Барс и принцесса

      Ночью Серенити просыпается от того, что ей дико холодно. Ее тело сотрясается мелкой дрожью, а одеяло совсем не греет. И даже тот факт, что позади нее лежит горячее мужское тело, от которого исходит тепло, совсем не радует, а скорее пугает. Во всем теле усталость и слабость, тяжело даже поменять положение тела. Пугает, что из-за ее бессонницы, она разбудит Харуку, что все же приобнимет ее талию, поверх одеяла, сам же мужчина почти спит раскрытым.       Страшно. Он итак много для нее делает, жертвует своим комфортом. Серенити чувствует, что-то непонятное между ними, она не может идентифицировать свои чувства по отношению, к этому мужчине, но ее определенно тянет, и его тоже. Иначе стал бы он делить с ней одну постель этой ночью, ушел бы к той девушке, что явно к нему не ровно дышит. Наверное, златовласка глупа, раз позволяет себе так легко влюбиться в этого невероятного мужчину, она никогда ни кого не любила, и для нее эти чувства в новинку. Бок очень сильно затек от долгого пребывания в одной позе, перевернуться невозможно, не потревожив чужой сон. Но Харука просыпается, резко открывая рысьи глаза. Рука Тено по-хозяйски уверенно прижимает трясущееся хрупкое тельце к себе ближе, после проверяя температуру.       Блондин поднимается со своего места, заботливо поправляя одеяло, чтобы не было холодно. Много хмурится, но молчит. Сам же уходит на кухню, и почему ему ничего не сказала эта девчонка? Все это время она маялась от головной боли, он же видел, какой вялой она была вечером за просмотром фильма. В гостиной взгляд сам собой упал на Мичиру, что закуталась в плед с головой, напоминая гусеницу в своем мягком коконе. Харука усмехнулся, да он не может похвастаться теплой квартирой, в их районе всегда все «плохо», а ему в какой-то степени все равно, он закаляет тело. Вот только не думал, что хрупким девушкам будет неуютно. С другой стороны, он не заботился не о каком комфорте, тем более знать не знал, что кто-то останется в его берлоге надолго.       На кухне Тено перемещается молниеносно, все движения выверены и точны: включает чайник, находит остатки лекарств, делает сладкий чай, при этом старается сильно не шуметь. Если он разбудит Мичиру… думать об этом не хотелось. Его уединение прервала вибрация телефона, Харука впервые искренне по радовался, что додумался убрать на ночь звук. Хотя, по идее, он тоже должен был выключить свой телефон, но не сделал этого. — В другое время позвонить ты не мог? — прошипел вместо приветствия Харука, точно зная, что на той стороне провода не обиделись на его резкие слова. Блондин просто обожал ту степень дружбы, когда не надо было постоянно звонить и писать, чтобы поддерживать хорошие отношения. Когда никто не обижался на высокую степень занятости, но от этого крепкая мужская дружба была не рушима. — Боюсь, что днем эта информация утратит свою актуальность, — мелодично и как-то уж слишком бодро пропел Сетцуна. Харука уверен, старый друг сейчас улыбается, аки демон. — Ты слушаешь меня? — Да, говори, — блондин зажимает между ухом и плечом телефон, освобождая себе обе руки. Ему бы вернуться в комнату, но с телефоном он не пройдет минное поле в гостиной. Удача не на его стороне. — Вам нужно убираться как можно скорее из квартиры. В идеале сейчас, — голос Мейо утратил шутливые интонации, и сейчас он был серьезен. — Что? Откуда ты знаешь? — не доверять другу не было причин. Сетцуна скорее жизнь отдаст, чем предаст Харуку, уж очень многое они прошли рука об руку. Вытаскивая друг друга из невероятных передряг, которые ныне и вспоминать не хочется не то что рассказывать. — Это невозможно. Есть две сложности. Первая болеющая принцесса, а вторая — Кайо, в моей гостиной.       