You are my sin

Я не хочу с тобой расставаться, я хочу побыть твоим любимым и единственным ангелом. Я хочу твоей нежности и заботы, я хочу прошлого тебя. Я очень сильно люблю тебя. Так много в этом мире стало ассоциироваться с тобой.

      Счастье, звенящее счастье, струится по венам. Оно заставляет улыбаться, не видеть ничего плохого. Счастье равняется сильной влюбленности, которая заставляет сердце чаще биться, улыбаться, радоваться каждому новому дню, даже самому холодному и пасмурному. Это чувство окутывает, оно топит в сладкой карамели, которая не дает нормально дышать, только задыхаться от эмоций, которые не получается сдержать, потому что их слишком много и они заполняют собой душу и сердце, разливая тепло.       Но люди жадные, им всегда хочется больше, либо же они не хотят больше отдавать. Тогда происходит столкновение двух правд — не известно, какая из них верная, но обе ранят, обе терзают мысли, не дают хорошему проникнуть в голову. Тогда на смене влюбленности приходит разочарование. Это больно, это страшно. Не хочется терять человека, который стал светом во тьме, потому что привязанность, потому что привычка, потому что мысль, что лучше уже не найдешь, потому что любовь.       В этот момент все идет трещинами. Они распространяются по тонкому стеклу, которое еще не успело стать достаточно прочным, чтобы выдержать все удары. Мы, люди, так глупы, мы не ценим того, что имеем, а когда теряем, то желать вернуть даже те гроши, которые едва ли заполняли пустоту. Несправедливо. Любовь несправедлива. Всегда таковой была. Это нормально. Идеальные отношения бывают только в детских сказках, в них веришь, пока не сталкиваешься с реальностью. Настоящей, пройденной на собственном опыте, реальностью.       Остается только два варианта решения проблемы — либо закончить, либо перетерпеть. Но самое верное решение — изменить все. Когда-то весенний ветер принес улыбки, бьющееся сердце, влюбленность, летний дождь будет оплакивать утраченные надежды, разбитое сердце и разорванные обещания. И каждый белый цветок, сорванный весенним порывом будет напоминать о нежном и чувствительном, каждый кот станет пушистым воспоминанием о каждом комплименте, о проведенном вместе вечере. Каждый теплый весенний день навсегда сохранит в себе воспоминания о прекрасном и прошедшем времени.       Ацуши перечитывает старую переписку, улыбается сквозь слезы, все еще надеется в душе, что все вернется на круги своя, что они помирятся, найдут выход из этой сложной ситуации. Рюноске оставляет после себя слишком яркие следы. Они повсюду: в памяти, в душе, в сердце. О нем напоминает рисунок на стене, маленькое послание на листе пожелтевшей бумаги, фотография общего знакомого, музыка, которая играет из телефона и заполняет собой тишину.       Строчки о любви звучат так приятно, правильно, когда-то они ассоциировались с Рюноске, теперь они ранят и без того израненной сердце, не оставляя ни одного места без жгучего шрама.       Боль внутри поглощает все чувства, она не дает даже тени наигранной улыбки проскользнуть на лице. Это чувство слишком сильное, такое же сильное, как любовь, которая почему то перестала дарить то прежнее тепло, нежность. Горящее сердце начинает раздражать. Ацуши не понимает, как раньше мог наслаждаться пожаром внутри. Сейчас костер сжигает, больно сжигает. Это чувствует даже физически, когда слезы снова обжигают щеки, когда душу сжимает так, что хочется задохнуться и не дышать больше никогда.       Ему хочется затушить все эмоции, хочется навсегда разучиться любить, чувствовать что-либо, потому что последствия не нравятся, они терзают, разрывают, причиняют боль. Любовь и боль так созвучны, но в мыслях до сих пор не укладывается, как все могло так резко сменить друг друга. Цикличность? С приходом Рюноске ушла боль, пришла нежность, тепло, наслаждение. Рюноске же принес разочарование, слезы, бессонные ночи и несдержанные обещания.       А все начиналось так красиво — комплименты, милые слова, трепет и сбитый от приятностей пульс. Оно казалось нереальным, вымышленным, одной большой игрой, которая никак не заканчивалась. Но после реальность коснулась розовых очков. Это было правдой.       — Ты мне очень нравишься, ангел.       — Я в тебя влюблен, ангел.       — Я люблю тебя, ангел.       — Это абсолютно взаимно.       — Меня раздражает твоя безэмоциональность. Тебе будто бы все равно…       — Мне не все равно. Ты мне нужен. Потому что это ты. Без тебя уже не так. Ты мне очень нравишься, я рад, когда ты рядом со мной. Я просто не хочу тебя отпускать, ангел.       — Ты врешь, ты всегда меня обманываешь. Но знаешь, я не могу тебя ненавидеть. Мое сердце горит от тебя алым пламенем! Я хочу, чтобы ты сказал всю правду, но я боюсь ее… Останься! Не уходи, не делай мне больно! Я так сильно люблю тебя, не смогу отпустить. Я буду ненавидеть тебя, когда наши пути разойдутся. Буду ненавидеть всей любовью, которая сейчас во мне горит. Не смей разрушать ее, ты не имеешь права.       — Я не умею на такое отвечать.       — Да ты просто не хочешь!       — Я хочу, ангел. Прости меня.       Ацуши не может в это верить, потому что несдержанные обещания, потому что много пролитых слез, потому что боится дать надежде на лучшее поселиться слишком глубоко. Ее больно будет вырывать из цветущего сердца, но ради свободы придется. Ацуши не хочет. Ему нравится, когда душу покалывает, когда внутри легко, когда слезы катятся по щекам.       Еще больше ему нравится тонуть в любви, во внимании другого человека, в его нежности и заботе. Ведь Рюноске даже не представляет, насколько сильно однажды это согрело каждый миллиметр тела, как это исцелило, как это отвлекло от всего плохого. Он никогда не сможет представить, насколько эта первая любовь сильная и пылкая, сколько в ней желаний, мечт, преданности и непреодолимого рвения все спасти.             Их отношения безумно сложные, наполненные болью. И односторонней любовью.       — Я люблю тебя, мой ангел. Не плачь, прошу тебя.       — Все мои слезы за последнее время только из-за тебя. А ты смеешь так поступать?! Я люблю тебя, но мне страшно, что это приведет к настолько тяжелому спасению от своих чувств, что только ты сможешь собрать вновь то, что сломал.       — Я сломал тебя, ангел?       — Ты разбил сердце, которое сам же склеил.       В этот день идет дождь. Тяжелые крупные капли, словно слезы, падают с небес. Они оплакивают что-то, чем так дорожили, во что так верили. Дождь превращается в ливень, а когда в сердце загорается вера, резко останавливается. На краю небес сияет тусклая радуга. Она среди розовых закатных облаков, будто указатель.       — Я обещал дождаться тебя на краю радуги.       — Помню, ангел.       — Под правильным углом ее грань около моего окна.       Ответа не следует.       Трещины можно склеить. Ацуши верит, что Рюноске сделает это. Ведь он обещал. Нужно только немного подождать.       Время всё вылечит, раны сойдут, станут улыбчивыми воспоминаниями, пятнами на серверах. Они смогут друг без друга, Ацуши сможет без Рюноске. Он будет счастлив. Ведь теперь на краю радуги он один, но с исцеленным сердцем, надеждой и…

Всё, плохое и хорошее, что есть в любви — ассоциируется у меня с тобой.

И это отвратительно в той же степени, в которой прекрасно.

Надеюсь, мы (не) встретимся на краю радуги.

Это обещание (не) должно исполниться.

(Не) твой ангел.