Фарфоровый лес

POV Бэкхён Чем дальше я шёл, тем сильнее прочищалось у меня в голове. Хмель легко выветривался вместе со встречными потоками прохладного ветра, и когда я дошёл до середины моста моё состояние было близко к привычному. Мало того, я внезапно осознал, что чертовски давно не гулял вот так по ночному городу, и ловил ни с чем не сравнимый кайф, глядя на горевшие окна домов по ту сторону реки, и провожая взглядом изредка проносившиеся мимо автомобили. Резко остановившись, я облокотился на перила моста и взглянул на тёмную воду, по поверхности которой гуляли блики фонарей. Как же она, всё-таки, далеко. Похоже, теперь я понимаю самоубийц, прощавшихся с жизнью на мосту. Это безусловно красиво – под тобой разверзается огромная чёрная пропасть, и чем ближе ты к ней летишь, тем ярче видишь отражаемые в ней звёзды. Не знаю, что чувствуют суицидники за мгновение до смерти, но почему-то кажется, что они улыбаются, навсегда исчезая в звёздном море. Я покачал головой, слегка поражённый собственными мыслями, и уже повернулся, чтобы продолжить путь, как внезапно мои ноги приросли к асфальту. Как следует проморгавшись, я в ужасе уставился на никуда не пропавшую фигуру по ту сторону перил, а затем обратил внимание на зажатый в дрожащей руке букет белых лилий. - Хиптис?! – сопоставив данные, слишком громко воскликнул я, но стоявший ко мне спиной незнакомец даже головы не повернул. Неуверенно переступая с ноги на ногу, я не решался подойти ближе, хотя бы по той простой причине, что не знал, как поступать в подобных случаях. В моей академии это не преподавали, либо я просто пропустил нужные пары, но умом понимал, что человек может спрыгнуть в любую минуту и тогда уже точно ничем не смогу ему помочь. Да и с чего я взял, что это проделки Хиптиса? Вдруг парень пригласил на свидание девушку, а она не пришла, вот он и психанул. Люди же ненормальные пошли… Сжав руки в кулаки и стараясь не делать резких движений, я на цыпочках направился к парню. Боясь его вспугнуть, я приближался всё ближе, и постепенно черты повёрнутого ко мне боком лица стали проясняться и становиться смутно знакомыми. Когда расстояние между нами сократилось до пары шагов, я случайно наступил на острый камушек и не смог сдержать болезненного стона. Фигура тут же встрепенулась и с удивлением уставилась на меня. - Ты?! – заорал я, мгновенно узнав в незнакомце негодяя, утопившего мой телефон. Парень же в ужасе округлил и без того огромные глаза и дёрнулся вперёд – скорее машинально, чем осознанно. - Стой! – завопил я изо всех сил и вцепился пальцами в край кожаной курточки, чудом удержав несостоявшегося самоубийцу на мосту. Букет выпал из расслабленных пальцев и за считанные секунды достиг воды, с тихим плеском коснувшись её поверхности. Парень растерянно моргал, совершенно не держась за перила, поэтому мне пришлось крепко обхватить его за талию обеими руками и пыхтеть от напряжения. Всё-таки эта башня выше меня на голову и весит в разы больше – попробуй, удержи такого. - Эй, ты как? – нетерпеливо ожидая ответ, выдохнул я ему в шею. Нервно дёрнувшись, парень, наконец, взялся за перила и с трудом через них перевалившись, мешком рухнул на грязный тротуар. Убедившись, что жизни несчастного ничто более не угрожает, я уселся рядом и устало перевёл дух. Когда эмоции немного улеглись, а мышцы расслабились, я покосился на тяжело дышащего парня и невольно нахмурился – его взгляд всё ещё оставался стеклянным, хотя мертвенная бледность с лица понемногу исчезала, уступая место румянцу. Как же он был не похож на того наглеца, так запросто угробившего мой телефон. Интересно, что привело его на этот мост, ещё и со злополучным букетом лилий? - Меня зовут Бён Бэкхён. А тебя? – с улыбкой представился я, чтобы хоть как-то отвлечь парня, и протянул ему руку. Тот перевёл на меня странный изучающий взгляд и в прямом смысле слова завис, лишь изредка хлопая пушистыми ресницами. Смущённый столь пристальным вниманием, я продолжал протягивать руку, а парень всё так же таращился на меня, будто я был диковинным инопланетянином, случайно рухнувшим на его голову прямо с неба. - Пак Чанёль, - представился брюнет, когда