Сироты из Куникагуре

Спустя пару лет изнурительных тренировок, сестры изменились. Поменялось как их мировоззрение, так и характер и сила. Что самое главное, их лица, внешность теперь можно было отличать друг от друга. Старшая сестра, Кэзу была машиной убийства. Рыжая, с кудрявыми волосами до локтей. Глаза, как ясные облака — серые. Высокая, со средней грудью, татуировками по всей длине рук и ног. Рассмотреть эту прелесть можно было благодаря её постоянной униформе, в виде открытого одеяния с открытой спиной, плечами и животом. Носила она обувь на платформе, а ногти покрашены в серый цвет. Сзади талии висело небольшое танто. При битве обычно надевала маску О́ни, чтобы кровь жертв не попадала на лицо. Сделал маску для неё Обито. Младшая же сестра, Тэкэра, хоть и не была машиной для убийства, ибо считала лишение жизни жестокостью, однако, была настоящей красавицей. Из-за использование техник Риннегана, оставленных как подарок Мадарой, волосы младшей сестренки поседели, и стали пепельными, однако, достигали до колен. Обычно она завязывала их в длинный хвост. Тэкэра была не такой высокой как Кэзу, однако, довольно стройной, с пышной грудью, носила тунику с длинными рукавами, распахнутую на груди, высокие сапоги с открытым носком, короткую темно-серую юбку под цвет обуви, серьги с изображением томоэ, а так же лабрет под губой и септум в носу. На спине висела катана. Она не любила носить маску, но и стеснялась своей красоты, потому, обычно одевала плащ с капюшоном, закидывая длинный хвост в бок. За пару лет тренировок, сестры стали довольно сильными. Кэзу могла использовать стихии Дотон, Райтон и Катон, а Тэкэра, как обладательница риннегана — имела доступ ко всем стихиям. Так же, с помощью Риннегана, она смогла подчинить себе Нанаби, и пользоваться чакрой биджуу. Кэзу могла открывать 7-е врата Томон, без особых усилий, и использовать Йотон. Она наточила свой болевой порог до предела, дабы не чувствовать боли при своей бессмертной крови, и не ощущать усталости при использовании врат Хачимон. Сестрам было далеко до совершенства, но их наставлял и тренировал Обито, который умел пользоваться как минимум Катоном, Суйтоном и Дотоном на уровне Каге. Не говоря уже про Мокутон. — Обито уже сказал, какое у нас задание на завтра? — Да. Сказал, что надо пойти в Сунагакурэ, захватить ребенка Казекаге. Старшего, у него их трое. — Понятно. А что делать дальше, объяснял? — Сказал, что у него будет задание для тебя, а я пока смогу потренироваться в использовании техник Йотон вместе с Зецу. Обычно Интон и Гендзюцу твой конёк, а обучившись Йотону, тебе не будут страшны раны, я всегда смогу вылечить тебя, сестренка. — Мне холодно… — Прижмись ко мне. Так лучше? — Да… Спасибо, Кэзу. — И помни, я с тобой, и я твоя. Навсегда… — Навсегда... Мое любимое слово. Ничего меня так не успокаивает, как твой гипнотизирующий шепот. — И я могу это повторять бесконечно, сестренка. У нас есть мы, только мы… и никто другой. Её нагое тело все больше прижималось к роскошной груди сестры, и лишь больше начинало согревать обеих. Губы Кэзу столкнулись с сотнями мест, которые можно бы было рассмотреть на теле Тэкэры. Начиная с шеи, заканчивая бедрами. А руки, все так же крепко обнимали талию более низкорослой девушки. — Помнишь, каково это было в первый раз? — Да… я сидела, курила сигареты, одну за другой, с узкими зареванными глазами, некрасивая, наверное. Тогда мои волосы все еще были рыжими, свисали с кровати. А ты сидела рядом, обнимая меня, объясняла мне, что это страх близости. И еще… хм, слово такое, забыла, противное немного... проникновение. Ответа не поступило, лишь улыбка, поцелуй в губы, и крепкие объятия, которые могли сломать кости обычному человеку. — Хочешь спать, Тэкэра? — После этого, вряд ли удастся... Предлагаешь продолжить? — Лишь намекаю. — Только недолго… завтра предстоит путь в Суна. — Хорошо… обними меня тоже… и поцелуй.