4.2. Рассказ
Дом Сноука
около 3,5 лет назад
— Устраивайтесь поудобнее, мистер Рен. Чувствую, разговор у нас будет долгим. — Не уверен, мистер Сноук. Я понимаю, что предал ваше доверие и подвел компанию, поэтому готов написать заявление об уходе прямо сейчас. — Во-первых, зови меня Эдвард и на «ты». В свою очередь, наедине я буду звать тебя Кайло, ты же не возражаешь. — Сноук не спрашивал — утверждал. — Зачем нам эти формальности в нерабочей обстановке. — Президент «Первого Ордена» усмехнулся, глядя на растерявшегося мужчину. — Чему ты удивляешься? Я человек простой, как говорится «от сохи», и не держусь за формальные проявления мнимого уважения. — Почему мнимого? — не понял Кайло. — Потому что меня чаще не уважают, а боятся. Я не питаю иллюзий на этот счет. — Это не так, я… — Я знаю, что ты не относишься к большинству, Бен. — он видел, как Кайло вздрогнул и стал еще бледнее, чем был. — А ты думал, я не буду выяснять прошлое человека, которого планирую в будущем сделать главой Юридического департамента? Тот отрицательно покачал головой: — Я не справлюсь. Уже не справляюсь… Я… — он хотел было добавить еще что-то, но передумал. — Справишься. Ты справишься. Но сначала расскажешь мне, какого хера с тобой происходит! — Сноук встал, обошел кресло с сидящим в нем Кайло и положил руки тому на плечи. — Ты же понимаешь, что я и так могу все узнать, но совершенно не хочу тратить на это время и силы. Мало ли, что может случиться, учитывая ночное происшествие. Тебе вообще повезло. Поверь мне, тот парень мог легко тебя убить. Кайло это прекрасно понимал — удар прошел по касательной, лишь слегка зацепив кожу, и это «лишь» потом зашивали около получаса. Но самое важное — он не хотел обсуждать свои проблемы с посторонним человеком, тем более с начальником. Группа анонимных алкоголиков, которую его заставили посещать Хакс и Традж, после того, как Роуз заявила, что это уже переходит границы допустимого, и парни должны вмешаться в ситуацию, пока не стало слишком поздно что-то делать, ощутимых результатов не приносила — Кайло постоянно срывался, напиваясь до полубессознательного состояния. И это еще до запоев дело не дошло. Но такими темпами не долго оставалось. Он уже собирался послать Сноука, куда подальше, даже рот открыл, когда в дверь неожиданно постучали. Кайло знал, что Сноук женат, но, несмотря на приличный срок работы в «Ордене», видел эту женщину впервые. Она была не столько красива, сколько величественна. Он слышал, что она происходит из какой-то аристократической семьи. Маргарет Сноук была воплощением властности, сдержанности и внутренней силы. Когда она посмотрела на него своим пронзительным взглядом, Кайло неожиданно ощутил себя провинившимся мальчишкой, что было недалеко от истины. — Эдвард, тут к тебе пришли парламентеры. Считаю, что тебе следует их выслушать, прежде чем принимать решение в отношении этого молодого человека, — когда миссис Сноук это произнесла, Кайло почувствовал, что будь он на месте ее мужа, ему бы просто духу не хватило ослушаться — столько уверенности и какого-то подавляющего превосходства было в голосе этой женщины. Тем временем она подошла и с силой, которую не ожидаешь почувствовать в уже немолодых пальцах, сжала его руку. — А он пока пойдет со мной, — добавила она не терпящим возражения тоном. — Ему надо отдохнуть — у него была тяжелая ночь. С этими словами она вывела Кайло из кабинета его начальника.***
Сказать, что Кайло был удивлен, когда Маргарет Сноук привела его в комнату для гостей, значит ничего не сказать. — Поешь, — она показала на столик, на котором стояла тарелка с пышным омлетом, блюдце с тостами, вазочка варенья, без преувеличения огромная чашка кофе и молочник со сливками. — Потом в душ и спать. Если не возражаешь, я бы посмотрела, как тебя зашили. В свое время я почти десять лет отработала медсестрой. Не хотелось бы, чтобы у такого милого мальчика остался безобразный шрам. Слушая все это, Кайло просто стоял посреди комнаты, не в силах вымолвить ни слова.Вчера он много выпил. Не знал точно, сколько, но очень много, если быть честным. Потом та драка… сейчас он даже не мог вспомнить, почему она началась, и кто был зачинщиком. Возможно, даже он — в последнее время приступы неконтролируемой ярости снова начали овладевать им, и бороться с ними становилось все сложнее. Затем были больница и полицейский участок, куда неожиданно приехал адвокат Сноука. Кайло даже представить себе не мог, откуда тот вообще узнал. На вопросы Кайло он лишь отвечал, что Эдвард попросил решить вопрос, а остальное не в его компетенции.