Харука ожидал любой реакции: ругани, неверие происходящего и множество тупых уточняющих вопросов. Но то, что друг разразится звонким смехом, никак не ожидал. Ну, да со стороны все это выглядит забавно, вот только не для него. Отсмеявшись, Мейо чуть заикаясь, проговорил: — А как к тебе попала вторая барышня? Или ты еще устроился к мистеру Кайо работать сверхурочно? Все настолько плохо? — Издеваешься, да? Я не занимаюсь интимными услугами, — шипит блондин, продолжая жаловаться. — Она нагрянула вчера с утра, донимала расспросами, познакомилась с принцессой, хитростью осталась на ночь, и что с этим всем делать, я не знаю. От нее просто так не избавиться. — Тебе придется! Вас кто-то сдал мистеру Джиба, и его псы рыщут по всем трущобам! — И что ты предлагаешь? Куда нам бежать? — скептически возражает Харука, в его голове царит перекати-поле. Он не паникует, нет, просто не знает, куда можно еще уехать. — За город, езжайте в наш домик для рыбалки, он, конечно, еще хуже, чем твоя квартира, но хоть крыша над головой. Это даст хоть какое-то время выяснить, кто мог сдать ваше укрытие. Может, ты пораскинешь мозгами и вычислишь крысу? — Это сложная логическая загадка, но я понял на счет укрытия. — И Харука, мотоцикл нужно оставить, слишком приметный. На общественном транспорте будет безопасней.       Блондин выругался, уже предчувствуя долгую и увлекательную поездку в метро, а затем и на электричке. Отключив телефонный звонок, мужчина подхватил кружку с остывшем чаем и таблетки. Затаив дыхание, на носочках прошмыгнул обратно в комнату к девушке. Серенити ворочалась с бока на бок, испугавшись появления блондина, что грозной тенью возник в дверном проеме. Но златовласке вручили чашку, впихнули блистер с таблетками в другую руку, а сам мужчина уселся напротив, скрестив ноги по-турецки. Сердце девушки забилось быстрее. Трепетало так сильно перед этим красавцем. — Когда планировала рассказать? — положив подбородок на руку, Харука пристально смотрел на нее, что заметно покраснела от заданного вопроса. Но прикрывшись кружкой, пыталась собраться с мыслями. Ее не ругали, нет. О ней заботились, в свойственной манере для Тено, слегка грубоватой, но такой милой. — Хотела вечером, — честно призналась Серенити, отводя взгляд. Стало стыдно. — Но не смогла, думала само пройдет. — Думала, — ворчит Тено, расчесывая свою коленку под серыми домашними штанами. Его непослушная челка вновь упала на глаза, от чего образ мужчины стал еще загадочнее и сексуальнее, Серенити опустила взор на свои ноги под одеялом. Почему ей всегда было неловко рядом с ним. — Надеюсь, ты не успела разобрать свой рюкзак, нам предстоит прогулка ранним утром. — Нет, — мотнула головой девушка. Почему ей безумно хочется упасть в объятия именно этого мужчины? Ведь и отношения будут неравны, а родители не одобрят. — В следующий раз буду лучше смотреть за тобой, принцесса, но и ты должна говорить, если тебе плохо, — их взгляды встречаются на мгновение, маленькое противостояние, но именно по глазам девушка понимает, что небезразлична своему телохранителю.       Златовласка набирается смелости и сама поддается вперед, а Харука покорно ловит ее с такой готовностью, как будто каждый день только и делает это. Он крепко жмурится, до цветных пятен, и его губы прикасаются к чужим теплым. Горячее дыхание опаляет его лицо, он все еще напряжен, ибо может получить от красавицы в любую минуту. Но ничего не происходит, и он рад. Нежно целуя принцессу, что так доверчиво скользнула в его объятия, и так застенчиво прижимается. И плевать, что их первый поцелуй больше похож на неловкий детский чмок, никакой пошлости и принуждения. Тено осмеливается нежно засосать нижнюю губу девушки, и аккуратно оттянуть ее, после нежно зализать и оставить еще один поцелуй. Серенити перед ним сидит с пунцовыми щеками, а ее глаза блестят еще ярче прежнего. — Пора спать, принцесса, уже слишком поздно, — мурчит блондин, крепко обнимая.       