачет, цепляется пальчиками за одеяния обоих и не отпускает по ночам даже по нужде. Тэхен и сам понимает, что это не может продолжаться вечно. Хорошие люди в его жизни всегда приходят и уходят, оставляя его здесь, в этой деревушке. Но почему-то сердце в этот раз болит намного сильнее, он неосознанно пытается надышаться запахом альфы по ночам, сжимая его ладонь в своей, а вставая по утрам незаметно целует в темную макушку, как и крохотного Хенджина. Думает, что незаметно. — Вот… — омега протягивает свежие овощи, прикрытые полотенцем. — Поешь в дороге… и вот… — Тэхен ставит на пол несколько бутыль молока. Чонгук вскидывает брови. — Но… зачем? Я не беру Хенджина с собой. Тэхен округляет глаза. — Почему это? Ты… ты что хочешь оставить его здесь? — шепотом спрашивает омега, сжимая кулаки. — Он же твой… — Нет, — перебивает его Чонгук. — Я нашел его в лесу, совсем одного, беззащитного, истощенного. Его кто-то варварски бросил… — голос предательски хрипит, но альфа старается не подавать виду. Тэхен прижимает ладони к губам, а по его ангельским щекам стекают слезы. — Как же так… Чонгук грузно вздыхает и бросает взгляд в сторону кровати, печально глядя на то, как Хенджин помахивает своими кулачками, бубня себе что-то под нос. — Я не могу его взять с собой, я не смогу его прокормить и позаботиться о нем, Тэхен… Омега вздрагивает, когда слышит из чужих уст свое имя и опускает голову. — У меня он тоже не может остаться, он привязан к тебе, Чонгук, ты не можешь просто взять и оставить его, ведь поступишь так же, как и те ужасные люди… Альфа кусает губу и, хватая одной рукой свою сумку, быстрым шагом направляется к двери, стараясь не обращать внимание на то, как обидчиво и несчастно смотрит вслед ему омега. Как горькие слезы скатываются по его щекам, раздражая кожу. И, как в обычно тихом доме, слышится надрывный плач ребенка. Хенджин начинает истошно кричать, ощущая как отдаляется от него родной человек. Тэхен тут же садится на пол, чувствуя, как его сердце впервые в жизни так быстро бьется, остервенело царапая все изнутри, показывая, что такое настоящая любовь. Любовь. Омега прикрывает ладонями лицо, всхлипывая раз за разом, а потом ползет по полу на коленях до постели, прижимая малыша к сердцу, но не чувствует облегчения. Почему так больно? Чонгук останавливается в нескольких шагах от порога, закрывая глаза от истошных криков Хенджина, и пытается сделать хотя бы шаг, но ноги не слушаются, сердце обливается кровью, а легкие распирает от тревожного запаха омеги. Альфа выдыхает. И в ту же секунду сбрасывает на землю походную сумку, забывая обо всем, и врывается в дом, глядя на то, как два родных человека умываются слезами. То, как Тэхен прижимает к себе ребенка, и то, как Хенджин стискивает одеяния омеги, Чонгук теряет себя. Альфа подходит ближе и утягивает обоих в свои теплые объятия, мысленно сдаваясь и преклоняясь перед ними. — Я сожалею… мои крохи… Тэхен всхлипывает и обвивает одной рукой шею альфы, судорожно втягивая его запах и шепча что-то непонятное на ухо. Хенджин понемногу утихает, закрывает уставшие глаза, а Чонгук все так же прижимает их двоих ближе к себе и не может успокоиться. — Я заберу вас с собой, здесь никто не останется… — шепчет альфа, чувствуя намокающую от чужих слез рубаху и тихий, смущенный, приглушенный смех омеги.