И вот теперь он стоит в гостевой спальне дома Сноука рядом с его женой, которая совершенно серьезно просит посмотреть его рану. Все это казалось чем-то совершенно нереальным. Он даже засомневался, не допился ли до белой горячки. Поняв, что молодой человек слишком устал и растерян, чтобы нормально соображать, Маргарет волевым порядком усадила его в кресло около стола. — Ешь давай. А то остынет. Осмотрю тебя, когда отдохнешь. — потом, задумавшись на минуту, она уточнила. — Душ принимай осторожно. Сегодня рану лучше особо не мочить. Кайло мог лишь кивнуть. — Да не смущайся ты так! — вдруг весело улыбнулась Маргарет Сноук. И в ту же секунду ее лицо совершенно преобразилось. Вместо строгой, сильной, сдержанной женщины, Кайло вдруг увидел мягкость, доброту и свет, которые раньше привык видеть в Рей. При воспоминании о девушке его лицо свела судорога. Он понимал, что в последнее время совсем расклеился и попытался взять себя в руки, проглотив вдруг возникший в горле ком, поэтому сначала даже не заметил, как Маргарет подошла и присела на подлокотник его кресла. Пока Кайло пытался сообразить, что вообще происходит, пожилая женщина тепло обняла его и сказала: «Все будет хорошо, сынок. Все наладится». И вот это обращение, «сынок», такое странное в устах этой женщины, снесло к чертям собачьим последние остатки самообладания и гордости. Его уже столько лет никто так не называл — некому было. А от собственных родителей такой заботы и искреннего участия он вообще не помнил. И он сломался. Окончательно сломался. Барьеры, которые он усиленно строил в своей душе рухнули, не выдержав тяжести свалившегося на него горя. Он не плакал, он выл, как смертельно раненый зверь, а она нежно обнимала его, баюкая в своих мягких руках, прижавшись щекой к его макушке и тихо повторяя: «Все будет хорошо. Ты справишься, малыш. Все наладится. Вот увидишь. Я рядом. Ты не один. Я помогу. Мы поможем». Кайло не заметил, как, измученный, заснул в ее утешающих объятиях, не поев и так и не сходив в душ. Поняв, что Кайло уснул, Маргарет Сноук принесла из шкафа плед, укрыла его и пошла вниз к мужу.***
Внизу в гостиной помимо мужа сидели трое — первый мужчина был высокий, худой, сдержанный, ярко-рыжий, с густой бородой; второй — пониже, эмоциональный, гладко выбритый брюнет с тщательно уложенными волосами; а третьей была невысокая очень фигуристая девушка азиатской внешности. — Знакомься, дорогая. Это Армитаж Хакс, сотрудник Финансового департамента, — муж указал на рыжего мужчину, — это Лука де Анжело, юрист, как и Кайло. Кстати оба его протеже в «Первом Ордене». А эта милая девушка, Роуз Тико, секретарь юротдела. Маргарет кивнула присутствующим, снова став сдержанной, и мгновенно утратив материнскую мягкость, которую продемонстрировала Кайло. — А это моя жена, Маргарет Сноук. — Эдвард взял ее руку и легко поцеловал. Все вежливо поздоровались. — Ну и как там наш мальчик? — с ухмылкой продолжил Сноук, заставив всю компанию вздрогнуть от неожиданности подобного зявления. Он понимал, как сильно эти трое должны были любить Кайло и переживать за него, что не побоялись прийти к нему домой и попросить о личной встрече. «Интересно только, как они узнали, где он…» — Уснул. — ответила Маргарет, разливая всем кофе. — Хорошо. Ну что ж. А теперь самое время обсудить проблемы Кайло. И не пугайтесь, молодые люди, будем считать, здесь все свои. — Дайте ему шанс, мистер Сноук, — сказал Хакс, — мы сделаем все, чтобы подобного больше не повторилось. — Если бы я не хотел дать ему шанс, мистер Хакс, то уволил его еще месяца три-четыре назад, когда стал замечать изменения в его работе и поведении. Так что давайте будем честны друг с другом. Кайло пьет? Друзья молчали. — Давно? — Сноуку не нужно было словесное подтверждение того, что он знал даже без детектива. Он просто хотел пустить разговор в нужное русло. — Месяцев семь… с той поездки. — пробормотала Роуз. — Роуз! — шикнул брюнет. — Что?! — она ощетинилась. — Вы сами видите, что группа анонимных алкоголиков ему не помогает! Не можете не видеть! Становится только хуже! Он теряет себя, а мы теряем его! Если мистер Сноук хочет помочь, почему бы не согласиться! — Кстати, а как вы узнали, что он здесь? — неужели его друзья тоже кого-то наняли. — Роуз установила в его телефон специальную программу слежения, когда мы однажды почти сутки не могли его найти. Все больницы и морги тогда обзвонили… — вздохнул