Цукино сонно кивает, у нее есть еще вопросы, и их очень много, но ей помогают улечься, забытую кружку отставляют на пол и поправляют одеяло. Оба улыбаются идиотскими улыбками во все тридцать два.       Харука на скорую руку собирает свою спортивную сумку, точно зная, что за ним подсматривают, постепенно проваливаясь в сон. И только после десяти минут хождения по комнате, укладывается рядом. Температура отступает, его прохладная ладонь юркнула на лоб девушки. У него есть катастрофически мало времени на сон, а с остальным они будут разбираться с утра.       Спустя два часа, мужчина подрывается с места. Его сон был беспокойным и от этого отвратительным, он видел смутные лица Мамору и Сеии, и что-то было не так, так подсказывало чутье. За окном раннее утро, около шести утра, или только доходит. И погода снова не радует теплом, неведомый мастер специально окрасил их город в тяжелые свинцовые оттенки, отключив на время функцию «солнце».       Серенити еще спит, уткнувшись носом в уголок подушки. Харука готов отдать многое, чтобы вот так всегда просыпаться, ночной поцелуй теперь, кажется, одним из элементов его сна. Прекрасное видение, вот только губы все еще помнят мягкость чужих лепестков, и только это ощущение подтверждает. Что все было взаправду. Решив дать, еще немного времени принцессе, блондин поднялся. После звонка друга, тишина дома была устрашающей, давящей и пусть у них было еще немного времени, на душе все же неспокойно. Рука непроизвольно потянулась к полупустой пачке, ему необходимо успокоить свои мысли.       Его план прост 1. Они пьют чай. 2. Выходят из его квартиры. 3. Прощаются с Мичиру. 4. Уезжают в жизнь «долго и счастливо». 5. Много целуются. Упс, занесло. А вдруг его зазноба даст задний ход, испугается. Неважно. Харука сможет доказать свою надежность и серьезные намерения.       Удивительно, что им даже Сейя не звонил за эти дни, и то настораживает Тено, если бы не разговор с Мейо, блондин бы и не подумал подозревать напарника в злом умысле. Выкинув окурок в форточку, мужчина закашлялся, Серенити пришла на кухню почти следом, чуть бледнее обычного, но вроде выглядит не такой утомленной, как несколько часов назад. — Как самочувствие? — хрипит Харука, на самом деле ему хочется обнять ее и поцеловать еще раз. Пару десятков раз. — Спасибо, температуры нет, я постараюсь не расклеиться., — Серенити неловко отводит взгляд, боится заговорить о поцелую, боится, что ее отвергнут, ибо Харука сейчас с ней холоден и ведет себя, как обычно, ничем не выдавая свою заинтересованность в ней. — Это было бы неплохо. Дорога будет долгой, а мотоцикл мы не возьмем. Завтракать будешь? — его глаза улыбаются ей, и чувствуется, как между ними теплеет на несколько градусов. — Воды выпью. А вот Мичиру захочет подкрепиться.       Улыбнувшись, девушка пошла собираться. На громкие голоса начала просыпаться и Кайо, лениво потягиваясь. По ее мерка было еще очень рано. Разве люди могут функционировать в такое время? Но вот златовласка прошла мимо нее в спальню, а если ее сейчас разбудит Харука? Но вместо нежного томного шепота и ласковой улыбки, в девушку прилетает маленький плюшевый медведь, что был подарком одной из маленьких девочек на уличных гонках. С тех пор плюшевый трофей пылился на стеллаже. — Вижу, ты проснулась, поднимайся, — усмехается Харука, про себя же едва сдерживается, дабы не быстрее молнии, убежать из родных стен Его доконало слишком уж повышенное внимание к своей персоне со стороны женщин. — У нас мало времени, поэтому некогда прохлаждаться. — Что-то случилось? Почему? — вопросы посыпались, как из рога изобилия. Мичиру даже забыла обидеться на то, что в нее запустили плюшевой игрушкой. — Уезжаем в свадебное путешествие, — оставив недопитый кофе на маленьком древнем столике, мужчина, ушел в комнату, слыша, как крошатся от злости чужие жемчужные зубы.       