я уже совсем отчаялся, и уверенно сжал мои пальцы в своей широкой ладони. - Очень приятно, - кивнул я, про себя решив, что как только этот чудик окончательно придёт в себя, отберу его мобильник и швырну следом за букетом – пусть знает, как Бён Бэкхёна обижать. - Какого хрена здесь происходит?! – воскликнул Чанёль, неожиданно подскочив на ноги. - Вообще-то, я хотел то же самое спросить у тебя, - продолжая сидеть на асфальте, отозвался я. – Тебя девушка бросила? - С чего вдруг? - оскорблённо возмутился он, словно нечто подобное в принципе не могло с ним случиться. - Ну уж не знаю, это у неё спросить надо, - наигранно равнодушно пожал я плечами. – И чего ты так нервничаешь? Давай я такси поймаю и в больницу тебя отвезу, специальную, для психически неуравновешенных! Ну не мог я сдержать свою язвительность рядом с этой несуразной башней, даже учитывая тот факт, что он минут пять назад едва с жизнью не распрощался. - Ты меня к себе в гости решил пригласить? – сложив руки на груди, хмыкнул Чанёль. Я лишь насмешливо хмыкнул и отвёл взгляд – парень быстро приходил в себя и начинал наглеть. Впрочем… а почему бы его на самом деле не пригласить к себе домой? Я его спас от смерти, осталось оказать посильную помощь, втереться в доверие, и тогда у него просто не будет аргументов, чтобы отказать мне в содействии по делу Хиптиса. В конце концов, если заупрямится, я всегда могу надавить на то, что этот тип и к сегодняшнему событию мог приложить руку – не просто же так Чанёль притащился на мост посреди ночи с букетом цветов, а теперь ещё и не помнит ничего. - Если хочешь, пошли! – с милой улыбкой предложил я. – Нет, правда, я живу в пяти минутах отсюда! Чайку выпьешь, в себя придёшь. Захочешь – даже на ночь оставайся, у меня раскладушка есть! - Чего-то ты подозрительно добренький. Отомстить за телефон решил? Так сам виноват, нечего в частную жизнь людей вторгаться! – Чанёль оставался непреклонным, чем значительно поубавил мой пыл. Поняв, что нужно действовать более осторожно и обдуманно, я с кряхтением поднялся с земли и отряхнул брюки, после чего вновь заговорил. - Можешь думать, что хочешь, но у меня своя правда! Если ты не в курсе, то я служитель закона, а так как ты и твой друг с разноцветной шевелюрой выглядели весьма подозрительно, то моим долгом было проследить за вами! Кто знает, может вы людей обворовываете или убиваете? И к тому же, я твой телефон в кофе не топил, хотя руки чесались! – выдохшись, я устало облокотился на перила и прикрыл ресницы. - И что, проследил? Много я за сегодня человек убил? – ухмыльнулся Чанёль. - Я за тобой не следил! Я вообще мог пройти мимо, и ты бы спокойно плавал на дне этой милой речушки! – не выдержав, я психанул, и могу поспорить, что моё лицо покраснело от злости. – А ты… ты даже не поблагодарил меня! Хотел сказать ещё что-то, но слова застряли в горле и, ожесточённо махнув рукой, я направился в сторону дома, разбавляя ночную тишину торопливым шорохом шагов. - Ладно, не кипятись, - крикнул вдогонку парень. Я лишь обиженно фыркнул и только прибавил ходу. - Эй, стой! – услышав приближающиеся шаги, я невольно улыбнулся, но тут же вновь нахмурился, постаравшись сдерживаться до последнего. - Чего надо? – недовольно поинтересовался я, когда башня перегородил мне дорогу. - Хорошо, веди меня к своему чаю, - уперевшись ладонями в колени, устало выдохнул он. – Только учти, если будешь приставать, то повторишь плачевную судьбу своего телефона. Чанёль чуть хрипло заржал, а я лишь недовольно закатил глаза, некстати вспомнив, что у меня в холодильнике мышь повесилась. - Давай по дороге в магазин зайдём, а то у меня все запасы кончились, - предложил я, подумав, что эта ночь обещает быть долгой. - Давай, - легко согласился парень, и тут же тихо добавил. – И… спасибо. *** Решив эксплуатировать чудо-башню по полной, я с чистой совестью сгрузил на него пакеты с продуктами, а сам шёл налегке, весело насвистывая под нос услышанную по радио мелодию. - Эй, я тебе не носильщик, чтобы таскать всякую тяжесть! – недовольно бубнил Чанёль за моей спиной. - Не ворчи, с меня ужин, - лениво отмахнулся я, решив до поры, до времени не рассказывать