рыжий Хакс. — Он знает. — Понятно. Тогда следующий вопрос. Почему он начал пить? Что случилось в той поездке? Молодые люди снова замолчали, как по команде, опустив головы и уткнувшись в чашки с кофе. — Ребята, — голос Маргарет неожиданно стал мягок и ласков, так что все трое с изумлением уставились на нее — она всегда умела производить нужное впечатление, в зависимости от ситуации. — мы хотим ему помочь. Эдвард может выяснить, что произошло, но будет проще и быстрее, если вы просто расскажете. Чего вы боитесь? Что мы будем его осуждать? Или что вы выдадите информацию, которую он хотел бы скрыть? — она улыбнулась и внезапно стала так похожа на добрую фею из сказок, что вся троица тут же несмело улыбнулась в ответ. — Что вы знаете о Кайло? — решительно, понимая, что терять им в общем-то нечего, спросил Хакс. — Нууу… много чего... — спокойно ответил Сноук. — Например, что до двадцати трех лет его звали Беном Соло, и что он сын Сенатора Леи Органы и автогонщика Хана Соло. Что вы, мистер Хакс, учились с ним в школе, а вы, мистер де Анджело, в университете. Что получив наследство своего деда, Бен сменил имя, год и дату рождения, а потом подал в суд на своих родителей с требованием о прекращении семейных взаимоотношений и выиграл. Что установил судебный запрет на раскрытие своих персональных данных, запретив кому бы то ни было упоминать, что Кайло Рен и Бен Соло один и тот же человек. — Сноук усмехнулся. — Моему детективу потребовалась чертова куча времени и денег, чтобы это выяснить. Так же я знаю, что именно он оплатил операцию вашей сестры, мисс Тико, благодаря чему она не осталась инвалидом. — Ясно. Вполне подробное досье. — усмехнулся Лука. — Позвольте узнать, у вас на всех такое есть? — Нет. Только на ключевых или потенциально ключевых людей в компании. — Почему вы хотите ему помочь? — снова тихонько вклинилась Роуз. — Потому что он очень сильно напоминает мне себя самого. Только на моем пути до появления Марго не было никого, готового поддержать и помочь избежать некоторых серьезных ошибок. Мистер Соло в этом отношении гораздо удачливее. — Сноук задумался на некоторое время и добавил. — Ну и определенные планы на него у меня тоже есть, врать не буду. — Какого рода планы, можно узнать? — напрягся Хакс. — Ничего незаконного, если вы подразумеваете именно это. Но пока о планах говорить рановато. Если Кайло удастся справится со своими проблемами, тогда и обсудим. Сноук встал и достал из буфета пачку сигарет, бросив ее на стол. — Не возражаете? — и закурил, не дожидаясь ответа. — А теперь продолжим. Итак, что случилось в той поездке, о которой упоминала мисс Тико? — У Кайло, тогда еще Бена была девушка… — Армитаж глубоко вздохнул и тоже потянулся за сигаретами. — Рей… Вы в курсе? — Да, — подтвердил Сноук, — Рей Томпсон. Но скажу по правде, в подробности этой истории я не вдавался. Знаю, что они встречались, а потом в какой-то то момент расстались. — Рей была беременна. Но ребенка она потеряла. Все думали по ее вине. Бен был очень расстроен, и они расстались. А потом он узнал, что его мать подкупила доктора, который дал Рей лекарство, спровоцировавшее выкидыш. Бен хотел сообщить ей, что она не виновата, но Рей с отцом к тому времени уже уехали из Альдераана, и никто не знал, куда. За столом воцарилась гробовая тишина. Хакс, погрузившись в воспоминания, нервно курил. Сноуки ждали продолжения, а друзья в очередной раз пытались осмыслить, как можно было так поступить с собственным сыном и внуком.***
Кайло проснулся в кресле в незнакомой комнате, пытаясь понять, где он и что вчера случилось. Голова была тяжелой, виски пульсировали болью. Во рту было сухо, как в пустыне. Тело затекло и ныло при малейшей попытке пошевелиться. В районе груди нещадно дергало. «Что, черт меня подери, вчера случилось?» Посмотрев на небо за оком, Кайло не смог с уверенностью сказать, утро сейчас или вечер. На столике перед собой мужчина увидел пару таблеток аспирина и стакан воды — кто-то явно хорошо понимал, в каком состоянии он проснется. Когда головная боль немного утихла, Кайло поднялся и открыл дверь, которая, как он и надеялся, вела в ванную комнату. Решив насущные проблемы, он уже собирался выйти в коридор, когда в дверь спальни тихонько постучали. — Да? — Ты уже проснулся? Как себя чувствуешь? Когда женщина открыла дверь, он тут же ее узнал — Маргарет Сноук, а потом вспомнил, и как сильно напился накануне, как подрался в баре и загремел в полицию, вспомнил адвоката Сноука, который, решив все проблемы, привез его к ним домой, и вспомнил, как, прежде чем уснуть, рыдал в объятиях этой женщины. — Давай все же осмотрим твою рану. Не смущайся, пожалуйста. Ее прикосновения были вполне профессиональны. Она обработала шов, отметив, что зашили действительно хорошо, заживляющей мазью, потом заклеила специальными салфетками. Затем она вышла за дверь и тут же вернулась с пакетом каких-то вещей. — Их принес мистер Хакс. Так что теперь ты спокойно можешь сходить в душ и переодеться. Потом спускайся вниз. Тебе обязательно нужно поесть.***