Мичиру резко садится, залпом допивая дешевую растворимую бурду, что пахнет просто омерзительно, а на вкус еще хуже. Она точно маньячка, так явно охотится за чужим мужчиной, желая заполучить его себе. Идет на такие тупые и ужасные уловки, если бы все это увидели ее подруги или золотая молодежь, где они вынуждены общаться друг с другом из-за того, что родители поддерживают связи. Ее бы засмеяли. Любой мужчина с радостью и обожанием в глазах стал бы ее второй половинкой. Но он не хочет. Они не он.       Серенити появляется в черной толстовке, явно с чужого плеча, и Кайо даже знает, с чьего плеча снята вещь, но выглядит это мило и трогательно со стороны. Волосы девушка привычно заплела и заколола на затылке, чтобы не мешали, открывая вид на лебединую шею. Красивая. Как с обложки глянцевого журнала. А ведь это могла быть она. Оправив свой дизайнерский лонгслив, Мичиру улыбнулась. Ее изящные пальчики быстро пробежались по волосам, расчесывая их, и собирая в красивый неряшливый пучок, но и в половину ее прическа на быструю руку рядом не стоит с прической соперницы.       Харука выплывет следом, не давая повиснуть между барышнями неловкой тишине. Блондин также оделся во все черное и от этого выглядел еще более брутальным и таким притягательным. Его глаза опасно блестели в полумраке комнаты. За спиной у мужчины висел рюкзак Серенити, а в руках Хрука держит небольшую потрепанную сумку. Оглядев всех, сам себе кивнул. — Отлично, тогда выдвигаемся, — Серенити и Мичиру, не сговариваясь, идут в маленький коридорчик обуваться, умудрившись, на расстоянии держать друг друга. Харука же делает обход по квартире, выключая электроприборы и закрывая плотно окна.       Девушкам не доводилось еще никогда так рано выходить на улицу. Обе не появлялись в таких неблагополучных районах, поэтому с интересом оглядывали окрестности, оборачиваясь, всякий раз, когда открывалась тяжелая дверь. Цукино каждый раз напрягалась всем телом, неосознанно чувствуя опасность. Мичиру нервничала, не понимая, откуда взялась ее тревога, да она проигрывала, но не сдалась еще. Харука появился спустя долгих десять минут, мужчина выглядел еще выше и страшнее. Так мог бы выглядеть глава мафии или преступной группировки, но точно не простой телохранитель. — К сожалению, наши пути расходятся, Мичиру, — Тено стремительно преодолел пролет, оказываясь рядом с девушками. — Сможешь самостоятельно добраться до дома? — Конечно! — Мичиру, нехотя, достала сотовый телефон, открывая приложение заказа такси.       Неуловимым движением, блондин задвинул себе за спину Серенити, пристально оглядывая двор. Все было спокойно. Даже как-то слишком. Мимо них по улице проехала машина и следом еще одна, как-то слишком быстро и истерично. Харука нахмурился. Отсутствие транспорта нервировало. Обычно с утра на их улице было многолюднее, и шумно. — Уходим, быстро, — резко развернувшись, Тено хватает за руку златовласку, и привлекая внимание Кайо. — Вызовешь такси с другой улицы, иначе все мы через несколько минут будем передавать приветы дальним родственникам.       