о своих «великих» кулинарных способностях. - Если только так, - подумав, кивнул парень. Квартира меня встретила привычной тишиной и прохладой. Первым переступив порог, я включил в прихожей свет и бросил ключи на тумбочку. Только хотел сделать приглашающий жест рукой, как Чанёль нагло ввалился в мой дом и рывком стянул кеды. - Дальше сам дотащишь! – с этими словами он бросил пакеты на пол, а сам отправился изучать мою квартиру. Хмуро поджав губы, я потащил продукты на кухню, одновременно продолжая прислушиваться к шорохам из глубины комнаты. Кто знает, а вдруг он и правда вор? Вот обчистит меня и поминай, как звали. Хотя… у меня и красть-то нечего. - Чанёль?! – подозрительно крикнул я, услышав звон стекла. Через мгновение парень показался в дверях и стыдливо опустил глазки. - Всё равно эта пепельница была так себе, - виновато произнёс он. – К тому же, ты не куришь! - С чего ты взял? – раскладывая покупки по полкам, проворчал я. - Ты похож на хорошего мальчика, - со знанием дела хмыкнул Чанёль и нагло уселся на обеденный стол. – А у тебя тут чистенько. Сам прибираешься или девчонка заботится? - Во-первых, у меня нет никакой девчонки. Во-вторых, нечего сидеть на столе. Я тут кушаю, между прочим! – сердито добавил я. - Подумаешь! – фыркнул Чанёль, даже не попытавшись сдвинуться с места. Схватив полотенце, я изо всех сил ударил его по плечу и тогда башня с невозмутимым лицом перебрался на подоконник. - Да что же это такое?! - Не будь занудой! – отмахнулся парень. – Я вообще есть хочу! Уже пожалев, что пригласил этого типа к себе домой, я оставил на столе лишь хлеб и бекон, а всё остальное надёжно запрятал в холодильник до лучших времён. Поставив на плиту чайник, долго и нудно оттирал тряпкой то место, где сидел Чанёль. Парень смотрел на меня непонимающе и едва сдерживал смех, что неимоверно злило. - Я здесь обедаю, а ты микробы оставляешь, - надувшись, пояснил я, и снял со стены деревянную доску. Неумело нарезав батон, я принялся за бекон и долго крутил кусок в руках, решая, с какой стороны к нему подступиться. Наконец, нарубил его неровными кусками и положил на хлеб, после чего протянул всю эту «вкуснятину» Чанёлю и потопал за чашками. Когда вернулся к столу, парень подозрительно разглядывал бутерброд, после чего подцепил мясо и внимательно рассмотрел на свету. - Что не так? – хмуро поинтересовался я. - Всё супер! – подняв вверх большой палец, ответил Чанёль. – Кстати, а на раскладушке ведь ты будешь спать? Глядя в эти огромные невинные глаза, я мысленно решал, стоит ли поставленная цель такого количества нервов или нет? - Мм, вкуснятина! – мило прочавкал парень. – Бекон отличный! Можно я буду называть тебя также? - Также? – окончательно потеряв нить разговора, я непонимающе уставился на Чанёля. - Бекон. Бекошка. Бекооооончик, - давясь от смеха, издевался брюнет. Поставив перед ним чашку сладкого чая, я без лишних слов удалился в комнату и долго, с кряхтением разбирал раскладушку. Придавив себе два пальца, я всё же смог с ней справиться, но тут понял, что у меня нет запасного комплекта подушки и одеяла. Решив, что всё должно быть по-честному, я отдал подушку Чанёлю, а себе оставил плед. Когда он выключил свет на кухне и зашёл в комнату, я успешно делал вид, что сплю, и мило посапывал. Стянув с себя толстовку и оставшись в одной тонкой футболке, Чанёль обессилено рухнул на скрипнувший диван и, недолго поворочавшись, затих. Ко мне же сон упорно не шёл – а если честно, то я сам его от себя отгонял. Почему-то не покидало ощущение, что стоит заснуть, как парень тут же уйдёт и я его никогда больше не встречу. Так и лежал полночи с открытыми глазами и бездумно пялился в потолок. Кажется, мне всё же удалось задремать, потому что когда я поспешно открыл глаза, в комнате было гораздо светлее. Выглянув в окно, я увидел, что на небе занимается рассвет. Чанёль всё ещё спал на диванчике – он притянул худые коленки к груди и спал в неудобной позе. Замёрз, наверное. Не знаю почему, но я без сожаления укрыл его толстым пледом, а сам достал из шкафа тёплую кофту и вновь улёгся на раскладушку. На этот раз сон пришёл сам собой, стоило ресницам сомкнуться.