Взяв вещи, мужчина пошел в душ. Вода расслабляла усталые, затекшие плечи. Кайло закрыл глаза, вспоминая…Он держал в руках бумагу и не мог поверить своим глазам. Этого просто не могло быть! Только не сейчас, не когда оставалось совсем немного до их долгожданной встречи… А ведь каких-то пять-шесть часов назад он думал, что наконец-то ее нашел. Даже не верилось. После почти шести лет разлуки и пяти лет бесплодных поисков, после стольких обманутых надежд и разочарований он сможет снова ее увидеть, упасть к ее ногам, попросить прощения за свое мудацкое поведение, за Лею, возможно, обнять, поцеловать… Сам он давно ее простил и теперь винил лишь себя за эгоизм, за то, что не разглядел ее боль, за то, что позволил уехать, за то, что они потеряли столько лет. Он знал, что деньги она матери вернула меньше, чем через год (скорее всего сразу после продажи дома). Об этом через отца Хакса сообщила горничная, которая работала в паре еще с Кирой. Эти мысли крутились в голове, когда он летел на остров Беспин. Кайло никогда бы не подумал, что они, оказывается, покинули страну, поэтому его поиски растянулись так надолго. Он сидел в одном из маленьких баров, разбросанных тут и там по этому небольшому островному государству, и ждал нанятого им детектива, чтобы узнать адрес Рей. Он не обратил внимания на странно-напряженное лицо пришедшего мужчины, который молча протянул ему конверт, из которого выпало два документа: первый — адрес кладбища и номер могилы, а второй — справка о смерти. Справка о смерти Рей… его Рей… И вот сейчас он сидел, пытаясь читать расплывающийся перед глазами документ, буквы которого никак не хотели складываться в слова, а слова — в предложения. — Вы не могли бы? — Кайло протянул бумагу детективу. — Конечно. — ответил мужчина и начал читать. «Справка о смерти Рейны Эллы Томпсон … года рождения. Дата смерти: 26 сентября этого года. Причина смерти: несовместимые с жизнью механические повреждения в следствии автомобильной аварии.» — Дальше тут перечислены травмы, которые она получила. Не думаю, что мне следует их зачитывать. Скажу только, что смерть наступила мгновенно — она не страдала. — Она была одна? — Нет, с отцом. Он тоже погиб. Простите, мне очень жаль. Примите мои соболезнования, — и забрав чек, детектив удалился. Он просидел в баре почти до закрытия, пытаясь осмыслить произошедшее и найти в себе силы все же увидеть ее. В последний раз. Переночевав в каком-то мотеле, Кайло объездил пять или шесть цветочных магазинов в поисках любимых цветов Рей — калл. Купив букет, он поехал на кладбище. Не так он представлял себе их встречу. Как угодно, но не так. Он был готов к чему-угодно: равнодушию, обиде, обвинениям, радости, объятиям… Но не к холодному каменному кресту, на котором просто выбито ее имя — Рейна Томпсон, и больше ничего. Он убрал скромный букет увядших роз и положил свой. — Почему тебе нравятся именно они? — спросил Бен. — Знаешь, они такие простые, лаконичные и элегантные — не похожи ни на какие другие. — смеялась девушка. И вот теперь они лежат на ее могиле. Кайло не знал, сколько времени провел на кладбище. Он очень смутно помнил, что сначала стоял, потом сидел, потом лежал, обнимая крест и говоря со своей Рей в последний раз; как смотритель пытался оторвать от креста его руки, помогая встать; как потом отпаивал его, совершенно уничтоженного, дерьмовым местным чаем, пытаясь найти слова утешения; как разговаривая с Хаксом, повторял лишь одну фразу: «Она погибла»… Он не успел. Опоздал на каких-то сраных пару месяцев. В очередной раз сука-жизнь лихо крутанула перед ним задницей, отняв надежду, которая поддерживала его столько лет. Следующие два дня он пролежал в номере того же мотеля, ожидая свой рейс в Корусант. Топить горе в алкоголе он начал еще в самолете…