Мичиру не успела ничего сказать, просто послушно бежала за парочкой. Что видимо, понимала друг друга без слов, сворачивая в какую-то вонючую подворотню, что от слова, совсем не понравилась девушке. Но Кайо благоразумно помалкивала, услышав, как засвистели позади них покрышки, а следом раздался ужасный звук сминаемого металла. Харука вздрогнул, стиснув зубы до скрежета, но не остановился. Его любимый байк пострадал, но с этим он потом разберется. Они вовремя свернули в эту узкую улочку, осталось дело за малым — отправить Мичиру домой, и до темна, добраться до загородного домика. — Я поняла! — взвизгнула Мичиру, замедляя шаг и прикрыв рот ладошкой, уж больно громко она выразила свои эмоции. Но озарение настигло внезапно, все сходилось. — Эти головорезы приехали за мной, ведь мой отец известный человек на его счетах астрономические суммы числятся. А через меня они смогут шантажировать отца!       Харука и Серенити синхронно закатили глаза, конечно, весь мир крутился вокруг блистательной Мичиру Кайо, а остальные были пылью на ее дорогих туфельках, и только. Тено мысленно дал себе хорошего леща, он не мог сейчас потерять самообладание, две жизни под его защитой. Да еще эта головоломка с предательством разъедала его мозг, словно кислота. Златовласка поежилась, ее ужасно достала новая знакомая, что постоянно передергивало на себя все внимание. Нет, она не ревнует, но уже устала. Да и блондин вроде как, особых пылких чувств не проявляет к этой особе, ревновать не стоит. А вот еще один поцелуй хочется получить, чтобы точно удостовериться, что все было не сказкой и не чудесным сном. — Мичиру, будь добра, возьми себя в руки, ты им не нужна! — прошипел блондин, утягивая молчаливую златовласку за собой. Бросив взгляд через плечо, Харука улыбнулся ей, приободряя. Бежать не получится, так хоть быстрым шагом они постараются дойти до автобусной остановки или метро. — Нас слишком быстро вычислили, да и не торопятся догнать, играют на нервах. Кто-то нас сдал твоему жениху, — уже чуть тише проговорил Тено, убирая резким движением головы челку с глаз. — Но как это возможно? — девушка тяжело дышала, едва поспевая за широким шагом. На ее милы щечках выступил розовый румянец, а глаза лихорадочно блестели. — И с какой целью? — Не знаю, могу сказать только одно, эту темную лошадку мы с тобой знаем, но она не спешит срывать с себя маску. — Но все же сходиться! Как ты не понимаешь, Харууукааа, — причитала Мичиру, догоняя парочку, что успели уйти далеко вперед. — Кто-то выследил, где я нахожусь и решил выкрасть. Харука, сделай же что-нибудь! Меня убьют, неужели тебе все равно! — Хочешь я вызову такси на угол этого дома? Ты спокойно поедешь домой, выпьешь горячего чаю, и ляжешь спать, я уверяю тебя, никто за тобой не поедет! — Я не поеду одна! Ты издеваешься надо мной? — Кайо успела перегнать парочку и спиной идти вперед, демонстрируя чудеса шестого чувства. — Почему твоя девушка не может несколько часов побыть без тебя? Выбирай или ты отвозишь меня домой, или я еду с вами! — Потому что, эти убогие приезжали, как раз за ней, — рычит Харука, понимая, что говорит много лишнего, но он больше не может слушать нытье старой подруги. Ему его нервы дороже. — Я не могу каждый раз потакать твои капризам, ты не единственная девушка на этой планете! — уже не сдерживаясь, почти кричит блондин, чувствуя, что попал в тиски. С двух сторон девушки держат его руки, он свободный, а деться некуда. — Да кто она такая чтобы за ней присылали такие конвои? — Давайте, пожалуйста, спустимся в метро, и там вы продолжите выяснять свои отношения, нас могут увидеть! — губы Серенити дрожат, ей все равно, что расскажет про нее блондин, все равно на показные истерики Мичиру. Цукино страшно, очень, она вот уже пару минут смотрит на красную спасительную букву «М», мечтая уйти с открытого пространства.       