Деревенские каникулы

Деревенские смотрят на тебя с презрением. Ты одеваешься не так, разговариваешь не так, ходишь не так. Все не так, все не нравится, на все их разговоры в твою сторону ты глаза закрываешь и мимо проходишь, потому что все равно как-то. Сидишь над грядкой с морковкой, выдергиваешь травку, никого не трогаешь, а у Хосока будто настроение доставать тебя. Крутится за забором, внимание привлекает, глазки строит, только тебе не до этого сейчас, дергаешь траву сосредоточенно. — Чего тебе? — На речку пойдешь? — Как вчера? Нет. У меня грядки. — А если помогу? — играет бровями, ловко перепрыгивает через забор и вот он, в вашем огороде, стоит красавчик. — Как в прошлый раз? Сама справлюсь, — фыркаешь, продолжая дергать траву. Хосок садится с другой стороны, вырывает несколько травинок, смотрит на тебя, немного улыбаясь. — Чего ты так на меня смотришь? Уголки губ парня ползут вверх, черты лица становятся более мягкими, смотрит как-то с нежностью, лицо твое изучает. И правда, что уставился то? Хосок странный. Либо не замечает вовсе, либо пялится, даже не скрывая этого. Но всегда от этого взгляда не по себе было. — У тебя щека вымазана, — тянется к твоей щеке, касается едва уловимо, вытирая её. — Хосок, здравствуй! Бабушка появляется очень вовремя, спасает тебя от неловкости между вами, опускаешь голову, начинаешь выдёргивать травинки, едва ли не материшься от присутствия парня и своей любви к красивым и сексуальными парням. Хосок встает. — Милый, не поможешь мне передвинуть шкаф на кухне? — Тот самый, с посудой? — Да-да, Т/и хрупкая, не справится. Идём. — Такой худой, — фыркаешь ты, когда бабушка уводит парня в дом. — Быстрее меня сломается. Помощничек, блять. Ты понять не можешь, почему так зависаешь, когда Хосок рядом с тобой, улыбается, шутит. Будто вы близкие друзья. Таковыми не являетесь. В университете вы не разговариваете, а тут... Ему общаться не с кем? Продолжаешь дёргать траву, заканчивая последнюю грядку. На речку хочется, чтобы еще раз попытаться научиться плавать или на берегу ноги помочить, не важно. Хочется. Хосок кажется худым, но вчера ты убедилась, что это лишь кажется. Он уже передвинул шкаф, помог бабушке составить посуду обратно, а теперь сидит и пьет чай с булочками. Хитрая задница. Тебя это раздражает. Приходит сюда, чтобы чаи распивать и булки есть, а еще тебя бесить. Это в первую очередь. — Будешь? — протягивает тебе половинку булочки, улыбается хитренько, демонстрируя глаза-щелочки. — Конечно, я же их готовила! Садишься напротив, наливаешь в стакан воды из кувшина. Хосок доедает булочку с ещё большим удовольствием. Он чуть ли не взлетает над столом, тянется за еще одной булочкой, уминает с удовольствием. — Ты худая, тебе побольше кушать нужно! Ручонки тонкие, а ноги... — Хосок опускает взгляд на твои ноги, что вытянуты немного в сторону, чтобы было удобнее сидеть. Бедра не слишком тонкие, но Хосок кажется, что он сможет обхватить одной рукой бедро, сжать, ощутить мягкость кожи. — Что с ними? — Кхм... Ничего. Обычные ноги. — Я переоденусь и пойдем, ладно? — Куда? Хосок выглядит отстраненным, он таковым и является, смотрит на твои бедра, пытаясь понять, что с ним. Вроде бы ничего, но в паху некомфортно становится, жмет, но продолжает скользить по твоему телу взглядом. По талии, переводит взгляд на грудь, которая скрыта под бюстгальтером и майкой, которая так аппетитно обтягивает округлые полушария. — На речку, ты чего? — Собирайся! Я сбегаю домой.