Харука заторможено поворачивается к ней, утвердительно кивая. С другой стороны его за края толстовки держит Мичиру. И такой разномастной компанией они вваливаются в метро. Харука и Мичиру молчат. То как она держится за блондина, говорит все за себя. Она не верит его словам, но другими глазами смотрит на его спутницу, что до этого и явной соперницей-то не была. Сереити расслабляет свои пальцы. Стараясь мягко освободиться из сильной хватки Тено. И ее план почти осуществился, пока Харука на нее сурово не посмотрел, перехватив ее руку сильнее. От этого незначительного жеста на лице девушки расцвела улыбка. Он сам не пожелал ее отпустить.       Несколько раз им приходилось менять направление движения, девушки уже и сами не знали, куда они едут, в какие переходы заходят, а в какие выходят. Но точно знали одно — все это делается, чтобы сбить хвост, если он есть. В какой-то момент златовласка почувствовала, как ее начало укачивать от всех этих вагонов, запаха машинного масла, шин и большого скопления людей. Ее голова стала тяжелеть, и невольно ей пришлось прижаться лбом к чужому плечу, чтобы хоть чуть-чуть остановить накатывающую тошноту.       Как она будет оправдывать свое поведение в минутную слабость, в ее сомневающуюся головушку мысль не приходила, подумает потом. Но Харука свободной рукой прижал ее сильнее к себе, успокаивающе поглаживая по спине. Конечной точкой путешествия стала автобусная остановка. Утомленные долгими переездами, девушки остались на свежем воздухе, облюбовав старую потрёпанную лавочку, с кое-где облупившейся краской, пока сам Тено, бухтя себе под нос, ушел за билетами. — Ты ведь понимаешь, что он мой? — выпалила Мичиру, скрестив руки на груди. Выходка златовласки ей крайне не понравилась в метро. — Надеюсь, он хотя бы поставлен в известность? — отозвалась Серенити, смотря в противоположную сторону. Самой девушке показалось все иначе. Маленькие знаки внимания в ее сторону говорили о другом, а потом Кайо не знала о ночном поцелуе. — Не мешай мне, девочка, я знать не знаю, кто ты такая. И не хочу узнавать, но этот мужчина с раннего детства обещан мне! — Мичиру блефовала, не имея никаких козырей, но может ей удастся запугать девчонку? Чтобы та добровольно отступила. — Серенити Цукино, — пропела златовласка, все также рассматривая противоположную сторону автобусной остановки. — Никогда не поверю, что ты и есть та девчонка, которая всегда игнорирует светские рауты и встречи золотой молодежи и их родителей! Серенити никогда не посещала мои вечеринки! — за возмущалась с нахальности девицы, что посмела назваться чужим именем. Кайо никогда не видела дочь семьи Цукино, если только детские фотографии со старых статей… — Наверное, потому что они неинтересные? И я считаю, это пустой тратой времени!       Харука вернулся вовремя, прекратив словесную войну, в руках он держал пакет с некоторой провизией. Каждой он вручил по небольшому пакетику с едой и питьевой водой. Сетцуна напомнил ему, что бойцов нужно кормить, а девушек желательно по чаще. Остальные его мысли занимал вопрос с подставой и месте их нахождения, иначе бы они еще очень долго могли сидеть в его квартире. — Мы приедем к вечеру, поэтому пока мы ждем наш автобус, предлагаю вам перекусить, а в дороге советую отдохнуть, пешком идти придется долго, дорога там отвратительная, — блондин с серьезной миной, вручил упаковку таблеток Серенити. Девушка, вопросительно взглянув, с благодарностью приняла таблетки от укачивания, тут же выпивая одну. Она никогда еще столько не путешествовала за один день. Мичиру поджала губы.       И как бы Кайо не стремилась занять место рядом с Харукой в салоне автобуса, все не получалось. Сидела рядом, через проход. Сидеть с Серенити, девушка отказалась, а если ту стошнит? И прямо на нее? Она испортит в конец дорогую кофточку, которая итак подлежит бережной химчистке, или же на половые тряпки. С другой стороны, она могла сколько угодно смотреть на прекрасный профиль любимого мужчины, и рисовать в своей голове несбыточные сценарии ее жизни, от которых она становилась чуточку счастливее.       Длинная размеренная дорога убаюкивала усталых путников, девушки уснули быстро, измотанные приключениями, обе расправившись с пирожками, запив вкусное тесто большим количеством воды, расслабились, чувствуя себя относительно в безопасности. Харука же не мог себе позволить пока что такую роскошь, как сон, и изредка дремал, чутко прислушиваясь ко всем звукам в салоне. Иногда его телефон вибрировал, Сетцуна присылал очередные версии разгадки их истории.       Чудный домишка, что они, будучи солдатами, приобрели почти в самой глуши, уже несколько лет простаивал. Но когда они были действующими офицерами, они с Мейо частенько рыбачили в озерах неподалеку, наслаждаясь уютной тишиной и музыкой природы. В дороге Харука много думал, и все не мог понять, маленькая деталь ускользала от него, не позволяя сложить головоломку воедино. Минко знать не знала, где он живет, ее мать, тоже отпадает, женщина с таким характером костьми ляжет, но личные данные не будет афишировать. Влюбленный в Серенити, Сейя удавился бы, но не подверг опасности свою любимую, хотя… Странно все это. Не сходилось. Эта новая попытка бегства всего лишь передышка, для мафиозного жениха Цукино ничего не стоит найти двоих, вот только Мамору практически не уделяет своего внимания на них. Были бы ресурсы, да люди. Последние за деньги и родную мать продадут.       За несколько часов до захода солнца, путники вышли на старенькой автобусной остановке, что давно заросла разнотравьем да яркими полевыми цветами. Совсем скоро ее не будет видно из-за сорняков. Девушки подозрительно молчали, оглядывая местность, Харука расценил их молчание за усталость, и то, что он разбудил их несколько минут назад. Серенити с интересом разглядывала домики, что ютились очень близко друг к другу, гадая про себя, в каком им придётся остановиться. Мичиру, была не в духе, злобно пыхтела, ей же не было интересно, куда они держат путь. Она брезгливо отмахивалась от летающих насекомых, еле сдерживая себя от лишних криков. Дергала ногами, чувствуя, как в ее босоножки все больше пребывает песок. — Нам сюда, — спокойно отзывается Харука, сворачивая с основной дороги. По этой улочке, судя по всему, машины почти не ездили, повсюду были кустарники, что скрывали от посторонних глаз одноэтажный домик. — Харука, где мы? — пищит Мичиру, переминаясь с ноги на ногу. Девушке очень хотелось помыть ноги. — Ты уверен, что здесь безопасно? — Я принесу воды и разожгу камин, на какое-то время нас искать не будут, но это недолго. — Но это же сарай! Харука, те амбалы приезжали за мной, они найдут нас в этом убогом месте, как ты не понимаешь? Почему так уверен, что это приезжали за ней? — На улицу лучше лишний раз не выходить, я проверю территорию, — блондин говорил, надеясь на то, что его наконец-таки услышат. Он тоже устал, почему этого никто не видит? И возможно, что даже немного страшно.       Серенити, с опаской, зашла следом за мужчиной внутрь домика, стараясь сильно ни к чему не прикасаться. Харука сразу зашел в прямоугольную комнату, где стоял старый камин и пара диванов, что выглядели еще хуже, чем у него дома. Второй комнатой оказалась крошечная кухонька, два шага влево, два шага вправо, уже тесно. Старая газовая плита и стол и умывальником. Харука сгрузил сумки на один из диванов, выходя из лачуги. Мичиру сиганула следом, не желая оставаться без защиты То что в доме осталась Серенити, ей было плевать. — Я с тобой! — Вернись в дом, ты не пойдешь со мной по мокрой траве в туфлях, — сурово отозвался Харука, он с большим трудом раскопал колодец, набирая воды в ведро.       Уступив дорогу, Мичиру смотрела, как закатное солнце играло в кронах деревьев. Она никогда бы добровольно не очутилась в таком богом забытом месте, это не те шикарные апартаменты, к которым она привыкла. Тут не было улыбчивого персонала, который готов был сделать для нее все, что ее душе угодно. Мужчина поставил тяжелое ведро на кухонный стол, Серенити успела открыть старые окна, впуская свежий вечерний воздух. Тено отыскал котелок и принес небольшой пакет с продуктами для их скромного ужина, что он успел купить еще днем на остановке. — Прости, принцесса, я подвел тебя, — угрюмо проговорил Харука, в необъяснимом порыве, прижимаясь грудью к хрупкой спине, укладывая свой подбородок на ее плечо. — И я не могу избавить тебя от общества Мичиру пока что. — Все в порядке, я попытаюсь что-нибудь приготовить, не думаю, что мне поможет твоя подруга детства. — Я постараюсь вернуться, как можно быстрее, — после этих слов, мужчина молниеносно удалился, скрываясь на улице за несколькими деревьями.       Обиженная Кайо вернулась в дом, усевшись на один из диванов. Это место ей не нравилось еще больше, как в таких убогих домах могут жить люди? Серенити гремела кастрюлями в соседней комнате, изредка девушка появлялась в зале, роясь в недрах спортивной сумки блондина. Что-то готовила, и была до отвращения милой и заботливой. Но Мичиру лучше останется голодной, нежели съест еду из этих нестерильных котелков. По дому тянулись вкусные запахи еды, и Кайо могла поклясться, что слышала, как кипит вода. Дом постепенно прогревался, становилось теплее, но все еще неуютно.       Харуки не было уже довольно долго, и девушки начали переживать, боясь остаться наедине, вдалеке от города. Серенити увлечённая приготовлением ужина, посматривал в закопченное окно, но ничего не видела в нем. Дверь она закрыла, как только синяя вуаль сумерек начала опускаться. Конечно, она не спасет их от нападения, но зато от насекомых вполне. Во всем доме не мешала бы провести хорошую уборку, но тут и одного дня не хватит. Через каждые пять минут, Мичиру вскакивала со своего места, уверенно направлялась к выходу, но так и не выходила за порог. Она едва смогла прогуляться до туалета без визга. Ее раздражала неизвестность, но в то же время и пугала. В голове крутилось множество «А если бы…» и ей впервые хотелось домой. Без рая в шалаше, да с любимым.       Харука появился, когда на улице уже было темно, и в кустах громко стрекотали цикады. Мужчина устал и явно был не в духе, налетел на стену и снес бедные удочки, что стояли уж очень давно, покрывшись паутиной ненужности. Восторг Мичиру можно было рукой потрогать, она даже забыла вывалить очередную порцию претензии.       Серенити улыбнулась, раскладывая по тарелкам ужин, быстро впихнула мужчине его порцию риса с овощами. Сама же быстро визуально осмотрела Тено, не выявив никаких повреждении, кроме парочки репейников на одежде. Задавать вопросы сейчас было бы неуместно. Мичиру с большим одолжением приняла свою порцию, сев рядом с Харукой.       Ужин прошел быстро и молчаливо, мытье тарелок решили оставить на утро, сложив на столе кучкой. Перед сном Серенити решила выйти на улицу, куда последовал и Харука, зажимая девушку между стеной и своим телом. Девушка испугалась, но быстро нашлась, обвивая холодными руками шею блондина. На этот раз ее целовали очень жадно и страстно. Харука, как будто, воровал ее поцелуи, от чего захватывало дух. — Я знаю, кто сдал наше укрытие. Завтра приедет Сейя будем вместе разбираться, принцесса, — в коротких промежутках между поцелуями, проговорил блондин, еще крепче прижимая девушку к себе. Харука слышал, как скрипнула дверь, Мичиру подглядывала за ними, но кроме его широкой спины и рук Серенити, она мало, что смогла увидеть в непроглядной темноте.